Едины с Россией, (навсег)да?

— Р-Россия-сан... Латвия вскочил и хотел было что-то возразить хозяину, но даже не знал, что сказать. Казалось, что всё прочитанное было просто каким-то бредом, неудачной шуткой, в общем, настолько нелепым, что о таком у России прямо в лицо и не спросишь. Все трое вышли из состояния шока и натянули улыбки, не столько от привычки, сколько от появившейся с самим Россией надеждой на то, что всё это было огромным недопониманием, что никому ничего не грозит. — Ах, кажется, вы, ребята, нашли мой маленький секрет... — Россия тепло улыбнулся, но не стал забирать книгу. — Р-Россия-сан, так это... правда?.. — Эстония подошёл к Ивану. — Что правда? — Россия продолжал улыбаться, будто подстрекая. — Ну... хах... — Эстония чувствовал тоже самое, что и Латвия, всё это звучало глупо даже в голове, — Ч-что Вы хотите нас... съесть?.. Эстония произнёс последнюю фразу с нервным смешком, пытаясь, если что, склонить всё к шутке, чтобы им не досталось. — Да. Россия ответил радостно и беззаботно. Эта устрашающая улыбка и жуткая интонация никогда ещё не были такими животрепещущими. — Хорошая шутка, Россия-сан... — Эстония продолжил посмеиваться. — Разве я когда-нибудь шучу? Голос России звучал уже более серьёзно. И ведь вправду, хоть Россия постоянно улыбается и пытается быть дружелюбным, он может обмануть и предать, но никогда ни с чем не шутит. Всё, о чём он говорит — серьёзно. Эстония опешил, но его сознание, жаждущее продолжения своей жизни хоть на несколько секунд, продолжало перебирать всевозможные варианты. — А, Россия-сан, я понял, — усмехнулся Литва, вставая с колен и подходя к России вплотную, — Это, д-должно быть... фетиш какой-то, да? Р-ролевые игры? Тогда мы н-не против поиграть! Не против же? Литва повернулся в сторону своих товарищей по несчастью, и те живо начали кивать головой. — Д-давайте, мы будем вашим обедом! — Литва развёл руками, думая, что недопонимание исчерпано. — Что ж, не я это предложил... Россия начал наступать на Литву. Литва стал пятиться назад, пока не упёрся в стену. Россия начал по-зверски обнюхивать своего прислугу. Его желудок громко заурчал, и он резким и мощным движением прижал литовца к своему животу. Россия начал слабо пускать слюну на голову Литвы, а затем принялся медленно, со вкусом облизывать его лицо. — О нет! Не ешьте меня, Россия-сан... — звонко и нарочито топорно протянул Литва. Эстония и Латвия думали, что всё обошлось, и им как обычно нужно было перетерпеть причуды своего хозяина. Они обязательно закончатся, а потом свобода... — Хм, — недовольно хмыкнул Россия, — Паршиво играешь... — Хах, ну, Россия-сан, сами представьте, каково это отыгрывать натуральные эмоции натуральной жертвы, которая осознаёт, что это её конец? Мне этого никогда не понять... — Сейчас мы всё исправим... Сейчас всё будет по-настоящему. Россия ещё раз облизнул Литву и широко открыл свой рот. Его челюсть тихо хрустнула и отошла вниз. Рот России был распахнут неестественно широко. Литву обдало тёплым дыханием России, запах которого был чуть кисловат, что указывало на то, что желудок России был пуст и уже долго ждал обеда. Литва осознал это с ужасом, когда из глубины глотки России эхом раздался рык голодного желудка, будто взывая к Литве и приглашая его в последний пункт назначения. Это повергло всех троих в ступор. — Р-Россия-сан, как это?.. Не успел Литва договорить, как Россия тут же запихнул его голову в свою пасть. Литва с писком уткнулся в мягкие окологлоточные мышцы. — Пожалуйста, не надо! Я... Я всё, что угодно сделаю! — заскулил Литва, сразу же забыв об игре, и его нарочитость сменилась непподельным страхом, — Т-только не глотайте, Бога ради!! Россия лишь ухмыльнулся. Литва почувствовал вибрацию его довольного голоса через склизкую плоть. Язык зашевелился под Литвой и мощным движением втолкнул его внутрь глотки России. — Нет!! Голос Литвы был уже еле слышен сквозь толщу плоти и мышц горла России. Латвия вцепился в Эстонию, который сам дрожал и не мог пошевелиться. Они должны были помочь своему другу, но были абсолютно бессильны перед своим страхом. Эстония начал понимать, почему жертвы не всегда способны спасаться бегством, почему некоторые жертвы заведомо обречены. Образ России, как хищника, абсолютен, что Эстония, что Латвия не имели ни единого шанса противостоять этой авторитарности. Тем временем Россия продолжал затягивать Литву в свой пищевод. Плечи с такой же лёгкостью, что и голова, вошли в русскую глотку. Литовец хаотично дёргался, пытаясь вылезти из склизкой ямы, в которую его засасывало, но этим только ухудшал ситуацию, потому что гравитация играла против него. Дорога была вниз и только вниз. Литва услышал сердцебиение России, как барабан, как посмертный набат — для Литвы дороги назад уже не было, ведь он был уже глубоко внутри своего хозяина, почти в желудке. Несмотря на то, что Россия с лёгкостью поглощал другого человека, было видно, что его дыхание затруднилось — тело литовца давило на трахею и на лёгкие, поэтому нужно было закончить всё как можно быстрее. Тощие ноги Литвы быстро и гладко вошли в глотку России. Через несколько секунд, Литва полностью исчез в глотке своего хозяина, будто его там и вовсе не бывало. — Р-Россия-сан... — заикаясь, лепетал Эстония, — Это ведь... Шутка, да? Это часть игры? Вы ведь его в-выпустите?.. Эстония и Латвия ошеломлённо смотрели на искажённый живот России, который был набит Литвой. Кожа на животе ходила ходуном, поэтому можно было наблюдать каждое движение дезориентированного Литвы. Тем временем, Литва, плюхнувшись в полое пространство, мог наконец хоть немного дать волю своим конечностям. Он пытался изучить пространство, в котором очутился, хотя и прекрасно понимал, где он сейчас находится. Вокруг была кромешная тьма и зловонная духота. Литва еле мог слышать сам себя — его голос заглушали повсеместное приветливое урчание желудка и стук сердца над головой. Под пальцами ощущалась постоянно сокращающаяся ребристая плоть, из которой беспрерывно сочилась неприятно покалывающая кожу слизь. Литва сразу запаниковал, ведь понял, что это за слизь. Он начал хаотично пинать стенки желудка России. — Выпусти, выпусти меня!! Здесь тесно и трудно дышать! Голос Литвы глухо раздавался вибрацией по животу России. Эта вибрация, вместе с пинками, заставили Россию рассмеяться. — Щекотно, Литва! — Россия хохотал и похлопывал себя по своему колышущемуся животу. — Россия, ему неприятно, как ты можешь над этим смеяться? — строго спросил Эстония, — И ты так и не ответил на мой вопрос. Россия поднял взгляд на Эстонию и начал подходить к нему. Иван пригвоздил Эстонию своим вздувшимся животом к двери. — По-твоему, есть смысл отвечать на идиотские вопросы? — Россия ответил той же строгостью, но тут же улыбнулся, — Вы же сами всё прочитали! Эстония чуть дышал под давлением русского брюха. Каждый мощный пинок Литвы отдавал дополнительной болью на сдавленном теле эстонца. На его голову начала капать вязкая слюна. — Эстония, глупый Эстония... — беззаботно протянул Россия, — Тебя совсем не смутило то, что эту книжку вы увидели впервые? Россия начал облизывать лицо Эстонии. — Т-ты всё подстроил?.. — хрипел Эстония. Россия игриво слизнул очки Эстонии и демонстративно проглотил их, приглашая достать обратно свою собственность. — Ну уж нет, я просто так этого не оставлю! Ты пожалеешь, Россия, пожале- Россия ловко вобрал в себя голову Эстонии. Эстония тут же начал толкаться, пытаясь отпрянуть от России, но было слишком поздно, и он по плечи провалился в русскую глотку. Эстония тщетно пытался найти опору под ногами, потому что Россия плотно зафиксировал их в своей медвежьей хватке и таким образом стал толкать эстонца внутрь себя. Россия ухмыльнулся, обнажив свои белоснежные клыки. Он впился ими в тёплую кожу Эстонии, которая была видна между его брюками и курткой. Эстония глухо вскрикнул сквозь широкую и плотную грудь русского. Тёплая алая кровь потекла густым потоком вниз, глотку России, отчего тот издал довольный стон. Дёрганья Эстонии не прекращались даже до самого последнего момента, пока ступни эстонца с хлюпом русской слюны, смешанной с эстонской кровью, не исчезли в тёмной глубине глотки России. Эстония ввалился в желудок России, плотно прижавшись к Литве. Обоим странам стало дышать ещё труднее. — К-Как же так, а?.. — захныкал Литва, — Неужели это правда? — Что? — Эстония решил поддержать друга, ведь им всё равно суждено умереть всем вместе. — Он... он... — голос Литвы срывался, — Он правда нас переварит?.. — Нет... нет, конечно нет, Литва, — утешал Эстония, — Россия просто не понимает, что делает... естественно он нас выпустит! Разве это может быть взаправду, сам подумай? Эстония усмехнулся, но тут же закашлялся из-за спёртого жаркого воздуха. Литва уже был почти обессилен и стеснён телом Эстонии сверху. Однако Эстония всё ещё мог бороться, и он не намерен был сдаваться. Россия отошёл от двери и облегчённо выдохнул. Оборачиваясь назад, он гладил себя по дёргающемуся животу и хихикал. Мирно взглянув на забившегося в угол Латвию, Россия направился в его сторону. Латвия вжался в угол и начал кричать, как испуганная мышь. Россия улыбнулся и плюхнулся на кровать. Латвия наблюдал то, как деформированная плоть слегка отпружинила, когда Россия опустился на постель. Россия ногами сжимал свой огромный живот и смеялся в то время, пока Литва и Эстония стонали внутри. — Чего стоишь в стороне, Латвия? — Россия вновь обратил внимание на оставшегося Прибалта, — Иди сюда, не стесняйся. Что-то заставило Латвию послушаться Россию и на коленях подползти к его ногам и огромному свисающему между ними бугру. Латвия завороженно смотрел на силуэты Литвы и Эстонии, причудливо и жутко вырисовывающиеся на натянутой коже России. Россия с умилением смотрел на эту картину и ногами крепко прижал Латвию к своему животу. — Не стесняйся, Латвия, не стесняйся... — Россия погладил Латвию по голове, — Помни мне животик. — Ж-животик... — Латвия в ужасе прошептал это себе под нос, не понимая, как можно называть эту огромную опухоль вместо живота животиком, — Ч-Что?.. — Это же нетрудно... просто примени немного силы, — Россия продолжал гладить Латвию. — Но ведь... Литве и Эстонии будет больно, — отвечал Латвия серьёзным тоном. — И что? Какая разница? Мне же будет приятно! — Россия лучезарно улыбнулся. Всё здравомыслие и все надежды Латвии разбились о хладнокровность и кровожадность России. Однако у Латвии не было выбора. Он неуверенно прижался ладонями к центру живота России и тут же с тихим писком отпрянул, почувствовав рельеф движущейся спины одного из своих друзей. Нервно сглотнув, Латвия вновь прильнул к брюху и начал слабо массировать. — Сильнее! Россия прижал Латвию крепче, отчего тот услышал стоны Литвы и Эстонии. — Х-Хорошо... Латвия стал надавливать руками на выпирающие бугры. — Латвия, остановись! Н-Нам больно! — из толщи мышц, жира и кожи доносился голос Эстонии, — Помоги нам! Сделай же что-нибудь! — П-Простите, простите... — на глазах Латвии выступили слёзы, — Какой же я жалкий трус!.. Россия стонал от удовольствия. Из его рта струилась слюна, капая на шарф и простыню. Он пыхтел, его круглое лицо всё покраснело, словно на холоде или в бане. Латвия коленями упёрся в выпуклый пах России. Россия действительно возбуждался от происходящего, и это пугало Латвию ещё больше. — Ммм... Ну же! Россия выкрикнул и вновь прижал ногами Латвию к себе, тот беспрекословно послушался и руками со всей силой вдавил низ живота России. Изнутри прозвучал отчётливый хруст вперемешку с болезненными стонами и возбуждённым урчанием желудка. Латвия в испуге закричал и отскочил назад, ударившись головой об пол. — Л-Литва! Литва!! — из живота раздался отчаянный крик Эстонии. Россия захохотал и выдохнул от удовольствия. Он встал с кровати и опустился над Латвией, прижав того к полу животом, на который он навалился всем своим телом. Раздалась ещё пара хрустящих звуков, на этот раз стонал и Эстония. — Чего ты плачешь? — издевался Россия. — Н-Не ешь меня, я прошу тебя... — из глаз Латвии текли слёзы. — Всё ещё не смирился? Страшно умирать? — Нет... не страшно... Теперь смерть в муках — это единственное, чего я достоин... Просто не ешь меня сейчас... Пожалуйста, пожалуйста... — Отчего же, милый Латвия, ммм? — протянул Россия, прекрасно всё понимая. — Я... я подлый трус, никчёмный червь... я монстр! — у Латвии началась истерика, — Не отправляй меня к ним, пожалуйста! Не надо! Как я им в глаза-то смотреть буду?! — Да и не надо смотреть — там всё равно ничего не видно. Россия проигнорировал его просьбу и, разомкнув свою пасть, сразу заглотил Латвию по плечи. Россия нащупал ногами кровать и вновь вернулся туда. Латвия был очень маленький, и после Литвы и Эстонии, он буквально проскользнул в пищевод России. Россия моментально втянул латыша внутрь себя и облизался. — Я боялся, что слёзы испортят твой сладкий вкус... но ты был словно карамель с солью. Франция говорит, что это — настоящий деликатес, и я с ним согласен! Россия лёг на спину и тяжело дышал. Он стонал и поглаживал себя по гигантскому животу, поочерёдно сжимая его ногами и ослабляя хватку. Латвия ввалился в переполненный желудок и утрамбовался между Литвой с Эстонией из-за своего маленького роста. — П-Простите, простите меня, пожалуйста! Я-Я... — Латвия сразу же впал в истерику. — Успокойся... всё в порядке, — хладнокровно сказал Эстония. — П-Правда? — с надеждой в голосе спросил Латвия. — Ну... если можно так сказать, — пыхтел Эстония, — Думаю, все мы не имели бы другого выбора на твоём месте. Всё равно, нас всех ждёт одно... — А Литва?.. — Латвия не закончил фразу. — У меня... кажется, сломано плечо и несколько рёбер... И бедро распухает... — Литва закашлялся. — Мне... мне страшно, — голос Латвии дрожал, — Почему, почему всё так?.. За что? — Кто знает... — протянул Эстония, — Но, думаю, уже нет смысла думать об этом, нужно морально готовиться. Если много и долго об этом размышлять, то так и с ума сойти можно. — Т-Ты про что? — Лучше не вспоминать то, что было написано в тетради... не представлять, как мы сейчас выглядим со стороны, как никто не знает, что Россия с нами так поступил... — Эстония замолк в ужасе, но затем продолжил с нарастающим безумием в его голосе, — Как мы все медленно превратимся в один фарш, как это месиво всосёт кишечник России... — Эстонии уже было не остановить, он сам вогнал себя в эту пучину отчаяния, — Как он по утру от нас избавится в туалете, и это будет единственное, что от нас останется, а никто так и не поймёт, почему Россия так располнел и уже еле влезает за стол, и все просто пошутят над этим, и сам Россия тоже будет смеяться... — Х-Хватит! — выкрикнул Латвия. — А... Извини, меня занесло... Снизу раздался болезненный стон Литвы, а желудок зарычал громче, стенки начали давить ещё больше. — К-Кажется, началось... — простонал Литва. — Что н-началось? — у Эстонии перехватило дыхание, а сердце в ужасе заколотилось. Литва не отвечал, а только продолжал стонать. Его стон перешёл в сдавленный плач. — Что? Литва! Литва!! — Эстония начал терять самообладание. — Ж-Жжётся... жжёт... больно, оч-чень больно, — ревел Литва. — А одежда?! — прокричал Эстония. — Нет уже одежды... — Литва начал хрипеть, — Я не могу отплёвываться от желудочного сока... я еле говорю, все связки, всю трахею... сжигает... Я... Голос Литвы окончательно охрип и из его рта теперь выходил только свист. Повисшая пауза в диалоге, прервавшаяся хрипящим дыханием переваривающегося Литвы, сводила с ума. Латвия заревел, а у Эстонии пульсировала голова. — Латвия, п-пожалуйста... — Эстония был на грани срыва, — Нам нужно говорить, говорить! — Я не хочу умирать!! — закричал Латвия и прижался крепче к Эстонии, чтобы меньше чувствовать тело Литвы, которое извивается в мучительной агонии. — Польша... Беларусь... кто-нибудь... — свистел Литва. — Нет... нам не помогут, — прошептал Эстония, — Никто, никто нам не поможет! Эстония захохотал. — Эстония! — Латвия заревел ещё пуще, — Очнись, очнись, пожалуйста!! — Не поможет, не поможет, не поможет!.. — живо бубнил себе под нос Эстония. Латвия взревел, тяжко вздыхая. Он рыдал навзрыд, потому что теперь у него уже не осталось надежды, ни одной души, с которой можно было поговорить. Он боялся, что скоро и он сойдёт с ума. Возможно, это было бы даже лучшим решением, ведь на здоровую голову происходящее вовсе не воспринимается. — Повеселили вы меня, ребята, — хихикнул Россия, — Даже лучше, чем я ожидал... Для полного счастья не хватает только, ммм... — Россия простонал, почувствовав, как в живот упирался его возбуждённый член, — Но, пожалуй, и этого более, чем достаточно... Россия повернулся набок. Желудок лениво заурчал, как только он принял новое положение. Плачущий Латвия застонал. Россия рассмеялся и слегка потянулся. — Нет... Нет, не засыпай! — прокричал Латвия, — Хоть ты, кровожадный ублюдок, не оставляй меня одного со всем этим! — Наконец-то ты смог признаться мне во всём, смог сказать всё, что у тебя на душе, впервые за столько лет, или... впервые за свою жизнь? — Россия улыбнулся, — Как жаль, что ты смог сделать это только на смертном одре. Россия положил руку на живот, поглаживая его. — И всё же, ты даже свою смерть встретишь, пока я буду давить на тебя... видно, так и не суждено тебе вырасти, Латвия, — рассмеялся Россия и сладко зевнул, — Спокойной ночи, Латвия. — Это ни черта не смешно! — Латвия разозлился, — Остальные страны узнают об этом, и у тебя будут огромные проблемы, и тогда... Яростный монолог Латвии прервал громкий вибрирующий храп. Россия даже и не собирался слушать Латвию и сразу же уснул.

...

Россия мирно храпел, лёжа на своей кровати. Его живот почти наполовину уже стал меньше, подымаясь и опускаясь в такт спокойному дыханию России, и лишь чуть подрагивал... Латвия хрипел — его лёгкие уже активно разъедались желудочным соком. Плоть на его конечностях с костями была обнажена, медленно растворяясь под воздействием кислоты. Волосы прилипали к лицу, дыхание сбивалось. Латвия пытался оттянуть неизбежное, цепляясь за свою жизнь до последнего. Он поднатужился и утрамбовал под ноги полупереваренный труп Эстонии. Безжизненное тело упёрлось в дно желудка, а из-под него, как из-под пресса, с хлюпом выдавился кверху кровавый фарш с размякшими костями, что некогда был Литвой. — Прости, Эстония, прости...

...

Россия проснулся с теплом солнечных лучей. Поднявшись с кровати, он понял, что проспал целые сутки. Взглянув на свой небольшой и мягкий живот, Россия признал, что всё время, что он проспал, было потрачено не зря. Он бы ещё насладился дневным солнцем, но низ живота настоятельно застонал, призывая Россию "отпустить" Прибалтов, вернее, то, что от них осталось. Выйдя из туалета, Россия вернулся в свою комнату. Встав перед зеркалом, он решил полюбоваться результатом. Шорты и футболка на нём почти трещали по швам. Собравшись снять футболку, Россия поднял руки, но футболка тут же лопнула на его большом теле, обнажая его упитанные бока и пухлый живот. Под шортами выпирали мягкие большие бёдра. — Вы хорошо легли на моём теле... даже лучше, чем я предполагал, — Россия ощупывал и осматривал свои новые формы. Спустившись на первый этаж, Россия хотел уж было сказать Эстонии, чтобы он приготовил завтрак, и предупредить Латвию, что ему нужна новая одежда. — Да... пустовато как-то...

...

— ...Итак, чтобы прекратить дождь на всей планете, я предлагаю построить огромный зонт над всей землёй! — США взмахнул руками, представляя свой гениальный проект. — А как мы будем без солнца жить, по-твоему? — спросил Англия. — Почему это без солнца? Глупый Англия... Зонт-то прозрачный будет! — засмеялся американец. "Гениальные" идеи США, как всегда, приводили всех в полное отчаяние. Никто не знал, куда катится мир, и какие ужасные вещи ещё в нём случатся. — Эй, Россия! А где Прибалты? — спросил США, — Как они могут пропускать такой важный разговор?! — Заболели. — Все трое? — Да. — Обычно вы всегда все месте ходите... — задумался США. — А мы и так всегда вместе, — улыбнулся Россия, — Они всегда знают о том, что происходит без них на собрании. — Всегда вместе? Прям как ты и твой второй подбородок? Смеясь, США ткнул пальцем Россию в его располневший живот. Россия лишь расплылся в улыбке, ничего не ответив. США не смог добиться конфликта, поэтому быстро забросил эту затею. — Ладно, собрание закончено. Голосуем за мою идею! Все страны начали медленно покидать помещение. Россия вышел из зала, поглаживая свой живот. Но, конечно, никто не обратил на это внимание, как и никто бы не вспомнил о Прибалтах лишь по счастливому случаю. Никто, кроме... — Хм... — протянул Англия, наблюдая за уходящим Россией.