Часть 27

             POV/: Эл.       Меня накрыла жуткая истерика. Я бежала, не разбирая дороги. И нашла уединение, когда спряталась за вагонами. Я слышала, как Дженс рядом бегает и ищет меня, поэтому со всей силы прижала ладони к своему рту, чтобы зеленоглазый не слышал моих всхлипов и стонов.              Я просто хочу быть кому – то нужным. Нужным и необходимым. Мне нужен кто – то, кому я мог бы отдать всего себя — всё своё свободное время, всё своё внимание и заботу. Кто – то, зависимый от меня. Обоюдная зависимость.              Когда Бут приехал, мне просто было стыдно смотреть ему в глаза, ведь я врала ему. И, как ребёнок, просто захотела на ручки и домой. Да я даже не помню, как до дома доехали.              Приходила я в себя почти неделю. Выплеснула всю злость в тренажёрке. Прокричалась. Бут всё спокойно воспринял и снова стал помогать восстановиться. Даже не стал говорить насчёт Дженсена.              Разве человек всегда может громко сказать всё, что в нём происходит?       

***

      Через какое – то время я начала снова общаться с Лазом Алонсо и Карлом. Во время разговора по видеосвязи Лаз проболтался, что они с Карлом собрались слетать отдохнуть в Австралию, и, мол, там у Карла съёмки в новом фильме. И сказал, что хотели позвать меня с собой погулять, только спорить стали. В этот момент, как раз позвонил Карл с этим самым приглашением.              Я понимала, что скоро начнётся работа, наверное, да и отдохнуть надо. Я согласилась. Да и давно не виделись. Хотелось посмотреть лично на Карла со светлыми волосами, потому что он, вроде как, покрасился ради фильма. И да, я понимала, что Карл начнёт задавать вопросы на тему наших отношений с Эклзом. Но это уже потом и в последнюю очередь.       

***

      Мы встретились все в аэропорту уже в самой Австралии. Карл и Лаз, как обычно, были в шортах и футболках. Я же вырядилась, немного: голубые рваные джинсы, чёрная майка и на ней чисто белая рубашка с закатанными руками и завязанная снизу. Хороший лук получился. Заделала красивый хвостик, так как был ветер.              Радости не было предела. Мы все заобнимались. Парни нахваливали мой наряд. Маленькая сумочка и вперёд с песней. Да и Карл предложил остаться у него, чтобы не снимать номера в отеле.              Мы гуляли по большому и широкому пляжу. Солнышко грело и ярко светило. Очки. Парни пытались меня кинуть в воду. Нафотографировались. Видео наснимали. Я расслабилась. Начала отдыхать. Мы очень проголодались и решили посидеть в кафе, которое находилось на самом пляже. Пока Лаз отходил, Карл решил поболтать со мной.              — Ты прям светишься, — восторженно сказал он, отчего я улыбнулась.       — Просто радуюсь отпуску. Рейнольдса терпеть, знаешь ли, нервы иметь надо, — отшутилась я, облокотившись локтями на стол.       — И работы нет? — подшутил он.       — Ну, "Локи" закончился. Забастовки ещё идут. Надо же хоть иногда отдыхать, — пожав плечами и с улыбкой ответила Карлу.       — А на личном как? С Дженсеном так и не разговаривали? — ну, началось… Карл сразу заметил, что я погрустнела.       — Я не хочу об этом козле говорить… Хотя бы не сейчас… — отрезала я. Карл и сейчас понял, что всё хуже некуда.              Лаз подлетел так же быстро, как и уходил. Мы вернули наши радостные рожи и спокойно наслаждались видами на океан.       

***

      Нагулявшись вдоволь, мы решили посидеть у Карла в гостях. Наелись, Карл и Лаз пригубили вина, слушала с удовольствием рассказы Карла о съёмках второй части "Мортал Комбат", в котором он сейчас снимается. Наш любимый Лаз заснул на диване в гостиной номера Карла. Мы с ним смеялись в голос. Новозеландец предложил остаться в его спальне. Мы включили телевизор, Карл принёс мороженого и продолжал осушивать бутылку красного вина. Даже дал мне свою футболку, чтобы могла переодеться.              Сидя в позе лотоса на кровати, поедая мороженое, я постепенно рассказывала Карлу о том, что произошло между нами с Дженсеном. Урбан сидел с открытым ртом и в смятении. Вслушивался в рассказ, не перебивая.              — И ты просто убежала? — спросил друг с опаской.       — Да… В жуткой истерике и спряталась… — протяжно и тихо прошептала я. — Я неделю, наверное, пыталась прийти в себя. Из комнаты не выходила. Выпустила пар на груше для битья. Из дома выбираться вообще не хотелось, пока вы с Лазом меня отдохнуть не позвали. Спасибо вам огромное за это, — продолжила я с благодарностями.       — А его друг тоже, получается, не знал, что ты с его женой переписываешься? — продолжал задавать вопросы по рассказу Урбан. Я поглотила ещё одну ложку шоколадного мороженого.       — Не – а. Не хотела, чтобы он думал, что ему всё дозволено. Да и Джаред болтун ещё тот. Джен понимала, что если расскажет ему о нашей переписке, то может протрепаться, — хохотнула я.       — Интересно, его мучили угрызения совести, когда ты их вытащила из камеры? — задал риторический вопрос Карл.       — Наверное… — тяжело вздохнула я. — А самое ужасное то, что я ведь и правда люблю его. Я не понимаю, почему Дженс так себя ведёт. Может, он на конвенциях или интервью выглядит бодрячком, но в жизни… Хреновый образ жизни стал вести, и это мягко говоря…       — А если вы встретитесь? — намекнул Карл на то, что уже очевидно.       — Хах. Я и так прекрасно знаю, что мы встретимся. Сто процентов где – то пересечёмся, как и всегда… — горько усмехнулась я.       — И что будешь делать?       — Буду делать вид, что его нет. Он пал в моих глазах. Он для меня теперь пустое место… Если попытается опять вывести на беседу, то скажу ему это в лицо, — чуть ли не грозно проговорила я. — Почему он? — Хрипота настигла, как и апатия.       — Никогда не переставай быть хорошим человеком из – за плохих людей… — прошептал Карл.              Я легла другу на плечо, и мужчина обнял меня.              И да. Я сделала тест на беременность. Тупо было, конечно, но проверка не помешает. Пять тестов в пустую, как и поход к гинекологу.              И спустя полтора месяца, когда забастовки закончились, мне пришлось возвращаться в этот чёртов Лондон…