Глава 2. Домой

      Прошла неделя. Друзья не получили отпуска, как ожидали. Клан готовился к Малой Охоте, поэтому совсем не оставалось времени думать о чём-нибудь постороннем, кроме тренировок. Яшма уже дважды звонила Ониксу по коммуникатору. Так, разговор ни о чём. Юный охотник с удовольствием просмотрел все голограммы, что у неё раздобыл. Действительно, там ещё молодые отец и Яшма, склонившись над приборами, что-то оживлённо обсуждали.             «Мой дорогой отец! Как приятно на тебя посмотреть!» — с любовью думал сын.       Надежды Яшмы на встречу с Ониксом не оправдались: он не заглянул на огонёк. Вечера потянулись бесконечной скучной чередой. Самка забеспокоилась, начала названивать, но охотник не отвечал. Яшма вся извелась. Когда такое случалось, чтобы тосковать по наивному мальку? Наконец, он заявился вместе с друзьями. Всё повторилось сначала: товарищи ушли за шторку с самочками, а Оникс и Яшма опять просидели за столиком ночь напролёт. Ну что тут поделаешь с этим несносным юнцом — не даётся в руки, и всё тут! Но хорошо, что хоть пришёл.       Яшма не роптала, радовалась, хотя уже все приличные истории пересказала, что удалось вспомнить. Голова-то все годы оставалась забитой одним и понятно чем — самцами с их ненасытной похотью. Некого винить, кроме самой себя. Как вдруг в устоявшейся жизни Яшмы появился Оникс — такой кусочек чистого неба на тёмном небосводе нелёгкой судьбы стриптизёрши! И вот что странно: всё реже возникало острое желание непременно затащить юнца в постель. Хотелось просто сидеть и получать удовольствие от одного его присутствия. Это было непривычно и так чудесно! Яшма просто упивалась живой энергией, которая щедро исходила от полного молодого задора ещё наивного в душевной доброте самца. В обществе Оникса время пролетало незаметно. Он тоже немало нового поведал о том мире, от которого отказалась беспечная подруга.             «Рядом с ним потрясающе хорошо! Малёк само очарование!» — с восторгом думала Яшма.       Она ведь тоже родилась в семье учёных и выросла в этом обществе избранных. Дядя Ветер, Старейшина Совета, толком не знал подробностей жизни племянницы. Пришлось ему нагло соврать про частные уроки биологии. Простофиля всему поверил. Вспомнилась грешнице дочь Ирис: так она и повзрослела без матери. Самочка оказалась ровесницей Оникса! Неожиданно захотелось повидаться с дочкой. Этот Оникс, как заноза, впился в порочную сущность Яшмы, вызывая запоздалое сожаление о впустую прожитых годах. Да ещё так остро, что развратницу потянуло стать чище!       Под утро странная пара попрощалась. Удастся ли вновь им увидеться? Наверняка Оникс забудет о случайной знакомой. Так подхватит мальца свежий ветер бесшабашной юности да унесёт в звенящую буйным весельем туманную даль! Мысли о нём приходили самые светлые и порхали в голове лёгкими мотыльками, нежными, словно улыбка весны. Но щемящее чувство тоски всё сильнее угнетало сердце стриптизёрши. Полжизни минуло, однако Яшма ни к кому так крепко не привязывалась, и вдруг такой сюрприз! Значит, её поникшая душа ещё жива, если сумела впервые по-настоящему влюбиться! Удивительно, что рядом с этим наивным юнцом зрелая, повидавшая виды самка ощущала себя обновлённой, будто рождённой заново.

***

            — Дядя Янтарь! — Оникс с радостной трелью бросился к охотнику, чья массивная фигура показалась в дверях отсека. Названые родичи крепко обнялись. Давненько они не виделись, с год, наверное. Ликвидаторам всегда хватало работы по зачистке ульев Жёсткого Мяса, да и других дел тоже находилось предостаточно. Добрым взглядом бравый охотник окинул Оникса: большой какой вырос малёк! Вроде совсем недавно на руках его таскал, а тут — поди ж ты — почти взрослый самец! Янтарь довольно похлопал юношу по мускулистому плечу.             — Ну-ну! Я тоже очень рад видеть тебя, мой дорогой племянничек! К матушке уже летал?             — Нет ещё, не было времени, — виновато опустил голову Оникс, невольно вспоминая, как проводил выходные и где.             — Если поторопишься, как раз успеешь на мой челнок. Я лечу домой — с матушкой повидаешься! С вожаком я договорился: у тебя три часа слетать туда и обратно.       Юнец в быстром темпе начал облачаться в доспехи. Вскоре космический челнок Янтаря покинул клановый корабль. Прикрывая глаза от солнца козырьком ладони, Лава с нетерпением вглядывалась в безоблачное небо. И вот уже долгожданный челнок опустился на посадочную площадку. По трапу сошли Янтарь и Оникс. С радостным криком самка бросилась навстречу прибывшим. Много месяцев супруг отсутствовал дома, всё на зачистках пропадал, а здесь ещё такой сюрприз: Оникса привёз!             — Сыночек мой любимый! — мать крепко обнимала ненаглядное дитя. А этот малыш возвышался над ней на целую голову. Лава подняла лицо и с обожанием вглядывалась в дорогие черты. Каким же большим и красивым вырос её сынок! — Я так ждала тебя, моё солнышко, а ты никак не прилетал. Наверное, сильно был занят?       Ониксу опять стало стыдно: поддался на уговоры друзей, чуть родную матушку не забыл. Нет ему прощения! Он виновато застрекотал.             — Ну, не расстраивайся, я же всё понимаю — у тебя много дел! Пойдёмте скорее в дом, — успокоила его мать.       Лава прижималась к боку Оникса, никак не решаясь отпустить сына от себя. Слишком уж она соскучилась по своей кровиночке!             — Ему на всё про всё вожак дал три часа, — напомнил Янтарь.       Лава засуетилась скорее накормить сыночка. Три сестры с радостным визгом обступили брата, цепляясь ему за шею. Всего их было пятеро: две старшие уже обучались воинскому искусству в специнтернате, а эти пока слишком малы, но тоже мечтают о нелёгкой судьбе охотниц-воительниц!

***

      Четвёрку друзей забросили на крохотную неуютную планетку. Унылые серые пейзажи раскинулись со всех сторон. Однако дичь здесь водилась, нередко попадались замечательные экземпляры! Обитали в этих местах и зубастые, и рогатые, и пернатые твари — на любой вкус! Много трофеев уже добыли молодые охотники. Есть чем гордиться перед товарищами. Скоро клановый звездолёт полетит мимо, тогда за Окроплёнными вышлют челнок, чтобы забрать их на борт. Осталось ждать не больше часа, а пока можно спокойно отдохнуть. Друзья разлеглись на чахлой траве.             — Ну как, Пламя, ты доволен своими трофеями? — с улыбкой спросил Оникс.             — Доволен, конечно! Хотя это больше ваша заслуга, чем моя. Плохой из меня охотник получился, — огорчённо прострекотал Пламя.       Добрые товарищи всячески старались помогать другу, понимая, что иначе ему не добыть достойной дичи. Всем он хорош, но охотник из него неважный. Эти традиции — просто наказание. Хочешь не хочешь, обязан идти по стопам отцов и дедов! Да, не повезло бедняге. Пламя лежал и мечтательно смотрел на звёзды.             — Эх, будь моя воля, сразу бы отставил копьё в сторону и занялся конструированием звездолётов! Я часто представляю себя в тишине лабораторий. У меня даже есть интересные идеи, но кто меня послушает…       Друзья посмотрели на Пламя с сочувствием: действительно, ничего нельзя сделать. Никто ещё не переходил к аттури из воинов. Оникс особенно жалел несчастного товарища, вспоминая своего отца. Ведь Серебряный Дождь по натуре тоже не воин, ему случайно удалось избежать судьбы охотника-воина и стать учёным-аттури. Только этот пример единичный. И всё-таки Оникс задумал попробовать помочь другу.             — Слушай, Пламя, не грусти! Скоро перед Большой Охотой всех нас отправят в отпуск. Полетели со мной на Альтанус? Там мы все вместе постараемся тебе помочь, — с энтузиазмом пригласил Оникс.       Пламя оторвал голову от согнутых рук, на которых она покоилась, и заинтересованно взглянул на друга. И впрямь стоящее предложение! Может, это шанс исполниться заветной мечте? Чего только в жизни не случается! Град и Гром одобрительно застрекотали. Хотя у самих не возникало мыслей переходить куда-нибудь из первой касты. Они прирождённые охотники-воины, без всяких там претензий к судьбе, но Пламени точно надо сменить профессию.       В небе загорелись красные огни на фюзеляже космолёта. За охотниками прибыл челнок. Команда собрала трофеи и поднялась на борт. Малая Охота завершена, приближались приятные каникулы в кругу своих семей. Пламя принял приглашение лететь к товарищу в гости. Дома-то его не очень ждали — отец был постоянно недоволен сыном и старался с ним не видеться. Ну и ладно.       Обработанные черепа добычи поблёскивали лаком на трофейных стенах в личных отсеках друзей. Скоро им предстояла длительная разлука, что очень угнетало. Никогда ещё за пятнадцать лет не приходилось расставаться так надолго, а может, в этот раз навсегда. Впереди ждала взрослая жизнь: заботы, охоты, повышение статусов. И вновь сражения, ранения, награды… Такова суровая доля охотников-воинов. Напоследок юные друзья задумали повеселиться вволю.             — Куда пойдём?             — К знакомым «кнопочкам», — смешливо застрекотал Пламя.       Град и Гром живо подхватили идею. Оникс недовольно поморщился, вспоминая Яшму. Он успел о ней забыть, хотя сам предложил дружбу стриптизёрше. И когда рассказал об этом товарищам, они его громко обсмеяли, а потом ещё долго подкалывали. Говорили, что подобные особы не понимают дружеских отношений, им бы затащить самца в постель да поживиться! Оникс соглашался, но Яшму всё-таки жалел — ведь у бедняжки такая трагичная судьба. Правда, с её слов, но всё же.             — Сделаем так: сначала просто пошатаемся по всяким весёлым местечкам, а потом пойдём к нашим милашкам, — решил за всех Пламя.       Друзья тут же согласились, и пошла гулянка! Уже за полночь молодые охотники ввалились в известное заведение уставшие и подшофе. Вскоре удалились на отдых с подружками все, кроме Оникса. Тот остался сидеть, подперев голову рукой. Хотелось завалиться на лежанку и хорошенько выспаться — ведь завтра предстоял полёт на Альтанус. «Отец! Скоро я увижусь отцом!» — от этой радостной мысли Оникс не заметил, что улыбается во все жвала.       Чьи-то мягкие руки обняли сзади за шею. Самец слегка вздрогнул и очнулся от мечтаний.             — Оникс, ты пришёл… — томно зашептал чей-то голос в слуховое отверстие, горячее дыхание коснулось скулы. Молодой яутжа внутренне весь напрягся и обернулся: рядом стояла Яшма. Она уселась напротив. В расширенных зрачках её зелёных глаз затаилось хищное желание сожрать свою добычу, точно кошка птичку.             — А, Яшма, приветствую тебя! Как поживаешь? — с деланной улыбкой спросил подругу Оникс.       При звуках его голоса самка нервно сглотнула: в горле пересохло от волнения. Как же долго пришлось ждать этого юнца, впервые она так растерялась. Любовь и вожделение буквально душили стриптизёршу мёртвой хваткой. Она хотела ответить, но из-за жвал вырвался лишь слабый хрип. Оникс с беспокойством взглянул на подругу: неужели приболела? И вопросительно мурлыкнул:             — Что с тобой, Яшма? Ты не больна?       Она немного справилась с собой и тихо ответила:       — Очень больна… Больна тобою, мой дорогой Оникс…       Юноша посмотрел на неё с удивлением. Как относиться к её словам? Опять за старое: хочет затащить в постель. Ну уж нет!             — Яшма, ты ко мне с этим не приставай!       Самка с грустью блуждала глазами по его лицу.             «Мой любимый! Наконец-то я тебя вижу и даже могу прикоснуться», — потерянно думала она, а вслух сказала: — Нет, не бойся… Не хочешь — не стану настаивать. Посидим, как прежде, рядышком.       Яшма взяла руку Оникса и по-детски уткнулась ему в ладонь. «Люблю, люблю его! Уже просто не могу без него существовать…» — эта мысль раненой птицей билась у неё в голове.             — Яшма, я пришёл с тобой попрощаться. Мы больше не увидимся. Завтра я улетаю домой на Альтанус, а потом начну учиться делу ликвидаторов.       От его слов самка чуть не упала со стула. Когтистыми пальцами она так крепко вцепилась в ладонь бедного Оникса, что из ранок выступили капельки зелёной крови. Горящим взглядом она впилась ему в лицо. Ониксу показалось, что Яшма сейчас закричит или вытворит что-то отчаянное. Вдруг она вскочила и бросилась на подиум. Вмиг сорвала с себя одежду и как бешеная закрутилась на шесте. Красотку враз обступили плотным кольцом, но она этого не замечала. Стриптизёрша кружилась и вертелась. Всё для неё слилось в пёстрой карусели голосов, огней, запахов похоти, жадных рук, которые тянулись и тянулись отовсюду. Казалось, только стоит оторваться от спасительной опоры, как стая озверевших от вожделения самцов просто разорвёт хрупкую плоть лакомой добычи. Никогда ещё Яшма не делала таких рискованных кульбитов на пилоне, как сейчас. Она была словно в угаре. Наконец, самка без сил рухнула на сцену. Расталкивая толпу, к ней пробился хозяин заведения. Он начал трясти безвольное тело стриптизёрши за плечи и недовольно кричать сквозь гул голосов:             — Яшма, не дури! Ты пьяна! Вставай! Иди проспись.       Яшма с усилием разлепила веки и, задыхаясь, тихо призналась:             — Да, я пьяна, но не от вина.       Оникс кое-как пробрался сквозь массу озабоченных самцов и поднял акробатку на руки.             — Яшма, я отнесу тебя в твою комнату. Скажи, куда.       Влюблённая самка с благодарностью прижалась к груди молодого охотника. О, этот запах его тела просто сводил с ума! Эти чистые руки прикасались к её несчастной истисканной плоти, осквернённой множеством грязных, похотливых лап. Яшма нежно улыбнулась, вглядываясь в любимое лицо.       Оникс опять очутился в той комнате, которую упорно старался избегать. Он осторожно опустил стриптизёршу на ложе и сам уселся рядом. Самка трепетно держала ладонь охотника в своей и не сводила с него любящих, преданных глаз. В эти минуты ей самой не хотелось осквернять его, такого юного и безупречного, своими непристойными объятиями. Если б греховоднице подобное сказали раньше, ещё несколько месяцев назад, она бы просто посмеялась в морду этим идиотам. Но сейчас всё иначе. Она любила безнадёжно. Нет будущего для её светлого чувства. Слишком многое разделяло с желанным самцом. Да, всё в жизни возвращалось бумерангом. Вот теперь бумеранг добрался и до Яшмы. Серебряный Дождь отомстил ей за предательство, сам того не зная.       Оникс с беспокойством взглянул на приунывшую подругу.             — Яшма, тебе уже лучше?             — Да-да, любимый! Ты позволишь так тебя называть?             — Называй, если тебе от этого лучше, — мягко улыбнулся Оникс.             — Спасибо, любимый… — самка прижалась лицом к его ладони. — Посиди со мной ещё немного, прошу…             — Я посижу, не волнуйся.       Яшма с блаженной улыбкой прикрыла глаза: как хорошо! Любимый рядом! Ещё есть время до рассвета, он не уйдёт сейчас, но потом… Она горестно всхлипнула. Потом серое одиночество, снова похоть самцов, их жадные руки. Эти потные тела над ней. «Нет, нет, не надо… не хочу!» — Яшма заметалась на постели. Оникс погладил её по гриве, самка счастливо вздохнула. Он — её жизнь! Только он один!       Красные занавески на окне ярко зарделись в солнечных брызгах. Наступило утро. Негромко захлопали двери комнат, выпуская из тёмных недр очередных клиентов своих хозяек. По гладкому полу простучали кованые сандалии друзей Оникса. Охотники отправились искать товарища по дому: в зале-то его не оказалось. Яшма не спала, но делала вид, что спит, прижимая руку любимого самца к своей груди, никак не решаясь выпустить. Любимый сейчас уйдёт — неужели им больше не встретиться? От этой мысли самку била дрожь. Оникс аккуратно отнял ладонь.             — Яшма, мне пора уходить. Скоро построение, нам нельзя опаздывать.       Она села, свесив босые ноги с постели. Вот и всё… Счастье закончилось.             — Да, любимый. Обними меня на прощание! — умоляюще попросила Яшма.       Оникс осторожно снял её с кровати, поднял на руки и прижал к груди. Самка благодарно уткнулась лицом в его крепкое плечо; затем, слегка отстранившись, светло посмотрела в глаза молодого охотника. Он поставил подругу на пол.             — Прощай, Яшма! Будь счастлива!       Она крепко прильнула к Ониксу, стараясь запомнить манящие изгибы его тёплого тела. Наконец, объятия разжались, юноша пошёл к двери. Он повернулся на пороге и мягко улыбнулся кончиками максилл. Яшма невольно вздрогнула: так улыбался Серебряный Дождь, а теперь эта милая улыбка воплотилась в сыне. Руки сами потянулись к Ониксу, но тут же бессильно упали вдоль тела. В голове застыла пустота. Душа, казалось, превратилась в пепел. Дверь открылась. Оникс, словно мираж, исчез без следа. Сверкающая яркими красками жизнь забрала любимого уже навсегда. У юноши своя судьба, а Яшму поглотит мрак и холод постылых будней стриптизёрши.

***

      Утром на построении вожак поздравил клан с успешным окончанием Малой Охоты и пожелал хорошо отдохнуть в отпуске. Охотники в предвкушении скорой встречи с семьями радостно стрекотали между собой. Кто-то заранее обсуждал с товарищами планы предстоящей Большой Охоты, но многие старались сейчас об этом не думать, мечтая поскорее отбыть по домам.       Оникс и Пламя стояли в центральном отсеке кланового корабля, они ждали Янтаря. И вот в конце коридора завиднелась его мощная фигура. Охотник уже издали им улыбался, раздвинув крупные крепкие жвала. Ему было приятно доставить сына братцу Серебряному. Приблизившись, Янтарь бодро рыкнул:             — Ну что, друзья-приятели, готовы в путь?       В ответ юнцы радостно застрекотали, подхватили нехитрые пожитки и отправились на космический корабль вслед за его хозяином.       Вскоре, покинув пределы Яутжа-Проксимы, звездолёт взял курс на планету Альтанус. Путь предстоял неблизкий! За время полёта Янтарь лучше познакомился с Пламенем.             «Этот юнец явно не на месте. Какой из него воин? Да он типичный аттури со всеми их прибамбасами! Надо свести его с Серебряным, пусть поможет бедолаге», — думал Янтарь, глядя на Пламя, как тот с увлечением рассказывал Ониксу о новой задумке усовершенствования современного оружия.             — Пламя, ты правильно говоришь! Твоя идея очень интересная и полезная, её надо обязательно реализовать! Вот познакомишься с моим отцом, он тебе точно поможет, — довольно застрекотал Оникс.       В приятном общении и тренировках пролетали для путешественников часы и дни по корабельному времени.       Но сколько бы полёт ни длился, он подошёл к концу. Звездолёт вошёл в атмосферу планеты Альтанус и благополучно приземлился на космодроме Города Учёных. Спускаясь по трапу, Оникс с наслаждением вдыхал знакомые запахи цветущих деревьев. Пламя двигался следом, с восхищением осматриваясь по сторонам.             — Здесь всё такое яркое, как на празднике!       Оникс довольно засмеялся:             — Ну ты прямо моими словами сказал! Я тоже так воскликнул, когда впервые сюда попал.       Друзья весело переглянулись: всё, они на месте! Недолго думая, самцы взяли подвижную платформу и отправились к особняку Серебряного Дождя.       Транспорт плавно опустился у входа в парк. За годы отсутствия Оникса деревья сильно разрослись. Задрав вверх голову, молодой самец залюбовался пышными кущами. Живо вспомнилось детство, как они вместе с братом прятались в ярких шатрах из пёстрой листвы. Длинная дорожка, выложенная плитками из розового песчаника, устремлялась стрелой до самого дома. С двух сторон стройными рядами тянулись невысокие деревца с округлыми голубыми, красными и зелёными кронами. С веток гроздьями свисали спелые плоды.       Но вот в конце аллеи показалась знакомая фигура Серебряного Дождя. Оникс тихо застрекотал, уставился пристальным взглядом в дорогой образ. Вдруг ладони юноши разжались, и, роняя вещи, он как ветер бросился вперёд по дорожке. Сын бежал навстречу отцу с радостным криком и раскинутыми в стороны руками.             — Отец! Отец! Мой дорогой отец! — не переставал повторять Оникс. Наконец, родные столкнулись, упали и вместе покатились по траве в крепких объятиях.             — Сыночек мой любимый! — хрипло шептал Серебряный Дождь. От счастья перехватило горло, спазмы мешали говорить. Просто не верилось, что этот рослый, сильный молодой самец — его сын, его малыш, его Оникс! Пятнадцать лет разлуки превратили милое дитя во взрослого охотника-воина!       Оникс заходился в ликующих трелях.       Подошли Янтарь и Пламя.             — Ну вот, наконец-то встретились два неразлучника — отец и его кровиночка! — довольно прострекотал Янтарь, неторопливо присаживаясь рядом на траву. Глаза отца и сына, наполненные счастьем до краёв, остановились на Янтаре. Не размыкая рук, родные поднялись.             — Братец! Рад тебя видеть! — взволнованно воскликнул Серебряный и протянул ему ладонь. Янтарь подал свою руку, рывком вставая с травы. Названые братья сжали друг друга в крепких мужских объятиях, похлопывая один другого по спине. Когда эмоции немного улеглись, Серебряный Дождь вспомнил о долге радушного хозяина и сделал приглашающий жест.             — Пойдёмте к дому.       Оникс опомнился:             — Отец! Познакомься с моим другом. Его зовут Пламя.       Серебряный склонил голову в приветствии.             — Пламя! Это мой отец. Его имя — Серебряный Дождь.       Самцы обменялись дружескими знаками внимания. Знакомство состоялось. Все направились к особняку.       На поляне под раскидистым деревом с пурпурными листьями, также как пятнадцать лет назад, установили большой стол. Множество вкусных блюд разместили на широкой столешнице, кушанья дразнили чудесными ароматами! Лазурь с заметно округлившейся фигурой из-за беременности суетилась рядом. Ей тоже с трудом верилось, что Оникс стал таким взрослым! Позвали братьев. С громким гомоном на поляну выскочили юнцы — две пары близнецов. Одни шестнадцатилетние подростки, другие — на год моложе. Когда старший родич улетел учиться на Яутжа-Проксиму, те оставались совсем мальками. Так, значит, этот бравый воин с копьём за плечами их родной брат? Здорово! Молодняк обступил Оникса, осторожно трогая грозное оружие.             — Скорее сбегайте за Светлым Полднем, скажите, что мы его ждём! — обратился отец к близнецам. Сыночки, словно шустрые речные прыгунцы, крутились возле родителя.       Оникс нетерпеливо дожидался младшего братца, с которым не разлучался всё детство. Через несколько минут на поляну заявился Светлый Полдень — младше Оникса на шесть лет. Это был уже молодой самец, отнюдь не малёк, каким помнил его старший брат: высокий, стройный, с серебристо-перламутровой чешуйчатой кожей и красивыми мечтательными глазами. Светлый Полдень подошёл к оживлённой группе родственников; те окружили трёх охотников-воинов, и все вместе весело балагурили. Самец окинул быстрым взглядом одного темнокожего воина, растерянно моргнул, пристально всматриваясь в его лицо, и замер. Нелегко узнать в этом мускулистом удальце с пушкой на плече старшего братика! Но это он, без сомнения! Разве можно забыть огненный взор родимых глаз? С радостным удивлением темнокожий охотник тоже уставился на Светлого Полдня. Ещё минуту братья рассматривали друг друга, а затем враз упали в обоюдные объятия сильных молодых рук.       Пламя умилился, глядя на эту «серебристую семейку». Как же они все похожи одинаковой окраской и удивительно дружны! От них просто исходили волны любви и счастья!       До темноты весёлая компания общалась на поляне под деревом, успели о многом поговорить. Наконец, сморённые усталостью и переполненные яркими впечатлениями, все разошлись по комнатам.

***

      Утро принесло обычные занятия: Серебряный Дождь отправился в Сферу, Научный Центр находился на глубине океана. Указаний начальника ждал большой штат подчинённых. Лазурь улетела вместе с супругом, она отправилась к генетикам по женским делам. Скоро ей предстояло родить дочку, что особенно радовало, ведь сыночки уже подрастали.       Оникс, Пламя и Светлый Полдень остались в доме одни. Молодые самцы отправились на поляну и там разлеглись на пёстрой траве, неторопливо беседуя о том, о сём. Оказалось, Светлый Полдень превратился в превосходного изобретателя всяких мудрёных машин и уникальных приборов. Его умными идеями вовсю пользовались учёные на Аттуре и здесь, на Альтанусе, в Научном Центре Сферы. Пламя радовался, что наконец-то нашёл себе единомышленника, с которым увлечённо делился интересными мыслями.       Вдруг на тенистой аллее, где сквозь резную листву местами пробивались солнечные лучики, мелькнул изящный силуэт — казалось, по дорожке легко скользила лесная фея. И вот уже раздвигая высокие травы руками, на поляну вышла молоденькая самочка. Её приветливая улыбка светилась радостью. Оникс с любопытством уставился на гостью. Светлого Полдня не удивил её визит: почти ежедневно он виделся с соседкой. Это же Ирис, их давнишняя подружка! Как же она изменилась! Из худой голенастой малышки преобразилась в хорошенькую самочку с бежевой кожей и золотистыми глазами.       Молодой охотник поднялся на ноги. Красотка смущённо опустила взгляд.             — О-о! Прекрасная фея! Мы с вами уже где-то встречались? — шутливым тоном спросил юноша и низко поклонился.       Самочка насмешливо застрекотала.             — Оникс! Хоть ты стал выше меня на целую голову, но я всё равно узнала твои жгучие глаза.       Давнишний приятель протянул руки, и юная дева с восторгом утонула в дружеских объятиях. Столько лет прошло, но Ирис не забыла детскую дружбу!       Пламя отвлёкся от интересной беседы со Светлым Полднем и переключился на такую очаровательную персону! Он окинул гостью оценивающим взглядом «знатока всех самок»: хороша! Тоненькая, как веточка, стройная — движения лёгкого тела очень грациозные. Стоит познакомиться с прелестницей поближе. Но Оникс успел всецело завладеть вниманием подруги. Пламя со вздохом отвернулся и продолжил разговор с братом товарища.

***

      Пока Оникс наслаждался жизнью в кругу семьи, Яшма поначалу тосковала по молодому охотнику, а затем решила действовать. Хватит страдать на Яутжа-Проксиме, пора посетить планету Альтанус и навестить брошенную дочь Ирис. Хорошо, что там жили близкие родственники, значит, найдётся место, где поселиться. Но прежде надо договориться с дядей Ветром: тот сейчас заседал в Совете Старейшин. Не откладывая, Яшма получила приглашение в гости.       Сборы надолго не затянулись. В смятённых думах самка отправилась на космодром и в пассажирском звездолёте вылетела на планету Альтанус. Что её там ожидало? Лишь одно расстройство. А на что ещё надеяться? Разве Оникс ей что-то обещал? Да он наверняка успел забыть о стриптизёрше… Но всё равно Яшму неудержимо тянуло вновь встретиться с любимым самцом, а дальше будь что будет.