"Ты принадлежишь мне"

Когда Чимин и Ёджон вернулись домой, вся атмосфера вокруг них была накалена. Они даже не пытались скрыть, что между ними что-то изменилось. В их взглядах читалась страсть, а лёгкие прикосновения выдавали новые чувства. Они уже собирались пройти вглубь квартиры, как вдруг их встретил Чонгук, стоящий в дверном проёме с насмешливой улыбкой. — Ну-ну, — протянул он, скрестив руки на груди.— А я-то думал, что вы просто друзья. Чимин тяжело вздохнул и закатил глаза: — Не начинай. — Как это не начинай? — Чонгук ухмыльнулся ещё шире. — Ты заявился к ней на курсы, эффектно так объявил, что она занята… романтично, ничего не скажешь. Ёджон покраснела и бросила на Чонгука возмущённый взгляд: — Ты подслушивал?! — Это называется «забочусь о младшей сестре», — не моргнув глазом ответил он. — А теперь у меня вопрос к господину «Она занята». Какого рода контракт ты подписал? Временный или на пожизненный срок? Чимин вздохнул и обнял Ёджон за плечи: -Думаю, ты и сам знаешь ответ. Чонгук внимательно посмотрел на него, потом усмехнулся и хлопнул Чимина по плечу: — Ну, если ты серьёзно… тогда привыкай. Ёджон – это целый хаос в одном человеке. Готов к этому? Чимин посмотрел на Ёджон, которая стояла рядом, кусая губы от неловкости. Затем усмехнулся: — Я уже привык. Чонгук лишь фыркнул, качая головой: — Ну, держись тогда. Скажу только одно: ты сам подписался на это. Ёджон возмущённо ударила брата по плечу: — Ты ведёшь себя так, будто я какой-то стихийный бедствие! — А ты и есть бедствие, — спокойно ответил Чонгук и, ухмыляясь, направился на кухню. — Но что поделать, теперь это Чимина проблема. Чимин вздохнул, но, взглянув на Ёджон, только улыбнулся: — Проблема, с которой я справлюсь. Ёджон посмотрела на него, и в её глазах вспыхнуло тёплое чувство. Чонгук из кухни только фыркнул: — Посмотрим, посмотрим. Чонгук, с ухмылкой наблюдая за ними, наконец-то решил оставить их одних. Он встал, потянулся и заявил: — Ладно, у меня срочные дела. Вы тут… не сожгите дом. Чимин только фыркнул, а Ёджон покраснела, бросив в брата подушку. Чонгук, смеясь, поймал её и ушёл, оставив их наедине. Телевизор работал, но они почти не обращали на него внимания. В комнате повисло напряжение, которое с каждой секундой нарастало. Чимин перевёл взгляд на Ёджон — её дыхание было чуть сбивчивым, губы приоткрыты, а пальцы нервно теребили край кофты. Он знал, что между ними что-то изменилось. Это было неизбежно. Ёджон первой пересекла тонкую грань. Она осторожно придвинулась ближе, наклоняясь к нему, и в её глазах читалось желание, которого Чимин ещё не видел так явно. Она коснулась его щеки, а затем провела пальцами по линии подбородка, заставляя его задержать дыхание. — Ты слишком самоуверенный, — прошептала она, касаясь губами его скулы. Чимин усмехнулся, но в его взгляде вспыхнул огонь. — А ты слишком медлишь, — бросил он, прежде чем перехватить инициативу. Её губы были мягкими, тёплыми, поддающимися. Она не сопротивлялась, а наоборот, отвечала на поцелуй с той же страстью, что и он. Чимин прижал её ближе, ощущая её тепло, её дрожь под его ладонями. Он чувствовал, как она отзывается на каждое его движение, как теряется в их близости. Но в этот раз всё было иначе. В этот раз это была не только его страсть — это была её инициатива. Ёджон осторожно перевернула его, оказавшись сверху. Она посмотрела ему в глаза, в которых застыло удивление, перемешанное с азартом. — Что? — с лукавой улыбкой спросила она, склонившись ближе. — Ты ведь не против, верно? Чимин усмехнулся, прищурив глаза: — Ох, мне даже интересно, что будет дальше. Она прижалась к нему сильнее, и в тот момент они оба знали — этой ночью они не уснут. Воздух между ними снова наэлектризован. Ёджон сделала первый шаг. Она потянулась к Чимину, её пальцы скользнули по его шее, а затем по линии челюсти. Её глаза были тёмными, наполненными желанием и чем-то большим, чем просто физическое притяжение. — Ты принадлежишь мне, — прошептала она между поцелуями, её губы касались его с каждым словом, оставляя след жара на его коже. Чимин замер, а затем ухмыльнулся. Он притянул её ближе, заставляя сесть к нему на колени. — Это работает в обе стороны, — его голос был хриплым, насыщенным эмоциями. — И ты тоже моя. Ёджон провела пальцами по его волосам, запуская их в мягкие пряди, и снова впилась в его губы. Чимин больше не сдерживался. Он перевернул её, оказываясь сверху, заставляя выгибаться от желания. Его губы скользнули к её шее, оставляя огненные следы. Её дыхание сбилось, но она не отступала. Наоборот, её руки проскользнули под его рубашку, исследуя каждый изгиб его тела. — Ты сводишь меня с ума, — признался он, его голос срывался от эмоций. — Это даже страшно. Ёджон улыбнулась сквозь тяжёлое дыхание, её пальцы сжали ткань его одежды, притягивая его ещё ближе. — Тогда не останавливайся, — её голос был тихим, но полным уверенности. Чимин не стал медлить. Их тела переплелись в вихре страсти, горячих прикосновений и ненасытного желания. Каждый поцелуй, каждый жест говорили больше, чем любые слова. И в этот момент он понял — она действительно принадлежит ему. Так же, как и он ей. Ёджон раздражённо бросила учебник на стол и посмотрела на Чимина со злостью: — Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, ПАК ЧИМИН! — Это уже в третий раз за неделю, — спокойно ответил он, не отрываясь от телефона. — Да потому что ты — ходячая катастрофа! Какого чёрта ты опять подставил меня на семинаре?! Чимин поднял брови: — Подставил? Напомни-ка, кто вчера уверял профессора, что может объяснить тему лучше меня? Ёджон замерла, потом нахмурилась: — Это не считается! Ты мог бы подыграть мне! — возмутилась она, но Чимин только фыркнул. — Подыграть? Ты же сама сказала, что разбираешься лучше! Ну, я и дал тебе шанс блеснуть, — ухмыльнулся он. Она раздражённо схватила подушку и запустила в него. Чимин увернулся и рассмеялся: — Ой, ну не бесись так. Давай я угощу тебя раменом, и мы забудем об этом? — предложил он, подмигнув. Ёджон сверлила его взглядом, но потом тяжело вздохнула. — С мясом? — Конечно. С мясом и дополнительным яйцом. — Он протянул ей руку, но она со вздохом оттолкнула её. — Сначала ты меня доводишь, а потом подкупаешь едой... И почему это работает?! — Потому что я гений! — самодовольно заявил он, ведя её в сторону ближайшего магазина. Спустя полчаса они уже сидели в общежитии, уплетая рамен, будто никакой ссоры не было. Это было всегда. Они ругались, бросали друг в друга вещи, но потом снова оказывались рядом. — Эй, а помнишь, как ты заставила меня бежать в три ночи за шоколадом, потому что "иначе ты не сдашь экзамен"? — внезапно спросил Чимин, усмехаясь. — А ты помнишь, как забыл билет в аудитории и умолял меня вытащить его, когда там уже сидел профессор? — парировала Ёджон, ухмыляясь. — Ладно, ничья, — рассмеялся он. Они давно принадлежали друг другу, но тогда думали, что это просто дружба. Хотя, если бы кто-то спросил, почему они всегда возвращались друг к другу, ответа бы не нашлось.