Часть 179

Девушка переоделась в яркий цыганский наряд: жёлтую блузу с пышными расклешёнными рукавами, украшенную огненными цветами, и длинную красную юбку с тиснёным узором и широкой оборкой по краю, подчёркнутую алым платком на талии и дополненную платком на голове. Достав из сумки небольшое зеркало и косметику, она начала наносить на себя тональный крем, чтобы придать коже естественной для цыган смуглости. Мужчина сидел на втором матрасе, уперевшись спиной в каменные стены. Он держал в руках маленькую карманную икону, и задумчиво смотрел на неё и будто сквозь. Его помощник обратил на это внимание и немного удивился. Банго: что это у тебя, хозяин? Откуда эта иконка? Михай: это иконка тётки Лейлы – сестры моей матери. А также матери Лексы и Розы. Девушка округлила от удивления глаза и, приподняв брови, повернулась к мужчинам с накрашенной только одной половиной лица. Марта: что? Иконка матери Лексы? Михай: да. Увидев лицо девушки, мужчины переглянулись, едва сдерживая свой смех. Она сменилась в лице, на котором на мгновение повисло недовольство. Марта: очень смешно. Я же ещё не закончила. Михай: ну ладно-ладно, не отвлекайся. Марта: что она делает у тебя? Эта иконка. Михай: после сэндо, цыганского суда старейшин, меня передали властям. Спустя несколько дней Роза пришла ко мне, думая, что я – это Лекса, и отдала мне эту икону. Сегодня почему-то я вспомнил о ней. Банго: ты хорошо их провёл, хозяин. Но это были их лучшие дни. Михай: ты прав, Банго. Скоро они получат ещё более сильный удар. Но сначала поможем Марте с похищением, а потом займёмся Лачо и Зарецкими. Банго: но разве Лекса не попытается нам помешать, хозяин? Марта: он очень скоро сгорит от боли потери своего ребёнка, а Амира точно сойдёт с ума. Им будет не до этого. Михай: да, ты права. Поэтому будем действовать быстро. Как только ты уедешь, я сразу же упеку Лачо и Хитану за решётку. А там очередь дойдёт и до этой безродной Лилы, Розы и всех, кто дорог для Лексы. Марта: что у тебя на уме, Михай? Как собираешься упечь их за решётку? Мужчина только растянулся в улыбке, бросив хитрый взгляд на девушку. Его помощник тоже заинтересованно посмотрел на него в ожидании объяснений. Михай: старым добрым методом. Мы подкинем ему в кабинет на конезаводе наркотики. Марта: что? Наркотики? Но где ты возьмёшь их? Михай: у меня свои связи, ты об этом не думай. Главное, доведи начатое до конца. Марта: даже не сомневайся в этом. Закончив над работой со своим образом, девушка встала и прокрутилась перед ними, заодно проверяя, плотно ли сидит платок. Марта: ну, как я вам? Похожа на настоящую цыганку? Банго: не то слово. Если бы не знал, что ты – это ты, подумал бы, что ты точно романы чай. Марта: кто? Михай: романы чай, цыганская девушка. Молодец, хорошо преобразилась. Главное, чтобы никто не видел твои волосы. Марта: да, я понимаю это. Но я уже больше не могу завязать этот платок, и так сделала, что могла. Михай: ну хорошо. Банго, проводи Марту к выходу из леса и подожди её на опушке. Марта: нет, не нужно, я же уже немного знаю этот лес. Сама как-нибудь дойду. Михай: ну, как знаешь. Тогда пусть проводит тебя хотя бы к старому дубу на перекрёстке трёх лесных дорог. Отсюда к табору дорога немного другая, короче, но важно не запутаться... Марта: ну всё-всё, уговорил. Пусть проводит. Мужчины немного посмеялись, переглянувшись, понимая, что никаких трёх дорог и старого дуба в лесу и в помине нет. Просто нужно уговорить эту девушку на сопровождение, чтобы не дать ей совершить какую-то оплошность. Мало ли. Банго: ну, мы пошли, хозяин. Михай: давайте. Отправляетесь. Взяв небольшую корзину с едой и бутылкой воды, девушка вместе с Кривым вышли из пещеры и направились через ущелье в лесную чащу в сторону табора. Спустя какое-то время следователь попрощался со всеми и отправился в город, а его возлюбленная вместе с сёстрами стояла возле дороги и смотрела ему вслед. Пока их родные за столом занимались детьми, молодые цыганки семьи Саппоро хлопотали возле него, обновляя блюда и напитки. Видя тёплую улыбку на лице у Люциты, девушки переглянулись между собой, в душе радуясь за неё. Амира: вы очень красивая пара, сестрёнка. Услышав слова сестры, молодая цыганка немного напряглась и с удивлением посмотрела на неё. Люцита: о чём ты, Амира? Амира: ты и Николай Стеклов – очень красивая пара. Люцита: я… Девушка разволновалась и только хотела открыть рот, чтобы заговорить о том, что ничего такого нет, как сестра её перебила. Амира: я всё понимаю, дорогая. Я вижу, как ты на него смотришь, и как он увлечён тобой. Люцита: и сильно это заметно? Кармелита: это очень заметно, дорогая. Так заметно, что даже твоя мать начала задумываться об этом. Люцита: что? Моя мама об этом знает? Но как? Кармелита: я вчера вечером случайно услышала их разговор с бабушкой. Она говорила, что ты странно вела себя на аукционе, всё время глаз не сводила со следователя. И потом, за эти дни она постоянно видела вас вдвоём. Молодая цыганка от шока приоткрыла рот и на мгновение даже схватилась за голову. Реакция матери для неё была самым большим страхом, учитывая предыдущий опыт. Не то, чтобы она прям боялась, но очень не хотела ссориться с матерью. И так проблемы снаружи семьи не заканчивались, а ругань и скандалы были вовсе ни к чему. Люцита: Господи! Я же сама хотела с ней поговорить и всё рассказать, а теперь получается, что она всё это и так знает. Как буду смотреть ей в глаза после того, что ты рассказала? Амира: дорогая, успокойся. Ты сама должна поговорить с ней. Уверена, мама тебя выслушает и поймёт. Люцита: эх, если бы это было так, Амира. Когда я рассказала ей о погибшем Паше, она не приняла это, и я даже хотела уйти из табора. Думаешь, сейчас будет по-другому? Вспомни себя, сестрёнка. Она тебя выслушала, когда узнала о том, что ты влюблена в Лексу и ждёшь от него ребёнка? Поняла тебя? Вот и со мной сейчас будет так же. Сводная сестра смотрела на неё с оттенком сочувствия и беспокойства, а Амира вдруг вспомнила события, о которых напомнила ей Люцита. Амира: но, тогда же было всё иначе. Родители были обижены на моего мужа и долго не могли простить его и смириться с моим выбором, но всё же смогли его принять. Поверь, если она однажды уже принимала твой выбор, то сделает это ещё раз, дорогая. Не бойся. Кармелита: да, наша сестрёнка права, Люцита. Ты снова забиваешь себе голову страхом. Успокойся. Думай только о том, что ты с ним счастлива, и если Земфира это увидит и поймёт, то не будет противиться. Тем более, она не то чтобы вообще против, я думаю, она тоже боится. Боится, чтобы ты снова не пострадала, если с ним что-то случиться. Я ничего не имею ввиду, но он же следователь, всякое бывает. Ну она так думает. Девушка скрестила руки на груди и задумчиво посмотрела в сторону, покачивая головой в недоумении. Люцита: не знаю… Может вы и правы. В любом случае, я сегодня с ней поговорю, когда мы вернёмся домой. Амира: это верно. Так будет лучше всего дорогая. Ну, пойдёмте к столу? Кармелита: да, идёмте. Там твоя дочь всех развлекает, дорогая. Амира: ах да, точно. Девушки устремились к столу, как вдруг Люцита почувствовала, что её очень сильно тошнит. Она испугалась, что если сейчас прикроет рот рукой, то мать, пристально следящая из-за стола за их разговором, ещё больше себе что-то придумает и не так всё поймёт, решив, что она беременна. Девушка изо всех сил сдерживалась, сделав несколько шагов, но потом поняла, что не сможет так пройти даже мимо стола, чтобы попасть в дом. Таки прикрыв рот рукой, молодая цыганка бросилась к дому Саппоро, не обращая внимания на взгляды родных. Её сёстры посмотрели ей вслед и переглянулись в недоумении. Амира: Люцита? Что с тобой? Кармелита: погоди, дорогая, я сама к ней схожу. Ты иди к столу, чтобы ваша мать ничего не заподозрила. Амира: да, хорошо, Кармелита. Девушки кивнули друг другу в знак согласия и разошлись в разные стороны. Амира направлялась к своему мужу, но, проходя мимо родителей, приостановилась на голос матери. Земфира: Амира, дочка, а что это с Люцитой? Куда она пошла? Амира: да так, ничего страшного, она просто захотела попить воды. Земфира: но она прикрывала рот рукой, её тошнило. Амира: а, ты об этом… Молодая цыганка быстро соображала, что сказать матери, чтобы прикрыть сестру и не допустить лишних домыслов. Амира: наверное съела что-то не то. Вчера, помимо той еды, что приготовила Роза, Лачо и Лила привезли нам ещё еду из кулинарного отдела супермаркета. Сегодня утром мы завтракали ею, и наверное что-то было уже испорченное. Земфира: но почему тогда тошнит только Люциту? Амира: ну, признаться, меня по дороге тоже тошнило, и в больнице перед выходом. А Лекса завтракал остатками той еды, что дала Роза. Женщина пристально смотрела на младшую дочь, интуитивно чувствуя, что та врёт ей, но решила не устраивать допрос при всех. Ладно то, что она замечала до этого, но такое и вовсе выбило её из колеи. Она была уверена, что её старшая дочь беременна от следователя, хотя до сих пор не поговорила с ней и не подтвердила окончательно свои догадки. Земфира: я поняла тебя, дочка. Ну ладно, иди к своему мужу и дочери. Наша внучка уже всех развлекла. Лекса: да, любимая. Нашу малышку уже все по кругу держали на руках. Девушка подошла к мужчине и присела рядом с ним, а через мгновение он обнял её одной рукой, а во второй держал бокал, стоявший на столе. Он смотрел на него, задумавшись о своей дилемме, порой бросая наполненные чувством вины и страха взгляды на невестку и будущего зятя. Голос старой шувани немного отвлёк его, и он будто бы вернулся в реальность. Рубина: она, как и твой внук, Лекса, растёт по часам. Рамир: главное, пусть судьба будет счастливой у нашей девочки. Роза: тэ авела кадякэ, Рамир. Пусть будет так. Лекса: а как там моя крестница? Давно не видел её. Вы как-то приходите к нам и детей берите с собой. Миро: она тоже в порядке. Слава Богу. Хорошо, Лекса, я тебя услышал. В следующий раз возьмём их с собой. Лачо: в ваше отсутствие они, верно скучают? Рамир: да нет, там у них хорошие няни. Лила: точно, ваши младшие дети за ними приглядывают. Лекса: они тоже у тебя так быстро взрослеют, Рамир. Лила: да, Рада уже такая красавица. Скоро и сама чьей-то невестой станет. Лачо: ну, первая среди невест на сегодняшний день – это ты, сестрёнка. Лекса: да, дочка, ещё в больнице хотел об этом поговорить. Давайте не будем тянуть, через пару дней и сыграем вашу с Романом свадьбу? Лила: даже не знаю, пап… Столько всего случилось. Роман: уместно ли это будет, Лекса? Если что, мы не торопимся. Амира: ну, я думаю, что можно. За пару дней всё немного уляжется, решим наши проблемы... Лекса: к тому же, я понимаю, что вам самим хочется поскорее официально принадлежать друг другу, что бы вы там не говорили. Так что, дочка, будем готовиться. Ты заслуживаешь самой лучшей свадьбы, родная моя. Молодая цыганка с младшей сестрой на руках радостно переглянулась со своим женихом, а затем снова бросила на отца благодарный взгляд, покачивая малышку. Хитана: скоро ты тоже породнишься с семьёй Саппоро, братец. Роман: я буду только очень этому счастлив. Мужчина смотрел на своих детей и их половинок, радуясь, что они так счастливы. Однако, мысли о прошлом тяготили его, и он изо всех сил старался держатся, чтобы не портить всем своим родным праздник, который они устроили в честь его возвращения домой. С теплом и любовью переглядываясь со своей супругой, голова которой лежала у него на плече, он пытался утешиться в её глубоких изумрудных глазах. Увидев на её лице ласковую улыбку, мужчина нежно поцеловал супругу в висок и вдруг подумал, что сначала должен рассказать ей свои душевные переживания. Только в ней он видел ту искреннюю безоговорочную поддержку, которая поднимала его из глубин тьмы прошлого и освещала ярким светом путь к будущему. Молодая цыганка, умывшись и приведя себя в порядок, смотрела в зеркало, оперевшись на раковину. Она чувствовала себя очень странно, но не понимала, в чём дело. От мыслей её отвлёк стук в дверь и голос сводной сестры. Кармелита: Люцита, ты как? Всё в порядке? Люцита: да, сейчас иду. Девушка глубоко вдохнула и, закрыв на мгновение глаза, выдохнула с тихим, тревожным свистом, будто пытаясь унять дрожь внутри. Затем она вышла из ванной и увидела взволнованную сестру. Кармелита: что это с тобой? Люцита: не знаю. Вдруг почувствовала, как меня начало тошнить ни с того, ни с сего. Может я съела что-то не то… Молодая цыганка только бросила задумчивый взгляд на девушку, подозревая о том, что та может быть в положении. При этом она понимала, что сегодня Люцита не ночевала дома и вполне могла ночевать у следователя, однако забеременеть на следующее утро невозможно. Значит, либо она была близка с ним раньше, либо действительно что-то не то съела. Кармелита: послушай, дорогая, а не беременна ли ты часом? От этих слов молодой цыганке стало немного не по-себе. Она сама впервые серьёзно задумалась об этом. Девушка понимала, что после той ночи в день покушения и аукциона вполне могла забеременеть от капитана Стеклова. Внутри неё боролись сейчас две Люциты: одна была счастлива от того, что возможно действительно теперь носит под сердцем ребёнка от любимого мужчины, а вторая боялась реакции родных на это, сама даже не осознавала, что может ещё раз стать матерью. Они взволнованно переглянулись, задумаюсь о том, какие последствия будет иметь такой поворот событий. Люцита: да нет, ты что. С чего ты это взяла? Кармелита: ну, просто так людей не тошнит, тем более девушек. Скажи мне, вы уже были вместе? Молодая цыганка немного смутилась от такого вопроса сводной сестры, опустив на мгновение глаза. Люцита: ну, да… Да. Кармелита: значит, нужно проверить этот вариант. Люцита: да, ты права. Завтра после похорон поеду в больницу. Кармелита: погоди, какая больница? Сейчас можно сделать это проще. Купи тест на беременность и проверь. Люцита: тест на беременность? Кармелита: да. Через несколько минут уже будешь знать результат. Люцита: как интересно. Хорошо. Я обязательно завтра займусь этим. Ты меня накрутила уже, Кармелита. А если я действительно беременна? Кармелита: ну тогда тебе придётся сказать нашему товарищу капитану и посмотреть на его реакцию. Хотя, я думаю, что он очень обрадуется. Люцита: я тоже так думаю. Но больше волнуюсь за реакцию матери и всех остальных. Кармелита: не думай пока об этом. Сначала проверь наши подозрения, в потом решишь, что делать дальше. Люцита, да, ты права. Кармелита: ну ладно, пойдём, а то все думают, куда мы пропали. Кивнув в знак согласия своей сводной сестре, молодая цыганка направилась к выходу из дома, а та тоже последовала за ней. Кривой с Мартой пробирались через лесную чащу, направляясь к цыганскому табору. Выйдя на опушку, девушка остановилась и решительно посмотрела на своего сообщника. Марта: спасибо, что провёл. Дальше я сама. Банго: когда тебя ждать? Марта: ну, к вечеру я точно буду около дома семейства Саппоро. А потом наверное буду возвращаться. Банго: хорошо, я тебя подожду на нашем старом месте, а оттуда пойдём к пещере. Марта: да, я поняла. Ну всё, пошла. Кивнув своему сообщнику, девушка направилась в табор к дому своих заклятых врагов. Мужчина посмотрел ей вслед, прислонившись локтем к дереву, а затем развернулся и устремился назад в лес.