Часть 167

Спустя какое-то время пожар удалось потушить, и пострадавшие от него люди стояли возле своего дома с поникшим видом и потухшим взглядом. Среди них раздавались вопросы «что теперь делать?», «где же нам жить?», «куда идти?». Женщины прикрывали одеялом и покрывалом своих детей, мужчины держали в руках вещи, которые успели взять. Дом превратился в руину, а жизнь этих людей была разрушена. Цыгане стояли возле своего ресторана и наблюдали за этими людьми. Следователь со своими подопечными о чём-то разговаривал, показывая руками на комплекс и ресторан, а затем на дом. Вдруг молодая цыганка освободилась от объятий мужа и вышла вперёд к людям, поднявшись на бетонную плиту. Её муж, отец и все остальные родственники в недоумении наблюдали за ней. Увидев цыганку на небольшой возвышенности, народ обратил внимание в её сторону. Кармелита: эй, народ! Не отчаивайтесь! Нет ни одной напасти, с которой невозможно справиться, если это не смерть близких людей! Гул толпы стих, и на площадке повисла непоколебимая тишина. Люди смотрели на молодую цыганку в отчаянии, а родные – с интересом и недоумением. Тишину снова нарушил её голос. Кармелита: мы не оставим вас наедине с вашим горем! Все, чьё жильё сгорело, и им некуда больше идти, могут остаться в нашей гостинице! Мы откроем все номера, включая и премиум класс. Вы сможете оставаться там столько, сколько потребуется, и совершенно бесплатно! Люди с ошарашенным видом смотрели на девушку, а она порой переглядывалась со своими родными. На лицах её мужа и отца повисло удивление, и одновременно гордость за неё. Через мгновение к ней вышла и молодая Саппоро, тоже забравшись на плиту. Лила: я согласна с Кармелитой. Никто из вас не останется без крыши над головой! Если кому что-то будет нужно, мы готовы оказать свою помощь! Девушки переглянулись между собой, думая об одном и том же. Кто-то из пострадавших: но как же мы можем принять от вас такую помощь? Кто-то из пострадавших: ваш ресторан тоже пострадал. Мы не сможем спокойно пользоваться вашими удобствами. Ведь из-за нас вы будете терять прибыль. Переглянувшись с Лилой и своими родными, Кармелита подняла правую ладонь вверх, призывая людей её выслушать. Через мгновение снова повисла тишина. Кармелита: сейчас мы сами можем справится со своими проблемами. А если так, значит мы можем и помогать другим справляться с их трудностями. Даже если тебе плохо, даже если ты страдаешь, сцепив зубы, ты можешь встать и помогать тем, кто тебя окружает и нуждается в этом. Мой близкий друг научил меня этому, подавая свой пример… Девушка ощутила на себе взгляд молодой цыганки, которая понимала, что речь идёт о её отце, и была очень тронута этим. Кармелита: поэтому, мы никого из вас не бросим в беде, как бы нам трудно не было. В эту ночь никто не останется на улице. Каждый ребёнок, женщина, мужчина и пожилой человек будет спать на тёплой постеле под нашим покровом. И за еду тоже не беспокойтесь. Наш ресторан открыт для вас, трёхразовое питание будет бесплатным! Лила: пока наша семья может себе это позволить, мы не будем стоять в стороне и поддержим вас! Кармелита: поэтому ни о чём не думайте и не переживайте. Держитесь рядом друг с другом, обнимите своих родных. Сейчас вы под опекой комплекса семьи Саппоро! Люди удивлённо переглянулись, закивав друг другу в знак согласия с тем, что говорят эти цыганки. А через мгновение женщины и мужчины раздались вскриками. Кто-то из пострадавших: живите долго, Саппоро! Кто-то из пострадавших: пусть Господь благословит вас, Саппоро! Кто-то из пострадавших: да не оставит вас Господь без своей благодати! Кто-то из пострадавших: благодарим вас за вашу помощь и поддержку. Ваша семья уже столько сделала для города и продолжает помогать нам и сейчас. Кто-то из пострадавших: вы хоть и цыгане, но беспокоитесь о нас больше, нежели наши власти. Ваш народ показал свою щедрость, и мы очень благодарны вам за это! Девушки улыбались, переглядываясь со своими родными. Баро переполняло чувство гордости за дочь, а её муж был очень приятно удивлён поступку Кармелиты. Лачо и Роман испытывали такие же чувства по отношению к Лиле, которая вышла её поддержать. Капитан Стеклов, наблюдая за этой ситуацией, ещё раз убедился в том, насколько эта семья отличается от привычного для общества образа цыган. Спустя какое-то время всех пострадавших людей разместили в номерах комплекса, а сами Зарецкие и Саппоро, находясь на грани усталости, тоже остались ночевать в гостинице. Утром Амира проснулась в объятиях своего мужа, слыша, как он немного посапывает. Девушка растянулась в тёплой улыбке, уперевшись подбородком ему в грудь, и всматривалась в черты лица своего супруга, за которыми скрывались опыт, уверенность и твёрдость его характера. Она дотронулась до его едва заметного шрама на лбу и нежно провела пальцами вниз, опускаясь к аккуратной бороде на подбородке, в которой всё больше становились заметны пряди седины. От её прикосновений мужчина перестал сопеть и открыл глаза. Увидев лицо своей жены, он растянулся в довольной улыбке. Амира: доброе утро, любимый. Лекса: даже не смотря на моё ранение и то, что я сейчас нахожусь в больнице, оно для меня самое доброе. Хочу просыпаться так каждый день. Амира: каждый день просыпается в больнице? Молодая цыганка немного засмеялась и провела рукой по его лицу с левой стороны Лекса: нет, ты что, моя Амира. Хочу каждое утро, только открыв глаза, видеть перед собой твой облик, моя зеленоглазая красавица-цыганка. Девушка смущённо заулыбалась и приблизилась к нему, а через мгновение их уста встретились в нежном поцелуе. Он провёл рукой по её волосам, пропуская пряди между пальцев. Услышав звук открывающейся двери, они прервались, и девушка присела на стул рядом с кроватью. В палату вошёл доктор и медсестра. Доктор: доброе утро, Лекса Георгиевич! Как сегодня чувствуете себя? Лекса: прекрасно, доктор. Хоть сегодня поехал бы домой. Доктор: вам ещё нельзя. Нужно побыть ещё пару дней здесь. Эта рана серьезная, пуля прошла в сантиметре от сердца, нужно, чтобы там всё зажило. Амира: да, дорогой, доктор прав. Дома у тебя не будет спокойной жизни, чтобы окончательно поправиться. Доктор: ваша супруга говорит правду. Учитывая ваши предыдущие ранние выписки после ранений, я настаиваю на том, чтобы на этот раз вы были более внимательны к своему здоровью. Лекса: доктор, я благодарен вам за то, что вы спасли мне жизнь. Но я же не беспомощный, тем более я не привык так расслабляться, жизнь мне этого не позволяла… Доктор: теперь придётся, если хотите, чтобы не было последствий. Сейчас мы сделаем вам перевязку и нужно будет провести ещё некоторые процедуры. Амира: любимый, давай я сейчас быстро съезжу домой, возьму какую-то еду и привезу тебе нашу дочь? Лекса: как же ты здорово придумала, моя Амира. Как раз пока я буду занят процедурами, ты съездишь в табор и вернёшься обратно вместе с нашей малышкой. Амира: хорошо. Тогда я поехала. Лекса: давай, дорогая. Молодая цыганка обняла своего мужа, и он ответил ей тем же, нежно поцеловав её. Затем она взяла свою сумочку и, улыбнувшись доктору и медсестре, направилась к выходу. Спустя пару минут девушка села в машину такси и устремилась в табор. Немного отдохнув после событий прошлой ночи, семья Зарецких сидела в конференц-зале комплекса кто с чашками чая, кто – с кофе, устремив тяжелый взгляд в одну точку. Молодой баро южного табора вместе с сестрой и её мужем тоже присоединились к ним, сев рядом за большим овальным столом. Лачо: доброе утро всем. Лила: если оно доброе, конечно. Рамир: да, Лила, оно вовсе не доброе. Столько беды натворил этот огонь за пару часов… Рубина: я же всё это предчувствовала. Мне снился взрыв и пожар, но я не смогла ничего изменить… Кармелита: бабушка, не терзай себя. Что ты могла сделать? Земфира: слава Богу, наш комплекс не сильно пострадал. А вот людям из соседнего дома досталось… Лачо: какая же ты молодец, Кармелита. Ты правильно поступила. Люди, оставшиеся без крыши над головой, нуждаются в помощи. Роман: я думаю, Амира и Лекса не будут против этого и только поддержат наш народ. Лила: да, ты прав. Только не нужно им сейчас об этом говорить. Давайте немного позже скажем. Лачо: ты права, сестрёнка. Не будем сейчас их этим тревожить. Лила: я помню, он говорил, что когда-то и наш табор тоже жил под открытым небом. В кибитках и шатрах. Сейчас всё по-другому, и мы, как никто, знаем, что такое жизнь без крыши над головой. Кармелита: я тоже всё чаще вспоминаю слова вашего отца. Меня так затронула тогда его речь. Он словно предвидел такую ситуацию, когда так говорил. Только тогда он говорил это о детях из детдома. Люцита: и я вспоминала его вчера. Но с другой стороны мне даже немного дико. Миро: о чём ты, Люцита? Что ты имеешь ввиду? Люцита: Лекса всегда был в центре всех событий, рисковал собой ради других, помогал тем, кто нуждался, не думая о себе. А вчера его не было с нами, и мы сами, объединившись, стали такими же, как он. Рубина: ты права, девочка моя. И тобой мы очень гордимся. Рамир: да, Люцита. Ты поступила очень отважно. Конечно, мы все испугались за тебя, но твой поступок поразил всех. Я думаю, даже товарищ капитан не ожидал такого. Девушка в этот момент подняла глаза и переглянулись с мужчиной, в затем встретилась взглядом с матерью, которая пронзительно смотрела на неё. Земфира уже догадывалась, что скрывает её дочь, и, проанализировав некоторые её поступки, сделала правильные выводы. Но всё же, женщина до конца не хотела в это верить и ждала подходящего момента, чтобы поговорить с ней об этом. Кармелита: кстати, где он сейчас? Люцита: когда мы пошли спать, он был внизу. Приехала следственная группа, и они занимались расследованием. Утром он обещал прийти и рассказать всё, что смог узнать. Лила: и всё-таки, кто же мог это сделать? Миро: кто-кто? Конечно же это дело рук Михая. Роман: неужели он и на такое способен? Рамир: да, морэ. Ты многого не знаешь об этом человеке. Он на многое способен. Даже на такие диверсии. Миро: пару лет назад он взорвал театр в нашем родном таборе в Ковальске. Тогда внутри были ещё Кармелита и Хитана. К счастью, никто не пострадал. Роман: не уж-то на него нет никакой управы? Даже невинных людей в комплексе ему не жаль. Миро: у него нет жалости. И сострадания нет. Удалено ещё в детстве вместе с гландами. Все тяжело вздохнули, смотрев кто в свои чашки, а кто куда-то в сторону, осознавая, что их враг ни перед чем не остановится, и после взрыва могут последовать ещё более страшные вещи. Машина такси подъехала к дому семьи Саппоро, и из неё вышла молодая цыганка, попросив таксиста немного подождать её. Войдя в гостиную, она увидела свою золовку, сидящую в кресле с чашкой травяного чая. Увидев свою невестку, женщина удивилась и даже приподнялась с кресла с взволнованным видом. Понимая, что новости о пожаре могут сильно повлиять на девушку, шувани решила сначала проверить, знает ли она что-то об этом. Роза: Амира? Ты приехала? А как же мой брат? Амира: здравствуй, Роза. Я ненадолго, приехала взять немного еды и нашу малышку. Лекса очень скучает по ней, вот решила привезти её ненадолго. Шувани поняла, что молодая цыганка не в курсе того, что случилось, и решила пока не рассказывать ей ничего. Она и сама знала только то, что вчера вечером рассказал ей будущий муж племянницы. Роза: ты хорошо придумала, девочка моя. Как там Лекса? Амира: сейчас пришёл доктор и сказал, что ему сделают перевязку и ещё какие-то процедуры. За это время я думала съездить домой и вернутся. Так что я пойду собираться. Такси ждёт. Роза: хорошо, дорогая, иди готовь Лейлу. Я сама сейчас запакую еду. Амира: благодарю тебя. Так действительно будет быстрее. Молодая цыганка благодарно кивнула золовке и направилась в их с мужем комнату, а шувани южного табора, тяжело вздохнув от последних новостей, пошла на кухню, чтобы собрать еду для своего брата. Молодой баро южного табора, поговорив со своей женой, положил телефон назад в карман брюк и вернулся за стол. Его сестра и будущий зять посмотрели на него с интересом и неким беспокойством. Лила: ну как там Хитана и тётя? Как дети? Лачо: дети спят. Хитана их недавно уложила, после того, как они с тётей позавтракали. Лила: они и так верно с ума сходили всю ночь, не получая от нас вестей. Роман: да, ты права. Хорошо, что ты позвонил им и рассказал о том, что случилось. Их разговор прервал скрип открывающейся двери, и в конференц-зал вошёл следователь. Оглядев всех обернувшихся людей, он решительно направился к ним, обменявшись взглядом с молодой цыганкой. Следователь: доброе утро всем. Хотя оно вовсе не добре, но всё же. Рамир: и вам того же, товарищ капитан. Признаться, вы правы. Следователь: надеюсь, вы хоть смогли отдохнуть? Кармелита: немного. Что у вас? Вы смогли что-то узнать? Следователь: нужно поехать в больницу и допросить охранника. Ваша администратор говорит, что он может что-то знать. Люцита: тогда нужно скорее ехать. Следователь: да, я сейчас буду отправляться. Зашёл сказать, что наши ребята собрали остатки вашей горничной. Их отвезут в морг. Нужно сообщить её родным. Все тяжело вздохнули и потухшим взглядом посмотрели кто в пол, кто в сторону. Молодые цыганки приложили руку ко лбу, закрыв глаза и пустив слезу. Земфира: Господи, пусть рай будет пристанищем для неё… Рубина: да простит ей Господь все её прегрешения. Следователь: она была вашим близким другом? Рамир: да. Она много помогла нам. А теперь оказывается, что она ценой своей жизни спасла наш комплекс. Люцита: к тому же она спасла мне жизнь, вытащив из горящего сарая. Лачо: и отцу она очень помогла. Не один раз. Кармелита: Боже, какая ужасная смерть… Я до сих пор не могу поверить в это. Нужно сообщить её матери. Следователь: сочувствую всем вам. Примите мои соболезнования. Лила: благодарим вас. Следователь: ну, я поеду в больницу. Нужно выяснить, что знает этот охранник. Может он видел того, кто принёс эту бомбу. Миро: хорошо, товарищ капитан. Держите нас в курсе всего. Следователь: конечно, не беспокойтесь. Когда мужчина повернулся к двери и сделал несколько шагов, молодая цыганка сорвалась с места и тоже пошла за ним. Люцита: я поеду с вами. Заодно проведаю Лексу и Амиру. Следователь: ну хорошо. Пойдёмте. Девушка заметила на себе пронзительный взгляд матери, интуитивно ощущая, что она начинает о чем-то догадываться. Но сейчас Люцита не хотела думать об этом. Выйдя в коридор, они переглянулись, слегка улыбнувшись друг другу, а затем цыганка крепко обхватила мужчину. Он тоже обнял её. Люцита: Господи, что же это такое? Что же происходит с моей семьёй? Беды не заканчиваются, Николай… Следователь: успокойся, Люцита. Я рядом с тобой. Мы справимся, вот увидишь. Скоро ваши враги понесут заслуженное наказание за всё, что сделали. Я тебе обещаю. Девушка освободилась от объятий и с надеждой посмотрела на своего возлюбленного. Люцита: я верю тебе, Николай. Поехали скорее. Следователь: поехали. Они устремились по коридору, направляясь к выходу из комплекса через управленческий отдел. Молодая цыганка взяла на руки свою маленькую дочь и немного покачивала её. На лице девушки повисла тёплая улыбка, и она поцеловала в лоб свою малышку. Амира: ну что, моя дорогая, сейчас поедем к папе? Твой папа очень соскучился по тебе. Я обещала ему, что привезу тебя. Маленькая моя… В это время в гостиную спустилась Хитана и была очень взволнована. Шувани южного табора, заметив это, отставила сумку с едой в сторону и обеспокоено посмотрела на девушку. Роза: что с тобой, девочка моя? На тебе лица нет. Хитана: мне только что звонил Лачо. Там такое произошло… Девушка едва сдерживала слёзы, и это очень пугало женщину. В этот момент Амира с малышкой на руках вышла из комнаты и немного задержалась за углом так, что её не было видно. Случайным образом она стала свидетельницей разговора своей золовки и невестки мужа. Роза: о чём ты сейчас, дорогая? Ты меня пугаешь. Хитана: кто-то пронёс в комплекс бомбу, и она взорвалась, зацепив немного ресторан и соседний дом. Роза: что? Что ты такое говоришь? Хитана: ресторан зацепило немного, только левый фасад. Люди и кухня не пострадали. А соседний дом совсем сгорел. Кармелита и Лила предложили разместить людей в гостинице, и они согласились. Но есть ещё кое-что… Роза: Дэвлалэ… Что же ещё случилось? Хитана: Жанна заметила эту бомбу и пыталась унести подальше от комплекса, но она взорвалась в её руках… На глазах обеих повисли слёзы, и они едва сдерживали эмоции. Шувани южного табора прикрыла рот рукой, опускаясь в кресло. Роза: бедная девочка… Кто же такое сотворил? Хитана: наши предполагают, что это Михай. Больше некому… В этот момент из-за угла медленным шагом вышла Амира с ребёнком на руках с округлёнными глазами и приоткрытым ртом. Девушка была так ошарашена услышанным, что даже потеряла дар речи, а на её лице повис шок. Хитана, не ожидав увидеть жену свёкра, замерла в удивлении, а шувани медленно поднялась с кресла, увидев свою невестку, и от волнения уронила чашку на пол, которая в секунду разбилась вдребезги.