Часть 3

      Взметнувшийся в воздух столб песка заставляет отшатнуться, прикрывая глаза рукой. Гневный окрик от одного из разведчиков сменяется хрипом. Красноватый песок темнеет, жадно впитывая алую жидкость. Еще одна смерть.       С силой сжимаю рукоять меча, чувствуя металлический привкус во рту. Рядом сражается жрец, чьи магические силы уже давно иссякли. Песок закручивается в водоворот, поднимаясь все выше и принимая очертания человеческого тела. Пасть существа раскрывается в беззвучном крике, и тварь бросается вперед в очередной безрассудной атаке.       Шаг вперед, блок, выпад, меч легко проходит сквозь песок, а спина вспыхивает волной боли. Сжав зубы покрепче, вгоняю лезвие еще глубже, пронзая тварь насквозь. Позади слышится торопливый шепот жреца, и дух взрывается изнутри, окатывая меня волной песка.       Выпрямившись, оборачиваюсь, морщась от пронзающей боли. По спине течет что-то теплое, но сейчас некогда. Потом. Три мертвых тела распростертых на песке. Склонившийся над ними жрец, руками зажимающий дыру в животе. Потемневший песок под ногами.       Открывшаяся картина осколками впивается в разум, отдавая чем-то глубоко неправильным. Они не исчезали. Не возрождались. Поймав взгляд молодого даэва, вздрагиваю. Он слабо улыбается. Во взгляде погасших алых глаз читается смирение. Губы дрогнули, произнеся всего одно слово:       «Проклятье».       С силой сжимая рукоять меча, вгоняю клинок в песок, припадая на колено. Перед глазами все плывет. Песок под ногами стремительно темнеет, пропитываясь кровью. Гладиаторы всегда отличались живучестью.       Проклятое место. Проклятые руины. И их новые стражи.       Тела разведчиков начинают распадаться песчинками, становясь частью пустыни. Пытаюсь встать, но ноги подгибаются, а перед глазами все темнеет. Закончить свою жизнь вот так, в мертвом, некогда прекрасном месте. Из горла вырывается яростный рык, тут же сменившийся кашлем. Пальцы упрямо продолжают сжимать рукоять меча. Почувствовав легкое, почти невесомое прикосновение к руке, вздрогнув, с трудом открываю глаза, поднимая взгляд.       Светлые, почти белоснежные пряди волос, небрежно сколотые заколкой в виде бутона неизвестного цветка, испуганный взгляд аметистовых глаз, в глубине которых проскальзывают нотки любопытства. Ты не отстраняешься, наоборот, наклоняешься еще ближе.       Длинные изящные пальцы нежно касаются моего лица, заставляя приподнять голову. Тонкие губы изгибаются в полуулыбке, прежде чем с отвращением выплюнуть:       — Асмодианец.       Сил ответить уже нет, и я лишь закрываю глаза, не желая видеть искаженное ненавистью лицо. Невесомые, едва ощутимые прикосновения прохладных пальцев. Чужое дыхание коснулось уха:       — Почему ты мне помог, отродье?       Слабо улыбаюсь. Это действительно она.       Дрогнув разжались пальцы, выпуская рукоять меча.       Мужское тело завалилось вперед, падая в твои объятья.