Часть 5. Разговоры по душам.

Пройдя двухдневный курс лечения, с подобающими инъекциями регенеративных препаратов и системой биологического стимулирования, Сергей был как огурчик и вернулся к работе. Такая мелочь, перелом пальцев - лечение проходило сразу в медпункте института.    Сергея на в выходе медпункта уже лично дожидался Корнилюк. "Скорее Сергей, медлить нельзя! Ты обязан подробно описать всё что произошло!" – Корнилюк тряхнул Сергея за плечи. В глазах директора горел азарт и любопытство, граничащее со злостью. "Конечно, конечно – отстранился Сергей и помолчав спросил: расскажу всё, но что с аппаратом? Вы разве сами не зафиксировали ничего?" "Да какой уж там аппарат! – отмахнулся Корнилюк: константа утеряна, все ИФИ-узлы небось расплавились, или проржавели?! Сейчас на глубоком ремонте в испытательное бюро перебросили. Какая-то дуристика, говорят обшивка носа -как будто лет 500 уже в космосе болталась! Полный анализ будет, не иначе. А это же время! Пока разберут, пока разберутся, что с деталями, пока другие поставят, пока решать будут как восстанавливать – недели 3, а то полтора месяца пройдёт! А нам медлить нельзя Сергей! К тому же как ты только прибыл, у нас вырубило вертикальный счётчик и…" Корнилюк оглянулся и добавил – "Хотя я не могу сказать тебе то, что секретно! Пошли." "Подожди, а сколько меня н было?!" – одёрнул его Котовский. "Пару минут! – ответил директор: Они дошли до лифта, и как только двери за ними закрылись, Сергей оборвал Корнилюка. "Нет! Я не могу рассказать всё!" - проговорил он. Директор изменился в лице, но Котовский не дал ему открыть рта, продолжив. "Боюсь, что я не могу рассказать, что именно я видел. Там было…  я даже не знаю. Боюсь, что, если я скажу правду, меня просто отправят на мыслительную коррекцию!" – Сергей выдохнул. "Об этом не беспокойся – Корнилюк похлопал его по плечу: увиденное тобой могло быть не более чем галлюцинациями, вызванными стимуляцией полушарий мозга критически мощным ИФИ-полем. Оно ещё плохо изучено, поверь. Ты ведь в данный момент не видишь ничего подобного?"  Сергей отрицательно помотал головой. "Ну вот! Тем более, что запись будет производиться на считывающий модуль «товарища прогресса», там физически не соврёшь!" Лифт уже поднимался на нужный этаж. "Хорошо – выдохнул Котовский: я изложу всё как есть, насколько можно в подробностях. Но и вы тоже окажите мне услугу за это!"  Корнилюк повёл бровью. "Вы расскажите мне, что такое Лакенская…» - попытался поставить условие Сергей, но Корнилюк изменился в лице и чуть руками не закрыл ему рот. "Тихо! Тише!" – процедил директор. Он обернулся по сторонам, лифт уже прибыл на нужный этаж и двери медленно расходились. "Я приглашаю тебя сегодня вечером к нам на дачу!" – проговорил Корнилюк и глядя на Сергея криво подмигнул ему. В комнате фиксации находились несколько профессоров и какой-то гражданин в сером комбинезоне. Посреди стоял изогнутый полированный до зеркального блеска стол, на котором стоял «товарищ прогресс», но меньшего размера чем обычные модели. Котовский принял когнитивный стимулятор и сев перед «товарищем прогрессом» положил руки по бокам от него. Профессора и человек в комбинезоне молчали, ожидая доклад. Сергей начал свой рассказа, спокойно без лишних эмоций, но достаточно подробно насколько это было возможно с его познаниями филологии и красноречия. Он описывал всё в деталях, всё что видел, слышал и чувствовал. Профессора хмурили брови и потирали подбородки, человек в сером просто молчал, смотря куда-то в сторону, тем не менее вид его становился более и более понурым. Когда Сергей закончил, «товарищ прогресс» сообщил об успешной загрузке и обработке информации. «Спасибо товарищ Котовский – человек в комбинезоне пожал руку Сергею: мы признательны вашему опыту и вашему героическому поступку! Ваши данные чрезвычайно важны для Революционного Человечества! Спасибо, спасибо товарищ Сергей! Верховный Народный Комитет гордится вами и рассматривает вопрос по вашему скорейшему награждению званием героя Революционного Человечества!" Профессора тоже что-то мямлили, но Котовский как-то не слушал их. После подробного пересказа, те пугающие события снова вспыли в голове в особо ярких и детальных формах (возможно сказался эффект стимулятора) из-за чего на Сергея нашло лёгкое беспамятство.    Сейчас ему хотелось развеяться, уйти от пугающих воспоминаний. День клонился к вечеру. По дороге в жилой коллектив Сергей сделал пару проходок по бульвару, и даже поучаствовал в массовой гимнастической разминке, хотя и не планировал этого. Когда небо озарилось вечерним заревом, только тогда Котовский вспомнил, что Корнилюк приглашал сегодня дачу. Видимо его ждала какая-то особо секретная информация, настолько, что следовало держаться подальше от коллективной системы связи и оповещения. Он подошёл к столбу связи и настроился на вызов такси. "Адрес-то подсказать?" – послышалось сзади. Обернувшись, Котовский увидел Корнилюка. В лесостепной местности, поодаль от крупных городских агломераций располагались одиночные частные домишки. Частными они были формально, ВНК награждал такими отличившихся собственных учёных, героев труда и человечества, а также членов комитета, но выдавал временно, на сроки по мере заслуг. Недостатком таких построек было лишь отсутствие массовой связи, по причине удалённости от ретрансляторов константы. Гражданский летатель приземлился в просёлочной местности, в паре километров от дач. Котовский и Корнилюк высадились и последовали в сторону небольшого одноэтажного дома, видневшегося на лесистом холме. Дом был в типичном стиле революционного рационализма – куб, разве что из дерева, а не бетона. Помимо Корнилюка и его гражданской жены, эту дачу делили ещё двое учёных с их родственниками, для поддержания системы жилищного коллектива. Но сегодня ни их, ни гражданской жены директора, не было дома, как раз кстати для секретной беседы. Но чтобы уж убедиться наверняка Корнилюк вошёл первым и осмотрел все комнаты. Они уселись в одной из комнат. Директор предварительно вынес все металлические предметы, даже попросил у Котовского его ботинки с металлическими кольцами шнурков. Он закрыл все гладкие поверхности тканью, стол, стёкла окон, стенки мебели, а те, что были меньше, вынес из комнаты. "К чему такая чрезмерная предосторожность?! – подумал Сергей, глядя на Корнилюка и произнеся то же самое в слух добавил строго: если вы собираетесь раскрыть мне что-то противозаконное, то даже не думайте! Я немедленно покину этот дом!" "Да успокойся Сергей, нет тут ничего незаконного. Наверно? Я знаю, вы нет, странно это! Может и не законно, раз вы не знаете, а может и законно раз знаем мы?!" – отмахнулся Корнилюк. "Это звучит как недоверие к ВНК!" – Сергей встал демонстративно со стула, но Корнилюк усадил его на место. Директор сел кресло на против и по его глазам было видно, что разговор будет серьёзным и долгим.