Синяя луна. Глава 17

I

Я смотрела на огонь, чей танец в камине казался слишком правильным, слишком размеренным для этого хаотичного места. Блики пламени скользили по стенам, выхватывая из темноты лица на портретах — незнакомцы из давно ушедших эпох смотрели на меня с высокомерным безразличием. Комната была чужой. Даже Хавит Холл, с его строгими правилами и холодными коридорами, со временем стал понятным. Там я знала, откуда ждать удара. Здесь же само пространство было пропитано предчувствием беды, липким и густым, как пролитые чернила. Сев на край кровати, я поняла: я в самом сердце змеиного логова. Без союзников, без карты, без малейшего представления о том, что за стенами. Мне нужно было движение. Нужно было понять архитектуру этой тюрьмы. Дверь отозвалась на мое прикосновение едва слышным стоном. Я замерла, прислушиваясь к оглушительной тишине коридора. Пусто. На цыпочках, почти не касаясь холодного пола, я двинулась вглубь замка. Одна дверь за другой — заперты, наглухо, словно хранили тайны мертвецов. Но одна из ручек, пахнущая ржавым железом и старой медью, поддалась. За порогом открылся зал, от которого перехватило дыхание. Огромная двухъярусная библиотека, уходящая вершинами стеллажей в непроглядную тьму потолка. Воздух здесь был иным — плотным, наэлектризованным, пропитанным запахом разрушающейся бумаги и сухой кожи фолиантов. Второй этаж, опоясанный резным балконом, казался призрачным мостом в прошлое. Слабый свет старинных фонарей едва разгонял мрак. Я провела пальцем по корешку ближайшей книги, чувствуя под подушечками пальцев шероховатость времени. Кому принадлежали эти знания? Кто перелистывал эти страницы до того, как стал прахом или вечным созданием? Пол подо мной предательски скрипнул. В тот же миг тишину разрезал голос, от которого по спине пробежал холод. — Что ищешь? Рафаэль стоял на балконе второго этажа, небрежно облокотившись на перила. Его силуэт на фоне темноты выглядел неестественно четким. — Ищу способ не сойти с ума от скуки. Может, здесь найдется что-то, кроме пыли? — я вскинула голову, стараясь, чтобы голос не дрожал. Он спустился. Бесшумно, не касаясь ступеней, словно гравитация не имела над ним власти. Его кожа в тусклом свете напоминала античный мрамор — совершенная и мертвая. На фоне бледного лица выделялись черные длинные волосы и красные глаза. Он не выглядел угрожающе, как его братья, даже как-то наоборот. Рафаэль подошел к одному из стеллажей и уверенным движением достал книгу в бордовом переплете. — «Исторические легенды», — прочла я золотое тиснение и Вампир смотрел на меня своими бездонными глазами, в которых не было жажды — только холодное, почти научное любопытство. Он был слишком безупречен для этого мира, как картина, которую опасно трогать руками. — Тебе интересны легенды? — его голос был ровным, лишенным вибраций жизни. — Мне интересны ответы, Рафаэль. Легенды — это просто правда, которую побоялись оставить в первозданном виде. Он едва заметно усмехнулся и указал на стул у массивного стола. Мы сели друг напротив друга. Между нами лежала книга — ключ к тайнам, которые я, возможно, не хотела знать. — Вивальд кормит меня загадками. Почему ты решил заговорить? — я подалась вперед, изучая его неподвижное лицо. — Вивальд не является моим фаворитом. Он обратил меня, но он не владеет моей волей. А ты… ты должна знать правду, если хочешь выжить. Рафаэль сцепил длинные пальцы в замок. — Ты думаешь, что ты пленница, но на самом деле ты — ключ. Ключ к силе, которую Харрисы запечатали веками назад. Твоя семья не просто охотилась на нас. Они удерживали баланс. Твоя кровь — это не просто жидкость, это живой завет, сдерживающий хаос. От его слов в библиотеке стало еще холоднее. — Если я так важна, почему меня просто не вскрыли в первый же вечер? — Убив тебя, они потеряют силу. Им нужно, чтобы ты открыла её сама. Добровольно или под пыткой. Он пододвинул ко мне книгу и указал на страницу двести три. Мои глаза забегали по строчкам: «Синяя Луна силы. Раз в семнадцать лет… границы истончаются… пробуждаются те, кто спал веками… выбор станет необратимым». — Эта ночь приближается, Маю, — Рафаэль понизил голос, и в нем впервые прорезалась тень чего-то похожего на предостережение. — В день Синей Луны твоя кровь закипит. Ты либо подчинишь эту мощь своей воле, либо она выжжет тебя изнутри, оставив лишь пустую оболочку, которую Вивальд наполнит своей тьмой. Я сжала края страницы, чувствуя, как бумага грозит порваться под моими пальцами. — У меня нет выхода? — Выбор есть всегда, — Рафаэль чуть склонил голову, и его прядь волос упала на бледный лоб. — Но готова ли ты принять его цену? Чтобы остаться собой, тебе, возможно, придется перестать быть человеком.