Летнее

      Он выключил графический планшет и развернулся на кресле. Княжна лежала на вечно разобранном диване, положив голову на сложенные руки. -Ты спишь? -Нет, я умираю. -Ты слишком не щадишь себя с этими экзаменами. -Да. Но иначе я не могу. В последнее время девушка только и делала, что что-то учила. Ей даже снилось, как она повторяет конспекты. Постоянно хотелось спать. И в убежище она приходила отсыпаться. Темно, прохладно, гипнотизирующий звук шуршания либо карандаша об бумагу, либо грифеля о поверхность планшета-что еще нужно в начале июня? -Отдохни. Иначе и вправду умрешь. -На том свете передохну. -Ты просто повторила меня. Отдохнуть нужно нормально. Уехать куда-то, где не ловит интернет и твои репетиторы тебя не достанут. -К бабушке... -Хотя бы к ней,-до этого момента Фей никогда о бабушке не слышал, но для удивления в голосе посчитал это слишком незначительной причиной. -Я одна к ней не поеду. Мы туда только с мамой ездили. Поехали со мной? -Я совсем не против, но не будет ли против сама бабушка? -Нет. Она гостей любит. И меня тоже. -Далеко она живет? -Я попрошу Екатерину, она нас отвезет. -А на автобусе никак?-мольба в голосе. Екатерина представляла из себя шофёра Станиславски и что-то вроде опекунши дочери семьи. Короткие белые волосы, неопределенный возраст, неизменно оголенные плечи, чтобы демонстрировать накаченные руки. С одной стороны, ему было спокойно от осознания, что тёмными дворами от него девушка не идёт, с другой-когда он провожал Майю до машины, шофер бросала на него косые взгляды, а в последний раз чуть не побила, приняв за маньяка, которому никак не удавалось подловить жертву, выходящую из подъезда. Тот факт, что парень был выше её раза в два, телохранительницу никак не смутил. -Можно и на автобусе,-кивнула Княжна.       Встать пришлось рано, приехать в полдень, идти по раскаленному песку (в деревне дорогами цивилизации не обременялись) который засыпался в кроссовки. -Надень,-когда Эльф присел вытряхнуть песок, ему на голову невесомо упала соломенная шляпа,-а то голову напечет. У меня волосы светлые, а ты на ужа похож. Сама Майя была в легком желтом сарафане и с какой-то сумкой на плече. -Ой, Майя, внученька, что ж ты старую-то не предупредила о госте!-женщина крепко обняла девушку.-А вы?.. -Тимофей. -Кавалер твой чтоль?-она с хитрой ухмылкой, такой, что в уголках глаз собрались морщины, глянула на внучку,-Нина Степановна я, рада знакомству. Рука у Нины Степановны была мягкой и вся в родинках.       Во дворе с пожухлым от жары газончиком заливалась лаем трёхцветная собака с пятном у глаза, которая, впрочем, сразу замолкла после осуждающего шиканья старой хозяйки. Покрашенная скважина с ведром, бесчисленное количество папоротников и кустов гортензий, герани на подоконнике. В доме пахнет едой, в тумбе находятся тапочки для любых ног, будто там их шьет домовой. Вязаная салфеточка на телевизоре, который иногда потрескивает ни с того-ни с сего, чашки с медом и вареньем на поскрипывающем столе с неподходящими табуретками. -Я рыбу готовить не стала, ты не любишь, но вот если бы ты про Тимофея сказала, я бы спросила. Но да ладно, котлеты же все тут едят? Он так давно не чувствовал этой атмосферы. Куча конфет в деревянной вазочке, пирожки и чай из праздничного заварника. -Так вот, Тимофей,-Нина Степановна исчерпала свой пыл рассказчика и перешла в наступление.-Вы учитесь? -Да. На дизайнера. -Дизайнера...Интересно,-женщина покачала головой,-Выглядите Вы необычно. Оно вот это вот не больно? Сережка ваша в брови? -Нет. Как уши прокалывать. -Мне уши бабка цыганской иглой прокалывала, больно ой как было.-Нина Степановна рассмеялась.-Вы извините меня старую за любопытство, просто не видела такого никогда. Но коли вам, подросткам, нравится-не моё оно дело. Вежливый человек старшего поколения способен вызвать в нем праведное удивление. Чистое жесткое бельё под скользкими покрывалами, ковёр на стене, фотографии на полках, огромный гибискус на половину маленькой спальни с двумя кроватями. Пахло гвоздичным одеколоном: флакон открытым стоял у фотографии мужчины в форме. -У вас на троих одна улыбка,-парень взял в руки рамку из металлических цветочков с фотографией, на которой две женщины держали на руках маленькую девочку. Княжна улыбнулась ему той самой улыбкой. Но она всё равно отличалась. Чёрно-белый ребёнок светился ещё и глазами, а в этих живых и знакомых-всё та же буря на дне. -Это дедушке друзья на юбилей палароид подарили. Черно-белый, правда, но он всё равно довольный был. А радовался он редко, так что тут радостные мы все. На ночь Нина Степановна впустила в дом сразу трёх кошек: рыжую одноглазую, с какими-то песочными пятнами и белую. Княжна присела, расставив руки, и рыжая с мурлыканьем подбежала к девушке. Она взяла животное на руки. -Это Кис-кисыч. Я в детстве его больше всех тягала, он терпел. Они трое от одной кошки, но старые уже, мне лет 5 было, когда они родились. Белый это Дымок, а дворовый-Макс. Дедушка кошек не любил, а вот Макс от него никогда не отставал. А Дымок бабушкин любимец,-с теплотой в голосе повествовала о хвостатых Княжна, гладя прищурившегося Кис-кисыча. Коты в дань уважения обнюхали носки новых постояльцев и дружно потопали на кухню за ужином. -У нас озеро есть. Буханка,-как бы невзначай произнесла Княжна за завтраком, состоящим из блинов с вареньем, медом, сметаной или вареной колбасой. -Почему Буханка? -Не знаю,-она пожала плечами. -Купаться можно? -Пляж есть, на него почти никто не ходит. Но я знаю как пройти. То, что знание прохода на пляж-вещь весьма ценная, Эльф понял, пройдя на жаре через весь поселок и теперь осторожно пробираясь через корни огромной ивы, опасно росшей на склоне, прямо по которому проходила тропинка. Даже белая панама с тюльпанами не особо спасала, хотя парень убеждал себя, что выглядит как максимальная модная катастрофа. Пляж действительно был, причем максимально чистый по-возможности, не считая подлых колючих кустов в песке. Имелся самодельный стол с кострищем под куполом ивовых ветвей. Даже густые камыши были расчищены на плавательной зоне. По-летнему квакали лягушки. Купалась Майя в футболке, объяснив это большой возможностью обгореть. Фей понимающе усмехнулся, ведь сам на выходе из воды надевал легкую рубашку, чтобы уберечь бледную кожу. Оба сидели на пожертвованном Ниной Степановной полотенце, обдуваемые легким ветром. Тимофей размышлял, что гуще-камыши или волосы Княжны, а Княжна вспоминала детство. -Хочешь я тебя в воду кину?-неожиданно прозвучал вопрос с интонацией, по которой даже не нужно было видеть говорящего, чтобы понять, что тот хитро улыбается. -Не дотащишь. -Правда? Она успела зажать нос, прежде чем погрузиться в воду после броска с размахом. Эльф смеялся от её возмущенного вида, когда девушка, отжимая волосы, пыталась выйти по илистому дну. Смеялся ровно до момента, пока Княжна не зашипела, схватившись за ногу под водой. -Что такое? -Я, кажется, ступню порезала. -Ничего страшного. -Выглядит на самом деле страшно. Из пореза медленно текла розоватая кровь. -Оно даже не болит. -Потом будет. Идти сможешь? Они прилично замедлились из-за хромоты. Совесть не на шутку разыгралась, и где-то на половине пути парень не выдержал и, чуть обогнав Майю, протянул ей сумку, присел и подставил спину. -Запрыгивай. -Нет. Я тяжелая. И у тебя спина больная. -Ты даже не представляешь, скольких людей тяжелее тебя я перетаскал вот так. Девушка замотала головой и демонстративно сделала шаг назад. -Залезай, говорю, иначе я тебя на руках до дома понесу. Сделай одолжение себе и мне. -Я тяжелая. -Нет. И так каждые пять минут. -Майя,-сказал он со вздохом на очередное заявление о её весе. -Что? -Ты правда НЕ тяжелая. Иначе я бы не шел раза в два быстрее, чем когда ты хромаешь рядом. -Но тебе же нельзя нагрузки на спину,-она нахмурилась и положила голову ему на бледное плечо. -Не делай из меня инвалида, к твоему сведению, жалость к такому даже оскорбительна.       Нина Степановна, к удивлению, не охала и не возмущалась пусто, по делу обработав ногу и замотав её бинтом. -Поспи, внученька,-донеслось до стоящего в дверном проеме пригнувшегося Тимофея. Совесть его ела смачнее Кис-Кисыча, обедающего куском колбасы. -Пойдем чая пока глотнем,-женщина мягко дотронулась до его плеча, вырывая из мрачных мыслей. Пили молча, пока, наконец не выдержав, Тимофей не поставил кружку на стол и произнёс: -Извините. -За что? -Это я её в речку кинул, а когда она выходила, то... -О-о-ой да ничего ей не будет такого страшного. В детстве коленки у меня только так била, два раза за три дня умудрилась, и ничего, даже шрамов не осталось. Парень выдохнул с облегчением. -Добрый ты. Сейчас редко такое среди вас встретишь. -Доброта сейчас не в моде. -Да не должно быть никакой моды на неё. Есть и всё, и хорошо. Некоторое время оба молча наблюдали за Дымком, гоняющим упавший фантик от конфеты. -Майя, она...в детстве радостней была. Интересно ей все было, смеялась так часто и заливисто. А когда Наташа замуж вышла, то всё, как подменили. Настоящим солнышком была. А тут как птичка, которую в клетку закрыли. Вся такая статная, аристократка, но грустная до ужаса. Только после пары дней у меня и отживала. Ну а когда Наташа эту глупость с разводом сделала, то вообще улыбаться перестала. Люблю я свою дочь, но такое простить ей не могу, эгоистке. Хотя нельзя об умерших плохо, прости Господи. Я это к чему. С тобой она иногда смеётся, и прям как раньше. Ты её и дальше береги, я знаю, ты умеешь, у тебя глаза добрые. И спасибо тебе. -Вам спасибо. Давно себя так по-домашнему не чувствовал,-Эльф отпил крепчайшего черного чая-кофе у Нины Степановны не было. -Так а дома? -Я один живу. -Ого оно как. Сложно? В 17 годков-то. -Нормально. По-взрослому. Взросление. Когда надеваешь куртку, сразу придерживая длинный рукав, когда понимаешь, что пятнадцать минут они как пять, когда знаешь, как нужно изогнуться, чтобы подлезть к счетчикам воды под унитазом и когда писк светофора на зеленом свете почти перестаёт быть похожим на начало скрипучей мелодии вальса из маминой шкатулки для украшений, которую ей подарили на работе от коллектива, когда боишься забыть карту Пятерочки и знаешь, что нурофен-вещь в аптечке очень нужная при твоем иммунитете, а макароны нужно бросать в кипящую воду и при этом хорошо мешать, чтобы не слиплись. -И как тебя родители отпустили? -Мама возмущалась, но отпустила. Первые два месяца приходила часто. -Отец небось порадовался, что сын самостоятельным стал. -Нет отца. В разводе. Нина Степановна покачала головой и цокнула языком. -А дедушки-бабушки? -С маминой стороны бабушка умерла. Они с папиной жили, как две матери одиночки, вот папина и осталась,-он разговорился. Как-то сразу человек располагал.-Она меня не любит максимально. Что-то вечно говорит, что я должен был заместо помереть. Да и вообще она на всяких порчах и заговорах помешана. -Вечно мне старой интересно слишком много. Парень пожал плечами. Он не осуждал. -Вы одна живёте? -Да, лет десять уже. -И это вы всё сами делаете?! -А как же, деваться некуда. Вот сейчас огород пора поливать. -Давайте я помогу. Огурцы, помидоры, земляника, укроп, петрушка, картошка.       Княжна наблюдала. Наблюдать ей нравилось с самого детства, если наблюдать хорошо, то можно было раствориться, как кусочек масла в каше, и отвлечься от мыслей. Она наблюдала за заходящим солнцем, за чуть колыхающимися кустами смородины в этом свете, за Эльфом, зарисовывающим все это пастелью.       «Как вы думаете»,-как-то спросил их преподаватель,-«Какого цвета закатное солнце?» Было много вариантов, но правильным ответом оказался «цвет закатного солнца» «Вы никогда не сможете повторить точные цвета природы, поймите это и не гонитесь за идеалами. Я не прошу рисовать вас солнце в кубизме, я прошу нарисовать вас солнце желтым и белым». -Ты знал, что чем алее закат, тем холоднее будет погода на следующий день?-повторила Княжна слова всё того же преподавателя. -Ты знаешь слишком много. -Просто рандомные факты, чтобы казаться умной. Ну а ещё я многолетний вампир, видевшая сгоревший в пожаре Кремль и лично знающая князя Владимира. -Ты когда шутишь хотя бы вид подавай. Княжна уставилась на него серьёзным немигающим взглядом. -Многоуважаемая вампирша, не вертись, ты теперь тоже часть композиции. -Рисуешь меня без разрешения, в суд подам,-вредничала, но не двигалась девушка. Знала бы она, сколько раз проделывал это Эльф. -Ты позируешь лучше природы. Даже облака двигаются, а солнце заходит.       В Убежище они возвращались, неся в руках авоськи с соленьями и вареньем. -Откуда она узнала, что ты один живешь?-в сумке звенели стеклянные бутылки с облепиховым соком. -Я сам сказал. -Опрометчиво. -Да ничего, все в хозяйстве пригодится. Позову Женьку с Чайкой, они всё сжуют. -Они любят помидоры? -Нет, но закусывать им как-то все равно чем. Один раз это были пельмени. У Княжны эта информация почему-то вызвала приступ смеха.