Часть 163

Мужчина шёл под руку со своей сестрой и, уже доходя до своей палаты, увидел, как по коридору бежит его дочь. Остановившись, он радостно заулыбался и смотрел на неё. Девушка испытывала смешанные чувства: с одной стороны она была счастлива, что её отец пришёл в себя, и с ним всё хорошо, а с другой – очень беспокоилась за его здоровье. Подбежав к мужчине, молодая цыганка обняла его, легко обхватив, чтобы не сделать ему больно. Он тоже крепко обнял её и поцеловал в лоб, вдыхая аромат её волос. Лила: пап! Как же ты напугал меня! Папочка… Лекса: дочка моя… Девушка упёрлась подбородком в его плечо, едва сдерживая слёзы от радости. Шувани смотрела на своего брата и племянницу с теплом, растянувшись в улыбке. Освободившись от объятий отца, молодая цыганка взялась руками за края его рубашки, пытаясь закутать ими живот и грудь мужчины. Лила: папочка, почему же ты встал? Рана ещё очень свежая. Да к тому же ты ещё и вышел раздетый на балкон. Там такой ветер… Лекса: ну-ну-ну, дочка, успокойся. Сейчас же лето, ветер не холодный. Да и сколько я там простоял, Дэвэл миро? Лила: всё равно, рана очень свежая. Ты должен беречь себя, пап. Пойдём в палату, приляжешь, тебе нужно отдыхать. Девушка взяла отца под руку и повела в палату. Он благодарно смотрел на неё, улыбаясь и чувствуя себя немного неловко. Шувани южного табора последовала за ними. Через пару минут, когда мужчина снова лежал на кровати, его дочь сидела рядом с ним и держала его за руку. Лила: и всё таки, как же ты нас напугал, папочка. Я чуть с ума не сошла, когда увидела тебя на покрывале между лошадьми. Мужчина удивлённо посмотрел на дочь, а затем перевёл взгляд на сестру. Лекса: на покрывале? Между двумя лошадьми? Лила: да, и тогда земля будто бы ушла из-под моих ног… Заметив, что девушка едва сдерживает слёзы, он немного приподнялся, опираясь на правую руку, а левой дотронулся до лица дочери. Лекса: ну всё-всё, дочка, успокойся, это всё в прошлом. Видишь, я здесь, я с тобой. Я никогда не оставлю тебя, моя родная, красавица моя… Молодая цыганка не смогла сдержать эмоции и снова порывисто обняла своего отца, дав волю слезам. Он тоже одной рукой обнял её, нежно поглаживая по спине, и несколько слезинок упали на его скулы, медленно стекая вниз. Шувани с теплом смотрела на эту картину, сложив руки на груди и едва сдерживая слёзы. Их идиллию прервал звук открывающейся двери, и в палату вошли их родные. Увидев своего отца, молодой баро южного табора поспешил к нему. Оставив сумку с вещами для него около кровати, он подошёл к мужчине с другой стороны со счастливым лицом. Лачо: отец, как же я рад, что с тобой всё хорошо! Я так испугался… Мужчина снова приподнялся с кровати и крепко обнял своего сына, когда то склонился к нему с объятиями. Лекса: сынок, моя гордость… Как же я рад видеть тебя… Освободившись от объятий друг друга, отец и сын обменивались тёплыми взглядами, а через мгновение к нему подошли невестка и будущий зять. Девушка взяла мужчину за руку и радостно смотрела на него. Хитана: поправляйся, Лекса! Ты нам всем очень нужен. Мы так боялись тебя потерять… Он радостно улыбнулся ей, немного сжимая руку молодой цыганке. Лекса: спасибо, девочка моя. Я так легко не сдамся, родные мои. Затем к нему подошёл и будущий зять. Роман: желаю скорейшего выздоровления! Лекса: благодарю, морэ! В кругу моих любимых и близких так и будет. Как там моя малышка Лейла и внук Бахти? Лила: всё хорошо, пап, они сейчас спят. Мы не стали их сегодня брать сюда, но в следующий раз кого-то привезём. Амира: благодарю вас, дорогие, что позаботились о нашей малышке. Хитана: ну что ты, Амира? Она же тоже маленькая частичка нашей семьи, мы все её так любим… Лекса: как же я соскучился по ним… Роза: брат мой, мы все за тебя очень испугались, переживали… Расскажи нам, что случилось тогда? Кто в тебя стрелял? Мужчина немного переменился в лице, вспоминая события вчерашнего дня. Его родные с интересом и волнением смотрел на него в ожидании рассказа о случившемся. Лекса: когда я завернул за поворот, то увидел дым. Я не понимал, откуда он взялся, пламени нигде не было. Конь тоже испугался и остановился. Через несколько секунд я увидел Марту, которая встала из-за кустов и навела на меня пистолет. У его сестры, супруги и дочери даже округлились глаза до а от удивления, когда они это услышали. Молодые супруги тоже стояли в шоке, а будущий зять пристально смотрел на мужчину, внимательно слушая его рассказ. Роза: так значит это Марта стреляла в тебя? Лила: вот же дрянь какая… Хитана: как она только осмелилась на такое? Амира: да и откуда могла взять пистолет? Лачо: она явно действовала не одна… Мужчина бросил на сына догадливый взгляд, а затем на мгновение посмотрел в сторону. Лекса: да, ты прав, сынок. Я уверен, что Михай тоже в этом замешан. Кто, как не он мог помочь ей? И пистолет ей только он мог дать. Амира: подождите, в тот день, когда я попала в их засаду, Марта угрожала мне и говорила, что скоро отправит ко мне тебя. То есть убьёт тебя. Лила: слава Богу, ей это не удалось. Я вообще не понимаю, как эта мерзавка может столько скрываться? Лекса: я боюсь, дочка, что они на этом не остановятся. Лачо: что ты имеешь ввиду, отец? Лекса: пока они думают, что я мёртв, то могут попробовать сделать ещё что-то… Роман: понимая, что семья в трауре, они могут воспользоваться моментом и нанести ещё один удар по кому-то из семьи. Лекса: именно так, дорогой зять. И эти люди не остановятся, если их не остановить. Как видите, они готовы на всё ради того, чтобы разрушить нашу жизнь. Но у них это не получится. Я им этого не позволю. Амира: мы обязательно подумаем, что делать. Сейчас главное, чтобы ты поправился, любимый. Роза: да, брат мой, если ты будешь крепко стоять на ногах, то и нам ничего не страшно. Мужчина смотрел на своих любимых с искрой в глазах, ловя на себе их тёплые взгляды, и легко сжимал руки супруги и дочери. Лекса: на самом деле это вы, родные мои, держите меня на ногах, не даёте мне сдаться. Каждый из вас удерживает меня в этой жизни, придаёт ей смысл и наполняет теплом. Как же я всех вас люблю… Лила: и мы тебя очень любим… Хитана: ты для нас очень дорог… Лачо: ты не только глава нашей семьи, отец, ты наш ориентир… Роман: мы очень уважаем тебя, Лекса, и восхищаемся твоей силой духа. Мужчина окинул их благодарным взглядом, едва сдерживая повисшие на глазах слёзы. Ближе к обеду в лесной избушке полным ходом шла подготовка к диверсии в ресторане. Мужчина сидел за столом и настраивал взрывное устройство, а его приспешники молча наблюдали за ним и внимательно следили за каждым движением. Закончив с настройкой, он положил бомбу обратно в сумку и протянул её Кривому. Михай: ну всё. Теперь готово. Банго, ты пойдёшь с Мартой и подождёшь её неподалёку от комплекса. Банго: как скажешь, хозяин. Марта: а почему мы вдвоём не можем её подложить? Михай: я уверен, что там есть камеры, а их вас двоих ты будешь лучше замаскирована. К чему Банго ещё какие-то проблемы с законом? И так живём, как на пороховой бочке. Банго: о чём ты сейчас хозяин? Разве нам что-то угрожает? Михай: я уже долгое время подумываю, куда бы нам отсюда перейти. Это место знают все в таборе и не раз уже сюда приходили. К тому же, я чувствую, что не всё так просто. Наши прошлые дела, особенно события, связанные с похищением Амиры и аферой с комплексом, не были так идеальны и могли привернуть лишнее внимание. Марта: не понимаю… Михай: ну ты же сама была арестована, но сбежала. Стоит тебе только выйти в своём прежнем образе, как тебя повяжут. Так же само и я. Я чувствую, что когда столкнул машину Лексы с обрыва, тоже мог неосторожно спалится и попасть на камеры у трассы. Поэтому нам нужно найти новое место, о котором никто не знает. Кривой переглянулся с девушкой, а затем снова посмотрел на своего хозяина в недоумении. Банго: а ты знаешь такое место? Михай: у меня есть одна идея. Но нужно проверить, не ходил ли туда кто-то после того, как я был там в последний раз. Ну ладно, отправляйтесь. Марта: я должна буду ещё что-то сделать, чтобы она включилась? Михай: да, когда установишь, нажми вот эту кнопку, и включится таймер на 6 часов. К вечеру всё должно рвануть. Марта: поняла. Ну, пойдём? Бросив взгляд на Кривого, девушка вышла из избушки, а за ней последовал и мужчина с сумкой. Оба, решительно переглянулись и направились в город. Тем временем в больничной палате девушки распаковывали сумки, доставая из них контейнеры с едой. Лила: кстати, пап, мы привезли тебе еду и одежду. Ты же ничего не ел, да и тётя с Амирой тоже. Хитана: да, так что сначала мы покормим вас. Лекса: родные мои, не стоило столько наготавливать. Мне аж неловко… Лила: прекрати, пап, сейчас самое главное, чтобы ты поскорее поправился и вернулся к нам. Лачо: да, отец, так что спорить бесполезно. Мужчина, улыбаясь, приподнялся и сел на краю кровати, спустив ноги. Молодая цыганка присела рядом с отцом и передала ему вилку и один из контейнеров, а другой держала в своих руках. Лила: вот, здесь салат, а здесь отбивные. Я буду держать. Лекса: благодарю тебя, дочка. Что бы я без вас делал? Хитана: Амира, тётя Роза, держите. Вам тоже нужно поесть. Девушка передала им по контейнеру с гречкой и салатом. Амира: благодарю, дорогая. Роза: спасибо, девочка моя. Усевшись, кто где, шувани и её невестка тоже начали обедать. Лила: Амира, я привезла и тебе одежду, а то ты вторые сутки в этом костюме. Я подумала, что ты захочешь переодеться. Амира: да, спасибо большое, это и вправду очень кстати. Роман: вы обедайте, а мы потом выйдем, чтобы ты переоделась. Приятного аппетита. Лекса: благодарю, дорогой зять. Обменялись тёплыми взглядами, мужчина и его сестра и супруга продолжали есть, испытывая огромную благодарность своим родным за такую заботу. Кармелита сидела за компьютером, работая с табличными документами, проверяя все расчёты по финансированию. Люцита сидела за своим рабочим столом, распечатывала какие-то бумаги, ставила печати и подкалывала их друг к другу. В какой-то момент она отвела взгляд в сторону и задумалась о следователе. Сегодня они должны были встретиться, хоть и по делу, но всё же она очень скучала, особенно после их близости. Девушка осознавала, что с каждым днём всё больше и больше открывается этим новым чувствам. Даже напасти, которые обрушиваются на её семью, не притупляют её чувств и желания чувствовать себя женщиной, любимой и желанной, такой, какой она не чувствовала себя очень давно. Её сводная сестра заметила эту задумчивость и решила заговорить с ней об этом. Кармелита: Люцита, о чём ты задумалась? Неужели снова думаешь о капитане Стеклове? Молодая цыганка отвела взгляд в сторону и томно вздохнула, а затем посмотрела на сестру. Люцита: да, ты права. Я очень хочу его увидеть, но сегодня мы будем там все вместе… Кармелита: скажи, а вчера ты так задержалась… Вы куда-то с ним ходили? Она заметила, как сестра вдруг опустила глаза, и на её лице появилась произвольная ухмылка. Кармелита: неужели вы были вместе? Люцита: сказать по правде, у меня были очень смешанные чувства. С одной стороны я очень рада, что снова почувствовала себя любимой женщиной, вообще женщиной. А с другой – мне стыдно, что позволила себе это в такой момент. Кармелита немного удивилась такому открытию, но в душе была рада за девушку. Кармелита: я считаю, что ты всё правильно сделала. Не нужно закрывать своё сердце. Если у тебя есть чувства, нужно идти до конца, иначе можно разрушить и себя, и того, кто тоже тебя любит. Люцита: ты права. Я не д зло осу больше сопротивляться. Правда, я очень переживаю, как отреагируют родные, когда узнают. Особенно мама. Кармелита: ну, не думаю, что сейчас ты должна беспокоиться об этом. Вспомни нашу сестру Амиру. Разве она боялась того, как отреагируют родители, когда узнают о том, что она влюбилась в Лексу? Учитывая, какое тогда было отношение к нему. Молодая цыганка вдруг задумалась и вспомнила те события. Кармелита: Амира знала, что никто не одобрит их союза, но не боялась и даже сбегала из дома, не ночевала несколько ночей. Даже когда всё выяснилось и открылся факт её беременности, она не испугалась и до конца отстаивала свою любовь. И мы с Миро столько пережили, но не боялись идти до конца. И ты не бойся. Люцита: да, я помню это. Кармелита: ну вот, так почему ты должна переживать? Если ты любишь его, а он любит тебя, вы не должны никого боятся. Кто и что подумает должно меньше всего беспокоить тебя, если ты действительно хочешь стать счастливой. Люцита: ты права. Спасибо тебе большое за поддержку. Девушка смотрела на сводную сестру с благодарностью, а та радостно улыбалась ей. Кармелита: кстати, позвони ему, скажи, что не нужно за нами заезжать. Мы сами придём к нему в отделение. А я позвоню отцу и скажу, пускай приезжает на такси, а назад вместе поедем. Люцита: да, ты права. Так будет лучше. Молодая цыганка достала из кармана юбки телефон и на рала нужный номер. Услышав знакомый голос, внутри девушки всё будто расцвело, и она не смогла сдерживать счастливой улыбки. Следователь: да, Люцита, здравствуй! Люцита: здравствуй, Николай. Я звоню сказать тебе, что не нужно за нами заезжать. Мы сами придём к тебе. Следователь: а вы разве в городе сейчас? Люцита: да. Мы с Кармелитой приехали в комплекс. Есть некоторая работа. После этого мы придём к тебе в кабинет где-то на часов 16. Следователь: хорошо. Я буду ждать вас. А Рамир Драгович? Люцита: Кармелита позвонит отцу и попросит его приехать к отделению на такси. Следователь: я мог бы сам заехать за ним… Люцита: не беспокойся, всё хорошо. Следователь: ну ладно, как скажешь. Хорошо, тогда буду ждать вас. К тому же, я очень скучаю по тебе. Люцита: я тоже. Хочу скорее увидеть тебя. Следователь: и я. Хорошо, тогда до встречи! Если вдруг что, звони. Люцита: хорошо. До встречи! Положив трубку, девушка улыбаясь, засмотрелась, в сторону. Её сводная сестра тоже достала телефон и начала набирать номер отца. Работа с бумагами на конюшне добегала до конца, но оба мужчины были немного напряжены после телефонного разговора. Баро даже закурил сигарету, пытаясь немного успокоиться. Миро: Рамир, ты в порядке? Неужели до сих пор думаешь о нашем таборе? Рамир: у меня перед глазами стоит эта картина, когда оскорбляли мою дочь у меня на глазах. Как эти люди после этого могут обращаться ко мне и что-то просить? Миро: я понимаю тебя. Я не знаю, смог бы я даже слушать их на твоём месте. Рамир: я и так когда-то допустил очень большую ошибку, переживая о том, что скажут и что подумают таборные цыгане. Второй раз я не стал этого делать, и впредь этого не будет. Миро: они думают, что деньги для южных цыган достались лёгким путём, ты слышал? Рамир: вот, понимаешь? Они не спросили, не поговорили со мной. Им сказали, что я подложил свою дочь под Лексу, чтобы он дал деньги южному табору, и все поверили в это. Мне даже смешно. Дэвлалэ, почему я раньше этого не видел? Миро: о чём ты сейчас? Рамир: моя дочь была права, когда назвала наш табор баранами. Они так легко поддаются слухам и чужому влиянию, что ими можно управлять только с помощью сплетен и угроз. Думаешь, я забыл, как когда-то их подстрекали против нас? Нет, я сейчас вовсе не виню Лексу, нет. Я к тому, что ещё тогда было понятно, что у них нет своей головы на плечах. Миро: ты прав. Окончательный выбор же всегда за человеком. Неважно, что ему говорят и как по подносят. Если ты знаешь человека, который тебе помогает и заботится, очень хорошо, ты должен ему доверять. Ему, а не грязным слухам. Рамир: да. Я согласен с тобой. Ну всё, не хочу об этом говорить. Даже думать не хочу. Они свой выбор сделали. Пусть сами и разбираются. Все взрослые люди, имеют семьи, а защитить их не могут. Пусть думают. Миро: да, ты прав, Рамир. Вдруг их разговор нарушил звонок телефона. Мужчины удивлённо переглянулись, в затем Баро достал телефон и увидел номер дочери. Рамир: это Кармелита звонит. Приняв звонок, он поднёс телефон к уху. Рамир: да, дочка, слушаю тебя. Кармелита: отец, ты сможешь к 16 подъехать к отделению, чтобы дать показания против Михая? Рамир: да, конечно, дочка. А вы не будете возвращаться? Кармелита: нет, мы решили, что так будет лучше. После работы мы из комплекса пройдёмся к отделению, а там уже встретимся и пойдём к следователю. Рамир: ну хорошо, дочка, если вы так решили, пусть так и будет. Кармелита: хорошо. До скоро, пап! Рамир: давай, дочка, до скорого! Положив трубку, мужчина обменялся взглядом с зятем. Миро: что хотела Кармелита? Рамир: она попросила меня подъехать к отделению, чтобы там встретится с ними и деть показания. Они не будут возвращаться. Миро: я понял. Это логично. Рамир: да, я согласен с тобой. Кивнув друг другу в знак согласия и поддержки, мужчины продолжили заниматься делами конезавода. Дойдя до зелёной зоны около комплекса, мужчина и женщина остановились, переглянувшись друг с другом. Банго: так, дальше ты сама. Всё помнишь, что нужно сделать? Марта: да, устанавливаю и нажимаю вот эту кнопку. Банго: хорошо. Держи. Если что, я неподалёку. Марта: я поняла, хорошо. Кривой передал девушке сумку, и та, вяза её в руки, кивнула ему и направилась к комплексу. Через пару минут она была уже рядом со зданием, стараясь идти так, чтобы не вызвать подозрений. На ней были большие солнцезащитные очки, а волосы, накрученные и распуганные, делали её образ ещё менее узнаваемым. Подойдя к бойлерной, она огляделась и спустилась по ступенькам вниз. Помещение было тесное, под стенами шли огромные трубы, и девушка быстро искала глазами место, где можно было бы оставить сумку так, чтобы её никто не заметил. Присмотревшись, она увидела угол за двумя трубами. Засунув сумку туда и прикрыв её доской, девушка нажала на кнопку, и включился таймер. Убедившись, что она всё сделала правильно, Марта поспешила покинуть помещение, пока её никто не заметил. Когда она вышла, то встряхнулась и уже направилась в ту сторону, откуда она пришла, как вдруг услышана чьи-то шаги за спиной и обернулась. Перед ней стояла темноволосая девушка в костюме горничной, которую она сразу же узнала. Поняв, что незамеченной ей не удастся скрыться, Марта решила импровизировать.