Эпилог

      «Это было настолько просто?» — крутилось одно и то же в голове по несколько раз. Безусловно, Ника никаким образом не собиралась вписывать себя в проигравших и в любом случае одержала бы победу над Сошедшим, — уж больно он слаб, — но она не ожидала, что все произойдет так… Стремительно. Ей понадобилось всего пару минут использования собственной силы в полную меру, чтобы повалить окровавленное и раненное существо на землю. Даже в какой-то мере досадно. И как такое могло убить целый Пантеон во второй раз, так еще и без ведома главного божества? Как Ника могла допустить это? Как позволила Сошедшему, ничем заурядным не обладающему, творить беззаконие в тишине и тепле? Все ответы находились перед носом… Детали даже складывать между собой не нужно было! Они и так уже были собраны, просто немного спрятаны! И тем не менее… Хотя богоубийца повержен, вместе с ним оказался повержен и Пантеон.       Богиня правосудия в упор глядела на упавшее тело. Она внимательно оглядывала раны, смотрела на стекающую кровь и следила за движениями груди и головы — на случай, если существо захочет подать какие-либо признаки жизни. Ника, наученная горьким опытом и не теряющая бдительность, была готова в случае чего добить поверженного или ударить еще раз. Но, учитывая, что он не божество, способное к регенерации, эта перестраховка была зря. Впрочем, совсем скоро догадки главной богини подтвердились: через минуту или две, — какое теперь время имеет значение? — от замершего тела начало что-то исходить. Черная дымка с каждым мгновением приобретала еще более темный оттенок и расширялась. Так конечности существа устремлялись ввысь и там же растворялись. Подобным образом совсем скоро под властью дыма оказался весь Сошедший, и вот перед Никой как будто никто и не лежал. Лишь пятна крови и меч неподалеку напоминали о недавней битве, которая решила судьбу сразу двоих. Существо испарилось так, словно его никогда и не было. Словно он не убил остальных богов. Словно это не из-за него миру пришел конец.       Взгляд богини справедливости еще какое-то время был устремлен в то место, где лежал проигравший богоубийца. Здесь стало так тихо. Так, как никогда не бывало даже в самые спокойные дни. Кажется, любые звуки напрочь иссякли. Как и все то, что когда-то звалось «Пантеоном». Убить-то Ника убила, а что дальше? Об этом она не думала. Впрочем, здесь ей явно делать больше нечего. Угроза отныне повержена. Или все-таки нет?..       Игнорируя пятна крови на платье, главное божество шагнуло в сторону. Потом еще раз и еще. Дальше ноги повели сами. Она их слушалась.       Ника — последнее живое существо в этом мире. Снова.

***

      Богине правосудия было так знакомо и одновременно так чуждо это чувство… Сколько с того момента прошло? Очень много. Хотя, пожалуй, даже «очень много» — слишком мало. Тогда, по крайней мере, у Ники была сила, было право на то, чтобы восстановить то, что Старые Боги кропотоливо и терпеливо выстраивали кусочек за кусочком. Ей был дан второй шанс и одна конкретная цель. А вышло так, что главное божество не справилось ни с тем, ни с другим, к тому же приведя к краху и второй Пантеон. Разве так поступают боги? От Ники не требовалось слишком многого, но задача все равно провалилась с треском, как и статуя Старых Богов. Решения были приняты, действия предприняты, и дальше пути нет. Нельзя ни вперед пойти, ни назад вернуться. Это и есть конец. Точка невозврата. Ника, вероятнее всего, знала, что это — память подводила — такое. Только теперь никакой воскрещающей разрушенное силы нет. Никакого промысла не будет. Богиня правосудия не оправдала возлагаемых на нее надежд.       Неужели в первый раз была такая же тишина? Главное божество в самом деле сталкивается с подобным вновь? Проходит через то же самое, что и тогда? Почему вообще снова она выживает? Разве Ника заслуживает такой привилегии? Все вокруг нее умирали: от Старых Божеств до новых. А Сошедший, например, фактически испускал дух целых два раза, чем бы он там ни являлся и что бы с ним там ни делали Старые Боги. Почему же богине правосудия достается честь жить, невзирая на обстоятельства? Она ни разу не имела дело со смертью. Никогда о ней не думала и отрицала любую возможность второго падения богов! Ника никогда не думала, что Древние Божества умерли, — «падение» и «погибель» — слова все-таки разные, — но, оказывается, она постоянно находилась в ловушке, которую создала для самой себя. Боги всегда были смертны, хотя и уничтожить их трудно. Было трудно, судя по всему.       Что есть смерть для богини справедливости? Трудный вопрос. Это… Что-то незнакомое. Да, она прекрасно знала, как погибают люди, и куда после этого попадают, но у нее не было никаких догадок, что происходит с богом после его умерщвления. А происходит ли вообще что-нибудь? Как бы Ника ни хотела получить ответы на свои вопросы и веровать в непостижимую силу Старых Богов, был высокий шанс того, что после смерти божеств ничего не ждет. Может, такой подарок был преподнесен только людям в качестве компенсации в виде их крохотной и стремительно пролетающей жизни. У высших существ, в свою очередь, и так слишком много времени в запасе, чтобы им доставалось что-нибудь по окончанию их существования. Разве не так?       Возможно, Ника просто убегала от смерти все это время? А может, это и есть ее «смерть» — смотреть за тем, как пересозданный тобой мир разрушается? «Чем для меня является смерть?» — крутилось в мыслях на языке. Забавно: главное божество, не способное ответить на этот вопрос. Да какая из нее главная богиня? Уже давно понятно, что она таковой не является. Иначе бы остальные боги не погибли. Иначе бы Пантеон не пал. Когда бог, в котором сосредоточена власть, не может защитить подопечных, он перестает быть «лидером» и «главенствующим». Все просто.       Рядом упало несколько обломков с потолка. Хоть и зал для судов являлся самым целым зданием в Пантеоне, его тоже неумолимо настигала участь разрушения. Ника подняла один из упавших камней и сжала в руках. От кого она в принципе пыталась спасти новых богов? Для чего нужны были эти расследования, расспросы, трещины на статуе? Разве богиня правосудия добилась того, чего хотела? Разве уберегла божеств? Разве дала Пантеону не пасть? Она ошибалась. Глубоко ошибалась. Богиня ни разу не сделала ничего хорошего в сторону своих подопечных.       В голову резко ворвался ответ. Он был настолько неожиданным и отрезвляющим, что поставил все на место. Так дело было не в трещинах на памятнике! Дело было даже не в Сошедшем! Ника — вот, от кого богиня справедливости пыталась спасти Пантеон! Или… От нее надо было его как раз-таки спасать?.. Пожалуй, второе. Все это время… Все это время разгадка была не то что перед глазами, Ника и являлась самой разгадкой! Ну точно! Само собой… Если бы не богиня правосудия, тогда бы божества были бы живы. Если бы не ее поступки, если бы не ее сила, сейчас было бы все хорошо. Дело не в Сошедшем. Ни в ком-либо еще. А в ней. Она и есть… Она и есть самая настоящая тьма!       Богиня справедливости подняла уставший взгляд на место судьи, коей всегда выступала, когда начиналось разбирательство над тем или иным богом. Тьма… Ну разумеется… Как же это она сама не догадалась? Ника ведь и является той, кто все разрушила. Ника и есть та, от кого пошло все зло. Именно от ее рук погибли боги. От ее.       Глаза переместились к чашам весов, а потом и цепям неподалеку. Смерть и тьма… Что ж, она ведь богиня справедливости, ведь так? Кажется, Ника в кои-то веке пришла к верному решению. Настал черед меняться местами.       Она решительно поднялась, встав на ноги. Тут, в зале суда, главное божество провело уже несколько дней. Наконец, до нее дошло, для чего это все было. Она знает, что будет делать. Без каких-либо сомнений богиня правосудия шагнула в противоположную сторону от трона, прямиком к весам. Прямиком к цепям…       Неподалеку промелькнула тень.