Часть 8. Контрастный душ

      Почти всю дорогу они с Кимом трепались ни о чём и обменивались шутками про покалеченные ноги и хромоту — начала, кстати, Аля, так что тут с парня взятки были гладки — но чем ближе они приближались к отелю, тем тише становились голоса и короче реплики, пока ребята практически не умолкли.       Нельзя сказать, чтобы к корпусу с номерами они крались на цыпочках — попробуй тут, когда щиколотка ноет! — но вели себя довольно тихо, прекрасно понимая, как сильно им влетит, если их пути пересекутся с Менделеевой. И оправдание «ну, мы хотя бы вернулись» сработает едва ли.       Однако сколько ни оглядывались они по сторонам, а приближение грозы так и не заметили.       — Ли! Тьен! Ким! — коротко, словно три контрольных выстрела в голову, прозвучало в вечерних сумерках, едва Ким схватился за входную дверь.       — Дин? — Крутанулся на месте парень, тут же уперевшись взглядом в красноволосую девушку.       Судя по сдвинутым бровям, чуть наклонённому вперёд лбу и упёртым в бока кулачкам, настроена она была отнюдь не дружелюбно.       — А чё прои… — начал Ким, но его перебили.       — Я. Устала. — раздельно произнесла спортсменка, затем протяжно выдохнула и как-то разом обмякла. Спина ссутулилась, руки безвольно повисли вдоль тела. — Я устала, Ким, — подняла она на парня взгляд, полный укоризны. — Знаешь, когда мы группой только-только вылезли из автобуса, и я не увидела тебя на остановке, я думала, что при встрече разорву тебя на тысячу маленьких Кимов.       — Но мы с Аль…       — Дай мне договорить, — девушка вскинула руку, но это был скорее жест отчаяния и мольбы, чем приказания заткнуться. — Я прекрасно понимаю, что ты наверняка из самых лучших побуждений тут же отправился с Альей до ближайшей аптеки за каким-нибудь там бинтом или мазью для неё, напрочь забыв о графике их работы.       — Апте?..       — Ким! Я понимаю, что ты добрый парень, но я уже устала от того, что ты наглухо игнорируешь в этом мире всех, кроме самого себя. Хотел покрасоваться перед травмированной одноклассницей эдаким белым рыцарем на коне (или скорее самим конём), потаскав её на себе, а потом предложив помощь с аптекой? Замечательно! Только какого дьявола ты забыл, что вместе с остальной группой едет твоя девушка, которой — на секундочку! — потом придётся бледнеть и мямлить что-то под грозным взглядом нашей вожатой-химички, а?! Ты хоть на секунду подумал о том, как я себя чувствовала?! Слава Богу, я сегодня была у нашей Менделеевой на хорошем счету, и она отнеслась к моим объяснениям благосклонно, но Ким! Я не могу тебя выгораживать постоянно! Потому что ты опять наступаешь на те же грабли, что и в прошлые разы! «Вижу цель — не вижу препятствий»! «Мне на спор и море по колено»!       — Дин… — подал голос Ким, и Алья только сейчас поняла, что во время всей этой тирады не сводила глаз с Ундины. Зато когда блогерша теперь глянула на Кима, то изумилась решительным изменениям в его позе.       Парень тоже сгорбился, потупился, взгляд его бегал из стороны в сторону, и в целом он выглядел каким-то… потерянным, что ли?       — Дин, слушай, я правда…       — Ким, — голос девушки звучал уже твёрже. — Мне не нужны ни оправдания, ни объяснения. Даже если они искренни и правдивы. Потому что я хочу из-ме-не-ний, Ким! Ты понимаешь хоть это?       — Понимаю, — тяжело вздохнул парень.       — А раз понимаешь — почему ничего не делаешь? — по-прежнему почни никакого укора, лишь тупая, тягучая боль в голосе.       Молчание и поджатые губы в ответ.       — Извини, Ким, но иногда мне кажется, что ты просто необучаем.       Что-то заставило Алью вскинуть голову и впериться взглядом в Ундину, но та сама неотрывно глядела на мявшегося перед нею парня.       — И твоя главная цель в жизни — срубить когда-нибудь премию Дарвина!       Ещё раз коротко выдохнув, Ундина на миг прикрыла глаза и направилась к Киму.       Вот сейчас она поравняется с парнем, выдохнут прямо в лицо «между нами всё кончено» и залёпит звонкую пощёчину, а Ким…       Но Ундина лишь просто молча прошла мимо парня, словно мимо пустого места, и скрипнула петлями входной двери, оставляя ребят в гнетущем безмолвии.       И без слов было понятно, что Киму даётся последний шанс на исправление себя, а дальше…       А что, собственно, дальше?       — Ким, — Алья вдруг обнаружила, что стоит радом с парнем и очень мягко, почти нежно касается его плеча. — Ким, она не права, — сорвалось с губ прежде, чем она успела наполнить фразу смыслом.       — Нет, права. — тяжело вздохнул парень.       — В это раз — точно нет! — запротестовала девушка.       — В этот — даже больше, чем в предыдущие, — криво усмехнулся парень.       — Но Ким! Она же даже не знает, что произошло на самом деле!       В сознании ну очень некстати всплыли воспоминания о прошедшей ночи и рухнувшей от страсти кабинке, но девушка отогнала эти образы прочь.       — И я готов молиться кому угодно, чтоб никогда и не узнала, — хохотнул он невесело. — Потому что не знаю, что там произошло, но каким-то чудом все решили, что мы доехали до места в то же время, что и остальная группа, как бы даже чуть не раньше них. Иначе б нас тут вообще на лоскуты порвали.       Алья поджала губы.       — Но в этот-то раз всё случилось из-за меня, — прошептала она одними губами, но парень всё равно услышал и с изумлением уставился на неё:       — В смысле?       — Если б не моя нога…       — Пфех! Думаешь, Динка ни разу не травмировалась перед тем, как меня пилить? Обычно от этого у неё только едкость замечаний и возрастала!       — Но ведь именно из-за того, что ты помогал мне весь день…       — Думаешь, те же Макс или Нат прошли бы с тобой хоть половину маршрута?! — усмехнулся парень. — Разве что Иван…       — Но и ты не был обязан!       — Ты и так отдарилась мне сперва парео, а потом и футболкой. — Пожал он плечами.       — Но и ты мне почти такую же подарил!       Алья была уже на грани отчаяния. Похоже, мозг собеседника был слишком мал, чтобы вместить в себя не только многоходовые заговоры, но и банальную благодарность.       — Аль! — она вдруг поняла, что её рука уже не покоится на его плече, а зажата между его ладонями, а сам парень пристально-пристально смотрит ей в глаза. — Я понимаю, что ты хорошая девушка, очень справедливая, в хорошем смысле расчётливая, но при этом каким-то чудом безбашенная, и всё такое… Но ты просто не понимаешь, что иногда просто нельзя поступать иначе. Можешь считать это кодексом походника, можешь — моим личным заскоком. Но нельзя бросать того, с кем ты в связке команды. Дурачиться, обзываться, ёрничать, подкалывать, вызывать на идиотские состязания — сколько угодно. А вот бросать — никак.       Он вдруг потупился, чуть погрустнел и добавил уже тише:       — Вот Динка, как начинающая походница, последнюю часть понимает… А всё остальное про веселье и кураж, в отличие от тебя — нет…       На несколько секунд повисло молчание, а затем парень коротко выдохнул:       — Хотел бы я, чтоб она иногда чуть больше походила на тебя, — и, вскинув голову, улыбнулся девушке. Лишь на самом-самом дне его глаз притаилась грусть.       Алья не смогла ничего ответить. Чисто физически. Потому что у неё буквально ком застрял в горле от всех чужих слов — ей оставалось лишь беззвучно разевать рот, пытаясь выдавить из себя хоть один звук.       — Ладно, — он неожиданно приподнял её руку и коротко хлопнул по её тыльной стороне ладонью. — Смотрю, притомилась ты от всей этой поездки, а тут я ещё со своими проблемами. Вон, зеваешь уже во всю. Так что давай-ка лучше на боковую. Местный врач, полагаю, тоже уже с рабочего места сбежал, так что прямо сейчас тёплый душ и хороший сон — именно то, что лучше всего поможет тебе восстановиться!       И на прощание сжав её руку, тоже направился к двери. Алья, словно деревянный истукан, повернулась за ним следом, не в силах сделать и шаг.       — Спасибо за сегодняшнее приключение! — подмигнул он ей, уже открыв дверь, и…       — Ким! — метнулась к нему Алья, но тут же чуть не зашипела от боли в пострадавшей ноге. «Чёртова щиколотка!»       — Да? — хоть девушка и не закричала, гримасу боли на её лице он всё равно заметил и тоже шагнул было к ней, но она протестующе замахала руками, так что он вновь замер, так и сжимая в руке дверную ручку.       — Ты хороший парень, Ким, — совладав с собою, девушка вновь выпрямилась и даже смогла улыбнуться. — Так что это тебе спасибо за сегодняшнее приключение!       — Ха-а-ах! — беззаботно расхохотался он. — Повтори мне это в следующий раз, когда вся группа с ума сходить будет, куда это я опять делся и никак не возвращаюсь! — и, дурашливо отсалютовав, скрылся в здании.       А Алья почувствовала, что у неё подкашиваются ноги.       — Та-а-ак! — усилием воли взяла она себя в руки. — А ну-ка, марш в номер, приводить себя в порядок!       И, прихрамывая, тоже направилась к двери.       К счастью, их с Ундиной номер располагался на втором этаже, так что добралась до него она довольно быстро. Однако не успела она переступить порог, как тут же нос к носу столкнулась с соседкой — та была одета в привычный спортивный костюм, а на плече покоилась лямка спортивной сумки.       — Всё. — Решительно сообщила девушка. — Я ухожу, — и направилась к выходу.       — Как?! — вырвалось у Альи, и она чисто машинально расставила руки в стороны. — Стой! Подожди!       — Ну что ещё? — недовольно закатила глаза спортсменка.       — Ты что, вот так вот просто возьмёшь и уедешь отсюда?        «И бросишь меня один на один с Кимом?» — чуть не ляпнула она следом.       — Уедешь? — Ундина озадаченно вскинула бровь.       — Ну… — Алья почему-то стушевалась. — Из-за ссоры с Кимом там, внизу?       — Что «из-за ссоры»?! — Теперь на блогершу уже таращились.       — Ну… ты такой разнос ему устроила, и была так…       — А-ха-ха-ха-хааах! — Заливисто рассмеялась девушка, запрокинув голову. — Алька! Ну ты и даёшь!       — Так ты остаёшься? — окончательно запуталась блогерша.       — Остаюсь, конечно! Ну, то есть, прямо сейчас — нет, потому что иду в бассейн, — она вжикнула молнией, демонстрируя лежавшее в сумке большое полотенце. — Добрые люди договорились с администрацией продлить время его работы, раз из-за медуз всё ещё нельзя в море купаться. А лишать себя заслуженного отдыха из-за какой-то там размолвки с Кимом?! Фех! Не смеши меня! Мы и не так с ним цапались. И вздумай я расстраиваться из-за каждого подобного случая — вообще б из депрессии не выходила. Тем более, если бы мы поссорились всерьёз, то трусливо бежать, поджав хвост и оставляя поле битвы за ним — вообще последнее дело. — Ундина заговорщицки подмигнула собеседнице. — Хотя, если по-честному, то я и правда устала за сегодня сильнее, чем ожидала.       Повисла неловкая пауза, и Ундина поспешила заполнить её:       — Ладно. — Она поправила лямку на плече. — Я в загул, то есть, в заплыв, смыть с себя весь этот негатив, чем и тебе советую заняться. М… правда, учитывая беду с твоей ногой, лучше ограничиться душем… И лучше с нескользящим ковриком на полу… В общем, смотри, не поскользнись там, если решишь освежиться.       Спортсменка ободряюще похлопала соседку по плечу и наконец-то вышла наружу, а сама Алья устало опустилась на кровать.       Как выяснилось, это было ошибкой. Вставать обратно не хотелось категорически. А вот откинуться назад, привалившись спиной к стенке и упершись в неё же затылком, прикрыть глаза, медленно и глубоко вдохнуть, наслаждаясь долгожданным отдыхом для ноги, и…       — Так, не-не-не! — одёрнула саму себя девушка. — Так, чего доброго, ещё вырублюсь! А впереди ведь ещё и ужин!       В животе забурчало, и она поняла, что за всеми приключениями в Ментоне действительно забыла о еде.       — Пора привести себя в порядок! — кивнула она и с явной неохотой встала с кровати.       Как не странно, нога болела уже чуть меньше — видимо, без уличной обуви ей было всё-таки легче.       Подхватив сменные трусики и футболку, Алья направилась в ванную.       Там она с большим удовольствием скинула с себя всю одежду — правда, когда пальцы касались футболки, подаренной Кимом, на щеках невольно выступал румянец — и зашла в душевую кабинку.       К счастью, плитка на полу была не гладкой, а с микрорельефом, так что не скользила даже когда из душа ударили струи воды.       Осторожно, словно кошка, вынужденная переходить ручей вброд, Алья подставила под прозрачные нити сперва одну, потом другую ногу. Отрегулировала температуру ещё раз, и шагнула уже дальше, позволяя потокам воды сплести вокруг её талии жидкую юбку.       Когда одна из струй запуталась в кудряшках лобка, девушка шумно выдохнула, и машинально потянулась ладонью вниз — чисто закрыться от щекотливой ниточки, но пальцы сами собой прижались к волоскам и коже, скользнули вниз…       Одного прикосновения к половым губам оказалось достаточно, чтобы соски затвердели и выдались вперёд, а ареолу, верх груди и плечи с лопатками обсыпало мурашками.       — Мнгх! — застонала девушка, прикусывая губу. — Да что ж такое-то?!       Сомкнув пальцы свободной руки, она решительно прошлась вверх от локтя к плечу, растирая кожу, но тело вновь предало её, и вот пальцы уже словно сами собой скользят по ключице, вверх по склонившейся к противоположному плечу шее, по краю челюсти к самому кончику подбородка, и снова вниз, через другую ключицу к вздымающейся от неровного дыхания груди.        «Как же хочется…»       И Алья не удержалась от искушения ещё немного поласкать себя.       Пальцы сомкнулись на соске, и девушка застонала, выгнув спину.       Вода, до этого просто мерно барабанившая по телу и приятно его согревавшая, тут же превратилась в орудие изощрённой пытки — десятки крохотных иголочек, колющих каждый подвернувшийся квадратный миллиметр кожи.       Второй сосок обиженно заныл, требуя внимания и к себе, и девушка, коротко подхватив свою правую грудь снизу, чуть приподняла и сжала её, а потом переключилась на левый сосок.       Но теперь возмутился уже клитор –вот уж действительно, «ходят вокруг, да около»!       Пальчики, до этого лишь гладившие половые губы и чуть раздвигавшие их, сместились вверх, мягко отодвигая в сторону складку кожи, прикрывавшую чувствительную точку.       Плавное касание, и девушка чуть не задохнулась от ощущений.       Стало тяжело стоять, и чтобы не потерять равновесие, она привалилась к стенке душа.       Кожу обожгло прохладой плитки, но она лишь резко дёрнула рукой, поправляя положение насадки душа и ручки смесителя — теперь горячие нити били над её правым плечом, обильно орошая тёплой — уже почти горячей! — водой стенку, а заодно лаская и её правое плечо, ключицу, грудь и живот.       Почувствовав, как часть воды стекает с согнутого локтя правой руки, занятой грудью, девушка ухмыльнулась и сменила руки — теперь левая тискала левую грудь и сосок. Он был обделён потоком тёплой воды, и потому торчал особенно остро и был ещё чувствительнее обычного.       Зато пальчики правой уже во всю резвились с клитором и её щёлочкой, а стекавшая вниз по руке горячая вода лишь усиливала сладкую негу.       Чувствуя, что сползает, девушка чуть переставила ноги и сместилась ближе к углу — лопаток приятно касалась уже успевшая нагреться плитка, а душ низвергал потоки воды почти на всё её тело, отчего будоражащее ощущение контраста чуть смазалось, и чтобы не снижать остроту ощущений, ей пришлось действовать агрессивнее — пальцы левой уже не просто сжимали и теребили один сосочек, в метались от одного к другому, то вдавливая их в податливую грудь, то наоборот, сжимая, словно крохотными тисками и оттягивая их вперёд и вверх.       Да и правая не отставала, то накрывая клитор уголком кожи, то наоборот, оголяя его как можно сильнее, а пальчики всё настойчивее и настойчивее раздвигали набухшие половые губы, чуть-чуть — одними подушечками — проникая внутрь, смешивая горячую влагу, струящуюся сверху, и не менее горячую влагу, текущую изнутри девушки.       Наращивая темп, она и не заметила, когда длинный шланг душа стал тереться о её тело, мерно постукивая по стеклянной стенке душа в такт её движени…       — Так вот, чё никто не слы…       — А-а-а-а! — взвизгнула Алья, машинально дёрнувшись в сторону. Руки словно приросли у груди и лобку, но теперь они уже не распаляли страсть, а пытались прикрыть тело.       — Я, кажись, помешал?        «А мог бы и помочь, кретин!» — чуть не ляпнула Алья, глядя исподлобья на Кима.       То ли от недавних ласок собственного тела, то ли от резкого прерывания оных — а вероятнее всего, от личности прервавшего — сердце никак не прекращало чечётку, а грудь вздымалась вверх и вниз от тяжёлого дыхания.       По коже поползли мурашки. Потому что надо было не отскакивать от душа в дальний угол, а хватать его и мочить — пока в прямом смысле — гостей. Особенно всяких непрошеных! («Хоть и желанных!»)       Почувствовав, что её вновь заносит не туда, девушка коротко тряхнула головой и, набычившись, глянула на Кима, который — вот зараза! — так и стоял, лыбясь, в открытых дверях ванной комнаты.        «Надеюсь, хотя бы дверь номера закрыть додумался?» — мелькнул в сознании вопрос, но его тут же заменили гораздо более шаловливые мыслишки:        «Что, так нравится, что видишь, раз всё ещё смотришь?»       Ей пришлось прикусить язычок, чтобы он не выдал её с потрохами.       — Ты Ундину, что ли, искал? — Мозг, наконец, сподобился выдать максимально нейтральный вопрос. — Помириться хотел?       — Хотел… — медленно кивнул Ким, по-прежнему не отрывая взгляда от фигуры Альи, усиливая у той противоречивые желания с криками вытолкать его взашей из номера, и в то же время — схватить его за топорщащиеся штаны и затащить под душ. — Но планы малёха поменялись…       И начал стаскивать с себя футболку!       — Т-ты что делаешь?! — только и смогла выдохнуть Алья. — Совсем сдурел, что ли?!       — Ну так останови меня! — фыркнул Ким, бросая футболку прямо на пол и переключаясь на шорты с трусами.       — Ки-им! — протянула девушка, стараясь, чтобы голос звучал предостерегающе, а не приглашающе.       — Ой-ой-ой! — скривился он. — Вот только не надо тут корчить из себя недотрогу и святую невинность.       — Что?!       — Что-что, — передразнил парень. — Врёт, что не хочет, а у самой соски торчком, и из щёлки течёт, как из крана.       — Э-это неправда! — полыхнув щеками, девушка потупилась, и только сейчас поняла, что действительно не просто прикрывала лобок, а машинально касалась его пальцами. И пальцы эти сейчас были влажными! И отнюдь не от душа.       — Аль! — воспользовавшись её заминкой, уже совершенно голый Ким шагнул в душевую кабинку, прикрывая за собой дверь.       Девушка слегка затравленно глянула через его плечо и поняла, что дверь ванной комнаты тоже закрыта.       Парень, перехватив её взгляд, криво ухмыльнулся:        «Быстро ты отсюда уже не сбежишь, деточка. Даже если захочешь!»       — Аль, — повторил он. — Кончай ломать комедию, а? Мы оба с тобой уже достаточно взрослые люди, чтоб играть в такие увёртки. Ты же просто мечтаешь, чтобы я отодрал тебя во все дыры!       — Э-это не правда! — запротестовала девушка, понимая, что её слова плохо вяжутся с её же бездействием. Могла бы хоть пощёчину залепить, что ли?!       — У тебя все пальцы внизу мокрые, — повторил он свой предыдущий аргумент в чуть более мягкой форме.       — Это от душа!       — И соски торчат.       — Это от холода!       — От холода, говоришь? — хмыкнул он, и во взгляде заплясали чертята. — А давай тогда немного побьёмся об заклад. Почти из спортивного интереса! Я сейчас хорошенько так полью тебя из душа тёплой водой, и если твои сосочки после этого станут мягкими — так и быть, я извинюсь и выйду отсюда прочь. Если захочешь — сможешь даже отвесить мне поучительный пендель на прощение.       — А если нет? — ляпнула Алья, не успев прикусить себе язык, но тут же нашлась, как переиграть всё в свою сторону — ухмыльнулась в ответ, чуть отставила бедро, умышленно придавая своей позе сексуальности, и повысила ставку. — Что, неужели сделаешь со мной всё, о чём ты думал последние несколько минут?       — Я? — гоготнул Ким. Похоже, «ставка» девушки его позабавила своей мелочностью. — Не-ет! Если сосочки вдруг останутся твёрдыми, то это я позволю тебе проделать со мной всё то, о чём ты мечтала последние несколько часов, — отвернулся он к стойке душа, чтобы снять его с крепежа, а Алья поняла, что уже проиграла этот спор.       Потому что соски практически кололи закрывавшую их руку!       Опять тот же Ким. Прямолинейный, самоуверенный, властный!       На секунду больная фантазия нарисовала ей, что крепкая ладонь спортсмена сжимается не на рукоятке душа, а на широком ошейнике, который он вот-вот нацепит на шею своей рабыне.       — Ну что, ты готова начать? — спросил Ким, подкручивая второй рукой рычаг смесителя, выставляя температуру.        «Или сразу кончить?» — так и читалось в его ухмылке.       Не доверяя собственному голосу, она просто кивнула — и кожу тут же обожгло ледяными брызгами.       — Эй! — взвизгнула девушка. — Это нечестно!       — Ой, прости-и-ите! — осклабился сволочь. — Вечно я лево с право путаю.       Алья, не сдержавшись, рыкнула на него.       — А ты та ещё хищница, — ухмылка парня стала шире, но вода, вновь полившаяся на Алью, была максимально комфортной температуры.       Между прижатой к телу грудью и прижимающей их рукой мигом образовалось небольшое озерцо, и теперь струи воды с шипением и бормотанием барахтались в нём.       Больше не доверяя своему телу, девушка с вызовом уставилась в глаза парня.       Тот принял этот «бой» небрежно, почти играючи, подчёркнуто насмешливо, лишь чуть-чуть водя лейкой из стороны в сторону, словно щекоча тело девушки прозрачными нитями.        «Щекоча?»       — Ну как? — Его рука резко крутанулась, и хотя вода чисто физически не смогла последовать за лейкой с той же скоростью и силой, Алья вздрогнула, словно в руках его сейчас была плётка, и она только что пропустила удар. — Как наши сосочки?       Рискни она сейчас ласкать свой клитор, и этого проникновенного вопроса было бы достаточно, чтобы она кончила. Но именно из-за того, что она всячески пыталась сдерживаться…       — Э-это спазм! — выдала она первое, что пришло в голову.       — Понимаю, — с деланым участием кивнул Ким. — Ну тогда, может, поможешь им расслабиться?       И прежде, чем Алья успела осознать чужие слова, её собственная рука — предательница! — уже чуть отстранилась от груди, с громким шлепком обрушивая на пол давешнее озерцо между грудей.       — Ум-м-м-нннууу! — тихонько простонала она, закусывая губу, когда собственные пальцы скользнули по чувствительной коже груди.        «Только не кончиками! Только не кончиками!»       Собрав остатки воли, она растопырила пальцы, и накрыла сосочки самой серединой ладони.       Второй сосочек, очевидно, тоже был в сговоре с Кимом, потому что начал твердеть «за двоих».       Девушка невольно покосилась на него, и тут же прокляла себя за подобную слабость.       — О! — «понимающе» протянул Ким, перехватив чужой взгляд.       Алья нервно закусила губу.       — Да ты не стесняйся, — его голос можно было использовать вместо патоки. — Действуй, как тебе хочется.       И в ту же секунду вторая рука тоже взметнулась вверх, накрывая второй сосочек растопыренной ладонью.       Ан нет — пальцы уже во все сжимали шикарную грудь девушки — сжимали жадно, требовательно, так что массивные буфера как бы вздувались между пальцами.       Понимая, что если сейчас проедется ладонью по сосочкам хотя бы на миллиметр, то уже не сдержится, девушка с тихим стоном раздвинула и чуть приподняла сами груди, а затем двинула их в стороны и вниз, чтобы вновь позволить своим аппетитным полусферам сомкнуться, но уже чуть ниже.       — Продолжай-продолжай, — всё так же «милостиво» разрешил ей Ким, и Алья вновь сделала зажатыми в ладонях грудями две окружности… И ещё одну, постепенно ослабляя хватку своих пальцев из опасений, что если отдастся похоти полностью, то банально оставит синяки у себя на груди.       И вот, при очередном таком витке одна грудь выскользнула из-под её ладони.       Выскользнула подло, прямо в верхней точке, смачно шлёпнувшись вниз, и заставив девушку тихонько застонать от этого ощущения.       — Может… — шёпот Кима раздался у самого уха, а его грудь была так близко, что она почти царапала соском его кожу.        «Ах, это чёртово «почти»!!!»       — Может, позволишь профессионалу помочь тебе?       Она ощутила, как кончили его пальцев скользят по её руке вверх, и сдалась, подавшись вперёд.       Но Ким — вот ведь «честная» сволочь! — каким-то немыслимым образом извернулся, и «перехватил» её грудь своей открытой ладонью.       — Ты ведь так делала? — чуть сжал он руку, словно проверяя, сколь упруго её грудь пружинит под его сильными пальцами.       — Да-а-агх! — Чуть не захлебнулась собственной слюной девушка, запрокидывая голову назад.       — И та-а-ак? — поймав её ритм, он приподнял и чуть отвёл в сторону грудь.       — У-у-унгх! — застонала девушка, безвольно свешивая вторую руку в знак капитуляции, и догадливый Ким тут же занял и эту стратегическую высоту.       Лейка душа теперь валялась где-то на полу, посылая вверх бессильный фонтанчик, достававший девушке едва ли до пояса, но именно эти разрозненные капли столь будоражили её внутреннюю сторону бёдер и лобок, что девушка задумалась: а неужели, за всё это время Ким так и сохранил самообладание?       Её руки сами собой потянулись к его лобку, и тут же наткнулись на толстенный, горячий, и чертовски шелковистый член парня.       — Ки-и-им, — простонала она, сильнее сжимая пальчиками его достоинство, и одновременно скользя по нему прочь от его лобка.       — Дъагх? — наконец-то сбился его голос, и это окончательно сорвало крышу девушке.       — Трахни меня! — услышала она собственный голос, а уже в следующую секунду оказалась вжатой спиной в плитку на стене.       Ким легко и непринуждённо, как пушинку поднял её над полом, подхватив под коленями и разведя её ноги в стороны.       Осознание того, что прямо сейчас её текущая щёлочка столь похабно раскрыта перед этим сильным, мускулистым парнем, впрыснуло в кровь ещё больше адреналина, а в следующую секунду он уже вошёл в неё.       Резко, без предупреждения, по-хозяйски.       — Да-а-а, сучка! — наконец-то застонал и Ким, ритмичными движениями бёдер буквально вдалбливая Алью в стенку душа. — Скучала по моему члену?! Снова распахнула перед ним киску?!       — Да-а-а-ангх-а-а-а-а! — в перерывах между толчками вырывалось из её горла.       Глаза её закатились под своды черепа ещё в первые же мгновения проникновения, голова моталась на ослабшей шее в такт чужих движений, а собственная грудь, шлёпающая по телу, и хлюпающие половые губы, которые шлёпал лобок парня, окончательно путали её сознание, как вдруг…       — «Снова»?! — распахнула она глаза.       Единственное слово обрушилось на неё настоящим ушатом ледяной воды, вызывая чувство ужаса и неконтролируемой паники.       Киска невольно сжалась вокруг чужого члена, от чего Ким утробно зарычал, затормозил на секунду, но тут же нарастил темп вдвое против прежнего.       — Да-ааа! Такая сочная! Такая узкая! — в оскале его приоткрытого рта проступило что-то звериное.       Алья чуть не задохнулась, когда он вошёл в неё особенно глубоко, едва ли не пригвоздив к стенке ванны.       — «Снова»?! — эхом повторила девушка, молясь каким угодно высшим силам, лишь бы слово прислышалось ей.       — А ты думала, я сучку с такими шикарными дойками со своей плоскодонкой спутаю?! — загоготал Ким, прекращая двигаться внутри Альи, но по-прежнему поддерживая её навесу с беспомощно раздвинутыми ногами. Спина её упиралась в стену, не оставляя места для бегства или хотя бы манёвра. — Кстати, Динка! — парень чуть повернул голову бок, и у Альи внутри что-то оборвалось. — Ты мне таки проспорила! — губы Альи задрожали, словно она уже предвидела, что случится дальше. — Твоя вся такая «правильная» и «верная» своему парню соседка оказалась такой же охочей до моего члена сучкой, как и ты.       — Ундина?! — в ужасе ахнула Алья, поняв, что дверь ванной уже открыта, а в проёме, привалившись к косяку, стоит, сложив руки на груди, пловчиха.       — Мда уж… — сокрушённо вздохнула спортсменка, глянув на Алью. — Расстроила ты меня… — укоризненное качание головой. — Но что поделаешь, проспорила — так проспорила… Придётся теперь тебя в таком виде всему классу показать. — коротко блеснула вспышка на смартфоне.       — Ундина?! — Алья была столь шокирована подобным предательством, что даже не пыталась вырываться. (И смысл, кстати если фото и так уже сделано, да наверняка уже и в облако загружено.) На глазах навернулись слёзы, в горле от бессильной злобы встал противный комок. — За что?!       — За что?! — Рассмеялась та в ответ. — Да за самоуверенность и лицемерие, мол, случайно всё в кабинке произошло. Да обозналась, да вообще ничего и не было, да вовсе-то я всю поездку на Кима и не вешалась, и вообще, разве заметил кто-либо?       Она скинула с плеч лямки купальника, оставшись топлес.       — Но согласись! Хорош же жеребец! — войдя в душевую, она шагнула к Киму и любовно огладила его мощные бицепсы.       — Какая стерва, а? — Ким, издевательски подвигнув Альей, не глядя мотнул головой в сторону подельницы. — Проспорила твой прилюдный позор! Или, может, предпочтёшь стать для жеребца постоянной наездницей?       — Простите, должность наездницы занята, — криво усмехнулась пловчиха. — Выходит, остаётся только бесправная кобыла!       — Ким?! — Алья уже едва не плакала. — За что?! — она перевела взгляд на предательницу-соседку. — Ундина! Как ты могла?!       — Ты о чём?! — как ни в чём небывало, нахмурилась спортсменка и, шагнув ещё ближе, положила руку на плечо Алье.       — Как ты могла… ты же с Кимом… — лишь бессвязно всхлипнула Алья, понимая всю убогость своего аргумента. «Если они заранее придумали этот план…»       — Да что случилось-то?! — Ундина неожиданно схватила собеседницу уже за оба плеча и хорошенько встряхнула. — Аль?! — и ещё раз. — Очнись уже!       — Аа-а-а?! — блогерша резко распахнула глаза, вскинула голову и тут же больно ударилась затылком о… стенку?!       — Просыпайся, соня! — над нею нависло приветливое и чуть насмешливое лицо Ундины. — Давай-давай, открываем глазки и рассказываем, что ж такого ужасного я там с Кимом учудила.       Спортсменка убрала руки с плеч собеседницы и выпрямилась.       А Алья только сейчас осознала, что она, оказывается, так и уснула сидя на кровати, привалившись спиной к стене, а вся эта жуть с сексом в душе — лишь плод её разбушевавшегося воображения.       — Так что тебе приснилось-то? — Ундина не столько давила на собеседницу, сколько просто повторяла вопрос, не уверенная, расслышали ли её с первого и второго раза.       — Да так… — пробормотала Алья, потупившись и отводя взгляд. — Бред какой-то…       — Только не говори, что в твоём сне я Кима убила! — гоготнула пловчиха. — А то куда это годится, что мои мечты в чужих снах воплощаются?!       — Лучше б убила, — сумрачно отозвалась Алья, но, спохватившись, попыталась как-то исправить ситуацию, но, как на зло, на ум ничего не приходило — сказывалось резкое и не самое приятное пробуждение.       — Ла-адно, — почувствовав чужое замешательство, спортсменка сама пошла на попятный. — Захочешь — потом расскажешь. Ты, кстати, ужинать-то пойдёшь?       Вместо ответа самой Альи гулко забурчал её живот — девушка потупилась, а вот соседка вновь звучно рассмеялась.       — Да, я сейча-а-а-асш! — она попыталась резко подняться на ноги, но щиколотка тут же напомнила о себе.       — Э-э-э-э! — протянула Ундина. — Да тебе, подруга, не по ужинам ходить надо, а отлежаться нормально в комнате.       — Нет-нет, я в порядке.       — Слушай, не геройствуй, а?! Да тебе за поход по Ментону с Кимом надо медаль за мужество выдавать. День за три, и всё такое. Я сейчас быстренько переоденусь, сгоняю вниз, переговорю с Менделеевой и, если надо, с управляющими всякими там — организую тебе какой-никакой перекусон с доставкой в номер. Если совсем худо будет — самолично контрабандой в рукавах протащу. Всё, отдыхай! — и прежде, чем Алья успела отреагировать — скрылась в ванной комнате.       Багровея щеками, Алья поспешно отвела взгляд от захлопнувшейся двери.       Слишком уж ярко от плеска воды вспыхивали в сознании сцены только что прерванного сна.