Часть 15. Врач-спаситель

Чишия принес Сэкеру в подпольную лабораторию на руках, зажимая свежую рану. Он старался обходить мест скопления людей, чтобы не возникало лишних вопросов. Но они не могли не возникать у него самого. Когда она умудрилась? Что вообще случилось? — Боже мой, — протянула Анн, осматривая еле стоящую на ногах Сэкеру. — Ты ее ранил? — Нет, конечно, — одуревше посмотрел на нее блондин. Он, правда, быстро уловил ход мыслей девушки — рукава его кофты были измазаны кровью. Но не зажимать же ему открытую рану рукой? — Прогуливалась по этажу прямо так. — Что с тобой случилось? — с нажимом спросила Анн, склоняя голову над Кирией. Глаза той норовили закатиться сами собой. Держалась на ногах она, конечно, сносно — хотя, держалась не то слово — она висела на Чишие полностью. Парень легонько похлопал ладонью по ее щеке, чтобы та оставалась в сознании. — Игра. В меня попал кусок зеркала… — едва слышно отозвалась Сэкера. — Ты его вытащила?! — спросил парень, заглядывая на профиль девушки через ее же плечо. — Кирия, где твоя разумность?! Сэкера явно хотела что-то ответить — к ней ведь обратились — но получалось издавать лишь какие-то нечленораздельные звуки. — Утекла вместе с внушительным количеством крови, — саркастично отозвалась Анн, поднимая глаза на блондина. — Ты ведь врач, да? — его брови поползли наверх в немом удивлении. — Без вопросов, Чишия, отвлекай ее внимание, чтобы не отключилась. Обратно можем не откачать! — А анестезия…? — развел руками Чишия, смотря на то, как Анн достает медицинскую нить, иглу и спирт. — Ты мог не заметить, но я здесь вскрываю трупы. Им обезболивающие уколы на моем опыте еще не нужны были, — нарочито важно заметила девушка, склоняясь над Кирией. Ту слегка потряхивало, а глаза так и хотели закрыться. — Стой! — в момент, когда Анн собиралась проткнуть кожу, сказал Чишия. — Я кардиологический хирург. В университете нас учили накладывать швы так, чтобы потом они зарастали незаметнее, и в процессе было не больно. Девушка задумалась, но кивнула, уступая парню место над кровавым животом. Он в который раз ужаснулся видом раны — какого размера было то зеркало?! Это тяжело было назвать порезом — скорее дыра, из которой водопадом хлестала кровь. Когда блондин вылил на свои руки спирт, перетирая их между собой, Анн, будто оказавшаяся в своей тарелке, встала рядом с Кирией, сжимая ее руку в своей с внушительной силой. — Сэкера, я очень надеюсь, что ты меня слышишь! — такой тон сложно было не услышать. — У тебя бред, поэтому ты можешь не понимать, что происходит. Хотя сил для понимания в тебе практически не осталось… — Анн прижала ладонь ко рту, когда Чишия дернул ее за другую руку. — Да, прости! Ты лежишь на операционном столе. Судя по всему, твой бок пронзил огромный кусок стекла, а ты решила благородно его вытащить и перевязать простой марлей. Сейчас Чишия будет исправлять то, что ты так бездумно натворила, так что если будет больно — придется потерпеть. Разговаривай со мной, нам совсем не надо, чтобы ты отключилась.  И Сэкера заговорила. Хотя, конструктивным диалогом это назвать было сложно — Анн задавала ей вопросы, а Кирия старалась отвечать максимально членораздельно. Выходило не очень, но девушка будто и не чувствовала, как Чишия орудует иголкой, сшивая две части ее разорвавшейся плоти. — Ты не первый раз лежишь на операциях? У тебя шрам на брови, щеке, шее и бедре. Что тебе делали? — задала очередной вопрос Анн, попутно сдавливая несколько пальцев в своей ладони, не давая Кирии провалиться в сон. — Бровь… На тренировке меня порезали шпагой, — промычала она. — Занималась фехтованием? — изумилась Анн. — Ага, — моргнула Сэкера в знак утверждения. На полноценное кивание не было ни энергии, ни желания. — На щеке… Мой папа держал нож, я оттолкнула его руку и он зацепил ее… Бедро также. — На тебя напал с ножом отец? — брови Анн поползли наверх. — Ага. Он проткнул мне шею вот тут и провел ножом туда-сюда, — она приподняла левую руку, первый раз опуская ладонь себе на лицо, но тут же исправляясь и поглаживая шею. — Почему он напал на тебя? — спросила девушка, проводя свободной от цепкой хватки рукой по тому же месту, где только что водила Кирия. — Я нашла маму. Он убил ее перед моим приходом, — равнодушно поведала Сэкера. Анн как-то неестественно сжала ее ладонь, заставляя лежащую девушку немного сморщиться. Она быстро извинилась, параллельно с речью Чишии: — Я закончил. Пусть полежит здесь минут десять, чтобы шов не лопнул сразу же с непривычки, потом я отнесу ее в комнату, — он отложил иглу и нить, нависая над лицом Кирии. — Сэкера, ты как? — Лучше некуда, — слабо растянула губы в улыбке девушка.  — Язвит, значит все точно хорошо, — усмехнулся Чишия, отходя к стене. — Ты похож на лиса, знаешь? — пробормотала Сэкера, блаженно закрывая глаза. — Знаю, — отозвался блондин. Анн посмотрела на Кирию, которая, видимо, моментально уснула, и повернулась на парня. Тот стоял у бетонной стены, сложив руки на груди и глядя себе под ноги. Так, будто только что никого не оперировал. — Чишия, — позвала его девушка. Он поднял глаза, вопросительно глядя на нее. — Меня не покидает настойчивое ощущение, что я знаю то, чего не должна. Парень посмотрел на нее исподлобья, немного поежившись. В подвале было холодно, и в рану Сэкеры наверняка задувало, что причиняло дискомфорт. Он оттолкнулся от поверхности и, взяв со стойки ее кофту, положил так, чтобы серая спина одежды прикрывала швы. Затем он развернулся на Анн, пожимая плечами. — Для нее это действительно не та информация, о которой стоит распространяться всем подряд, — кивнул Чишия. — Лучшее, что ты можешь сделать с ней сейчас — это забыть все, что слышала.

***

Сэкера проснулась от пульсирующей боли в боку. Она широко раскрыла глаза, разглядывая наполненную светом комнату. — О, мелкая, — послышался голос Нираги. Девушка заметила его у двери, держащегося за ручку. — Проснулась меня проводить? — Да, вот прям тебя. Иди уже, — Нагаи подтолкнула парня в спину, слегка отпрянув, когда тот наклонился к ее лицу непозволительно близко. — Не хочешь со мной прогуляться? — оскалился брюнет, вытащив язык. Мива нахмурилась, когда почувствовала, как тот играет пирсингом прямо возле ее уха. — Взамен за то, что я рассказал вам? — Могу дать тебе по лицу и оторвать сережку, — невинно улыбнулась Мива, вызывая усмешку на лице парня. — Как благодарность за твою любезность. — Только если в порыве страстного поцелуя, — оскалился он. — Все, прекращай! Иди! — Нагаи, вытолкнув его за дверь, обернулась, устало запуская пальцы в волосы и закатывая глаза. — Он просто невыносим… Сэкера, ты как? Живот болит? Есть хочешь? Расскажи, что случилось… — Остановись. У нее сейчас уши в трубочку свернуться, — предостерегла Куина. Кирия оглянула комнату еще раз. В кресле у окна сидел Чишия, сложив ноги на стойку. Куина локтями оперлась на спинку позади него, а Мива села рядом с ней самой, разглядывая ее с тенью переживания в глазах.

***

Несколько часов назад. Ласт Босс на удивление аккуратно подергал ее за плечо, заставляя проснуться. Сэкера тихо поблагодарила его за терпимость и засеменила в отель, пытаясь переварить приснившееся. Очень странный сон. Операционный стол. Кусок зеркала в боку. Видимо, звери вымотали ее по полной. После такого ей начало казаться, будто бы теперь что-то колет ей под ребрами. Кирия быстро преодолела все лестницы и оказалась в комнате. Рукава ее кофты были испачканы в пыли, поэтому она сразу же направилась в ванную, чтобы бросить кофту размачиваться. Стянув толстовку, девушка глянула на себя в зеркало, от которого тут же отпрянула.  Ее живот стал похож на кровавую лужу. Резинку шорт, как и всю правую часть ткани можно было выжимать в банку и отправлять в больницу в качестве донорского пожертвования. Перпендикулярно тазовой кости в области, над которой биологически располагались почки, в ее бок входил огромный кусок зеркала. Он напоминал непропорциональный треугольник и по длине немного уступал женской ладони.  Стекло вонзилось в плоть на добрую половину собственного размера и было сплошь заляпано кровью. Кирия запаниковала. Она обхватила рукой осколок, наощупь чувствуя, что тот еще и довольно толстый. Мизинцем ощущая, как по стеклянной острой грани струйками течет кровь, девушка зажмурилась, опираясь свободной рукой в умывальник. — Сука, — выдохнула она, когда окровавленное зеркало выпало из крепко зажатых пальцев, с характерным звоном падая на керамику раковины и забрызгивая все вокруг красными каплями. Правая ладонь неприятно заныла — видимо, Сэкера перестаралась при сжатии в ней осколка, оставляя несколько зудящих полос на тонкой коже — но это, конечно, было ничем по сравнению с кровавым месивом, в которое превратился ее живот. Весь кафельный пол был залит животворящей жидкостью, а она и не думала переставать хлестать из раны. Было адски больно. Кирия судорожно вздохнула, вспоминая, как отец прошелся ножом сначала по ее ноге, а после — по шее. Боль, которую она испытывала тогда, когда лезвие вонзилось в правое бедро, сейчас она вполне могла охарактеризовать как детский сад. На мгновение, когда в ее глазах предательски потемнело, она подумала, что осколок пронзил ей что-то из органов — так глубоко он сидел в боку все это время. Сэкера опустила глаза, вдруг осознавая, что не зажала рану. — Твою мать! — выругалась она, прикладывая к участку — определить точно, к дыре ли, из-за цвета, который приобрела кожа, не представлялось возможным — ладонь, она покинула ванную. Доковыляв до шкафа с одеждой, она выхватила первую попавшуюся футболку, разрывая ее по шву. Один из клочков ткани, кажется, ранее служивший рукавом, она свернула вдвое и поместила поверх раны, а сверху замотала остатками, поднимаясь к самой талии, чтобы такое сомнительное сооружение лучше держалось. Сэкера постаралась взять себя в руки, но глядя себе в кроссовки, которые пропитались кровью, сделать это было крайне сложно. Тяжелое дыхание, как после забега, спустя пару минут все же удалось восстановить — теперь ее подорванное состояние внешне можно было распознать лишь по кровавым следам на руках и животе, и периодические прерывистые вдохи, которые обычно издавал ребенок после долгой истерики.  Теперь осталось замести следы резни — жалкими обрывками футболки она вытерла пол в спальне. На туалетную комнату было страшно взглянуть — кафельные пол и стены были в красных разводах, а керамический умывальник будто бы вовсе впитал в себя кровь, приобретая дизайнерский алый цвет. Кирия включила воду, хватаясь за бумажные салфетки и, смачивая их, стала оттирать следы от рваной раны по всему помещению. Дыра под футболкой болезненно саднила, но девушка старалась абстрагироваться от этого неприятного чувства.  Отмыв комнату, раковину и, наконец, себя, она стянула шорты, которые, по понятным причинам, пришлось выбросить, натягивая бесформенные черные штаны — чтобы резинка не передавливала самодельную перевязку. Теперь нужно было делать вид, что все нормально, меняя ткань каждые несколько часов и ожидая, пока кожа криво зарастет. Зачем? Она не знала.

***

— Сэкера, ты дура, — выдохнула Нагаи, выслушав краткий пересказ собственноручного реанимирования подруги. — Про заражение крови ты не слышала? А если бы… — Брось, в состоянии аффекта она повела себя вполне рационально, — вымолвил Чишия, поднимая на Сэкеру глаза. — На адреналине любой другой человек мог бы полоснуть себе по венам все тем же вытащенным осколком, решив, что уже не выкарабкается. Кирия посмотрела на парня. Тот выглядел абсолютно непроницаемо. А вот она незаметно для чужих глаз смутилась. То, что она сейчас услышала, можно было счесть за комплимент? Или что это, похвала? — Как так получилось? — беспокойно спросила Куина, выпуская изо рта сигаретный дым. Сэкера в немой просьбе уставилась на нее. — Уверена, что стоит курить после операции? Девушка все же обогнула кресло, вытягивая из пачки никотиновую палочку, подкуривая ее возле своего лица и передавая Кирии. — Хуже не станет точно, — тихо сказала Сэкера, затягиваясь. Приятное тепло разлилось в груди, наконец перекрывая собой саднящую тяжесть в боку. — Я бы поспорил, — высказал свое мнение Чишия, с неким укором глядя на коротковолосую. С укором, серьезно, ей не кажется? — Курение в твоем случае может… — Чишия, я благодарна тебе за то, что ты предотвратил мою смерть от потери крови, но позволь выкурить одну сигарету. От меня ничего не убудет, клянусь, — Сэкера честолюбиво-клятвенно приложила руку к груди, заставляя Миву прыснуть в кулак, а блондина слегка закатить глаза. — Нираги сказал, что в тебя мог попасть осколок зеркала, в которое ты заставила врезаться дикого кабана, — оповестила Нагаи. — Куда ты его дела? — Оставила лежать там, естественно. Еще добила по голове, чтобы не очнулся, — усмехнулась Сэкера, заставляя остальных улыбнуться. Разумеется, Мива спросила об осколке. — Он упал за умывальник. Я пыталась его вытащить, но сами понимаете… Мива как-то чересчур резво соскочила с кровати и унеслась в ванную, через пару секунд возвращаясь с ошеломленным лицом и острым куском зеркала, зажатым между двумя пальцами. — Ахренеть, — вынесла свой вердикт Куина, глядя на отражающее стекло. — Много крови было? — Достаточно, — кивнула Сэкера, опуская взгляд в ладонь правой руки, большим пальцем левой проводя по болезненным красным полосам, которые не успели затянуться. Чишия будто почувствовал, о чем подумала Кирия, взметнув руку с мотком марли на уровне собственной головы. Едва девушка заметила это движение, бинты оказались в ее здоровой руке. — Они глубокие, но я решил, что зашивать не стоит. Было бы очень больно, — пояснил парень своим самым спокойным тоном. — Замотать на успел — исправляй мои ошибки. Сэкера растянула губы в слабой благодарной улыбке, начиная развязывать моток. — О чем ты? — непонимающе посмотрела на Чишию Нагаи. Кирия махнула ладонью, обнажая жуткие рубцы, а после принимаясь плотно заматывать их со словами: — Я переборщила с нажимом на осколок, когда вытаскивала его из себя, — через несколько мгновений цикличных действий, она подняла на ребят взгляд, в котором ясно читались нотки нетерпения. — Я пропустила игры? — Пятерку треф, — без промедления ответила Куина. — Мы с Усаги вернулись с нее пару часов назад. Сэкера в который раз улыбнулась. Отлично. Значит, даже будь она трупом, все равно в ближайшие дни сыграет. — Арису и Усаги знают, что мы здесь? — спросила она у Чишии. Тот покачал головой. — Я уверен, что последнюю карту, как ты и говорила, придется подождать, — произнес парень. — Расскажем им план до того, как произойдет финальная игра. До этого я постараюсь выяснить, где точно Шляпник прячет карты. Мива и Куина понятливо кивнули. Сэкера лишь отметила про себя, что Чишия делает верное решение, предпочитая не спешить и накопать на Шляпника как можно больше информации. На том и порешали.