XXXIX. Правильные (и не очень) поступки
2 августа 2024, 21:24Большой Край. Владения клана Феникса
Реджина
«Черт, черт, черт!..» — вопило сознание, и Реджину начало потряхивать. Как ни странно, первым обрел дар речи Теодор. — Что, простите? — обронил недоуменно он и обернулся к Кристиану, пока Реджина усиленно брала себя в руки. Воспользовавшись заминкой удивленно глядящих друг на друга любимых мужчин, она вскинула голову, расправила плечи произнесла со всей уверенностью, на которую была способна в этот момент: — Вы, кажется, меня с кем-то спутали. Папа встряхнул волосами и пару раз моргнул, будто прогонял наваждение. А с лица Теда никак не сходило подозрительное выражение. Какой же идиотизм! Хотелось рвать на себе волосы и то ли хохотать, то ли рыдать от невозможности всего происходящего. Нужно срочно брать ситуацию в свои руки. И себя заодно. А иначе… Реджина наконец совладала с эмоциями. Проверила целостность маскировки и подняла взгляд на отца, затем — на Теда. — Простите, милорды, что вмешалась в вашу беседу. Лекарь Аврелий велел передать вам лекарства, милорд Теодор, — отчеканила она и протянула Теду уцелевшие склянки. — Одно я по своей неуклюжести разбила… — виновато протянула она и потупила взгляд. — Скоро принесу новое. Реджина присела и принялась подбирать осколки с самым невозмутимым видом. Тед поспешил на помощь, пока отец, часто дыша, неверяще моргал. Коротко взглянув на настороженного Теда, Реджина вновь мысленно чертыхнулась и посмотрела на папу. — Простите мою бестактность, милорд, но вы ведь из Сибекпорта? — постаралась непринужденно спросить она. Папа сглотнул, нахмурился и кивнул. Кажется, совладал с собой. — Да, оттуда, — хрипло ответил он и прочистил горло. — Простите, мисс, я сейчас и правда вижу, что ошибся. Но вы очень похожи на… кое-кого. Тед выдохнул. Кажется, с облегчением. А Реджине все больше не нравилась его реакция. — Вы будто призрака увидели, — сочувственно улыбнулась она, а нутро рвалось на части от боли и необходимости врать папе в лицо. — На какой-то момент и мне так показалось, — выдохнул Кристиан с усмешкой и потер глаза. Слезы стиснули гортань, но удалось удержать всхлип внутри. Реджина отвела взгляд, не дождавшись продолжения. — Реджина, — позвал Тед, и она вздрогнула. Уставилась на него и вопрошающе приподняла бровь. — У тебя кровь, — тихо сказал он и мимолетно коснулся ладони. Там застрял осколок, но Реджина даже не заметила этого. Она с коротким шипением вынула его и осторожно продолжила собирать остальные, игнорируя льющиеся на каменный пол капли. — Ничего страшного, — отмахнулась она со слабой улыбкой. — Я сегодня какая-то совсем рассеянная. Не выспалась, наверное, — метнула она на Теда многозначительный взгляд, и его губы тронула легкая мимолетная улыбка. — А вы бывали в Сибекпорте? — спросил Кристиан, переводя тему, когда Реджина и притихший Тед поднялись на ноги. — Да, несколько раз, — улыбнулась Реджина. — Видела вас на празднике вместе с нашим лордом Робертом. Это была полуправда. Реджина упомянула последнее их с отцом совместное празднование Дня мореходства. Тогда все окрестные города устроили большую общую ярмарку. — Вы из Люзиониса, — констатировал Кристиан, и Реджина кивнула. — Мы с лордом Робертом в хороших отношениях, — задумчиво протянул он. «Пора уносить ноги», — пронеслась мысль, и Реджина вновь склонилась в поклоне. — Была рада познакомиться с вами поближе, милорд, — проговорила она, глядя в пол. — Простите еще раз за причиненные неудобства. Милорд Теодор, — поклонилась она Теду и уже собралась удалиться, как отец окликнул: — Вы ведь лекарка? Реджина обернулась. — Да, — настороженно протянула она. — Я зашиб колено, когда был в плену, — обронил Кристиан. — Не могли бы вы мне помочь с этим? Не сейчас. Думаю, после обеда. — Разумеется, — натянуто улыбнулась она. — Приходите к флигелю, там или я, или лекарь Аврелий обязательно вам поможем. — Буду благодарен, — кивнул Кристиан и перевел взгляд на Теда, будто потеряв к Реджине всякий интерес. Она успела посмотреть на Теда и недоуменно пожать плечами, прежде чем развернуться. Он сверлил ее крайне задумчивым взглядом, не обращая внимания на то, что говорил ему папа. Реджине это не по нраву. Как и то, что папа ее признал. Она неслась через двор к флигелю и, проигнорировав окликнувшего ее Аврелия, метнулась к своему домику. Ворвалась внутрь и захлопнула дверь. Оперлась на нее спиной и прикрыла веки, стуча зубами от страха и шока. — Джи? — позвал Фред, и она вздрогнула. Слезы покатились по щекам. — Что случилось? — встрепенулся он и соскочил со стола, на котором сидел. — Папа здесь, — едва слышно пролепетала она, когда Фред подошел ближе. — Что? — протянул ошарашенно он. — Папа здесь, — громче повторила она и распахнула влажные ресницы. — И он меня узнал. Фред обхватил ее плечи и медленно моргнул, хватая ртом воздух. Не нашелся с ответом. А Реджина была не в состоянии пояснять подробнее, потому что истерика, сдерживаемая внутри нечеловеческими усилиями, вырвалась наружу, и Реджина разрыдалась, сползая на пол вместе с Фредом.Ричард
— Чертова рука, мор бы ее побрал, — прошипел Рич, потирая перевязку. Рана ныла и зудела, не переставая, и никак не собиралась до конца затягиваться, хотя внешне выглядела вполне сносно и удовлетворительно. Расскажи Рич Реджине или Марике, насколько она до сих пор его беспокоила, их захлестнула бы паника. Реджину так точно. А у нее только появилась радость в жизни в лице Теда. И совсем не хотелось ее расстраивать. Что до Марики… Рич не был уверен, но все равно молчал. Какой толк жаловаться, если все способы лечения и так уже были перепробованы? Тварь, с которой довелось сойтись в схватке, была ядовитой, и Рич надеялся, что заживление затянулось из-за этого. Хотя Фреду вон уже гораздо лучше, а его цапнули когтями в отличие от Рича, поранившегося о собственный меч. Рич хмуро потирал ладонь, пробираясь через толпы горожан на рыночной площади. Намеревался купить немного продуктов, заодно и сплетни послушать. Хотя концентрироваться становилось все сложнее. То ли от постоянной боли, то ли еще от чего, но Рич все чаще в последние дни пребывал в злобном и раздраженном настроении. И вчера едва не набросился с кулаками на рыбака, случайно зацепившего его плечом. Это пугало и настораживало. Потому он втайне попросил у Аврелия успокоительного, которое, однако, не очень-то помогло. Рич остановился у прилавка мясника и втянул ноздрями запах крови. Живот требовательно заурчал, и слюна заполонила рот, в котором со вчерашнего вечера не было ни крошки, и теперь голод дал о себе знать с тройной силой. — Пару стейков и ребрышки, — хмуро бросил Рич продавцу, и тот принялся рубить и паковать мясо с заправской скоростью. — Пять ксинтов, — пробасил тот, и Рич вынул нужную сумму из напоясного мешка. Забрав покупку, Рич замер у прилавка, изнывая от потребности съесть хоть что-то, желательно немедленно, и всерьез задумался о том, не откусить ли шмат от сырого стейка, когда на него кто-то налетел и чуть не выбил заветный пакет из рук. — Можно поосторожнее? — прорычал он, прижав к груди покупку, и поднял взгляд. Лучше бы он этого не делал. — Простите, — отозвался мужчина, в котором Рич быстро признал Захари. — Такая давка, нас самих толкнули, — виновато улыбнулся он. Но Рич на него даже не смотрел. Он не мог оторвать ошарашенных глаз от его спутницы. — Рич?.. — протянула она с неверием, часто моргая. Шок, застлавший сознание, быстро сменился злостью. Слишком быстро. Рич фыркнул и мотнул головой, прогоняя наваждение. Взгляд зацепился за ладонь Зака, что собственнически покоилась на тонкой талии. Затем снова метнулся к ясным голубым глазам, полным страха. — Здравствуй, Селеста, — кивнул он, клокоча внутри. Хотелось орать, рвать и метать, но Рич пытался держать себя в руках. — Какими судьбами? — выдавил он из себя кривую ухмылку. Захари недоуменно покосился на Селесту, сжавшуюся от явно недружелюбного тона. Она захлопала ресницами и отшагнула от Зака в сторону. Прочистила горло и неловко утерла ладони о юбку. — Я… я с миледи и милордом прибыла, — пробормотала она. — У них дела здесь… А я ведь служу миледи Айлин, — зачем-то уточнила она. Ричард мрачно кивнул, не сводя с нее испепеляющего взора. Они не разговаривали с того самого дня, как она бросила его у алтаря. Сколько ни пытался он с ней поговорить, сколько ни бегал за ней, сколько ночей ни просиживал на ее пороге, Селеста избегала его и отказывалась от встречи. Она пыталась говорить с Джи почему-то, но не с ним. Но Джи ее слушать не желала. И теперь она стоит тут в обнимочку с другом Теда и заикается. — Я в курсе, кому ты служишь, — обронил Рич. — Значит, милорд Кристиан тоже здесь? — Да, — спешно кивнула она. — У них с лордом Теодором дела… — промямлила она и уставилась в землю. — Селеста, — оскалился Рич, и она напряглась еще больше. — Столько лет прошло, а ты все еще не можешь со мной разговаривать? Она подняла виноватый взгляд, в котором стояли слезы. Поджала нижнюю губу и шмыгнула носом. — Ой, прекрати, — раздраженно бросил Рич и махнул рукой. — Спектакли свои вон, ему можешь показывать, не мне, — кивнул он на настороженного Зака, который тут же переменился в лице. — Я бы на них посмотрел, когда пороги твои оббивал, а ты носа на улицу не показывала. — Что здесь происходит? — вклинился Зак и попытался закрыть собою Селесту, но ни она, ни Ричард на него не обратили внимания. — Рич, — выдохнула Селеста и шагнула ближе. — Прости. Я… Я надеялась, что ты давно забыл меня и успокоился… — Это ведь так просто, — зашипел он, склонившись к ее лицу. Хотел вывалить на нее все то, что бушевало в груди, но прикусил язык. Давно уже не имеет это смысла. Хоть обида и боль туманили взвинченный до предела разум, Рич прикрыл веки и с шумом выдохнул. — Будьте осторожны с ней, — повернулся он к Захари. Тот удивленно моргнул. — Мордашка у нее смазливая, но сердца нет. Потому она любит разбивать чужие. Ричард пожалел о сказанном сразу же, как окончил фразу. Селеста всхлипнула и отшатнулась от него, а глаза Захари налились кровью. — Повтори, что ты сказал, — прорычал он и демонстративно закатил рукава. Ричард прекрасно понимал, что поступает неправильно. Осознавал, что нельзя говорить то, что крутилось на языке. Но почему-то не мог сдержаться. И даже получил злорадное удовольствие от того, что отпустил контроль. — С ушами плохо? — бросил он, хищно оскалившись. — Я сказал, что у нее нет сердца. Ни совести, ни сочувствия, ни способности любить. Только симпатичная обертка, но конфетка внутри с гнильцой. — Извинись, — процедил Захари и притянул к себе Селесту. — Иначе я заставлю тебя удавиться собственным языком. — А ты не хочешь передо мной извиниться? — приподнял бровь Рич, и Захари на миг опешил. — За то, что трахаешь мою несостоявшуюся женушку! — выкрикнул он со злобой и ударил первым. Зак отлетел к прилавку, но тут же вскочил на ноги. Народ, успевший собраться вокруг них, охнул. Кто-то присвистнул. Селеста взвизгнула и метнулась к Ричу. — Рич, перестань! — просипела она и вцепилась в его предплечье. — Не надо, пожалуйста! Но Ричард ее отпихнул, увернулся от кулака Захари и снова вдарил так, что тот рухнул в толпу зевак, громко бранясь. — Ричард, угомонись! — завопила Селеста и буквально повисла на нем. — Наши проблемы его не касаются! Ее слова отрезвили, словно пощечина. Но совсем не в хорошем ключе. Ярость пылающая обратилась льдом, и этой глыбой захотелось размазать Селесту по брусчатке. — Наши проблемы? — медленно протянул Рич, вперившись озлобленным взором в ее раскрасневшееся лицо. — То, что ты бросила меня в день нашей свадьбы, ты называешь «нашими проблемами»? — уточнил он с прищуром. Селеста тяжело сглотнула. — Твоя ветреность — это только твоя проблема, — выплюнул он. — Что с тобой стало, Рич? — выдохнула она. — Ты таким не был никогда!.. — Откуда тебе-то знать? — скривился Рич и попытался вырваться из ее хватки, но она вцепилась лишь сильнее. Больно кольнуло в груди от осознания того, что она просто пытается не подпустить его к Заку, у которого юшка из носа потекла. Мясник держал его в захвате, а какая-то старушка прикладывала к носу кусок мяса. — Ты не интересовалась тем, каким я стал после твоей выходки. А может, и раньше не знала меня. — Я знала тебя очень хорошо, — дрожащим от слез голосом произнесла Селеста. — И потому ушла. Потому что ты заслуживал лучшей жены. Я не готова была становиться той, кто был тебе нужен. От ее слов в ушах зашумела взбесившаяся кровь. — Мне нужна была ты! — заорал Рич, брызжа слюной. Селеста зажмурилась и вздрогнула. — Не наличие какой-то там идеальной по твоим представлениям жены, а ты! Я любил тебя, — просипел он, осознавая, насколько сильно его подтачивала все эти годы боль несмотря на попытки от нее спрятаться. По щекам Селесты потекли слезы. Захари молчал. Даже вырываться из кольца рук мясника перестал. Переводил ошеломленный взгляд с Селесты на Рича, часто дыша. Рич не мог прочесть, что написано на его лице — кусок мяса на носу мешал. Да не очень-то и хотелось. — Знаешь, Селеста, — бросил Рич и таки выдрал предплечье из ее захвата. — Ты никогда не отличалась постоянством, но все же я предложил тебе свое сердце. Зачем ты согласилась? Зачем, если не была уверена, если надумала себе какие-то критерии? — Я ведь тоже тебя любила, — просипела она. Рич хмыкнул и закатил глаза. — И хотела быть с тобой. Но ты слишком серьезно относился к нашим отношениям, — поджала губы она. — В момент, когда ты попросил моей руки, я была счастлива. Потому сказала да. Но потом… — Селеста запнулась и всхлипнула. — Я поговорила с матушкой… И испугалась. Брак — это ведь серьезно… — Да что ты? — саркастично протянул Рич и одернул рукава. — А я и не знал. — Рич, — укоризненно посмотрела она. — Мне было шестнадцать лет, я еще жизни не видела, а ты хотел сделать меня… — Селеста запнулась и отвела взгляд. — Кем? — прищурился Рич. Селеста стиснула зубы. — Ну давай, скажи это. Кем я хотел тебя сделать? — Домохозяйкой, вечно стоящей у плиты в окружении оравы орущих детишек, — выплюнула она с отвращением, вздернув подбородок. — Это когда же я выражал такое желание? — тихо спросил Ричард, сжимая и разжимая кулаки. «Не бить. Не бить. Не бить», — повторял он себе. Но очень хотелось. — Да это и так было ясно! Жены ведь именно этим и занимаются! — воскликнула она. — Мы ведь говорили о будущем, строили планы, — прищурился Рич. — Не знаю, откуда такая мысль появилась в твой голове, но я хотел всего лишь сделать тебя счастливой. И увидеть мир вместе с тобой. — Да брось! — вспыхнула теперь Селеста, и Рич удивленно приподнял бровь. — Ты серьезно думаешь, что брал бы меня с собой в плавания? Не смеши! Возможно, до первой беременности. А потом я нянчила бы твоих детей, пока ты бы развлекался! — Ну да. Тебе ведь виднее, — поджал губы Рич и демонстративно оглянулся по сторонам. — Дорогая, что-то я не вижу вокруг тебя оравы детишек. — Что? — хмуро переспросила Селеста. — Ты, видимо, научилась избегать беременности. Учитывая, на скольких членах ты побывала после нашего расставания, — выплюнул Рич и титаническим усилием проглотил желание врезать Селесте. — Слухи, знаешь ли, ползут быстро. Особенно, когда все и каждый хотят напомнить о позоре, на который ты меня обрекла! — рявкнул он. — Рич… — протянула она и опустила взгляд. — Это я к тому, — перебил он, — что все у нас могло бы сложиться, и твои идиотские аргументы, которыми ты пытаешься оправдаться, не более чем галька по воде. Так и скажи — хотела трахаться со всеми подряд, а не только со мной! — гаркнул он и заметил краем глаза движение — Захари мчал к нему с перекошенным лицом. — Не надо, Зак! — взмолилась Селеста, встав на его пути. Остановила его в паре шагов от Рича и обхватила плечи. — Не вмешивайся, прошу!.. — Да, не надо, Зак, — хмыкнул Рич. — Зуб даю, что знаю обстоятельства вашего знакомства… — Язык попридержи! — выкрикнул Захари. — Могу понять тебя, но имей хоть немного достоинства и прекрати поливать женщину грязью у всех на виду! — Она наконец-то удостоила меня разговором спустя почти одиннадцать лет, — фыркнул Рич. — Уж не смог сдержаться. Селеста обернулась и прижалась спиной к груди Зака. — Прости меня! — простонала она. — Это ты хотел услышать? Прости! Я виновата! Я не хотела тебя обижать, но и себя сгубить побоялась!.. Ричард поморщился и от ее вида, и от ее тона, и от ее слов. Нет, не это и не так он хотел услышать. — Не прощаю, — отрезал он и сцепил зубы. Развернулся, толкнул стоявшего на пути человека и ринулся к выходу с площади. Кажется, его окликали, но Рич мчал вперед, едва ли не порохом дыша, чтобы не учинить чего похуже. Потому что его самого испугало промелькнувшее желание ударить Селесту. Злоба плескала через край, прорывала рыком участившееся дыхание, застилала багровым маревом зрение и болезненно скручивала внутренности. Вылетев на побережье, Рич заорал, желая выпустить из себя хоть грамм уничтожающих ощущений. Но легче стало только тогда, когда он разбил оба кулака о ни в чем не повинный валун и рухнул коленями на холодный песок. Начало трясти, и Рич, стуча зубами, зажмурился от пронзившей ладонь боли. Размотал перевязь и уставился на вновь открывшуюся рану, из которой сочилась кровь вперемешку со странной зеленоватой субстанцией. И казалось, что вместе с ней утекают и рвущие нутро эмоции. Рич хмуро ткнул пальцем вздувшийся возле пореза пузырь, и жижа хлынула с новой силой. Стало легче. Потому Рич расковырял ладонь сильнее и прикрыл веки. Уж лучше ноющая боль, чем… все это. Наспех перевязав руку, он подхватил осиротело лежащее подле камня мясо и побрел к флигелю, расшвыривая песок в стороны. Придавило непомерной усталостью и стыдом за сказанное Селесте. Лучше бы промолчал. Да, его шокировало ее появление, но чтобы вести себя, как скотина… Этого Рич не мог осознать и принять. И ужасно испугался того, во что начал превращаться.✧ ✧ ✧
— Кристиан в городе, — хмуро бросил Рич, едва распахнув дверь дома Реджины. И удивленно вскинул брови от развернувшейся внутри картины. Заплаканная Реджина полулежала на полу в объятиях Фреда, рядом сидел Аврелий и похлопывал ее по плечу, и вид у всех был мягко говоря отрешенный. — Мы уже в курсе, братишка, — кивнул Фред на Реджину, и та тихо всхлипнула. Ричард бросил покупки на стол и пересек комнату. Присел подле Реджины на корточки и уже потянулся было к ней, но отдернул руку, побоявшись, что она учует его боль от касания. — Ты с ним пересеклась? — тихо спросил. В ответ — кивок. — Я послал ее отнести лекарства Теодору, а он там был с ее отцом, — глухо проговорил Аврелий, сочувственно поглядев на Реджину. — Он узнал меня, — подала голос она, и Рич шумно выдохнул. — И что ты сделала? Рассказала? Он в курсе? — спешно спросил он. — Нет, — мотнула головой она и утерла нос. — Я стала отнекиваться, и он, кажется, поверил. Извинился и сказал, что спутал… — И тем не менее, это значит, что он не под чарами! — воскликнул Рич. — Как такое может быть?.. — Не знаю, — пожала плечами Реджина и села ровнее. — Но вам лучше ему на глаза не показываться, — окинула она поплывшим взором братьев. — Если он что-то помнит и увидит вас, точно догадается… — А может, рассказать ему, как есть? — подал голос Фред. — Что? Что я пряталась от него столько лет и врала, потому что думала, что так ему будет лучше? — воскликнула Реджина. — Ты хоть представляешь, что с ним будет? Вы оба знаете его нрав! Он и так совсем плох стал… — дрожащим голосом обронила она. — Ну, Рич, наверное, видел. — Нет, не видел, — сказал Рич, и Реджина нахмурилась. — Откуда тогда знаешь, что он здесь? — спросила недоуменно она. — Селеста, — коротко выдохнул Рич и отвернулся. И тут же ощутил, как Реджина прижалась к его плечу. Он нехотя обнял в ответ здоровой рукой, старательно пряча больную. — Как ты? — тихо поинтересовалась она, будто понимая без слов, что творилось у него внутри. — Так себе, — хмыкнул Рич и покачал головой. — Я немного… сорвался, — неловко добавил он, и Реджина подняла на него взгляд. — Гадостей наговорил. И, кажется, разбил нос и выбил челюсть Заку… — А Заку-то за что? — удивленно охнула Реджина. — Они, оказывается, пара, — кисло усмехнулся он. — Рич, — начала Реджина, пронзив насквозь сочувствием, но Рича это начало раздражать. — Все в порядке, я справлюсь, — отмахнулся он. — Не бери в голову. Лучше решить, что теперь делать тебе. — Пока я займусь чем-то полезным, — уверенно сказала Реджина и утерла остатки влаги на щеках. — Постараюсь отвлечься и взять себя в руки. А заодно — избегать папу как можно дольше. Возможно, он скоро отбудет, на том все и кончится. — Кстати, — прочистил горло Рич. — Тут не только он, но и твоя бабушка. Реджина застонала и спрятала лицо в ладонях. — Черт… И что их сюда принесло?.. — Их Тед твой привел, — проворчал Рич. — Явно ведь к ним, в Сибекпорт, ездил накануне. — И это крайне подозрительно, — вставил Фред. — Может, они все в курсе и ищут тебя, а ты… — Если они и правда все знают, то выкажут свою осведомленность, — перебила Реджина. — Тогда и подумаю об этом. А пока… — вздохнула она. — Может, Забвение на них подействовало как-то иначе, искривило воспоминания в другое русло. Пока я не стану рисковать и рвать отцу сердце своей правдой. — А если Забвение и вправду их обошло? — спросил Рич, поглаживая талию Реджины. Она прикрыла веки. — Тогда будем наблюдать семейную драму, — тихо произнесла она. — Постараюсь объясниться… Но папа, уверена, ни за что меня не простит. А бабушка — и подавно. — Реджина поднялась на ноги, напоследок сжав плечо Рича в ободряющем жесте, набросила плащ и направилась к выходу. — Я пошла, — сказала через плечо. — Не высовывайтесь без надобности. Скоро увидимся. — Давай, пока, — в один голос протянули братья, и Рич осел на пол. Когда дверь захлопнулась, и шаги Реджины стихли, он повернулся к задумчивому Аврелию и сказал: — Лекарь… Мне нужна помощь. Фред вскинулся, как настороженный зверек, и уставился на Рича с подозрением. — Что случилось? — спросил Аврелий хмуро. Ричард размотал ладонь и протянул Аврелию. — Кажется, эта штука меня отравляет.Реджина
Реджина проталкивалась через толпы матросов и все пыталась успокоиться. От одной лишь мысли о том, что родные здесь, внутренности скручивало узлом и хотелось выть. Противоречия рвали на части. Она так тосковала по папе… И даже по бабушке. Так хотела их увидеть, убедиться, что с ними все в порядке, но теперь их присутствие и подвешенное состояние неведения выбивали из колеи. Она только обрела хоть какой-то душевный покой, и на тебе — новые потрясения. И то, как смотрел Тед… Реджина не могла понять, чем была вызвана его реакция. Он будто знал, понимал, чьим именем назвал ее папа, но это невозможно!.. Абсолютно точно невозможно! Может, ему кто-то рассказал? Но кто?.. Джию Си Мореплаватель стерли из памяти всех, кто ее знал. Нужно будет выяснить все. Как-то расспросить ненавязчиво. И, в случае с папой, если вдруг окажется, что Забвение каким-то образом его не коснулась, Реджина готова попытаться объясниться, но с Тедом… Слишком опасно. Ему нельзя испытывать столь сильное моральное потрясение. Это может его литерально убить, учитывая, какая противоречивая магия осела в его голове и каналах. Нельзя так рисковать. Да и… Реджине самой уж казалось, что Джиа давно умерла. Нет ее больше. Так смысл вытаскивать на поверхность все, что с ней связано? Домик Марики уже замаячил впереди, и Реджина уверенно к нему приближалась. Нужно взять себя в руки и заняться чем-то полезным. Это всегда помогало справиться с тем хаосом, что творился в голове и бушевал в душе. Толку будет мало, если она забьется в угол и станет лить слезы, проявляя слабость. От того никому легче не станет. Не успела она дойти до двери, как та распахнулась, и Реджина вздрогнула от неожиданности. И, едва углядев знакомый плащ, юркнула за угол строения. Из дома вышел лорд Мерил. В той же одежде, в которой был вчера. Он самодовольно улыбнулся, поправляя фибулу, придерживающую полы, а затем обернулся и бросил через плечо: — Вечером я еще к тебе загляну. Будь готова к тому времени, а не как вчера. Реджина прикрыла рот ладонью, чтобы сдержать возмущенный возглас, и дождалась, пока Мерил скроется из виду и потеряется в толпе прохожих. В груди заклокотали разные эмоции, но боль и обида за Ричарда расположились не первом плане негодования. Реджина сглотнула ком в горле и захотела было уйти. Но передумала. Так и подмывало посмотреть Марике в глаза и если не высказаться, то хотя бы дать понять, что она все знает. И… это никак не отменяло того факта, что Марика им нужна, так как она с болезнью знакома дольше и может оказать помощь в поиске лекарства. — Черт, — ругнулась сквозь зубы Реджина и вышла из своего укрытия. Дверь оставалась распахнутой настежь. Это насторожило. — Марика? — позвала Реджина после короткого стука по откосу и шагнула внутрь, когда ответа не последовало. Комната была разгромлена. Стол и стулья перевернуты, стеллаж с травами и склянками валялся на полу в груде битого стекла, шторы сорваны с одной стороны. Реджина проглотила ком в горле, обогнула перевернутую кушетку. И обомлела. Марика сидела на полу, сжавшись в комок, и, кажется, не слышала и не видела ничего и никого. Из-под порванной нижней сорочки, обагренной кровью, проглядывали свежие синяки и ссадины. — Марика, — тихо позвала Реджина. Опустилась на корточки и осторожно коснулась ее плеча — та вздрогнула и подняла затравленный взгляд. В котором моментально пронесся ужас пополам с отчаянием. Она всхлипнула и вновь уткнулась лбом в колени. Реджина села подле нее и осторожно обняла. Марика благодарно уткнулась в ее плечо и зашлась в беззвучных рыданиях. А у Реджины сердце кровью обливалось. Боги, она без разбору решила, что у них это добровольно, и Марика обманывает Рича… Никогда нельзя делать поспешных выводов. Реджина зарекалась не раз так поступать, и все равно ее вспыльчивость постоянно брала верх над рассудком. Всплыла оброненная вчера Мерилом фраза: «У меня своя лекарка имеется, и она более сговорчивая». Сговорчивая, как же… Трудно не быть таковой, когда ты совсем одна и не можешь дать отпор мало того, что детине, так еще и лорду-самодуру. А ведь Мерил хотел Реджину… Зажмурившись, она ощутила, как буйным цветом расцвела вина перед Марикой. Реджина могла бы быть на ее месте. Нет, не так. Это Марика оказалась на месте Реджины. Ни за что. — Чем я могу тебе помочь? — тихо спросила она, когда Марика немного успокоилась. — Не говори Ричу, — едва слышно отозвалась она, и Реджина внутренне сжалась. — Прошу тебя, не говори ему. Я… Я понимаю, ты его сестра и всегда будешь на его стороне. И будешь права. Но… — Марика всхлипнула. Реджина ощущала, как сильно ее колотило, и потому обняла крепче, обеими руками. — Лучше я просто расстанусь с ним, чем он узнает… — Это… происходит часто? — подала голос Реджина, поглаживая предплечья Марики. — С лордом. Марика затрясла головой в жесте отрицания. — Нет. Он давно ко мне не приходил. Раньше, — Марика сглотнула, — когда я только начала работать, ходил часто. Если бы я его не пускала, он бы меня вышвырнул из города. Но потом я ему надоела, — пожала она плечами. — Я и выдохнула. Но вчера он будто с цепи сорвался. Я пыталась, — вздрогнула она и натянула рукава пониже на покрытые сиреневыми пятнами запястья. — Правда, пыталась его спровадить, поговорить. Но ему все равно. Он всегда берет то, что хочет. И лучше смириться, чем… — болезненно поморщилась она. — Но вчера ты смириться не смогла? — прошептала Реджина и пригладила растрепанные волосы Марики. Та мотнула головой и зажмурилась. — Сложно смириться, когда думаешь о другом, — всхлипнула она. — Рич, он… Ему не нужно это все. Раньше я надеялась, что лорд больше не явится на мой порог, но теперь уверена, что этот раз не был последним. Ричу это не нужно. Он не поймет… — Он как раз-таки поймет, — вздохнула Реджина. — Но он убьет Мерила. Марика вскинула испуганный взгляд и тяжело сглотнула. — Нельзя этого допустить, его же повесят! — вскрикнула она. — Эрихиону плевать будет, кто прав, кто виноват, они в любом случае встанут на сторону лорда. И не сносить тогда Ричу головы. Убийство лорда карается смертью. — Поэтому я ничего ему не скажу, — скрепя сердце, изрекла Реджина. — Я знаю его нрав, и… Он такое простить не сможет. Не тебе, а твоему обидчику. И не посмотрит на его статус. Марика прикрыла веки и облегченно выдохнула. — Спасибо… — Но нам нужно что-то придумать, — перебила Реджина. — Как-то защитить тебя от этой сволочи. Так не может продолжаться. Ты ведь человек, а не его собственность! — Марика ошарашенно уставилась на Реджину, но ничего сказать так и не смогла. — Но для начала давай приведем тебя в порядок. — Ладно, — закивала Марика и утерла нос. Реджина ободряюще улыбнулась ей, а сама с тревогой прокручивала в голове способы уберечь Рича от виселицы. А Марику — от похотливых лап Мерила.✧ ✧ ✧
Послышался сигнал рога, возвещающего собрание, и Реджина нехотя свернула к площади. Будет странно и подозрительно, если она не явится. К тому же, с Марикой она закончила — помогла ей искупаться и навести порядок, обработала раны и условилась с ней, что ночевать она пойдет к подруге, а дальше видно будет. Реджина забрала бы ее к себе, но Марика не захотела показываться Ричу в таком виде. Да и вопросы бы это вызвало ненужные. Главное теперь его дома удержать вечером, чтобы к Марике не ринулся. И Реджина уже придумала, чем его занять. По пути к флигелю она успела заглянуть и к Амине, как велел Аврелий, — девочке снова стало хуже и пришлось немного поколдовать, спровадив предварительно Милену к колодцу за водой. Состояние самой Милены пока оставалось стабильным, что подтверждало догадку о том, что взрослые являются куда устойчивее к болезни. А после Реджина проведала Лорелею. Та почти оправилась после всего произошедшего. По крайней мере, вернула себе способность улыбаться и смеяться с глупых шуток соседского мальчишки. Протиснувшись через толпу, Реджина заняла место ближе к фонтану, у которого Тед проводил собрания. От взгляда на него защемило сердце — он явно нервничал, хоть и старался не подавать виду. Виктор зачитывал вопросы, которые будут сегодня рассматриваться, пока Тед окидывал вниманием хмурых горожан. Реджина ободряюще улыбнулась, когда их глаза встретились, и показалось, что Тед немного выдохнул. — Что же, давайте начинать, — бросил Тед, когда Виктор свернул свиток. — Давно мы с вами вот так не собирались, — слабо улыбнулся он и прочистил горло. — Возможно, есть вопросы, которые вы хотели бы обсудить в первую очередь? — Как насчет погибших моряков? — подал голос кто-то из толпы после продолжительного молчания. Реджина обернулась и увидела юного мальчишку с черными волосами, который стоял, скрестив руки на груди, и прожигал Теда полным ненависти взглядом. — Я с этого и хотел начать, — кивнул Тед. — К сожалению, забрать тела и доставить их домой мы не смогли, но их предали воде, как и полагается. Формальные похороны и церемония прощания проведутся через три дня. Все почти готово. Выплаты семьям уже были произведены накануне вечером, — ровно проговорил он, глядя прямо и открыто. Но руки сцепил в замок за спиной, что свидетельствовало о напряженности. — Удалось откупиться? Очистили совесть? — едко бросил парнишка, и Реджина до боли закусила губу с внутренней стороны. Что за чертово повторение? На похоронах Бена и Марши буквально в этом же обвиняла Теда Милена. Вот так и поступай по совести, одни упреки в ответ. — Это, по-вашему, вернет мне отца? Вы даже не удосужились привезти мне его тело. Тед глубоко вдохнул, прежде чем ответить. — Это не откуп, — сказал он. — Это попытка помочь семьям, оставшимся без кормильца. Никакие деньги не вернут ни твоего отца, ни остальных полегших. Но я не намерен оставлять вас один на один с горем. Что до тел, — повысил голос он, перекрикивая поднявшийся гомон, — их забрать было невозможно. Если бы был хоть малейший шанс, поверьте, я бы им воспользовался. — С чего вдруг мы должны вам верить? — фыркнул парнишка. Тед глубоко вдохнул и медленно окинул взглядом горожан. Реджина же боялась обернуться и увидеть их лица. Знала, что в них увидит, и готова была разрыдаться от несправедливости. — Как тебя зовут? — спросил мягко Тед. — Джим, — нехотя ответил он. — Послушай, Джим, — начал Тед. — Я понимаю тебя. Я тоже потерял отца и знаю, что ты чувствуешь… — Плевать мне на вас и на ваше понимание, — выплюнул Джим. Реджина вздрогнула и метнула к нему полный ярости взор. Мальчишка совсем забывался. Краем глаза она заметила пробивающегося через толпу мужчину. — Из-за вас погиб мой отец. Лучше бы это были вы, — прошипел он и дернулся в сторону Теда, но мужчина достиг его и ухватил за плечо. — Джим, коней попридержи, — пробасил он. — Все в порядке, Сэм, — вздернул подбородок Тед. — Пусть говорит. — Нет, милорд, — мотнул головой Сэм, сжимая плечо Джима, как гарлин добычу. Парнишка даже поморщился от боли. — Он понятия не имеет, о чем говорит и какими словами разбрасывается! Сэм вытолкал Джима вперед и встал лицом к людям. Реджина сжала кулаки, наблюдая, как с разных сторон площади шагают еще несколько мужчин. Моряки. — Если кто не знает, я Сэм, второй помощник капитана! — зычно выкрикнул он. — И я, в отличие от Джима, был с милордом на судне. Я знаю, о чем вы все болтаете, — прищурился он, и ропот толпы заметно стих. — Знаю, что Джим выразил общее мнение. Так знайте и вы — если бы не милорд, не вернулся бы никто! — гаркнул он раздраженно. — Вы понятия не имеете, что такое — нападение в открытом море и общение с пиратами. Наша работа неизбежно предполагает риск. И мы, — оглянулся он на подошедших моряков, что стали плечом к плечу, — всегда знаем, на что идем. В конце концов, каждый из нас дает присягу. Защищать лорда — наша обязанность. Даже если ценой собственной жизни. — Все мужчины согласно закивали. — И твой отец, — склонился он к Джиму, — знал это тоже. Он был моим другом, как и каждый, кто остался в объятиях Большого моря. Мне горько было их терять. Но все мы знаем, на что идем. Твой отец ни мгновения не сомневался и выполнял свой долг. И ты, — ткнул он Джиму в грудь, — и вы все, — обратился теперь к толпе, — должны быть благодарны, что пираты соблюли кодекс! — повысил голос Сэм. — И предали тела воде, а не оставили гнить на палубе! И милорду должны быть благодарны и за деньги, и за церемонию прощания. Он знает каждого поименно. Заботится об их семьях. И чтит их память. В отличие от вас, что своими склоками и наклепом ее очерняете! — рявкнул он, и по щекам Реджины покатились слезы благодарности. Хоть кто-то здесь видит, какой Тед на самом деле. — Свободен, — толкнул он Джима вперед, и тот едва не споткнулся. Но молча затерялся среди притихших людей. — И судачите вы только потому, что знаете — наш милорд ничегошеньки вам за это не сделает. Гнусные лицемеры, — плюнул под ноги Сэм. — Иной лорд, послушав ваши обвинения, уже наказал бы по всей строгости. А вы… — Сэм скривился и махнул раздосадовано рукой. В лицах всех моряков читалась солидарность с его словами. Тед, до того молча стоявший за их спинами с каменным лицом, вышел вперед и уложил ладонь Сэму на плечо. — Спасибо, — сказал он искренне, и Сэм кивнул. Но с места не сдвинулся. Тед же встал перед толпой, гордо расправив плечи. — Хотите вы того или нет, — начал он холодным, спокойным тоном, — но я ваш лорд. Возможно, не самый лучший, но уж какой есть. И если кому-то есть, что сказать, — обвел он взглядом людей, — говорите мне в лицо. Сэм правильно сказал, вам за это ничего не будет. Я никогда не наказывал за наличие собственного мнения. Этим, возможно, промышляла Тереза, но не я, — отчеканил он. — Вы имеете полное право меня ненавидеть или быть мною недовольными. Если так — говорите. Я готов отложить обсуждение насущных вопросов, если вам нужно высказаться. Повисла гробовая тишина. Даже дыхание в ней не угадывалось. Реджина мельком бросала косые взоры на стоящих поблизости — все как один пристыженно опустили головы и не шевелились. Тед выждал добрую минуту, прежде чем с тем же ледяным спокойствием обронить: — Так я и думал. Что же, как я и сказал, церемонию прощания проведем через три дня. По поискам пропавших детей и нападавшего, увы, добрых вестей нет. Предлагаю объявить тризну, так как прошло слишком много времени, и шансы на успех мизерны, — замолчал он. — Если… — подал кто-то дрожащий голос, — если я не хочу объявлять тризну, поиски прекратятся? Реджина обернулась на говорящего. Сгорбленный мужчина теребил в руках шапку и бегал глазами по земле. — Нет, — ответил Тед, глядя с сочувствием и пониманием. — Если вы не утратили надежды и хотите продолжить искать, мы будем искать. — Я хочу, — отозвался мужчина, и по щекам его покатились слезы. — Я тоже, — обронил другой отец пропавшего ребенка, и Тед кивнул. — Хорошо. Виктор, распорядишься, — бросил через плечо, и Виктор зашуршал пером по пергаменту. — День урожая будет проведен на следующей неделе. Кто-то охнул, и Тед поднял взгляд, вопросительно изогнув бровь. — И… ярмарка будет? — неверяще спросила стоящая рядом с Реджиной женщина. — Разумеется, — ответил Тед. — Все, как принято. Ярмарка, угощения, проводы сезона и жертва для грядущего урожая. — Впервые за столько лет… — едва слышно пробормотала женщина, и Реджина едко усмехнулась. Может, скоро до них начнет доходить хоть что-то. — А как же порченное зерно? — выкрикнули с задних рядов. — Мы нашли решение, — кивнул Тед. — Ко Дню урожая амбары будут пусты. И к слову об этом: попрошу после обеда заглянуть ко мне представителей ремесленников и фермеров, есть что обговорить, — впился он цепким взором в центр толпы, и Реджина обернулась. Несколько человек ошарашенно кивнули, разинув рты. — По насущным вопросам — мы закупили новые торговые суда, сегодня они прибыли в порт. Так что просьба к торговцам и морякам — в течении недели собраться в путь. Сразу после празднования Дня урожая оба судна должны отчалить в Лисон и Люзионис, там покупатели уже ждут наше зерно. Поднялся радостный ропот. Народ осмелел и начал улыбаться. Кто-то спросил: — А что насчет сухопутной торговли? — Торговые пути по-прежнему закрыты. — Ропот обратился возмущенным бормотанием. — До тех пор, пока не найдем нападавшего, — повысил голос Тед, — ни одна повозка не выедет за пределы города. Это не обсуждается. — Но милорд!.. — Я не собираюсь рисковать ни одним из торговцев, — отрезал он. — Возможно, получится достичь компромисса? — вышел вперед пожилой мужчина. Представитель торговцев. — И мы, и Край лишаемся заработка. — Твой сын уже получил травму, Вирас, — прищурился Тед. — Хочешь подставить еще кого-то под удар? — Но мы теперь знаем об опасности, — возразил Вирас. — И, если вы выделите охрану… Тед недовольно выдохнул и всмотрелся в Вираса до того пронзительно, будто собирался отчитать нашкодившего ребенка. — Я подумаю об этом, — наконец, изрек он. — После Дня урожая обсудим этот вопрос с Сайком и стражниками. — Спасибо, милорд, — склонил голову Вирас и отступил назад. — Еще вопросы есть? — приподнял бровь Тед, но ответа не последовало. — Отлично. Прошу еще пару минут вашего внимания, лекарь Аврелий хочет сделать объявление. Реджина удивленно вскинулась и посмотрела на приближающегося Аврелия. Тот занял место рядом с Тедом и прочистил горло. — Приветствую всех, — кивнул он. — Много времени у вас я не отниму. К сожалению, на нашу землю пришла неприятность — вспыхнула новая болезнь, и она крайне заразна. Если не предпринимать никаких мер, эта вспышка грозит перерасти в эпидемию, а потому настойчиво рекомендую всем и каждому позаботиться о своей безопасности. Для этого каждый вечер, после шести, у моего флигеля мы с Реджиной будем выдавать снадобье, способное укрепить иммунитет и воспрепятствовать заражению. Благодарю за внимание. Аврелий замолчал, оглядел всех и уже собрался уходить, как послышался робкий вопрос: — Сколько это будет стоить? Аврелий прищурился и недовольно прицокнул. — О Боги… Нисколько, — бросил он. — Милорд любезно предоставил средства на заготовку всего необходимого. Никто не собирается наживаться на вашем здоровье. — Просто… — неуверенно продолжила та девушка, что спросила о цене. — При миледи Терезе все лекарства сделались платными, вот я и… — Миледи Терезы здесь больше нет, — процедил Аврелий. — Кто хочет уберечь себя и свою семью от заразы — милости просим к флигелю. У меня все. Теодор хлопнул Аврелия по плечу, и тот засеменил восвояси. Реджина провела его вопросительным взором. Несколько неприятно стало от того, что он не посвятил ее в свои планы и не поделился тем, что нашел способ уберечься от заразы. — Нужно с ним поговорить, — пробормотала Реджина себе под нос. — И не только об этом… Ночные откровения и осведомленность Теда о промысле покойной женушки выбили из колеи, но, что именно Аврелий сказал о смерти Терезы, она запомнила. А самой Реджине ни словом не обмолвился. А ведь она спрашивала. — Еще вопросы есть? — перебил Тед поток вихрящихся в водовороте мыслей. — Да, милорд. Если вы позволите, — тихо произнесла юная девушка с края площади. — Разумеется, — кивнул он и обратил к ней внимание. Реджина тоже. — Мы слышали, что… — замялась она. — В общем, говаривают, что вы скоро женитесь. — Народ, до того тихо гудящий, как улей, резко смолк. А у Реджины в ушах зашумело до того сильно, что и дыхание сбилось. — С чего вы взяли? — растерянно протянул Тед. — Ну… — еще больше заволновалась она. — Люд приезжий болтает, да и родственники в других городах имеются… И каждый второй уверен, что именно дочь их клана станет нашей следующей леди. Да и траур уж прошел, пора бы… — Почему ты интересуешься? — спросил Тед, сцепив руки в замок за спиной. — Хотелось бы знать, — пожала она плечами. — А то все говорят, что вы невесту выбираете, а мы и в ус не дуем. Событие-то важное. Тед вздохнул и покачал головой, а Реджине дурно стало от подобной перспективы. Она не вынесет этого еще раз. Ни за что. Что за моров день? Он прекратит сегодня давать пинки под дых?.. Но и правда ведь, Теду нужно будет жениться… А сама Реджина на эту роль не подходит. Больше нет. Руки затряслись, зубы застучали друг о друга. Голова сама дернулась в жесте отрицания. Сердце намеревалось выскочить из груди и умчаться прочь. А Тед все молчал. Реджина впилась в него умоляющим взором. «Скажи, что это неправда. Пожалуйста, скажи хоть что-то!..» Паника медленно, но верно начала пробираться вверх по пищеводу и лупить по позвонкам. «Нет, только не снова. Нет, нет, нет! Никаких свадьб, никаких других женщин, никакого треклятого долга! Я не вынесу этого еще раз!» — Что же, — прочистил горло Тед. — Предложения и правда поступают, но пока женитьба не входит в мои планы, — уклончиво сказал он. — Если засобираюсь, обязательно вас оповещу, — добавил с улыбкой. Казалось, толпа коллективно выдохнула. Вместе с Реджиной. Вполне удовлетворительный ответ, чтобы успокоить людей. Никакой конкретики. Отлично. — Но, милорд, — послышался отцовский голос, и Реджина в ступоре замерла. — Ваш народ прав, траур прошел. Вам стоило бы задуматься о поиске жены. Реджина медленно повернулась в сторону Кристиана и испытала жгучее желание вцепиться в него и заткнуть любым возможным способом. — Благодарю за напутствие, милорд, — сквозь зубы процедил Тед и метнул короткий взгляд к Реджине. — Но нет. Пока у меня других проблем хватает. — Половину из которых могла бы решить удачная женитьба, — невинно пожал плечами Кристиан. А Реджину все больше начало трясти от ярости. Казалось, что папа натурально и вполне намеренно издевался над ней. Но это предположение подтверждало только то, что он не помнит ни ее, ни связанные с ней события. Ведь если бы помнил и признал по-настоящему, ни за что бы так с ней не поступил. — И правда, милорд, — подхватил другой знакомый голос, и Реджина выпучила глаза на бабушку, что подошла к папе и взяла его под руку, с огромным трудом подавляя желание завизжать на них обоих. — Мы здесь, конечно, гости, и не нам такие вопросы с вами обсуждать. Но, глядя со стороны, женитьба и правда могла бы помочь. Да и… нужна вам супруга, — усмехнулась она с непонятным выражением лица. Реджина полыхала до того сильно, что начала задыхаться от возмущения. И прорвала ногтями ткань юбки, в которую вцепилась. От напряжения и внутреннего беззвучного крика разболелись и голова, и челюсти, которые Реджина сцепила с такой силой, что казалось, зубы вот-вот раскрошатся. Реджина резко повернулась к Теду, на лице которого читалось если не такое же, как у нее самой, то достаточно сильное раздражение. — Я благодарен за совет, миледи Айлин и милорд Кристиан, — чуть склонил он голову, — но я не стану брать жену с такой низменной целью, как получение приданого для решения проблем. Для начала я подниму Край своими силами. А уж после подумаю об этом. «Подумаешь об этом?!» — еще больше вспыхнула Реджина и вытаращилась на Теда со смесью злобы и ошеломления. Он ощутил на себе ее взгляд, но лишь на миг скосил глаза в ее сторону. — Но в далекоидущих планах ведь есть женитьба, я надеюсь? — приподняла бровь бабушка, и Реджина пожалела, что нечем в нее запустить. Сейчас она выводила из себя так же, как когда Реджине было шестнадцать. И прямо напрашивалась стать мишенью для какой-нибудь вазы или талмуда по этикету. Но, увы, под рукой ничего не было. — Разумеется, — улыбнулся Тед. И это добило окончательно. В груди будто что-то больно оборвалось и разрезало внутренности. — Замечательно, — расплылась в улыбке Айлин. — Краю нужна женская рука. А вам — присмотр и забота. Тед склонил голову и отвернулся от гостей. — Собрание окончено, — объявил он. Еще раз поблагодарил моряков, что так и стояли подле него, будто защищали, и направился в сторону замка. Реджина гипнотизировала его спину и сжимала кулаки, силясь успокоиться. Но покой ее упорно игнорировал.✧ ✧ ✧
— Милорд, позвольте с вами поговорить! — воскликнула Реджина, ворвавшись в Большой зал. Благо, Тед был здесь один. — Это не отнимет много времени, — сдерживая дрожь, добавила она, покосившись на неприветливого лакея. Хотелось и ему затрещину выписать. Теодор оторвался от лежащих на столе документов и непонимающе нахмурился. — Разумеется, — медленно кивнул он и жестом велел лакею закрыть дверь с той стороны. Как только послышался щелчок, Реджина, шумно выдохнув, направилась к столу. Тед приподнялся и отодвинул стул. — Что случилось? — с беспокойством спросил он. — Это ты у меня спрашиваешь, что случилось? Мог бы поставить в известность, что собираешься жениться, — прошипела Реджина, подойдя вплотную. Тед удивленно приподнял брови. — Ты пришла возмутиться по этому поводу? — с недоверием протянул он. — Я пришла сказать, что, если ты женишься, меня больше не увидишь! — выплюнула Реджина, и в ошарашенном взгляде Теда просквозила сталь. — Это угроза? — обронил он с холодком недовольства. — Это не угроза. Это факт. Так, чтобы ты был в курсе в случае чего, — едко бросила она и уперлась ладонями в столешницу, которая их сейчас разделяла. — Реджина, — выдохнул Тед. — Я не выношу, когда мне ставят условия, — скрестил он руки на груди. — А я не выношу, когда об меня и об мои чувства вытирают ноги! — повысила голос Реджина, подавшись вперед. — То, что я не леди, — брезгливо поморщилась она, — не означает, что у меня нет гордости. Я не потерплю рядом с тобой другую женщину! Тед вздохнул и покачал головой. — Я не собираюсь жениться, — сказал примирительно он. И Реджина почти угомонилась от его слов. Почти. — По крайней мере, в обозримом будущем. Но от последней фразы захлестнуло новой волной возмущения. — То есть, меня в своем обозримом будущем ты не видишь?! — взвизгнула она. — Я понятия не имею, что будет даже завтра! Чего ты от меня хочешь? — повысил голос Тед. — Хочу понять, зачем ты позвал меня греть свою постель, зная, что однажды женишься! — Я звал тебя поговорить, — процедил Тед. — Как раз примерно об этом. — О грядущей женитьбе?! — выкрикнула Реджина, окончательно теряя остатки самообладания. — Об особенностях моего положения и связанных с этим трудностях! — рявкнул Тед. — Но ты слушать не пожелала! — А ты не очень-то и сопротивлялся! — парировала она. — Хочешь сказать, это я во всем виновата? — Хочу сказать, что глупо было не подумать о подобной перспективе, — проворчал он. — Ах я еще и дура?! — охнула Реджина, и Тед закатил глаза. — Я этого не говорил. — Но подумал! — Неправда. Не перекручивай мои слова! — воскликнул Тед. — Почему мы вообще ссоримся? Сказал же, не собираюсь я жениться! Все, что я говорил на собрании, было призвано закрыть тему как можно скорее! — И я бы в это даже поверила, если бы ты не обмолвился про обозримое будущее! Тед прикрыл глаза ладонью и глубоко вдохнул. — Я пытаюсь быть с тобой честным, — намеренно тихо произнес он. — Как и я, — прошипела Реджина. — Все, что хотела сказать, я уже сказала! — оттолкнулась она от столешницы, но Тед перехватил за запястье и потянул на себя. — Ну уж нет, раз ты завела этот разговор, давай доведем его до конца! — раздраженно произнес он. — Разговор? — бросила Реджина. — Или кое-что другое? — Ты серьезно сейчас? — недоверчиво прищурился Тед. — А что такого? — едко усмехнулась Реджина. — Мы явно не приближаемся к взаимопониманию. Я не согласна делить тебя с напомаженной овцой, а ты не отрицаешь вероятность ее появления в твоем доме. — И ты готова порвать все только из-за эфемерного «когда-то», которое может даже и не наступить? — приподнял он бровь. — Ты не помогаешь, — дернулась в хватке Реджина. — Не даешь какой-то определенности по этому вопросу. — Я не могу тебе дать то, чего у меня нет! — взвился Тед. — Да и ты говорила, помнится, что ни на что не претендуешь, — понизил он голос. — А еще я говорила, что мне нужен ты, — произнесла Реджина, глотая ком обиды и подступающих слез. — А тебя у меня не будет, если рядом будет другая. Лучше закончить все сейчас. В конце концов, мы всего лишь пару раз переспали. И ничего друг другу не обещали. Реджина сама не верила, что произнесла эти насквозь лживые и абсолютно идиотские слова. Они вылетели прежде, чем она успела их обдумать, и отразились на лице Теда гримасой боли и неприятия. Он обошел стол и встал вплотную к Реджине, так и держа за руку. — Правда? — выдохнул он. — Напомнить тебе про три маленьких слова, которые ты не раз повторяла? — А какой в них толк, если они для тебя ничего не значат?! — взвизгнула Реджина и попыталась выкрутить запястье, но Тед лишь сильнее стиснул пальцы. — Как сказала, так могу и обратно забрать! — Да ты что, — прищурился Тед. — Позволь спросить, с чем тогда связана твоя истерика? — С тем, что мой любимый мужчина ни в грош меня не ставит и собирается вышвырнуть при удачно подвернувшейся возможности из своей жизни! — дрожащим от слез голосом выпалила Реджина. И снова пожалела о сказанном. Тед переменился в лице, и страшно было идентифицировать ту эмоцию, что его исказила. — Ты действительно такого мнения обо мне? — прошипел он, и Реджина отвела взгляд, чтобы не разрыдаться. — А как еще это понимать? — выдохнула она. — Или ты рассчитываешь, что после твоей женитьбы… — Которой нет и в помине, — вставил раздраженно Тед. — …мы продолжим встречаться, как ни в чем не бывало? — Это не самый худший вариант, — заметил Тед. — Особенно учитывая, что, если я когда-то и женюсь, то исключительно формально. — Тогда меня убивает твое мнение обо мне, — с вновь вспыхнувшей злостью процедила Реджина. — Я не шлюха и не наложница, чтобы пойти на подобное. Ты либо мой, либо чужой. Третьего не дано. — Реджина, — простонал Тед, возведя глаза к потолку. — Ты не слышишь меня! Есть большая разница между настоящей женитьбой и браком по расчету. Я не волен выбирать себе спутницу по любви или оставаться вечным вдовцом. Иногда приходится делать то, что нужно, а не то, что хочется. Реджина пыталась себя заткнуть. Правда, пыталась. Но то, что крутилось на кончике языка, так и рвалось наружу, подталкиваемое паническим страхом повторения их сценария, о котором Тед даже и не догадывался, и оглушающей яростью. Смолчать все же не удалось. — Ты раз уже женился, потому что так было нужно, — поморщилась Реджина, и слезы-таки потекли по щекам. — И, если я не ошибаюсь в суждениях, ничем хорошим это не кончилось. Тед сцепил челюсти и впился до того негодующим взглядом, что захотелось зажмуриться. Но Реджина стойко его вынесла. Даже не моргнула. — Ты понятия не имеешь, о чем говоришь. — Я не настолько идиотка, чтобы не уловить суть. — А я не настолько идиот, чтобы повторять свои ошибки, — прорычал Тед. — Еще раз. Я не собираюсь и не хочу жениться. Но я не могу исключать такой вероятности в будущем. Потому что я лорд. И я себе не принадлежу, — отчеканил он, отделяя каждое слово и прожигая взглядом, в котором вспыхнуло пламя. Кончики его пальцев тоже накалились, но Реджина не обратила на это никакого внимания. — Меня такой расклад не устраивает, — выплюнула она, склонившись к самому лицу Теда, от которого жар исходил буквально волнами. Тед невесело хмыкнул и послабил хватку. Повисло гнетущее молчание, в котором гулко грохотало взбеленившееся сердце Реджины. — Знаешь, — начал отстраненно Тед, — ты должна была понимать, на что идешь, когда ложилась в постель к лорду, и без моих разъяснений. Реджине будто пелена на глаза упала. На миг, короткий миг, контроль ее покинул, уступив место жгучей обиде и болезненному возмущению, которые вызвала реплика Теда, сказанная таким тоном, будто… он и впрямь говорил со шлюхой, которая возомнила себе невесть кем. А может, именно ею Реджина и была для него?.. Не невестой, не возлюбленной, не матерью их нерожденного ребенка, ведь всего этого Тед не помнил… Просто шлюхой, с которой можно весело поиграть, а потом выбросить. Да, Тед любил ее, в этом Реджина не сомневалась. Но так ли, как раньше, когда между ними не было преграды в виде разности положений? Что за любовь может быть у лорда к простолюдинке, какой Реджина для него стала? Не настолько сильная, чтобы отказаться от потенциально выгодной жены из богатой статусной семьи. А Реджина… просто шлюха. Вот, во что она превратилась. От этого осознания стало горше и больнее. Но непринятие тошнотворной волной боролось с новым порядком вещей. И ладонь уже взметнулась в воздух. Способность хоть сколько-нибудь соображать вернулась вместе со звоном от пощечины, заполонившим искрящуюся напряжением тишину Большого зала. Голова Теда по инерции повернулась чуть в сторону, челка упала на лоб. На щеке моментально вспыхнул алый след от ладони. Тед замер, и его отсутствующий от шока взор быстро наполнился смесью не поддающихся описанию эмоций. — Не смей так со мной разговаривать, — вздернула подбородок Реджина, подавляя дрожь. Тед рассеянно усмехнулся и коснулся пострадавшей щеки. Но в усмешке этой не было ничего хорошего. — Не смей меня бить, — тихо бросил он и отступил на шаг. — Никогда. Реджина судорожно сглотнула и ощутила, как собственная боль уступает место тому, что читалось во взгляде Теда. Разочарование. Обида. Непонимание. Оскорбленность. Неверие. Злость. Стыд и вина за содеянное захлестнули с головой, и она прошептала едва слышно: — Тед… — Думаю, нам обоим пора заткнуться, — оборвал он и отвернулся. — Это все, что ты хочешь сказать? — всхлипнула Реджина и раздраженно утерла слезы. — Все, что я хочу сейчас сказать, ты точно не захочешь услышать, — бросил он через плечо. — Уйди. Мне нужно работать. Стоило большого труда не разрыдаться, не раскричаться, не кинуться к нему с извинениями… Или сделать чего похуже. Рвали на части противоречия. От желания разнести здесь все к моровой матери до порыва броситься Теду в ноги и молить о прощении. Реджина с титаническим трудом сохранила спину ровной, а на лицо натянула непроницаемую маску, хоть Тед на нее и не смотрел. Он отошел к столу и уперся кулаками в столешницу. А Реджина, силясь сохранить остатки достоинства, покинула Большой зал с гордо поднятой головой, заталкивая куда поглубже тот шквал эмоций, что раздирал нутро подобно девятому валу. Проклятый день. Он все же нанес последний, оглушающий удар. И, кажется, повинна в этом только Реджина и ее вспыльчивость.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!