Только первая глава

Шаула ждала своего Мастера. Время тянулось невыносимо медленно. Дни превращались в недели, недели — в месяцы, и незаметно для нее сквозь пальцы, словно песчинки, просыпались годы и столетия. Всё это время в ее голове эхом отдавались последние слова Флюгеля, его обещание вернуться. — Я вернусь, обещаю. Смахнув с лица слезы, она цеплялась за эти слова, как за спасательный круг, отгоняя гнетущее одиночество, грозившее поглотить ее целиком. Она жаждала присутствия своего Мастера, хотела вновь ощутить тепло их связи. — Пожалуйста, — прошептала она еле слышно, обращаясь к ветру, — позволь мне снова быть рядом с тобой. В тревоге и отчаянии Шаула расхаживала по ставшей уже привычной башне, ее взгляд блуждал по запискам и правилам, оставленным Флюгелем. Среди бумаг она помнила один особый конверт – запечатанный, который следовало открыть лишь в определенную дату. По мере приближения дня ее ожидание нарастало. Когда же настал этот день, Шаула на мгновение замялась, прежде чем разорвать конверт, ее руки дрожали от надежды и страха. Сердце переполнилось бурей эмоций, когда она прочла написанное. Меланхоличная улыбка сменилась слезами радости. В записке содержалось обещание будущего, о котором она едва смела мечтать — будущего, где она снова будет рядом со своим возлюбленным Мастером. «Дорогая Шаула, Прости, что так надолго тебя оставил. Приходи через неделю по координатам 52°30'55.8"N 13°26'03.6"E. Когда ты придешь, я тебя не вспомню. Прости, что потерпел неудачу, но я верю в тебя. Когда увидишь меня, не называй меня Флюгелем. Никакие слова не искупят того, что я сделал, но я прошу прощения. Искренне твой, Флюгель». — Мастер, это не твоя вина. Почему ты всегда винил себя? — слезы катились по щекам Шаулы, пока она читала записку. Сердце бешено колотилось, когда она покинула башню, наконец-то обретя свободу. Она брела по нищим кварталам словно в забытьи. Только ловя на себе странные взгляды и видя, как люди отшатываются, она осознала, что на ее лице всё еще сияет прежняя улыбка. Обрадовавшись, что заметила это вовремя, чтобы не испортить долгожданную встречу с любимым, она подошла к заброшенному дому и заглянула в окно, чтобы увидеть свое отражение. Широкая улыбка не сходила с ее лица, щеки пылали, как у влюбленной школьницы. Она вспомнила слова Флюгеля о том, что она человек и способна испытывать эмоции. Хотя она любила его, что-то пошло не так. Сможет ли она когда-нибудь испытать ту любовь, о которой мечтала? Шаула приложила руку к сердцу, чтобы успокоиться, и поправила одежду, решив произвести наилучшее первое впечатление. Она не могла позволить себе испортить всё. Ей стоило немалых усилий взять себя в руки и усмирить бешено бьющееся сердце. — С чего лучше начать? Мне не стоит сразу обращаться к нему «Мастер», верно? — размышляла она вслух. Сердце Шаулы снова заколотилось, грудь сдавило от волнения. Она не подумала об этом. Всю дорогу сюда она была опьянена предвкушением встречи с ним. Она вспомнила о горе Флюгеля и о своей неспособности помочь ему. В этот раз всё будет иначе. Сможет ли он помочь ей? Единственный, кто когда-либо проявлял к ней хоть какой-то «интерес», был Рейд, которого она презирала. Она жаждала настоящей связи с тем, кого любила больше всего. С бьющимся сердцем она направилась к грабительскому дому. Вскоре она увидела дом, но тут случилось нечто странное. Входная дверь распахнулась, и оттуда выбежала светловолосая девушка, словно спасая свою жизнь. Неужели она опоздала и всё испортила? В любом случае, ей нужно было выяснить, что происходит. Подойдя ближе, она услышала звуки стычки внутри и увидела вспышки света, свидетельствующие об использовании магии. Шаула ускорила шаг и заглянула внутрь. Свет из дверного проема осветил Нацуки Субару, который стоял на коленях, опираясь на дубинку. Прежде чем она успела осознать происходящее, она заметила над ним фигуру с мечом, занесенным для удара. В тот же миг в глазах Шаулы потемнело. Действуя инстинктивно, она ворвалась в комнату с нечеловеческой скоростью, крикнув в спину нападавшего: — Адский выстрел! К сожалению, противник оказался проворным и увернулся от полной силы удара. Темноволосая нападавшая бросилась на Шаулу, которая схватила ее за руку и швырнула в стену дома. Эмилия уже готовила ледяную сосульку, но остановилась, поняв, что этой женщине не требуется помощь, в отличие от Субару. Учитывая интенсивность боя, она могла случайно попасть не в того, если выстрелит. Рассеяв сосульку, она подошла к раненому Рому и начала исцелять его. — Адский выстрел! После этих слов нападавшая словно растворилась в воздухе. Ее тело было уничтожено на клеточном уровне. Шаула увернулась от очередного взмаха меча, и бой продолжился, Шаула раз за разом побеждала своего противника. Субару наблюдал за происходящим в полном недоумении, этой женщины не было в его прошлых петлях. Неужели он раньше никогда не доходил до этого момента? Он также заметил, что ее одежда напоминает его спортивный костюм. Его глаза расширились от удивления. — Ты ее знаешь? — спросила Эмилия. Субару покачал головой. Шаула нанесла последний удар, прежде чем Эльза успела сбежать, оставив остальных в оцепенении. — Этот прием невероятен! — воскликнул Субару, не в силах сдержать восторга, когда победа казалась неизбежной. Шаула обернулась. Увидев Субару, она вспомнила, что не должна вести себя слишком фамильярно и называть его Мастером. — Ма... Меня зовут Шаула, — произнесла она, глядя на Субару со смущенным румянцем. — Прошу прощения, я... — вмешался Рейнхард, врываясь через потолок, но обнаружив лишь, как ему показалось, двух нападавших. Шаула отступила от Рейнхарда, пробормотав: — Рейд… Рейнхард прищурился, начиная понимать, что она имела в виду, но с трудом в это веря. Он представился: — Меня зовут Рейнхард ван Астрея. Прошу прощения, если напугал. — Так, эм, а ты, собственно, кто? — нервно спросил Субару. Шаула услышала его вопрос и обрадовалась, что он хочет поговорить с ней. Подавляя желание обнять его, она ответила: — Меня зовут Шаула. Я встрет… рада познакомиться, Субару. — Ты слишком легко одета, — заметила Фельт, затем посмотрела на Субару, — Вы что, знакомы? Субару моргнул: — Нет, я ее раньше никогда не видел. Фельт передала Эмилии инсигнию, Рейнхард заметил исходящий от нее красный свет. Он схватил Фельт за руку, чтобы убедиться. — Ай! Пусти, придурок! — Ром, увидев это, попытался встать, но Рейнхард быстро остановил его, поставив руку перед его лицом и управляя своей маной. Это мгновенно лишило старого великана сознания. — Ром! Т-ты, придурок, пусти меня… — не успела она договорить, как Рейнхард сделал то же самое с ней. — Что происходит, Рейнхард? Это из-за инсигнии? Если да, то не мог бы ты закрыть на это глаза? Она всё равно собиралась вернуть ее мне, — Эмилия нервно посмотрела на Рейнхарда. — Прошу прощения, но я не могу выполнить эту просьбу. К сожалению, преступление, которое разворачивается передо мной, куда серьезнее инцидента с вашей инсигнией. Поэтому я должен забрать Фельт с собой, — сказал Рейнхард, подняв ее на руки. Эмилия выглядела обеспокоенной, но промолчала. Не сказав больше ни слова, Рейнхард поспешно удалился. Эмилия посмотрела на Субару и Шаулу, тепло улыбнувшись. — Я хочу поблагодарить вас обоих за то, что спасли меня и вернули инсигнию. Однако у меня с собой ничего нет, чтобы как следует вас отблагодарить, — извинилась Эмилия. — На самом деле, кое-что ты можешь мне дать, — самодовольно произнес Субару, положив руку на подбородок. — Постойте, где мои манеры? Я ведь еще не представился, — Субару притворно кашлянул в руку, прежде чем принять эффектную позу. Шаула почувствовала себя немного обделенной вниманием. — Меня зовут Нацуки Субару! Я тот, кто спас твою жизнь от мерзкого злодея и помог тебе вернуть инсигнию! Мы на одной волне? — Шаула сдержала смех, находя забавным, что он приписывает себе чужие заслуги, в отличие от Флюгеля. — На одной волне? — Эмилия с недоумением наклонила голову. — Ну, типа, «Мы поняли друг друга?», так что… на одной волне? — Парень взволнованно изобразил букву «О», а затем «К» всем телом, пытаясь объяснить смысл своего выражения. — На одной волне… — Я, твой спаситель, спас тебе жизнь. А ты — героиня, которую я спас! Так что вполне естественно, что ты должна отплатить мне тем же, верно? — Хорошо, я поняла! Конечно, только если это в моих силах, — сказала Эмилия, понимая игривый тон его просьбы. — В таком случае, у меня есть только одна просьба! — Он кивнул, самодовольно улыбаясь, предвкушая, как озвучит свое требование. — Моя единственная просьба… — Эмилия с тревогой смотрела на него, ожидая продолжения. Он одарил полуэльфийку дерзкой ухмылкой и щелкнул пальцами. — Скажи мне свое имя. Полуэльфийка не смогла сдержать искреннего смеха от такой неожиданной просьбы. — Я Эмилия. Просто Эмилия. Спасибо тебе, Субару, что спас меня. — Она протянула ему руку. Он немного помедлил, прежде чем пожать ее. — Блин, ну и неравная компенсация, — без особого энтузиазма проговорил Субару, принимая ее благодарность. После этого Субару нервно почесал затылок, на его лице появилось смущенное выражение. — Ха-ха, эмм, если можно, я хотел бы попросить еще кое о чем. — О чем же? — Улыбка не сходила с лица Эмилии, она расслабилась после его невинной просьбы. Для нее характер Субару больше не вызывал сомнений. — Я совершенно без гроша и мне некуда идти. Я был бы очень благодарен, если бы ты… — Конечно. — Эмилия, понимая, к чему он клонит, без колебаний согласилась. — Вот так просто! — воскликнул Субару, удивленный ее быстрым ответом. — Ма... то есть, я тоже бездомная, — вставила Шаула. — Мой благодетель владеет особняком, и я уверена, он будет рад предоставить вам обоим кров. Улыбка Шаулы стала шире — она представила, как проведет время с ним. Когда их разговор закончился, Эмилия вывела их из трущоб, проведя лабиринтом узких улочек и переулков. По пути им встретилась розоволосая горничная по имени Рам. Оказалось, что Рам сопровождала Эмилию в ее поездке, но Эмилия каким-то образом отстала и впоследствии потеряла свою инсигнию, отдав ее Фельт, что и привело к сложившейся ситуации. После того как Эмилия рассказала Рам о случившемся, вскоре они оказались в карете, направляющейся в резиденцию Эмилии. Эмилия и Рам заняли передние сиденья, а Субару и Шаула расположились сзади. Шаула, естественно, села рядом с Субару. Заметив, что он, похоже, не возражает против ее присутствия, Шаула решила проверить границы дозволенного. Она посмотрела на руки Субару и медленно протянула свою руку к его руке. — Шаула? — спросил Субару, в его голосе прозвучало удивление, но не раздражение. — Я делаю что-то не так, Мастер? — Она посмотрела ему прямо в глаза. Вместо привычного ей расчетливого и полного отчаяния взгляда она увидела открытые, любопытные глаза, излучающие наивность и лишенные какого-либо скрытого умысла. Его нынешнее поведение было таким чистым – резко контрастирующим с гневом и отчаянием, которые она знала. Это был именно тот человек, на которого она надеялась. — Что за "Мастер"! Кстати, откуда ты знала мое имя, прежде чем я представился? — Э-э, скажем так, я не отсюда… — выражение лица Субару изменилось, словно его осенило внезапное осознание. — То есть… не из этого мира? — Субару прошептал эти слова. Шаула, приятно удивленная его точной догадкой, просто кивнула в подтверждение. — Ну, похоже, мы в одной лодке. Видишь ли, я тоже был призван в этот мир. Подожди-ка. Это всё еще не объясняет, откуда ты знала мое имя, — заметил Субару. — В том мире, откуда я пришла, в другое время… ты был моим Мастером, — ответила она, придвинувшись к нему ближе. — Что? — воскликнул Субару, ошеломленный. — Но это новая жизнь. Новое начало, — сказала Шаула, нежно поглаживая его волосы. И снова он отличался от Субару ее мира тем, что сразу же поверил ей. Он был слишком наивен. Этот мир поведет его по тому же пути отчаяния, что и раньше. Но, к счастью, у этого мира не будет такой возможности, потому что теперь она здесь. Он улыбнулся, а потом рассмеялся. Шаула почувствовала, как ее сердце ёкнуло. Она хотела защитить эту улыбку. — Приятно знать, что я не одинок в этом незнакомом месте. — Субару откинулся назад и с надеждой посмотрел вверх. Субару почувствовал, как Шаула переместилась и легла на него сверху. — Э-эй, какого черта? — Он почувствовал ее мягкую грудь, прижатую к его руке, из-за чего его неопытное сердце начало бешено колотиться. — Уже поздно, и я устала, — сказала она с покрасневшими щеками. — Ты врешь, в твоем голосе нет и намека на усталость! — Он уличил ее во лжи, но не сделал ни малейшей попытки столкнуть ее с себя. Видя это, Шаула озорно улыбнулась и прижалась еще сильнее. Она наклонилась ближе к нему и соблазнительно провела указательным пальцем по его груди. — Хммм. Губы Субару нервно дернулись, но он все равно подыграл. — Зачем мне закрывать глаза? Он почувствовал, как жар ее тела становится ближе, а ее теплое дыхание коснулось его кожи. — Так будет приятнее, — прошептала Шаула. Шаула нежно прижалась губами к его губам. Теперь всё ее тело лежало на нем, пока Субару пытался осознать происходящее. Он был всего лишь домоседом-хикикомори. Как такое возможно? Он открыл глаза и увидел ее зеленые глаза и румянец на щеках. — Э-э-э-э, — Субару превратился в бормочущее месиво. Должен ли он злиться? В конце концов, он хотел, чтобы его первый поцелуй был с Эмилией. Или он должен попросить еще? Будет ли у него вообще первый поцелуй с Эмилией? Было ли странно с его стороны просто предполагать, что это произойдет? Он чувствовал одновременно вину и облегчение, поскольку теперь он чувствовал себя не так, как раньше. Он отчаянно чего-то хотел, но не желал признаваться себе в этом. Смущенный и растерянный, Субару произнес единственное, что мог сказать в этой ситуации: — Спасибо? — пробормотал Субару. — Хочешь еще, Мастер? Я хочу еще. Я не хочу, чтобы ты… — Она замолчала, понимая, что упоминание о его прошлой жизни будет, пожалуй, лишним. Для него это было новое начало; ему не нужно беспокоиться о прошлом. Разорвав контакт, она заметила странное выражение на лице Субару. Субару дразнили, когда он боролся со своей естественной реакцией на произошедшее. Это было странно. На ней была одежда такого же цвета, как его спортивный костюм. Она называла его Мастером и говорила, что служила ему в другой жизни или что-то в этом роде. Слово «Мастер» звучало для него неправильно, но Шаула, казалось, искренне им интересовалась. Он не мог понять, почему он считал ее богиней, когда был в Японии, один в своей комнате. У него только что был первый поцелуй. В течение следующих нескольких минут Субару смотрел на Шаулу, которая лежала на нем. Ее глаза были закрыты, но она не спала. Этого она и хотела. Быть так близко к нему. Чувствовать его тепло. Видеть ту его сторону, которую она никогда не видела в прошлом. Невинного, доброго человека до того, как его постигла трагедия. Она была счастлива. Реакцию Субару было легко прочитать. Она была удовлетворена, так как он ее не отверг, и ему понравилось. Она почувствовала, как что-то упирается ей в поясницу. — Это… слишком, — наконец выдавил Субару. Субару поймал себя на том, что его взгляд блуждает по ее губам. Он вспомнил, каково это было, когда они касались его губ. Внезапно Субару почувствовал вину. Другой он, должно быть, произвел на нее сильное впечатление. Впечатление, которому он не был уверен, что сможет соответствовать. — Я не тот Субару. Ты же это понимаешь, правда? — Он нервно заерзал на сиденье. — Мне этот нравится гораздо больше. Я так по тебе скучала. Я просто хочу видеть тебя счастливым и быть рядом с тобой, — прошептала она ему на ухо. Она действительно этого хотела и, возможно, направила его по пути, который не приведет к тому, что случилось с ним раньше. — Так что не жди от меня слишком многого… я не тот человек, — он переместился влево и скрестил руки на груди. — Ты прекрасен таким, какой ты есть сейчас, — поддразнила она, — ты мог бы делать что угодно, я бы не возражала. — Ты уверена… мне кажется, что это неправильно, — сказал Субару более серьезным тоном. Слово "Мастер" и ее внезапные действия не могли не вызывать у него чувство вины. Шаула рассмеялась над его невинностью и добрым сердцем. По сравнению с тем, кого она знала раньше, она могла влюбиться в него еще сильнее. Она расслабилась, обдумывая, как это объяснить. — Уф, не думай об этом так. Твоя душа та же, и я люблю тебя. Субару моргнул, услышав эти слова. «Я люблю тебя». Он не мог поверить в это, но это звучало искренне. Он ненавидел себя, но почему-то она его любила. Она заметила его выражение лица. Не помня своего отчаяния и имея то, чего у него никогда не было, даже после всего, через что он прошел. Даже если он не помнил этого, она хотела подарить ему жизнь, которой он мог бы наслаждаться. Освободить его от бремени, которое он был бы вынужден нести, не зная почему и кто он такой. Субару нужно было ответить. Он подумал обо всех своих смертях, чувствуя, что любит Эмилию, но эта связь ощущалась еще сильнее. Она была взаимной, что ему нравилось, но одновременно сбивало с толку. — Я тоже тебя люблю, Шаула, — тихо сказал Субару, пока карета продолжала свой путь. — Хочешь немного повеселиться, пока мы не приехали? Это может быть наш единственный шанс на какое-то время, — прошептала она ему на ухо. Его зрачки расширились, когда ее тело легло на него сверху. Эти слова задели его за живое, ведь он прошел через множество смертей, чтобы оказаться там, где он сейчас. Он испытывал чувство, которого у него никогда не было, но не понимал, что это значит. — Что… ты имеешь в виду под «весельем»? — спросил он, зная, что она имеет в виду, но не желая произносить это вслух. — Сыграть в шахматы. А что еще? Лицо Субару окаменело: — Эй, что? — Я просто дразню тебя. Путь до места назначения занял у них около полутора дней. После пробуждения Шаула рассказала Субару об этом мире, или, по крайней мере, ту информацию, которую считала важной. Он узнал о маззверях, включая Великого Кролика, Черного Змея и Белого Кита. После того, как она повела себя так опрометчиво, она не знала, что и думать, но ничего не могла с собой поделать. Она думала, что знает своего Мастера, но после того, как Субару рассказал ей о своем прошлом до прибытия в этот мир, она начала сомневаться в том, какую роль ей суждено сыграть. Она хотела защитить Субару. Раньше ей не удавалось это сделать, и даже если это означало предать желания его прошлого «я», она не могла вынести, чтобы Субару шел по тому же пути. Она начала считать их двумя разными людьми, но она любила того, с кем была сейчас. Ее мучила одна мысль. Если Флюгель не хотел, чтобы она вмешивалась, зачем он прислал ей записку с просьбой прийти? У нее было предчувствие, что могло произойти, но даже если бы оно оказалось верным, ей было всё равно. Она спасет Субару от того, кем хотел сделать его Флюгель. Использовать себя для достижения цели было практически в его натуре, даже если это требовало большего отчаяния. Какой в этом смысл? — Шаула, ты в порядке? — спросил Субару, открывая глаза и видя ее напряженные плечи. — Я в порядке, спасибо, — улыбнулась она. Слышать, как кто-то заботится о ней, было забытым ею чувством. Субару был погружен в свои мысли. Он уже несколько раз умирал, и теперь чувствовал себя спокойнее, чем раньше. Он все еще не понимал своих чувств, но слышать, как кто-то говорит, что любит его и заботится о нем, было тем, чего он жаждал. Но он не знал, заслуживает ли он этого. Когда они наконец прибыли в особняк, уже садилось солнце. Яркая звезда, освещавшая мир, покоилась на горизонте, а частично затянутое облаками небо окрасилось в теплый оранжевый цвет. Когда карета остановилась, Субару первым выбрался наружу. Он не любил долго находиться в замкнутом пространстве. Он сделал несколько упражнений на растяжку, чтобы размять затекшие ноги и спину. Войдя внутрь, Субару кое-что заметил. Это место казалось еще больше изнутри. — Черт возьми, это место огромное, — произнес Субару с благоговением. Особняк был не только огромным, но и очень роскошным. Субару пришлось собрать всю свою волю, чтобы не начать бродить по нему. Даже больше, чем он хотел бы признать. Субару повернулся к Эмилии и указал на нее пальцем. — Какого черта, Эмилия! Ты же сказала, что ты на мели! — пошутил Субару. — Я… я не владею этим. Это принадлежит моему благодетелю! — Эмилия подняла руки вверх. — Ладно, значит, твоим родителям? — Субару, прекрати валять дурака. — Валять дурака? Кто сейчас так говорит? Они продолжили спорить, но Шаула перестала их слушать. Она сосредоточилась на имени, которое назвала Эмилия. «Розвааль Л. Мазерс?» Шаула вспомнила имя человека, который существовал столетия назад. Розвааль А. Мазерс? Она задумалась, станет ли кто-то скрывать свою личность, изменив один слог в своем имени. Но если есть еще кто-то, кто может ее знать, это может быть опасно. Она хотела сохранить свое имя, Шаула, и, казалось, большинство просто предполагали, что ее назвали в честь «Мудреца». Ей бы не хотелось, чтобы Субару был здесь, но она сомневалась, что уйти сейчас было бы правильно, или что Субару был к этому готов. Лучше провести с ним больше времени, а потом уйти. — Приветствую вас, гости, Эмилия-сама и сестра.., — сказала горничная, вежливо поклонившись. Субару прекратил свои шутки с Эмилией и обратил внимание на горничную. Он сразу заметил, что она выглядит как две капли воды похожей на свою сестру. — Две одинаковые милые горничные-близняшки? — ляпнул Субару, не оценив ситуацию. Повисла неловкая тишина, и Субару задумался, не сделал ли он чего-то не так. — Сестра, Сестра. Этот мужчина ужасный извращенец, — сказала Рем с бесстрастным лицом. К счастью для Субару, Шаула вмешалась первой. Субару сглотнул, услышав обвинение, вспоминая о том, что он сделал прошлой ночью. — Не смей ему грубить, — потребовала Шаула, и Рем прищурила глаза. Эмилия вздохнула: — Пожалуйста, эти двое очень мне помогли. Я не знаю, что бы я делала, если бы потеряла ее… — Рем извиняется, Субару-сама. Мой ответ был необоснованным. После того, как Рем извинилась, ее сестра Рам сказала, что сообщит Розваалю о возвращении Эмилии и их гостях. Пока она это делала, Рем сказала, что они, вероятно, проголодались, и она приготовит им ужин. Никто не возражал. Рем уже готовилась к возвращению Эмилии, так что еда будет готова примерно через полчаса. Субару все еще интересовался этим местом, поэтому Эмилия устроила ему небольшую экскурсию, чтобы удовлетворить его любопытство. К тому времени, как они закончили, Рем уже приготовила ужин и проводила их в столовую. До того как они начали есть, вернулась розоволосая горничная Рам. Она сообщила Шауле и Субару, что Розвааль рад их видеть, но не присоединится к ним за ужином, потому что занят. Субару не придал этому значения, но Шаула с подозрением отнеслась к этим обстоятельствам. Субару встретил Эмилию, которая выглядела точь-в-точь как Сателла, в свой первый день в этом мире? Она размышляла о том, какие действия мог предпринять Флюгель, чтобы повлиять на это, поскольку простое совпадение было слишком простым объяснением. После ужина Эмилия удалилась в свою комнату на ночь, а Рам отпустила сестру. — Я провожу вас в ваши комнаты. Пожалуйста, следуйте за мной, — Субару и Шаула выполнили ее просьбу. Вскоре они достигли одной из своих целей — комнаты Субару. Субару вошел в комнату и начал прощаться. Шаула бросилась на кровать. Рам смотрела на них, зная о том, что произошло прошлой ночью, но не понимая ситуации. Розвааль не упоминал об этой второй гостье, и с именем Мудреца она обязательно доложит о ней на всякий случай. Субару почувствовал сонливость. Лежа на кровати, он закрыл глаза. Он задавался вопросом о том, что он сделал в карете. Он был подростком и трижды умирал, но все еще чувствовал себя странно из-за этого. Он любил Шаулу, но еще не был готов к этому. Его глаза закрылись, и он уснул. — Вот ваша еда, Субару-сама, — сказала Рем, протягивая ему миску. Он услышал ее голос и задумался о том, как он умер.