Часть 16. (Не)достойное возвращение

      Алья специально села в этот раз у окна, чтобы даже случайно ни с кем не встретиться взглядами.       Впрочем, насупившаяся рядом Дина, тоже не была настроена на разговоры.       Ну а кому понравится, когда ты сперва ходишь в арендованном костюме по деревеньке, на тебя глазеют другие парни, (а ты даже не можешь нормально их подначить, потому что целенаправленно ищешь именно своего) но в итоге этого раздолбая перехватывает руководительница группы, чтобы запихнуть его подальше от остального коллектива?!       — А я ж ему кричала! Звала его! — сумрачно буркнула себе под нос спортсменка, складывая руки на груди. — А он…       Алья принялась ещё старательнее изучать проплывающие мимо пейзажи.        «Как я вообще докатилась до этого?!»       Вот море, начинающееся обманчиво близко, величественно уходящее за горизонт и кажущееся чем-то неизменным.        «Мне ведь всегда казалось, что я жить без Нино не могу!»       Где-то там, внизу береговая линия лениво извивалась гигантской змеёй.        «Да, может, я и не сразу рассмотрела его, но после того, как познакомилась с ним поближе — вот уж спасибо ЛедиБаг, запершей нас в одной клетке! (от автора: Да уж, Маринетт! Умеешь ты спихнуть неугодного воздыхателя!) — мы как-то сразу перешли к состоянию «десять лет после замужества»… Всё ровно, всё гладко, словно так всегда и было!»       Очередной городок внезапно выскочил своими окраинами из-под скалы.        «И тут вдруг такое! Безудержный секс в кабинке! Грубый! Жёсткий! С мешком на голове! Практически на грани изнасилования! А учитывая, что это по факту оказался вовсе не Нино, то это и было изнасилование! Потому что с Кимом я в тот момент трахаться не хотела!       Дома и деревья, заборы и улочки принялись за чехарду.        «В тот момент…»       Кусты и дорожные знаки замелькали в окне, словно пытаясь сбить с толку.        «Как, чёрт возьми, получилось, что менее, чем за неделю я превратилась из верной своему парню девушки в похотливую сучку, готовую наброситься на этого дьявольски привлекательного, идеально спортивно сложенного и тупого как пробка в общечеловеческом представлении Ли Тьен Кима?!»       Возникшие словно из ниоткуда машины разноцветными росчерками промчались по встречной полосе.        «И ладно бы, просто наброситься — я буквально сама раздвинула перед ним ноги посреди незнакомого города! На пусть и неприметном, но открытом дворике! Днём!!! Даже не ночью в кабинке!!!»       Местный рыночек, раскинувшийся прилавками с разнообразным наполнением и кричащими рекламными вывесками слился в единую жёсткую какофонию.        «И это при том, что у него уже есть девушка! Не просто девушка, а моя собственная соседка по комнате!!!»       Вдруг автобус неожиданно резко остановился, так что всех пассажиров тряхнуло вперёд, а водитель с силой вдавил кнопку гудка, матеря кого-то ехавшего впереди и то ли криво перестроившегося из ряда в ряд, то ли невовремя затормозившего на светофоре.        «Тьфу ты!» — мысленно отвесила себе подзатыльник девушка, хотя и без оного физическая встряска подействовала на неё вполне отрезвляюще. — «Да, разбираться с Кимом (да и вообще со всей этой ситуацией в целом) действительно надо! НО! Окончательно — не здесь и не сейчас! Тем более, что как показывает новейший опыт, Ким — существо хоть и до предела похотливое, но столь же трусливое, не смотря на все свои мышцы и показную браваду! Эвон, как поскакал прочь, стоило его Ундине окликнуть! Уж в чём в чём, а в этом он Нино точно что уступает! Тот хотя бы не побоялся моей сестре-боксёрше вызов бросить! Хотя и уступал ей в силе!»       Похоже, спереди всё-таки произошло что-то серьёзное: водитель, заглушив мотор, выскочил из автобуса и начал кричать уже на дороге. Неужели всё-таки не просто жёстко затормозили, а врезались в кого-то?!        «Да, начиналось с Ананси всё как шутка, но Нино не отступил и когда в неё вселилась акума! Да, в итоге он впервые получил свой Талисман, но какое-то время он сражался как обычный челвоек, пусть и с шестом Нура а в руках.»        «Кстати о Нуаре! Нино ведь и против него не побоялся выступить, когда решил, что у меня с героем Парижа тайный роман! Ну да, это привело Нино к акуманизации, но по-своему это демонстрирует силу и искренность его ревности! Конечно, сам Кот в отличие от Ананси умышленно старался не навредить Нино, но это всё равно было сражением сравнимых по силе! Причём сражением практически рукопашным! А Ким?! Да став Разлучником он только и делал, что взмывал в воздух на своих крыльях, да и стрелял налево-направо по беззащитным гражданским с недосягаемой для них высоты!»       Водитель, всё ещё чертыхаясь, наконец-то вернулся на своё место, пристегнулся, завёл машину.       Похоже, аварии всё-таки удалось избежать, а на дорогу он выскакивал то ли уточнить обстановку (мало ли, кому помощь нужна), то ли просто пар выпустить.        «А в довершение всего, когда мы с Леди с помощью её проектора и моих иллюзий раскрыли Нино глаза на то, как всё обстояло на самом деле, ему хватило духу признать собственную ошибку и даже изгнать из себя акуму! А ведь это удавалось далеко не всем!»       Двигатель затарахтел, водитель сдал назад, нещадно выкручивая руль, и на секунду замер, готовясь тронуться вперёд и тут же перестроиться в соседний ряд, едва светофор переключится на зелёный.        «Так что давай-ка ты, дорогуша, последуй примеру своего парня, признай свою ошибку, да и откажись даже от мыслей об этом горе-спортсмене! А то вон! Уже на каждом углу мерещится его фигу…»       Алья едва не поперхнулась, когда рядом с автобусом, буквально чуть впереди от её окна, затормозил мощный мотоцикл, на заднем сиденье которого оказался широкоплечий парень, сильно смахивавший на Кима не только фигурой, но, если можно так выразиться, и повадками: во всю держался за талию сидевшей за рулём рыжей длинноволосой (аж из-под шлема до середины лопаток доходят!) худышки. (Одета девица, кстати, была совершенно не по мотоциклетному: в чёрный обтягивающий топик с открытым животом и рукавами в три четверти и мешковатые штаны цвета хаки с вместительными карманами на коленях.)       Алья тряхнула головой, прогоняя наваждение и машинально перевела взгляд вперёд, на место справа от водителя, где сидел, кутаясь в (печально) знакомый девушке плащ настоящий Ким!        («Конечно, кутается! Чувствует, что нашкодил! И лучше бы, чтоб понимал, за что именно! А ещё, чтобы в это «именно» входило и приставание к чужим девушкам посреди средневековых деревенек!)       Однако стоило Сезер перевести взгляд обратно за окно — чисто чтобы удостовериться, что двойники существуют! — как оказалось, что светофор уже переключился на зелёный, и пока автобус только-только трогался с места, парочка на мотоцикле уже умчала куда-то вперёд. Разве что парень прижался к девушке совсем уж крепко.        «Скатертью по жо… дорога!» — мысленно процедила им вслед Алья, невольно задаваясь вопросом, а все ли спортивно сложенные брюнеты такие бабники?       На самом деле, полноценно развить мысль девушка так и не успела, поскольку оказалось, что за время её самобичеваний, анализа ситуации и принятия решения отказаться даже от намёков на отношения с Кимом, они уже почти приехали к отелю.        «Вот, почему улочка такой знакомой выглядела! Наверное, из-за этого ещё и парень тот больше похожим на Кима показался, чем он был на самом деле!» — глубокомысленно кивнула самой себе девушка, и тут же легонько одёрнула себя, что всё-таки слишком сильно зацикливается на образе своего спортсмена-одноклассника.       — Так, отря… тьфу, наро-од! — зычный голос Менделеевой окончательно выбил из головы все посторонние мысли. — Через пару минут прибываем на место! Проверьте ещё раз, все ли вещи собраны, потому что в этот автобус мы больше не вернёмся!       Послышался дружный, хоть и старательно сдерживаемый вздох облегчения, но учительница его тактично проигнорировала.       Вскоре автобус действительно остановился на небольшой площади недалеко от отеля, и засидевшиеся на месте ребята гурьбой посыпались наружу.       Не торопился покидать своё место лишь один пассажир с переднего сидения, одетый в длинный плащ со шляпой. Возможно именно сейчас он мысленно упрекал себя за увлечение «абстрактным» спортом, а не более прикладными фокусами (особенно теми, что с исчезновениями).       Практически все ребята, выбравшись наружу, уже спешили к номерам, желая получить хотя бы видимость свободы на оставшееся до ужина и вечернего отбоя время.       А вот две девушки совершенно не сговариваясь (и даже совсем-совсем не злорадствуя, да!) притормозили, желая увидеть извлечение «жемчужины из раковины».       — Давай-давай, Ким, выходи! — Менделеева схватила за плечо всё ещё сопевшего над блокнотом «опоздуна» и чуть ли не силком вытащила его наружу. — Перед смертьюдачей не надышишься!       — Э-эм… — вдруг раздался неуверенный голос Ундины. — Если это Ким, то тогда кто это там?! — и она указала вытянутой рукой на противоположную сторону площади, где буквально только что притормозил подозрительно знакомый Алье мотоцикл.       — У-упс! Кажется, я слегка заплутала! — ни разу не раскаивающимся, а скорее наоборот, подначивающе-задорным тоном сообщила сидевшая за рулём девушка, нажимая ручной тормоз и отставляя ногу в сторону.       Убедившись, что мотоцикл остановился, сидевший сзади пассажир проворно соскочил на асфальт. Девушка же в это время наконец-то распрямила спину и отщёлкнула застёжку шлема на подбородке. Наклон вниз, взмах головой налево-направо-назад, и над её макушкой на миг возникает самый настоящий костёр рыжих волос.       — Спасибо за поездку, — не без кокетства прервала она поток чужих благодарностей. — А ты крепко держишься на поворотах, тёзка! — она заговорщицки подмигнула.       — Да нет! — гоготнул юноша. — У меня ж фамилия Ли Тьен, а не Тёз Ка! Но в любом случае спасибо за поездку.       Девушка заливисто рассмеялась и дружески хлопнула собеседника по плечу, но на миг задержалась на его бицепсах. Коротко и профессионально надавила, словно определяя спелость фрукта на прилавке, и заговорила уже совсем другим, гораздо более воркующим тоном:       — Это тебе спасибо! — её пальцы вновь скользнула по его руке. — Прям вспомнилось, как я когда-то каталась с одним моим знакомым… Можно даже сказать напарником!       — Ох! Так я занял чужое место?! Прости, не хотел!       — О-хо! Ну, «занял» — это прям громко сказано! У меня было свободно, самой мне было по пути — вот я и решила подбросить… Чисто по-дружески! Но если вдруг ты как-нибудь захочешь покатать меня в ответ…       Обе девушки, стоявшие у автобуса, отвернулись и пошли к отелю до того, как рыжая стерва начала бы метить записывать свой номер телефона на какой-нибудь части чужого тела.       Теперь у покатого борта с панорамными окнами остались только двое: недоумевающая Менделеева и всё ещё удерживаемый ею за шкирку, а потому очень и очень тихий…       — А-гхэам… А вы, собственно, кто? — насколько можно вежливым тоном осведомилась химичка, наконец-то выпуская свою жертву из рук.       — Да я так… — залебезил мужчина, снимая шляпу и комкая её в руках от волнения, но всё равно не решаясь повернуться к собеседнице спиной или хотя бы боком. Так и пятился по полшага в минуту. — Хозяин костюмерной лавки в деревеньке, куда вы сегодня ездили…       — Н-но это же далеко отсюда! И почему вы всю дорогу молчали?!       — Ну я… эм… Мне сюда, как бы, тоже надо было… Да и женщина вы такая властная, решительная… Неудобно как-то было отказывать… Да и в дороге мне занятие помимо всяких там разговоров нашлось… — он заискивающе улыбнулся, подняв исписанный наполовину блокнот на подобие щита.       — М… — протянула женщина, невольно поджимая губы. — Так, говорите, вам сюда куда-то надо было ехать?       — Да-да, по делам… Н-но вы не волнуйтесь! Благодаря тому, что вы подбросили, я даже раньше немного успел…       — И, говорите, не посмели мне перечить ввиду моей властности и решительности?       — Д-да-да, именно! Знаете, — он слегка нервно усмехнулся, — вы мне даже немного маму мою напомнили…       На губах женщины заиграла какая-то странная, предвкушающая ухмылочка.       — Ну а раз у вас вдруг оказалось свободное время, то давайте-ка я компенсирую свою неумышленную грубость… Вы ведь не будете против, если теперь я устрою вам небольшую экскурсию…       — Ну, вообще-то, я…       — …скажем, по отелю? — даже не дожидаясь чужого согласия, она просто подцепила его под локоток.       — Н-ну, если вы настаиваете…       — Ну раз вы испытываете такой пиетет к властным женщинам…       И парочка удалилась в сторону главного входа.

***

      Ночной бриз небрежно трепал волосы; влажный воздух приятно холодил открытые участки кожи, не прикрытые рубашкой и шортами; мягкий песок мерно шуршал от каждого шага.       За все сокровища мира Алья бы не смогла ответить какого чёрта она притащилась к злосчастной кабинке для переодеваний! Опять!       — А ведь так нормально и не починили, — хмыкнула девушка, глядя на валяющуюся на песке несуразную конструкцию и чувствуя, как внутри просыпается ехидная блогерша. — Видимо, все силы ушли на дорисовывание звёздочек у отеля! — и, повинуясь секундному порыву, подошла ближе и словно в насмешку над самой собой отвесила фанерной стенке щелбан.       Ветер зашумел сильнее, словно осуждая девушку за столь бескультурное поведение, и она даже чуть смутилась.       Ведь если подумать, сама-то кабинка действительно не виновата в том, что творят её посетители!        «А точнее, посетитель!» — поспешно одёрнула себя девушка. — «Хотя, признаться, творил и вытворял он там знатно…»       Поддавшись искушению, она воскресила в памяти те мгновения страсти, что привели к падению злосчастной кабинки (и немного предшествовали оному).       Одна рука сама собой нырнула под низ рубашки, оглаживая вздрогнувший от прикосновения живот; другая же рука мягко скользнула кончиками пальцем по фанере, будто надеясь уловить ими тепло, оставшееся от прикосновений рук Кима.       — Оп-паньки! — чужое восклицание заставило девушку вздрогнуть и вскинуть голову, чтобы встретиться взглядом с… Кимом?!       Судя по цепочке следов, тянувшихся от моря и каплям, стекавшим с парня, спортсмен на всю голову опять развлекался ночными купаниями. («И хорошо, если только ими!»)       Сбитая с толку — «Это ж насколько я задумалась, что он успел так издалека прийти?!» — Алья не знала, что сказать, и с каждой секундой промедления ухмылка на губах Кима становилась всё шире.       — А говорят, преступник, возвращающийся на место преступления, бывает лишь в книжках, да кино!       — К-какой преступник, о чём ты?! — она почувствовала, как сердце забилось сильнее. Вот только не от желания ли обвинить самого парня?! Желания, чтобы тот подтвердил свой статус вне закона? Желания, чтобы тот повторил своё преступление?!        «Так, а ну, стой, подруга! Совсем голову потеряла!» — осадила она себя из последних сил, но, похоже, что-то в её тоне сдало её с потрохами.       — Ты права! — протянул Ким, медленно шагая к ней навстречу. — Преступника тут нет! — девушка машинально крутанулась к нему лицом и попятилась, но почти моментально упёрлась во всё ту же кабинку. — Зато есть наглая преступница, беспардонно совращающая парня собственной соседки буквально у неё под носом (ну, или балконом).       Ещё шаг, и его руки легли на фанеру по бокам от девушки, словно заключая её в плен.       — И делающая это даже не ради мести или самоутверждения, а просто потому, что ей понравилось, когда её трахают качественно!       Его рука скользнула под низ рубашки, по-хозяйски поднимаясь всё выше и выше, лаская уже не только живот, но и грудь! Причём лишённую даже намёка на бюстгальтер!       Два бугорка, оттопырившие тонкую ткань, лишь подчеркивали отсутствие нижнего белья не девушке.       — А коварства тебе не занимать! — ухмыльнулся парень, бесстыдно любуясь пока ещё скрытыми сосочками. — Избавиться от части одежды, чтобы прийти во всеоружии! Интересно, — его глаза заговорщицки блеснули, — а трусики та же участь постигла?       — А может, ты уже закончишь трепать языком и сам проверишь?! — с вызовом выпалила Алья, цепляясь за фанеру изо всех сил, лишь бы не наброситься на этого изверга первой!       — Да-а? — наигранно изумился парень, положив обе руки ей на талию. — А мне казалось… — он плавно присел на корточки, одновременно стягивая шорты за пояс вниз, оголяя тем самым не только крутые бёдра девушки, но и аккуратно подстриженный — и уже начинающий намокать! — лобок. — А мне казалось, ты была бы не прочь, чтобы я ещё немного потрепал языком, только в более подходящем месте, — произнёс он, резким движением перехватывая уже лишившуюся штанины ногу девушки за щиколотку и отводя её в сторону, чтобы ему было проще дотянуться жадным кончиком языка до её такого манящего клитора!       — Ки-иим! — рвано выдохнула она, откидываясь назад в поисках опоры… и больно-больно ударилась обо что-то твёрдое. — Какого?! — зашипела девушка, мигом теряя атмосферу момента и приподнимаясь на локте… в кровати!       Несколько секунд ушло на анализ диспозиции и осознание глубины собственного морального падения.       — Дожили! — сумрачно проворчала девушка, садясь на кровати и опираясь локтями о колени. — Этот гад теперь ещё и ночью мне покоя не даёт! В смысле, во сне! То есть… да тьфу ты!       К счастью для Сезер, привыкшая к спортивному распорядку Ундина спала как убитая, и полуночных метаний соседки по комнате не видела и не слышала.       А вот самой Алье как-то больше не спалось. Посидев с минуту или две неподвижно и поняв, что сон не идёт, (вернее, тот, что идёт, совершенно ей не подходит) девушка решила проветрить голову и направилась к балкону.       Тихо ширкнула в сторону штора, недовольно пискнула потревоженная ото сна дверь, и полуголая девушка шагнула босыми ногами на ещё чуть тёплую плитку.       Подставила себя под лёгкий ночной ветер, прикрыла глаза и запрокинула голову, словно пытаясь самой кожей впитать это ощущение тихой тёмной безмятежности; затем чуть расставила руки в стороны, повернув их ладонями от себя и сделала глубокий, пьянящий вдох, и замерла неподвижно, смакуя сделанный вдох, словно глоток дорогого вина.        (Было дело, мама прихватила как-то из отеля «разбившуюся» по бумагам бутылку с какого-то особо крутого корпоратива и оставила для особого случая… Ох, и влетело им тогда с Норой! А всё из-за стукачек-близняшек, с которыми, видите ли, «не поделились»!)       Алья невольно рассмеялась от приятных воспоминаний о семье и доме, и вдруг почувствовала себя неожиданно одинокой и брошенной.       Может потому, что один знакомый парень в очках и красной кепке пожелал ей спокойной ночи короткой дежурной смс-кой, а когда она набрала ему, надеясь на дополнительную ласку — нарвалась на извиняющееся «спи крепко, а у меня тут катка, прости»?       Или потому, что этой самой «доброй ночи» ей не пожелал другой парень, без кепки (а если и в очках, то для плавания)?        «И я всерьёз ещё думаю о Киме хорошо после того, как он сперва перепутал меня с Ундиной, чуть ли не отымел на краю колодца, а потом сбежал, как поджавшая хвост собачонка, чтобы через каких-то несколько часов дороги закадрить рыжую прошмандовку на мотоцикле?!»       Из нерадостных мыслей её вырвал какой-то странный и подозрительно знакомый звук.       Нахмурившись, девушка шагнула ближе к краю балкона, стараясь расслышать всё получше, и даже чуть перегнулась через перила, пока взгляд не зацепился…       За знакомую кабинку для раздеваний?!       Сомнений быть не могло! Приглушённые голоса, хихиканье, охи, вздохи и шлепки доносились из того самого фанерного недоразумения, где Ким впервые вскружил ей голову сломал ей жизнь!       С такого расстояния она едва ли могла видеть, трясутся ли у кабинки стенки, но вот то, что ног снизу и рук сверху торчит гораздо больше, чем необходимо для одного человека, она даже не видела, а чувствовала.       — Да как он… Да какого… — Алья буквально задыхалась от клокотавших в горле междометий. Грудь активно вздымалась и опадала, но теперь уже не от страсти, а от праведного гнева.       Отдельный довольно-радостный возглас выскочил из недр скрипнувшей кабинки…       И на Алью вдруг снизошло странное спокойствие.       Из той категории мазохизма пополам с самобичеванием, когда ты видишь, в какое тартарары всё это катится, понимаешь, что ничего хорошего тебе это не сулит, но всё равно продолжаешь смотреть! Безотрывно, со слезящимися глазами, со стиснутыми зубами и лицом, перекошенным гримасой ненависти и презрения к собственной тупости, но всё равно смотришь!       Кабинка скрипнула громче.       Потому что на собственных ошибках стоит учиться!       Фанерная конструкция качнулась       Потому что горькие лекарства нужно пить залпом!       С громким скрипом и сладострастным стоном, переходящим в вопль изумления, кабинка рухнула на песок.       — Интересно, это у него традиция такая? — хмыкнула Алья себе под нос.       А в голове бился совсем другой вопрос: сейчас вот, когда сладкая парочка выберется наружу, будет ли это та же самая мотоциклистка, или ещё одна рыжая прошмандо…       — Ну вот как-то так… — до боли знакомый голос разрезал ночную тьму, заставив глаза Альи вылезти из орбит, а челюсть едва не удариться о перила. — В таком вот состоянии я её в прошлый раз и нашла! — сообщила своим привычным тоном Менделеева… вылезая из кабинки!       — Оба-на! — неожиданно присвистнул кто-то сверху, и Алья чисто рефлекторно перегнулась вперёд и крутанула головой, чтобы увидеть на балконе над собою…        «КИМА?!» — чуть не воскликнула она, спешно отпрянув назад и пытаясь унять чечётку сердца в груди. — «Н-но если там, в кабинке с Менделеевой — ещё раз БРРРР! — не он, тогда…»       — Мдам, непорядок… — сообщил ещё один голос, и из повалившейся кабинки с лёгким кряхтеньем выбрался хозяин костюмерной лавки из ведьминой деревни! — Спасибо за наглядную демонстрацию! — он заигрывающе усмехнулся. — Надо будет как-нибудь повторить. То есть, починить.       — О-о! — проворковала Менделеева, парадоксальным образом совмещая сейчас в себе строгую учительницу и кокетку. — Повторить? Для закрепления материала?       — Для внутреннего протокола, — неоправданно серьёзным тоном сообщил мужчина. — Я управляющий этим отелем, и знали бы вы, как я «обрадовался», когда мне в середине отпуска прислали письма и жалобы об акта вандализма в отношении пляжной кабинки. Но, полагаю, — в голосе его зазвучала лёгкая усмешка, — я найду, чем нарушительница могла бы расплатиться за причитающийся с неё штраф… — и не без галантности поцеловал руку Менделеевой.       — Бля-а-а… — раздалось тихонько сверху. — Хорошо, что не он меня там на горячем спалил!       И Алья прикусила губу, лишь бы не рассмеяться в голос.