Глава 1

Тамия

«Настоящий бог – это человек» – Накименко О. П.

Глава 1

      Чуть меньше тысячи лет назад на Земле существовало необъёмное множество государств, вмещавших в себя безграничное множество людей.       К тому времени, к началу двадцать второго века, население планеты уже давно перевалило за восемь миллиардов и стремилось к девяти. Основных причин было несколько, о них известно даже самым тёмным людям.       Во–первых, в некоторых странах – малоразвитых и неимоверно бедных – власти никак не могли совладать со своим народом. Те всё рожали и рожали, плодили детей в угоду своим традициям, от чувства безответственности, от незнания.       Во–вторых, медицина достигла таких высот, что в сверхдержавах и в развитых странах, средняя продолжительность жизни составила сто лет. С одной стороны, как приятно большинству людей дольше жить, подавляющую часть отпущенного времени оставаясь в силах. С другой стороны, это усугубляет проблему перенаселения.       Ресурсы стали истощаться с большей скоростью. Планета нищала. Нефть, газ, уголь и прочие всевозможные невосполнимые ресурсы для быстрой добычи энергии заканчивались, и на подмогу пришёл мирный атом. Как минимум, тогда он был таковым. Ох, атомная энергия, сколько же было на неё надежд... На тот момент, АЭС являлись чуть ли не самыми экологически щадящими путями, позволяющими человечеству обрести топливо.       Таким образом, на территории сверхдержав начало появляться всё больше градирен. Наука дала жару и погнала по тропе изучения атома. СМИ гудели о грядущем прорыве в изучении, политики проводили свои кампании с оглядками на научные открытия в области атомной энергетики, многие учёные получали такие финансирования, о которых даже и речи не могло идти лет двадцать назад. Всё, чтобы быть самыми первыми, кто будет обладать загадочной желанной загадочной силой.       К сожалению, эта ядерная лихорадка закончилась так же быстро, как началась.       Мирный атом перестал быть мирным. Частицы, заточённые в станциях, обернулись непредсказуемыми, неизвестными. В один миг что–то в них изменилось. Сначала те замедлились, перестав сталкиваться друг с другом, а после словно взбесились, разрывая одну станцию за другой. Взрывы колоссальных масштабов с такими же невообразимыми ужасающими последствиями. Можно сказать, что мир погиб в один миг. Везунчики умерли за секунды, несчастным пришлось сгорать заживо от невыносимой дозы радиации, а последним досталась самая ужасная участь.       Ранее – лучевая болезнь, ныне – обращение в мутанта.       Люди теряли свою человечность. Их генетический код оказался подвержен болезненным изменениям, создавая из тех антагонистов самых страшных фильмов ужасов. Человек, вручную перешитый в моржа был бы красавцем на их фоне, вот настолько самым разумным существам в мире досталось. Да что уж о них говорить, животные тоже стремительно вымирали на ряду с частью растений.       Мир затрещал от мощи их взрывов будто бы сотни ядерных бомб, одна за другой, падали на земную кору.

Так, в 2104 году 19 ноября старому миру пришёл конец.

      Группа учёных заточила себя в бункере в надежде однажды создать человека с иммунитетом агрессивному атому. И у них вышло спустя девятьсот лет. Верх научного искусства, Кассива – Карива смотрел на луну. В дьявольски голубых глазах, которые так сильно резонировали с смоляными волосами, отражался холодный свет и, кажется, вся боль мира. И без того печальные глаза – их внешние уголки были опущены таким образом, что мальчишка всегда выглядел понурым – казались ещё более грустными и какими–то далёкими. Сейчас его сознание было никак не на обломке, неподалёку от бункера, а где–то на другом материке. Желательно на том, из сказок, на котором не происходил рукотворный апокалипсис, и живёт полчища добрых людей.       – Кас, – ледяной женский голос прорезал мысли. Он загремел в голове настолько внезапно, что юноша вздрогнул и задержал дыхание на несколько мгновений. Мало ли, что ему могло послышаться в безжизненной пустоши... – Кас, пора возвращаться.    Серьёзный властный голос пробивался, не подразумевая того, что его могли ослушаться.       – Сейчас вернусь, – на улыбке нежнейший высокий голос отвечал ей.    Парнишка, обладавший им, представлял из себя такую же лёгкую и чувственную натуру. Проще говоря, тембр ему крайне сильно подходил. Округлые выдающиеся бёдра, до странного схожие с женскими, изящные худые плечи и такие плавные черты лица. Парень просто был синонимом слову "феминность". Впрочем, по заверениям мамы, его тело до сих пор формируется, то есть переживать совершенно не о чем. Стоит лишь закончить стабилизацию уровня гормонов, и с восемнадцати лет его организм уже самостоятельно будет ползти к идеальному уровню тестостерона. Мужественные черты не заставят себя долго ждать. Возможно, в этом году у него даже появится полноценная щетина.    Кас очень любил Луну. Он настолько повёрнут на теме этого чудного небесного тела, что каждый раз, когда выдавалась возможность, встречал её снаружи. Приветствовал влюблённым взглядом, как и сейчас, размышляя о всякой чепухе. В этот раз Карива думал о том, насколько же счастливы были люди прошлого будущего и как же сильно те не осознавали своего счастья. Подумать только, большинство, пускай и состоятельных людей, но без особой подготовки могли отправиться в отпуск на сгусток пыли и наблюдать за Землёй со стороны. С ума сойти...       Естественный спутник Земли словно смущался такого внимания, прячась за облака. Мальчик был единственным, кто за всё время, мог выходить из укрытия, вот луна и отвыкла от столь долгих взглядов. «Очистка», – твердила робот–женщина уже который раз. Её голос устал повторять одно и то же из раза в раз, выпуская и впуская ИНК туда–обратно. Она бы вернула те времена, когда из убежища выходили единицы и то на недолгое время.       «Очистка завершена», – просипев, её запись оборвалась. Стоит починить динамики и проверить целостность записи, иначе им двоим совсем будет скучно без вездесущей дамочки. Не хотелось бы терять столь дорогого члена учёной группы.       Сохранившиеся под толстым слоем стекла, пять портретов смотрели со стены на вернувшегося гулёну. В каждой паре глаз – решимость, величину которой нельзя ощутить, вот настолько она велика. Лучшие умы империи собрались здесь для решения вездесущей проблемы. И за каждым из них теперь кроется трагическая история погибели. Каждый портрет – надгробие. До юного учёного ещё не дошли детали их смертей. Ольга – их глава и последняя выжившая – в связи с душевной болью физически не могла рассказать о том, что скрывалось за полотнами. Она лишь отмахивалась и говорила о том, что юноша узнает всё тогда, когда придёт время. Видно, пересмотрела в свои дни фильмов про становление героем и наставничество.       Портреты не подписаны. Потому что знания о них передавались из поколения в поколение – от одного клона к другому.       Грешнев Николай – мужчина с вытянутым острым лицом и умными–преумными глазами. Программная инженерия.       Юлия Ким – красивая девушка с вздёрнутым носиком и монголоидным разрезом глаз. Она была космическим инженером и специалистом по электроснабжению.       Зверев Пётр – мощный мужчина средних лет, который на контрасте с Николаем выделялся своими крупными размерами. Его пылкий взгляд притягивал, этот человек отвечал геологию.       Петрушина Анна – пышная красотка с пламенными волосами. Пухлые губы застыли в полуулыбке, женщина занималась агрономией.       И их дочь, Джен, последний клон, недавно погибший и теперь жалко существовавший в комнате, которая позарез нужна двум выжившим – внутри росла подавляющая часть растений. Что смерть, что нахождение тела несчастной ИНД – 17 – ужасно. Однако, исходя из того, насколько сегодня задумчива матерь Кассива, той уже пришла в голову мысль, как выкурить паразита с территории стратегически важного объекта.       – У всего должны быть свои рамки, – до холодного тёплый голос вытаскивает его из мыслей и привлекает к себе внимание. Его копия в женском обличие. Даже привычки, по большей части, те же. Ольга–18 копировала его до мельчайшей подробностей, хотя вернее будет сказать – он её копировал. Они одновременно поправили левую прядь волос, убрав ту за ухо, – у нас больше не осталось рабочего оружия в комплексе. Как бы ты управлялся с мутантами?       И дело не только в оружии. ИНК—1 был очень слабым клоном. Его кожу мог поцарапать летящий песок, а от сильного прикосновения оставались синяки. Вселенная стремится к равновесию, так и тело его было относительно уравновешено. Иммунитет против агрессивного атома – есть, но есть и анемия, есть изнеженный сосуд, слабый перед физическими воздействиями... Таким образом, Кассива приходилось прикладывать больше усилий для своего выживания.       – Знаю, – и в то же время они были разными. Он виновато отвёл небесного цвета голубые глаза и спрятал взгляд в коридоре, ища продолжение диалога в темноте. – И всё же, она же такая красивая... Что можно умереть.       Ольга прыснула со смеху и убрала руки в карманы, направляясь в ту самую темноту, по направлению взгляда сына.       – Чему только тебя научила тебя Джен.       – Раньше эту фразу говорили взамен признанию любви, – тело тут же двинулось следом за женщиной среднего возраста.       – Только слащавые романтики, тебе такое не идёт. Шагай быстрее, у меня много дел. Кровь заберу завтра, а сегодня обойдёмся инъекцией.       – Осталось всего две, да?       — Верно.       Кас посеменил за ней, обретя лёгкую улыбку на лице. Ему было приятно даже тогда, когда мама его бранила, когда просто разговаривала с ним. Это побуждало выработку эндорфина и заставляло его походку становиться менее вялой.

* * *

      Маленькому клону не спалось. Он лежал в кровати и смотрел на нарисованное окно. Занавеска, луна снаружи и горшок с цветком. Ему искренне хотелось взаправду иметь окно у себя в комнате, да только это – вещь невозможная. Слишком небезопасно, но так желанно... Да пусть даже не в комнате, пущай в крыше бункера. Какое—нибудь бронированное, которое можно закрыть железными ставнями, а в иное время – любоваться звёздами. Грезить, что на них тоже есть жизнь, что он не один в своём несчастии, а если один, так чтобы загадочные они его увидели и прибыли на Землю, чтобы спасти.        Одиночество съедало сентиментального парнишку. Несмотря на знание о том, что жизнь есть лишь на земле, а те звёзды, по большей части, это массивные самосветящееся небесные тела, состоящие из газа и плазмы, в которых происходят, происходили или будут происходить термоядерные реакции...       Эх, да, фантазии о том, что где—то там есть жизнь даже звучат глупо. Даже если и есть, то что с того? Сунутся ли они на планету, где вымерло почти всё? Скучно ведь... Хотя, если то – колонизаторы... – думал Кас.       Свет погас и лишь через пару мгновений включился вновь, зажужжав красным предупреждающим цветом – работает аварийный электрогенератор. Карива перестал ворочаться на койке, приделанной к стене, и сел с краю, утыкая взор в дверь. С чего бы это? Неужели родительница проводила такой эксперимент, который сжёг всё электричество, что те скопили? Нет, она бы никогда так не сделала, она – не эгоистка. В подтверждение домыслам за дверью, отражаясь от стен эхом, прогремел резкий звук, забивающий сердце в пятки, схожий с падением чего–то массивного.       А после него – шаги. Быстрые шаги, перешедшие в бег! Раздвижная дверь распахнулась, в неё вбежала Ольга. Потерянная, разъярённая, запыхавшаяся. Дверной проём за ней вновь сравнялся с основной стеной.       «Нарушение целостности отсека — 8», – холодно выносило вердикт убежище.       – Кас, – она судорожно впилась руками в свою голову, оглядывая его и поджимая губы. Ей нужно было время, чтобы найти решение, но такого драгоценного ресурса было слишком мало. Грохот нарастал.       Внутрь постучали три раза.       Пот стекает по её ледяной шее, как в красном свете проявляются еле заметные пятна на её руках. Юный клон хранил молчание, потому что понимал её. Потому что не смел сбить мысль, которая никак не могла вырваться наружу из сомкнутого рта.       – Я отвлеку её, – она подошла ближе, подбирая слова и смачивая губы. Те полностью высохли, – а ты найдёшь тихое место и вставишь мой ИН в свой разъём.       – Ты отдаёшь мне свой ИН? – хоть он и был умным, но сейчас вся сообразительность куда—то испарилась. Паника её заместила. – Но что тогда будет с тобой?       Опять стук в дверь, но в этот раз настолько сильный, что та начала выгибаться внутрь, в комнату.       – Я выживу, если выживешь ты, – с этими словами женщина потянулась к правому виску. На коже вмиг появилась щель с светло—голубым индикатором.       И именно в этот момент дверь выбило внутрь.       Масса из человека или... Людей в одно мгновение вплыла в комнату, вытягивая свои конечности. Язык монстра... Нет, язык Джен–17 опутал Ольгу, а вытаращенные глазки елозили по комнате, один из них даже зацепился на мальчишке, лишая оставшейся возможности к дыханию. Его сердце сжалось и забыло разжаться, резонировав с вырвавшимся криком матери.       Её кости трещали. Сдавило пополам, разрывая ровно по середине. Видимо, мутантше так будет удобнее есть. Внутри Каса, кажется, перемешалось всё, когда тот наблюдал за выползающими наружу органами. Он еле—еле сдержал рвотные позывы и впился глазами в её отчаявшиеся отчаянно голубые, но с долей надежды в глубине зрачков.       – Вста–авь.... – выплыло с кровью изо рта, ошмётками падая на пол. С той же стороны послышалось чавканье. Столь аппетитно громкое, что тошнота сильнее подкатила к горлу. Тонкая нежная рука бледнела стремительно, но мёртвой хваткой держала информационный накопитель. Лицо старшего клона потеряло жизнь.       Вставить... Да, забрать, найти место, вставить. Чтобы мама жила, чтобы спастись.       Чуть дыша, тот схватился за накопитель и рванул мимо твари, пока единственный рот её занят пережёвыванием ИНО — 18. Это тоже смотрело на него, но было занято едой, от чего движения были ленивы и испорченные руки не могли совладать с прыткой реакцией лёгкого живого тела. Кас выскочил, будто бы блоха, и удрал по коридору далеко—далеко, прижимая к сердцу драгоценный ИН. Перед ним всё плыло словно Карива оказался в колбе, переполненной водой.       Установить ИН.       Ватные ноги почти не были способны держать его. Маленький клон влетел в кабинет учёной и намертво запер за собой дверь. Сейчас безопаснее места не найти во всём комплексе. За ним тянулся запах крови – вся одежда была измазана в крови. Жаль, что комплекс слушался лишь Ольгу. Теперь у Кассива нет с ним этой автоматической связи, которая дозволила бы отдавать команды в мыслях или голосовым управлением «рулить» бункером.       Утробное рычание вдали напоминало о том, что стоит думать и действовать быстрее. Чудище вечно жрать не будет. Багровое освещение спокойствия не добавляло.       Щёки горели от слёз, это они застилали взгляд. Воздух жёг лёгкие, в боку кололо, сердце ныло. Ещё чуть—чуть и парень развалится прямо здесь, не выполнив свой долг. Но он вынужденно взял себя в руки. Утёр мокрое лицо перчаткой и зачесал правую прядь за ухо, кривя свою непропорциональную морду, в рыдании кажущуюся ещё уродливее обычного.       Разъём размером с ноготок и с такой же толщиной приоткрылся и уже готовился принять новую информацию. Кас не знал, чего именно ожидать, знал лишь от Джен, что это очень больно. Но куда уж больнее, когда сердце его изнывает от потери ИНО–18, а тело штормит от бега и паники? Внутрь погружается тоненькая пластинка, в голове раздаётся щелчок и гудение. Загрузка базы данных ИНО–16, – низкий женский голос в мыслях. Серьёзный, даже суровее голоса его матери. От такого сравнения вновь начинают пылать глаза.       Он в одно мгновение проживает жизнь. Первую, вторую, третью... Мальчик видит себя, видит Джен–17 и много ещё чего, что нельзя уместить в одно предложение. И всё это пропадает, и исчезает в один момент, будто бы само не может решить, являть себя новому владельцу или нет. Его голову буквально разрывает от информации, от чего обессиленное тело падает вниз. Если бы не восхитительная врождённая скорость реакции, то тот бы расшиб голову. Но нет, руки вовремя страхуют сосуд, и тому удаётся лишь под конец шлёпнуться плечом на плитку.       Это пик, Кас не выдержит. Решив, что на этом всё кончено, его пальцы пытаются выцарапать содержимое разъёма, но ничего не выходит. ИН будто бы застряло или не хотело вылезать до полной передачи информации. И хоть умом Карива понимает, что нельзя сейчас доставать ИНО наружу, организм всё равно пытается уберечь себя от боли даже подобными бессмысленными варварскими методами. Проверка совместимости пользователя. Проверка совместимости произведена. Синх– Генетический код повреждён, десинхронизация. Синхронизация – 78,69% процента. Личностные черты временно заблокированы. Регистрация нового пользователя. Передача административных прав. Доступ разрешён – ИНК–1. Статистика Состояние администратора на июнь, общая оценка. 1,65 см 47 кг запрашиваемая средняя температура тела – 35,4°С Обнаружено и требует решения: 1. Пониженный уровень гемоглобина 2. Пониженное давление 3. Пониженный уровень тестостерона 4. Повышенный уровень эстрогена Общее состояние здоровья (при значении 100% как стандарте, установленном ⬛⬛⬛)– 56,89%       Он ничего не понимал из того, что твердит ему этот надоедливый женский голос. Перестал понимать ещё в начале. Карива пытался остановить, бесконтрольно текущую из носа, кровь. В голове звенело, громче были лишь крики монстра. Истошные, голодные, переходящие в людские возгласы агонии. Кас тоже на пределе. Ещё чуть–чуть и он завопит лишь чтобы выпустить давление наружу, хоть как–то.

Тук–тук–тук.

      Рёв окутывает кабинет.       – Снимите! Вытащите! – безумно вопит парень, хватаясь за голову и пытаясь снять её, выцарапать содержимое, ведь боль нестерпимая. Словно мозги перемалывают и перемалывают, жуют и выплёвывают и всё это в черепной коробке. Попытки безуспешны – остаются лишь кровоточащие царапины на коже. Он задыхается. Раскрасневшееся лицо утыкается в ледяную стену. Боль и гудение отвечают на каждый шорох, вся его одежда покрыта кровью. Он не уверен, сможет ли сделать хоть шаг... Когда мысли вновь разрывает эта надоедливая особа. Соединение установлено. Проверка целостности пользователя, создание списка задач. Текущая цель : Выжить.