День 3-й/2-й. Часть 1-я

      Мне снова снился странный сон.       Вокруг царило запустение. Привычный к большим паркам и повсеместным зеленым насаждениям, я с болью взирал на сухую, местами потрескавшуюся землю с редкими клочками еле живой травы. Вокруг как-то очень одиноко стояли высоченные здания из стекла и бетона. Не плотно стояли – минутах в десяти ходьбы один от другого.       — Прямо, как в Америке, — отчего-то заметила Марьяна.       Я и не заметил, что она идет рядом. Немного уставшая, собранная, одетая в черные джинсы и футболку, и с рюкзаком за плечами, вес которого никак не отражался на ее осанке.       Она заметила мой недоверчивый взгляд.       — Что-о?..       — Ты была в Америке?       — Конечно была, — фыркнула подруга. — Я много где побывала.       И ушла вперед, пока я переваривал это заявление. Впереди виднелись горы и девушка явно направлялась прямо к ним.       — Вам туда еще рано!       Нежный девчоночий голос показался мне очень знакомым. Неужели Ювао?       — Рано?       Марьяна остановилась и заозиралась по сторонам.       — Игра еще не закончилась…       Меня словно окатило ледяной водой из душа. Ну, конечно, нельзя просто взять и бросить всех ребят в лагерях, которые еще живут надеждой выиграть и…       А почему для них так важно выиграть?       — Я не хочу возвращаться!       Это уже Фанси. Я и не заметил, как она оказалось рядом с нами. Но в крике прозвучало столько отчаяния и страха, что невольно проникся еще не в полной мере понятными эмоциями.       Стоп!       Прямо перед нами застыли знакомые двери очередного небоскреба. Простые и ничем не примечательные, они внушали неясную тревогу. Даже Марьяна отступила на шаг назад.       — Мы и не станем возвращаться, — тихо заверила она. — Обещаю. Я сейчас рассчитаю другой путь.       Она достала из рюкзака горсть маленьких пластмассовых солдатиков и кинула их перед собой. Влекомые силой тяжести, фигурки упали и беспорядочно разлетелись по бетонной плите, чем сильно расстроили Марьку.       По щекам Фанси ручейками потекли слезы. А двери тем временем медленно стали открываться внутрь, пока в их проеме не появился он – ее Хозяин. Мы вздрогнули все втроем. Одновременно. А к Фанси потянулись крепкие и большие волосатые мужские руки.       Ну, уж нет. Она больше не в твоей власти!       Я закрыл подругу собой и тут же потерял под ногами опору. И снова, как в замедленной съемке, полетел вниз – в черную бездонную яму.       Лежать на мокрой подушке было неприятно. Я так и не понял – вспотел ли настолько сильно, или же умудрился облиться водой из стакана, замершего в лежачем положении на самом краю стола. Спать больше не хотелось. Да и вообще... не везет мне со сном последние дни: то кто-то мешает, то сам фигней страдаю, то снится хрен знает что. Может, стоит забежать к Виоле и попросить какое-нибудь успокоительное?       Я выскользнул из кровати, отметил, что Ниночка спит крепким утренним сном и вышел из домика.       Разложенная на шезлонге ночью форма все еще оставалась немного влажной. Преимущественно шорты. Что же, значит пока обойдемся спортивной одеждой. Тем более, что утренняя пробежка – это гарантированный залог удачного дня. И, пока еще достаточно рано, можно воспользоваться пустынными дорожками спящего лагеря.       Пустынными…       На мгновение меня опять оглушило атмосферой уходящего сна. И приснится же такой бред!       В этот раз я побежал вдоль забора против часовой стрелки. Любое разнообразие организму полезнее, чем стабильность. Но, не успев даже нормально разогнаться, на центральной аллейке, возле клубных домиков я столкнулся с Сыроежкиным, который сразу пристроился рядом.       — Я знал, что на тебя можно положиться, — обрадовался он.       С чего бы комплименты, да с самого утра? Точно сейчас о чем-нибудь попросит. Знаю я эти манипуляции.       И тут же память подбросила воспоминание о нашей вчерашней договоренности. Надо же, а я совсем забыл. Хорошо, что случайно встретились до того, как появились новые планы.       — Только завершу круг и умоюсь, — пообещал я. — Можешь подождать меня возле умывальников. Или, если хочешь, можешь составить компанию.       Электроник только мотнул своей кучерявой башкой и отстал. Он и так уже почти задохнулся от усиленных трехсот метров. Теперь минут пять будет стоять, пытаясь отдышаться, и примерно столько же идти к умывальникам. За это время я успею не только умыться, но и переодеться.       Мои расчеты оказались верны и, выходя из домика, я заметил подходящего к месту встречи Сергея.       — А ты быстрый, — заметил он изменения в моей одежде и, махнув рукой, зашагал в лес.       Ориентировался кучерявый вполне уверенно. Я даже не заметил, чтобы парню пришлось выискивать взглядом какие-либо приметы, сверяясь с правильностью пути. Даже возникло ощущение, что через лес протянута невидимая нить, вдоль которой и двигался Электроник. Я бы так не смог. Меня бы постоянно мучили сомнения.       Так что, до большого лесного озера мы добрались за считанные минуты.       — Все, — остановился Сергей. — Я подожду тебя здесь.       Он протянул руку, словно для пожатия, но оказалось, что в ладони лежит кусочек бумажки с именем «Света» и номером домика.       — Сомневаешься в моей памяти? — уязвленно скривился я.       — Почему? — искренне удивился он. — Это – на тот случай, если она тебе не поверит.       И действительно. На обороте бумажки было написано: «Жду на берегу большого лесного озера. Сергей.»       Что же, это в корне меняет дело. А то я как раз начинал задумываться, каким образом убедить девушку, что являюсь всего лишь посланником.       Легко преодолев реку, я зашагал к лагерю, попутно размышляя, что за столько смен уже можно было соорудить деревянные мостки, чтобы не разуваться каждый раз и не рисковать нырнуть в ямы. По ощущениям, было где-то около семи утра, и я очень надеялся, что успею вернуться в лагерь до завтрака.       Мистики замаячили впереди в то момент, когда я пересекал овраг. Очень удачно. Не хотелось бы с самого утра куковать на болоте. Даже не смотря на то, что в этот раз мне попались две пионерки. И они были почти на голову ниже меня ростом. С такими мистиками даже побороться интересно. Вряд ли анатомически они чем-то отличались от обычных девушек.       Пришлось красться вдоль края оврага. Вот только в этот раз укрытие не спасло. В какой-то момент прямо передо мной сверху спрыгнул Семен и стал в своей любимой надменной позе. Дорогу назад перекрыл Пионер. Этот уже был осторожнее.       Они кинулись на меня одновременно. И только счастливая случайность помогла ускользнуть в сторону. Но я понимал, что эта удача разовая. Мало убежать от двух противников, важно еще не нарваться на мистиков.       Примерно в двадцати шагах впереди овраг делал поворот в сторону и его край в том месте опускался ниже моей груди. Это была отличная возможность выскочить наверх одним прыжком и сильнее оторваться от неспортивных товарищей. Я заранее просчитал в уме траекторию и наметил бугор на дне оврага, от которого буду отталкиваться. Но именно в этой части плана везение и закончилось. Бугор оказался старым стволом упавшего дерева, покрытым влажным скользким мхом. Нога поплыла и я на всей скорости, размахивая руками, улетел в симпатичную норку.       И все бы ничего. Да только песчаная стена от удара моих ног решила осыпаться, открывая проход в длинный и узкий лаз, ведущий куда-то вниз. В темноту.       Мне повезло вначале приземлиться на ноги и только потом, поскользнувшись в очередной раз, грохнуться задом на очень твердую поверхность. Ладони и икры обожгло ледяным прикосновением.       Да, что б вас!..       Я подскочил на ноги и осмотрелся. Темно, хоть глаз выколи. И очень холодно. Неожиданная обстановка для жаркого летнего леса.       Вместо зрения пришлось использовать тактильные ощущения. И с этим мне опыта явно не хватало. Одно дело, если приходиться додумывать прикосновение к девушке, и совсем другое – если это совершенно незнакомая и непредсказуемая поверхность. Местами, кстати, не только ледяная, но еще и острая.       В итоге, я пришел к выводу, что нахожусь в каком-то ледяном туннеле. До потолка дотянуться не удалось даже в прыжке, но стены и пол вели в одном направлении сразу в две стороны.       Несмотря на то, что находился я здесь еще совсем мало времени, тело стало подмерзать. И это значило, что надо срочно начинать двигаться. В любом направлении. Главное – не стоять на месте. Я решил держаться правой стены и перемещался вдоль нее точно до момента, когда руки нащупали пустоту.       Вот и первая отворотка. И это значило, что в туннеле можно легко заблудиться, свернув не туда. Конечно, направо я ходить не зарекался, но и рисковать не хотел. Тем более, что левая стена вела вперед без всяких проемов и ответвлений. А еще через полсотни метров забрезжил слабый голубой свет.       Радости моей не было предела. Но это оказались всего лишь залежи небольших кристаллов удлиненной формы. Они тускло светились в темноте, давая видимость в радиусе метра. Не фонарик, но уже что-то, позволяющее рассмотреть поверхности туннеля.       Мои первые догадки подтвердились. Все вокруг оказалось цельным куском льда. Я даже испытал чувство гордости за собственную сообразительность. Но опять сильно замерз и поспешил дальше, теперь уже подсвечивая дорогу отковырянным кристаллом. Следующая отворотка вправо опять была мной проигнорирована. А буквально через сорок шагов я вышел в тупик, где из-подо льда вверх уходили обычные железные трубы, достаточно толстые и крепкие, чтобы выдержать мой вес.       Ура! Опыт подсказывал, что там, где есть трубы, обязательно случается и люк, через который можно вылезти наружу. Поэтому я, недолго думая, сунул кристалл в карман рубашки, ухватился за ледяное железо и полез наверх. Регулярные перемычки фактически превращали трубы в узенькую лестницу, чем сильно облегчали мне подъем, учитывая, что руки регулярно замерзали и приходилось отогревать их дыханием.       Где-то на полпути я зацепился кристаллом за перемычку, отчего он тут же выскользнул из кармана и, радостно сияя, полетел вниз.       Жаль. Можно было подарить моим девчонкам.       Я проводил остатки света взглядом и полез дальше. Думать о том, сколько метров теперь отделяло меня от ледяного пола не хотелось. Падать в любом случае будет больно и глупо. Лучше уж добраться до верха.       Руки постепенно уставали и замерзали все больше. Но я упрямо продолжал взбираться, пока не уперся головой в металлическую поверхность. Вполне ожидаемо, это оказался люк. И, в отличие от труб, он был вполне себе теплый. Вот только никаких засовов или замков на нем не нашлось.       Все оказалось гораздо проще. Люк легко раскрылся от простого нажатия и пропустил меня в длинное, тесное и низкое техническое помещение. С одного его края внутрь проникали солнечные лучи и я поспешил к их манящему теплу.       Снаружи доносились негромкие голоса. Поэтому, прежде, чем выбраться наружу, я выглянул в щелочку над дверцей.       Пока все еще было непонятно, где именно я оказался. Впереди виднелась кирпичная отмостка и сразу за ней начинался лес. Впереди – у дерева – расположились двое. Парня я почти не видел – только верхнюю часть головы с черными волосами и торчащие в мою сторону ноги. Восседающая на этих ногах девушка сидела ко мне спиной, запрокинув назад голову. Ее рыжие длинные и вьющиеся волосы ниспадали по белой рубашке, края которой явно были разведены в стороны. Что видел и делал с той стороны парень мне было неведомо, но девушка от этого тяжело и прерывисто дышала.       В общем, шансы, что меня даже не заметят, оставались очень велики. Я осторожно открыл дверцу и тут же сам скривился от резкого и громкого звука, с которым ржавые петли запищали на всю округу. К тому моменту, когда удалось выбраться и, оглядевшись, понять, что оказался возле умывальников, возбужденная парочка уже была возле домиков. Я увидел лишь длинную фигуру скрывающегося за домиками парня.       Даже странно как-то. Неужели, столь строгие порядки?       С удовольствием впитывая всем телом теплые солнечные лучи, я отыскал домик Светы и уже протянул руку, чтобы постучать, как вдруг замер. А, вдруг, это не Ветреный Совенок? Что, если ледяное подземелье вывело меня совсем к другому лагерю?       Ответа не было. Но я понимал, что единственная возможность его узнать – постучать и спросить.