Часть 16

После потери ноги, Тася училась жить заново. Нужно было привыкать к новому протезу, и если бы не Серёжа, кто знает, может быть она и не смогла бы научиться ходить вновь. С ВДНХ не было никаких вестей. Челноки перестали ездить на станцию, останавливаясь на Рижской и разворачивались обратно. Больше всего Тася переживала, как там Артем и Саша, ведь её все так же не пускают на ВДНХ, тем более после недавних событий. Ко всему этому стресс прибавлял Хантер, который ушёл около трёх дней назад, и так до сих пор не выходил на связь. Тася места себе не могла найти, так бы и сошла бы с ума, если бы не её верные друзья и возлюбленный. Серёжа, видя как переживает его любимая, несколько раз пытался уговорить полковника отпустить её на родную станцию, даже если не одной, так в сопровождении товарищей, но каждый раз получал отказ и строгий выговор. Все что оставалось, это смирится с отказом и ждать новостей, которые может быть, рано или поздно, да придут.

***

– А в твоей новой ноге есть плюсы, Гайка! – с улыбкой приговорил Ульман. Этих двоих, в качестве наказания за эксплуатации новобранцев — чистки орудия, заставили перемывать стволы до скрипа и блеска. – Можно врагов бить не прикладом, а просто пнуть, – Эд разразился хохотом, а Тася лишь немного улыбнулась. Она всегда поражалась тому, как Ульман может из любой ужасной ситуации сделать шутку. Иногда это было просто невыносимо, а иногда это даже спасало Спартанцев от скуки. – Иди ты к черту, Ульман, – с усмешкой сказала Тася, проверяя как хорошо она вычистила грязь с автомата. – Я обязательно к нему прийду, а вот твоему муженьку, святоше, до меня еще да-алеко. Здорова Серёга! – крикнул Ульман. Тася обернулась, посмотрела на Идиота, и отвернулась обратно. – Привет, Эд, – помахав рукой другу, он хотел по-быстрому чмокнуть любимую в щеку, но та увернулась от его губ. – Ну что ты дуешься? Кто же вас заставлял на новобранцев свою работу скидывать? – Идиот мягко улыбнулся и опять попытался приблизиться к лицу Гайки, на что получил слабую пощечину. Кто же знал, что в такой не подходящий момент, когда вместо тренировок молодняков, заставляли их выполнять более "грязную" работу, придет Идиот, а вместе с ним и полковник.. Сережа вздохнул, мол, "все равно остался виноватым" развернулся и ушёл. – Странные вы существа, женщины, – сказал Ульман, а на его лице появилась широкая улыбка. Чеширский кот, ей богу.

***

Когда с автоматами было покончено, Тася наконец-то вздохнула в облегчением. Долгожданная свобода, но не долго, как говориться, песенка играла. Теперь они вдвоём стоят перед Мельником и слушают лекцию, как нужно правильно тренировать новобранцев. Какая скукота. Вдоволь наслушавшись, они наконец-то могли спокойно пойти на ужин и пойти на долгожданный и заслуженный сон. Столовая, как и всегда была заполнена спартанцами. Старыми и молодыми, усталыми и бодрыми, голодными и сытыми. Но всех присутствующих объединяло то, что все они друг другу стали настолько близкими, и даже родными. Каждый здесь знал, что твой товарищ никогда тебя не подведет и всегда придет на помощь, какими бы не были обстоятельства. Глазами найдя своих близких друзей, Тася, получив свою порцию ужина, присоединилась к их компании. – Ну что? Насколько хорошо я буду отражаться в своём автомате, а, Гайка? – по столу прошелся смех, а Тася лишь вздохнула. – Ну ладно тебе, не обижайся. Скажу по секрету, каждый из нас хотя бы раз давал зелёным свою работу. Не ты первая, не ты последняя, кто спалился за этим занятием, Мельник уже привык к этому, поверь. – Успокоил Паш, спасибо, – Паша был напарником и другом для Ульмана, а с Тасей они пересекались лишь в столовой. Хороший мужик, добрый. – Ой, да ладно тебе, не дуйся. А вы вообще слышали, что там между Красными и Рейхом происходит? Война вроде какая-то во всю идет. – Пока к нам не лезут, пуская воюют сколько влезет. Может и перебьют друг друга, а нам от этого только легче станет, не будет тут всяких коммунистов и нацистов, которые жить спокойно не дают. Так бы Тася и просидела бы, в такой приятной компании весь вечер, но время уже подходило к десяти, а без хорошего сна, на утренней тренировке на первом же упражнении уснешь и проспишь до самого обеда.

***

Усталость дала знать о себе очень быстро и неожиданно. На ватных ногах, Тася поплелась в комнату, а там уже камнем упала на кровать, на которой удобно расположился Идиот. Уместив свою голову на колени мужа, она с облегчением вздохнула. Чужая рука мягко опустилась на её голову, аккуратно перебирая волосы. Сережа вновь уткнулся в книгу, которую читал до прихода Гайки, а когда через некоторое время услышал тихое сопение от девушки, улыбнулся. Он аккуратно переложил её голову на подушку, потушил лампу и лег рядом, обнимая любимую со спины. – Спокойной ночи, родная, – сказал он своей спящей жене и сам погрузился в сон.