"Между грехом и правдой"

Утренний свет пробивался сквозь щели старого заброшенного здания. Ёджон лежала на жёстком полу, уставившись в потолок, но её мысли были далеки от этой комнаты. Рядом Чимин сидел, прислонившись спиной к холодной стене. Его дыхание было ровным, но напряжение в каждом движении выдавало внутреннюю бурю. Молчание висело между ними, слишком громкое, слишком колючее. Первой заговорила Ёджон. — Сделаем вид, что ничего не было. Чимин усмехнулся, но без намёка на веселье. — Ты правда думаешь, что это возможно? Она резко села, глядя на него с вызовом. — У нас нет выбора. Чимин посмотрел на неё долгим взглядом, прежде чем резко подняться на ноги. — Нет, Ёджон. У тебя не было выбора. Я же мог уйти… но не сделал этого. Она вскочила, сердце бешено колотилось. — Почему ты говоришь так, будто всё было только в твоих руках? Чимин подошёл ближе, его голос стал тише, но от этого ещё более опасным. — Потому что, если бы ты сказала "нет", я бы остановился. Ёджон стиснула зубы. — Ты… Она не могла закончить, потому что знала: он прав. Она не остановила его. Она позволила всему случиться. И теперь… теперь ей предстояло не только нести этот груз, но и смотреть в его глаза, зная, что между ними больше нет границ. — Нам нужно найти остальных, — глухо сказала она, отворачиваясь. Чимин стоял несколько секунд, прежде чем ответить. — Да. Они не проронили больше ни слова, пока покидали заброшенное здание. Но молчание между ними было громче любой ссоры. Чимин и Ёджон шли молча. Она чувствовала, как его взгляд то и дело останавливается на ней, но он не говорил ничего. Не пытался. Не хотел. Им удалось выйти к центральной улице. Люди сновали туда-сюда, шум был почти оглушающим после ночи в тишине. И именно тогда она услышала голос, который заставил её сердце замереть. — Вы вообще в своём уме?! Чонгук. Ёджон резко развернулась и столкнулась взглядом с братом. Он выглядел так, будто был готов наброситься на обоих. — Где, чёрт возьми, вы были?! Мы обыскались! Чимин недовольно фыркнул. — Ты ведёшь себя так, будто мы пропали на месяц. Чонгук шагнул ближе, его глаза метали молнии. — Ты хоть понимаешь, в каком ты положении? Ты женатый человек, Чимин! Тело Ёджон напряглось, но Чимин не дрогнул. — И? — И ты, блин, исчез вместе с ней! — Чонгук яростно показал на Ёджон. — Вы даже ночевали вместе! Ёджон почувствовала, как кровь отхлынула от лица. — Это было… случайностью, — глухо сказала она. Чонгук посмотрел на неё с презрением. — Конечно. Всё у тебя "случайность". Прежде чем она успела ответить, раздался ещё один голос. — Нашлись. Ёджон замерла. Кан Темин стоял в нескольких шагах от них. И улыбался. — Милый кадр, — его голос был мягким, но в этой мягкости крылась скрытая угроза. Ёджон инстинктивно отступила на шаг. Чонгук повернулся к нему с непониманием. — Ты почему не бесишься? Ты вообще понимаешь, где была твоя жена? Темин посмотрел прямо на Ёджон. — Конечно, понимаю. Она просто потерялась. Верно, дорогая? У неё пересохло в горле. — Д-да… Чонгук нахмурился. — Это всё? Ты даже не собираешься злиться? Темин пожал плечами. — Почему же? Я беспокоился. Но ведь самое главное, что моя жена в безопасности. Чимин смотрел на него с явной напряжённостью. — Ты странно спокоен. Темин улыбнулся чуть шире. — Должен же кто-то сохранять рассудок. Но когда его взгляд снова упал на Ёджон, она поняла: ночью он не забудет этот момент. И не простит. — Нам нужно возвращаться, — спокойно сказал Темин, протягивая руку Ёджон. Она замерла. Чимин, стоявший рядом, нахмурился, но ничего не сказал. Чонгук всё ещё кипел от злости. — Это ненормально. Любой нормальный муж… — Не ты ли недавно утверждал, что Чимин женат? — с мягкой усмешкой перебил его Темин. — Тогда, возможно, тебе стоит меньше волноваться за мою жену и больше — за чужую. Чонгук сжал кулаки. — Тебе вообще есть дело до того, что она пропала на всю ночь? — Конечно. — Голос Темина был ровным, но Ёджон знала, что это лишь фасад. Он был в бешенстве. И это пугало её больше всего. Она молча шагнула вперёд и вложила свою руку в его. — Прости… — прошептала она так тихо, что, казалось, только он мог услышать. Темин чуть сжал её пальцы. Для окружающих это выглядело нежным жестом. Но она знала, что это предупреждение. Он наклонился к её уху. — Позже мы поговорим. Мурашки пробежали по её спине. Чимин резко отвернулся. — Нам тоже пора. Чонгук нахмурился. — Ты даже ничего не скажешь? — Что ты хочешь услышать? — сухо бросил Чимин. — В чём смысл? Ёджон краем глаза заметила, как напряглась его челюсть. Чонгук что-то ещё пытался сказать, но Чимин уже направился прочь, даже не глядя в сторону Ёджон. Она чувствовала себя так, будто её внутренний мир рушился. Но снаружи оставалась ледяной. Потому что знала — сейчас нельзя показывать слабость. Рядом шёл Темин. А рядом с ним — её страх.