60. "Опасные связи" или "Враги по наследству"

Встреча с нотариусом прошла довольно быстро, и в принципе мы всё сделали, осталось только дождаться финальных документов. Элайджа к тому времени ещё не закончил, так что возвращаться пришлось пешочком. Ну ничего. Погода оказалась в самый раз для прогулок. Уже подойдя к дому, я обратила внимание на почтовый ящик с поднятым красным флажком. Как-то ни с утра, ни по приезде у меня ничего не щёлкнуло, но да, разумеется, вряд ли Аларик забирал нашу почту. Даже если забирал, то он уже почти три недели как в Норвегии. Скинула все бумаги, включая стопку корреспонденции, на кухонный стол и пошла ополоснуться в душе. Хоть с нотариусом мы разобрались быстро, но моральных сил это выпило немало. Как же выматывают эти бюрократические процедуры. И ещё написала Элайдже, что уже дома, а то он ещё с утра беспокоился, что мы надолго разминемся. Первым делом просмотрела почту. Счета, реклама: ничего интересного, кроме… Я покрутила в руках плотный дорогой конверт с рисунком красноглазой совы на задней части. Письмо предназначалось мне. В конверте оказалось приглашение. Бал-маскарад "Стрикс", тринадцатого июля в Нью-Йорке. Я ещё успеваю, между прочим, сегодня девятое. "Стрикс"… Что-то знакомое… только откуда?.. Может, из сериала, но ничего конкретного в голове не всплыло. В углу стояла размашистая подпись, видимо, хозяина мероприятия: Т. де Мартель. Француз? Тоже знакомое… но французов в этой жизни мне ещё не встречалось. Хм. Сознание подсказывало уточнить у Элайджи, может, он что-то знает. Если уж не про де Мартеля, то про "Стрикс". Или, по крайней мере, сможет быстро найти информацию, а то Жан и Оли что-то давно отдыхают, надо бы и на благо родины поработать. Отложила приглашение в сторону и обратилась к документам из ныне погребенного в пепелище общества “Августин”. Да, пока ждала у нотариуса, всё-таки посмотрела новости – половина колледжа Уитмор реально сгорела подчистую, благо, всех находящихся внутри успели эвакуировать… кроме нескольких. Разумеется, среди трагически погибших была и фамилия “Максфилд”, так что душа моя успокоилась. Это оказались не документы, а сканы переписки. Все письма были написаны от руки, что удивительно. С одной стороны, уже известный мне доктор Максфилд, а с другой… Я не сдержала нервного смешка от неожиданности. Да нет… Какого хрена? Т. де Мартель?! Отложила на несколько секунд сканы и глянула ещё раз на приглашение, чисто чтобы убедиться. Да. Размашистая подпись была идентична на всех листах, с поправкой на то, что её каждый раз по новой воспроизводили от руки. Параноик внутри заорал дурным голосом, и я даже не стала его глушить. Так, блять. Кто это? Зачем ему я? И главное – как он связан с “Августином”? Потратила пару минут, чтобы немного успокоиться и собраться с мыслями. В этой стопке, похоже, больше десятка писем – наверняка там есть все или большая часть ответов на волнующие меня вопросы. Письма лежали в хронологическом порядке. Первым шло письмо Максфилда, за ним ответ де Мартеля, следом снова текст от доктора и так далее. 23.08.2008 … К сожалению, доктор Гилберт стал снижать выплаты после того, как не получил удовлетворительных результатов по интересующим его исследованиям… 07.09.2008 … Мы не можем увеличить выплаты со своей стороны, профессор. Вы, безусловно, понимаете, как тяжело проводить финансовые операции между юридическими лицами, чтобы их невозможно было отследить. Ваши исследования очень продвинулись вперёд, так что уверен, вы найдёте подход к доктору Гилберту. В крайнем случае, я постараюсь оказать на него давление со своей стороны… 12.11.2008 … Новые образцы дали значительный результат, однако, как уже упоминалось мною ранее, доктор Гилберт недоволен текущим направлением исследований. Он требует результатов по дорожной карте и угрожает прекратить финансирование. Вы знаете, после вас он второй по объему финансовой поддержки проекта, поэтому прошу оказать на него посильное влияние… 30.11.2008 … Искренне понимаю ваше недовольство, профессор. Рассчитываю созвониться с доктором Гилбертом в течение следующей недели. Обещаю оказать всё возможное давление и указать на необходимость продолжения максимальной поддержки исследований, особенно сейчас, когда вы совершили такой значительный прорыв… 09.01.2009 … Наш последний разговор с доктором Гилбертом имел катастрофическое содержание. Он поставил ультиматум: перевод исследования в интересующее его русло в течение пары месяцев или полное прекращение финансирования… 27.01.2009 … Буду настаивать на личной встрече с доктором. С вашей стороны, надеюсь, вы сможете убедить его, что, как только текущее исследование увенчается успехом, все силы пойдут на интересующие его направления: кардиохирургия, нейрохирургия и протезирование. Прошу вас лишь успокоить его: всё убеждение обещаю полностью взять на себя… 20.03.2009 … Боюсь, доктор Гилберт опять недоволен. Теперь он угрожает не только остановкой финансирования! Он грозится опубликовать некоторые наши засекреченные записи экспериментов и привлечь внимание общественности к излишней, по его мнению, жестокости, не ведущей к развитию медицины! Боюсь, на этот раз никакие убеждения его не проймут. Он был в ярости!.. 02.04.2009 … К сожалению, не могу предложить иного выхода, кроме как устранить доктора. Это жестоко, но его горячность и недальновидность угрожают успешности вашего многообещающего исследования, профессор. Не хотелось бы утерять все ваши огромные достижения из-за такой глупости. У доктора Гилберта, насколько мне известно, есть двое детей подросткового возраста: после его смерти все финансы отойдут им, однако маловероятно, что они станут вникать в них и, соответственно, вряд ли прервут финансирование до своего совершеннолетия. К тому же их, вероятно, проще будет убедить поддерживать наш проект. Моя организация обеспечит устранение доктора в скорейшем времени, пока он не успел навредить исследованиям… 20.04.2009 … Вы правы. Как бы бессердечно это ни было с моей стороны, но я так же не вижу иных вариантов решения проблемы… Я отложила прочитанные письма, чтобы их переварить. Это была лишь примерно половина из всех бумаг. Боже… Грейсон действительно хотел покончить с “Августином”. И его убили из-за этого. На мосту Викери… это был не просто несчастный случай. Отказ механизмов, неровности дороги, недомогание водителя – нет. Это было целенаправленное убийство, причём с холодным и очень циничным расчетом. Сам Грейсон, его жена и старший ребенок. Хладнокровно, но эффективно. Однако… Я взглянула на оставшиеся непрочитанные письма. Однако всё пошло не так, как доктор Максфилд и загадочный господин де Мартель планировали. 12.08.2009 … Гилберты остановили финансирование. Без предупреждений и ультиматумов. Я пытался связаться с их управляющим, но он ответил скупо, лишь обозначив, что это было распоряжение опекуна наследников с их заверенной юристом воли… 01.09.2009 … Боюсь, финансирование от Гилбертов для нас утеряно: пытаться вернуть их заинтересованность отнимет слишком много времени и ресурсов, а они сейчас ценны как никогда. Необходимо искать нового инвестора на их место. Можете рассчитывать на мою полную поддержку и содействие в этом вопросе… Я наискосок пробежала взглядом по следующим письмам, суть которых сводилась к тому, что найти новых щедрых инвесторов не удалось. Ни Максфилд, ни де Мартель никого существенного не привлекли. 14.04.2010 … Вынужден озвучить вам свои опасения. Несколько дней назад я столкнулся в Ричмонде с Еленой Гилберт. Боюсь, она прервала финансирование в начале августа прошлого года совершенно сознательно. Клянусь, мне показалось, я слышу слова Грейсона! Ей не понравилось, что наши результаты не совпадают с дорожной картой, но, в отличие от своего покойного отца, она не стала ставить никаких ультиматумов. Она не угрожала раскрыть засекреченные сведения, однако меня терзает опасение, что она может это сделать… 01.05.2010 … Ваши опасения касательно Гилбертов понятны, но беспочвенны, профессор. Если бы они были заинтересованы в раскрытии информации – они бы уже её раскрыли. Думаю, они просто решили перейти в жёсткую экономию: в конце концов, их основным источником дохода стали дивиденды от инвестиций, а наше исследование направлено исключительно на достижение блага для общества, а не денежные выгоды. Боюсь, нам остаётся только принять меркантильность и корыстность молодого поколения… Я задумчиво цокнула и отложила последнее письмо. Ответ на него Максфилд настрочить не успел, так как лаборатория была уничтожена второго июня. Блестяще. Что ж, в эфире снова причинно-следственные связи для чайников. Но на этот раз всё совсем просто. Гилберты были единственными, для кого уничтожение лаборатории имело какой-то смысл, так как мы в целом единственные инвесторы, у кого имелся конфликт с “Августином”. Разумеется, загадочный де Мартель сложил два плюс два и понял, кто слил информацию недоброжелателям. Кроме меня этого просто никто не мог сделать. А так как этот "Стрикс" был главным вкладчиком… вероятно, даже тем, кто и определял направление исследований, они явно расстроились, что все их вложения просто сгорели дотла. Вместе с главным исследователем, кстати говоря. И теперь они хотят расквитаться или придушить информатора, который вполне может вывести на них… От входной двери донёсся шум ключей. Я прикрыла глаза на мгновение и с удивлением обнаружила, что нахожусь на грани паники. Одно дело – противостоять одиозной личности, культу сумасшедших и всеми осуждаемых фанатиков и мелким ничего не значащим разрозненным группировкам, а совсем другое – вступать в конфронтацию с целой организацией, имеющей за собой значительные финансы, ресурсы и устраивающей бал-маскарад посреди Манхэттена… хуже только то, что я реально ничего не помню о них из сериала. Даже смутно. Пытаясь отвлечься от нарастающего с каждой секундой беспокойства, я глянула на часы. – Ты с риэлтором устроил полноценный турнир в несколько секций и с масштабным пиром в конце? – попытки прогнать закручивающуюся под солнечным сплетением панику были довольно жалкими. Но Элайджа же будет на моей стороне, верно? Даже учитывая, что в этой заднице я оказалась исключительно своими силами и действиями… Первородный хмыкнул. Я вскинула голову, чтобы столкнуться с ним в мягком поцелуе. Господи. Надеюсь, он достаточно могуществен, чтобы отмазать меня перед организацией неизвестного масштаба, спонсирующей лаборатории с околонацистским уклоном… – Если бы я точно не знал, что энергетических вампиров не существует, предположил бы, что он является таковым. – Вообще-то существуют, – пробормотала я, стараясь разогнать тревогу, – Их называют сифонеры. Эта такая довольно редкая мутация у ведьм, когда своей магии нет, но они могут тянуть энергию у других сверхъестественных существ и даже из заклинаний и чар. Вампир задумчиво промычал и коснулся губами моего виска. – Это нотариус тебя так загрузил? – он кивнул в сторону раскиданных по столу бумаг. Паника начала возвращаться снова. Но просто забыть о ситуации не выйдет, потому что над моей головой буквально повисла незримая гильотина. И над головой Джера, кстати, тоже, в какой-то мере. – Нет, с ним мы всё решили, только через две недели надо не забыть выписки забрать, – я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, и вытянула из-под сканов писем злосчастное приглашение в конверте, – Тебе что-нибудь говорит название “Стрикс”? И некто Т. де Мартель, их глава, видимо? Я развернула конверт так, чтобы нависшему надо мной Элайдже было видно рисунок совы и содержание приглашения. Мужские руки, обнимающие меня поперек груди, в одно мгновение напряглись. По аркану ничего значительного распознать не получилось – он передаёт в основном только крайнюю степень ярости, но... и она безусловно закипела сейчас, хоть и не в самом ярком своём проявлении. – Его имя Тристан, – сухо расшифровал первородный, в его голосе зазвенели металлические нотки. – Чудно, – я отбросила приглашение и постаралась задавить подступающую истерику. Элайджа его знает. И у них, судя по тону и эмоциональному посылу, отношения натянуты не меньше, чем были с Альтхаймом. Да блять… – Значит, господин Тристан де Мартель хочет мою голову. Бессознательно вцепилась своими пальцами в обнимающие меня руки первородного. Блять. Он был в сериале, да? Поэтому показался мне знакомым. Но где? В какой момент времени он всплыл? Насколько большую рыбу я разбудила, метая камешки в воду? Неожиданно вампир потянул меня вверх и без труда развернул к себе, усадив на стол и упершись руками по обе стороны от моих бёдер. Я столкнулась с его внимательным и серьезным взглядом. – Почему ты думаешь, что именно твою? – он сощурился и поднял одну руку от столешницы, проведя костяшками по моей щеке. Внутри меня всё ломалось и крошились от сдерживаемой истерики. Я ничего не помню об этом сраном "Стрикс". О де Мартеле тоже. И это организация. Не сумасшедший учёный, возглавляющий когорту собственных рабов, не чокнутый гибрид с манией величия и отсутствующей эмпатией, не одиозная личность, за которой не стоит ничего, кроме собственных сил или безумия. Организация – это деньги, власть и ресурсы. Десятки, может, сотни людей со связями и подчинёнными, способные манипулировать информацией. Все эти романтические фильмы не имеют никакого соотношения с реальностью: личность извне не способна переломить целую организацию. У меня, по крайней мере, нет столько сил и мощи. – Я не думаю, я знаю! – я едва не задохнулась и снова попыталась взять себя в руки, – "Стрикс" финансировали и направляли исследования “Августина”. Я передала информацию о них Деймону, и он уничтожил лабораторию в начале июня. Разумеется, довольно просто понять, кто именно слил данные, если ушедший разочарованный инвестор всего один! Кэролайн передала мне переписку Максфилда и этого де Мартеля… Я обхватила себя руками, стараясь удержаться от полного срыва. С одной стороны, хотелось оттолкнуть от себя мужчину и запереться в душе под холодными струями, пока не приду в себя, с другой… Плохо реагирующее в таком состоянии на команды мозга тело решило всё за меня. Я прижалась к Элайдже, спрятав лицо у него на груди и вцепилась пальцами в его рубашку. Только не истерика… только не ручьи слёз и визги, я же взрослая женщина, могу держать себя в руках, даже если мне потенциально могут устроить несчастный случай в любое мгновение как отцу, матери и... оригинальной Елене… Господи. Одна рука мужчины крепко прижала меня ближе, дыхание его осело на моей макушке. Однако до меня донёсся шорох бумаги за спиной, так что другой рукой Элайджа, видимо, перебирал письма, сейчас они лежали в обратном порядке. Дыхание сместилось, губы снова прижались к моему виску. Хотелось, чтобы я просто отстранилась, а “Августин” с этим непонятным "Стрикс" оказались лишь галлюцинацией или в мгновение ока разрешились сами собой. – Елена, – первородный мягко, тихо позвал меня, пощекотав дыханием ухо, но я только покачала головой. Не могу, иначе реально провалюсь в истерику, это же такое позорище будет, – Они ничего тебе не сделают, не посмеют. Даю тебе слово. Он угадал ход моих мыслей. Впрочем, наверное, неудивительно, это довольно очевидно должно быть. Я вдохнула и выдохнула, постаравшись вернуть себе хоть каплю самообладания. Повернула голову, чтобы прижаться ухом к его груди и слышать размеренный стук чужого сердца. Стискивать его рубашку я однако продолжила всё так же отчаянно. Отстраниться значило бы остаться без опоры, а это непременно станет для меня триггером для срыва. Я просто... Не могу. Сложно сохранять хладнокровие, когда действительно не представляешь, чего ожидать. Может, наёмники уже караулят меня за каким-то поворотом или ещё месяц назад повредили тормоза в машине. Боже... Нет... Я просто не могу взять себя в руки, понимая всё это. Конечно, умереть окончательно я не могу, но это не значит, что готова снова тонуть в речке, узнавать, какого это – оказаться в эпицентре взрыва газового баллона или пробовать на вкус смертельный яд. Я не хочу умирать, даже прекрасно понимая, что максимум спустя несколько минут воскресну целой и невредимой. – Ты знаком с этим Тристаном, – это должен был быть вопрос, но получилось утверждение. – Я его обратил, – ровно сообщил Элайджа, – Больше девятисот лет назад. И основал "Стрикс" около восьми сотен лет назад, – у меня в глазах на несколько мгновений потемнело, но я заставила себя слушать чужой голос, который к тому же раскатисто отдавался в груди у меня под ухом, – Однако мне пришлось покинуть организацию практически сразу после создания. А когда столкнулся с ней в следующий раз, она утеряла всё то, ради чего вообще была создана. Не в последнюю очередь потому, что её возглавил Тристан. Каждый раз, когда он произносил имя де Мартеля, оно звучало с презрением, отвращением, такое ощущение, что, проговаривая его, он хотел сплюнуть. – Ты обратил того, чьи действия презираешь? – я попыталась ухватиться за что-то отстраненное от ситуации. История минувших дней, отличная тема для отвлечения. – Он должен был умереть, – равнодушно ответил первородный, тем не менее его голос всё равно имел какой-то… гипнотический эффект. Он запустил руку, которой до этого перебирал документы, мне в волосы, мягко поглаживая и отвлекая от хаотичных переживаний, – Я обратил его для того, чтобы он умер в итоге. – И почему же он ещё жив? – двоякий вопрос: де Мартель ведь не только избежал гибели, когда было суждено, но и от рук Элайджи в дальнейшем, верно? – Потому же, почему не умер сразу же, – досадливо ответил первородный, не отвлекаясь при этом от ласковых прикосновений, – Слишком скользкий и трусливый, предпочитающий действовать через других, нежели взойти на сцену и показать себя. – Эта организация… – я прикрыла глаза и попыталась полностью отмахнуться от беспокойства. Вышло не слишком, и дальнейшие слова застряли в горле, даже руки мужчины не помогли сбросить тревогу. Вампиры. Они все вампиры, верно? Сотни лет существования… насколько они должны быть опасны?.. – Они не настолько могущественны и сильны, насколько хотят казаться. Тем более, редкие встречи со мной заканчиваются для них… плачевно. В последний раз мы пересекались в Праге около пятидесяти лет назад. Очевидно, после этого они сбежали на другой континент. Часть меня неожиданно быстро успокоилась после этих слов. Так или иначе, они боятся Элайджу, а это значит, что не пойдут на открытую конфронтацию с ним ради того, чтобы оторвать мне голову. – Поверить не могу, что единственный выход, который они нашли – избавиться от отца, когда он начал задавать неудобные вопросы, – пробормотала я, расслабившись в чужих руках. Кажется, в сериале умышленной причины той аварии так и не нашли, хотя шериф подозревала, что это был всё же не несчастный случай. Мышцы мужчины снова напряглись, а руки потянули меня ближе. – Тристан не способен самостоятельно проводить сложные долгие схемы: он слишком нетерпелив и недальновиден. И практически лишён личной харизмы, ко всему прочему. Он предпочитает простые и предсказуемые решения. Я вдохнула и выдохнула. Ладно. Предположим. Но это не избавит меня от потенциальной встречи с головорезами этого мудака. Он же не знает о моей близости с первородным... – Полагаю, мне придётся ненадолго отлучиться, чтобы нанести "Стрикс"… визит вежливости, – Элайджа опустил голову, и его горячие губы скользнули по моей шее, запустив волны мурашек по коже. Я взяла себя в руки. Ну нет. Хрен он от меня куда-то уедет, только если… – Не рассчитывай, что я отпущу тебя одного… Я вздрогнула, когда руки мужчины неожиданно перестали прижимать меня. Он подался вперёд, и моё дыхание сбилось, когда я оказалась уложена на стол. Мужская рука, не давшая моей голове стукнуться о столешницу, выскользнула из моих волос и ласково провела по щеке. Я разжала руки, до того удерживающие его за рубашку, и провела ими по широким плечам. Элайджа встретился со мной тяжёлым тёмным взглядом. – Не стоит. Это просто грязная работа, на которую тебе не нужно смотреть. – Приглашение на меня, – отметила я. И “плюс один”, конечно же, как положено, – А ещё, мне кажется, я могу претендовать на место в первом ряду на казнь де Мартеля. – Вряд ли он явится лично, – Элайджа поморщился, но не отвел тёмные глаза даже на мгновение, – И тебе всё это совсем не понравится, даже если ты считаешь иначе сейчас. Я подняла руки выше и сцепила их у первородного за шеей. – Мне не понравилось тонуть в запертой машине… и хоронить родителей… и узнавать, что это был не несчастный случай, тоже. Елена Гилберт умерла в той машине. Как личность. Она получила мою – более взрослую, хладнокровную и серьезную. Однако душа всё та же. Та же, что была у Татьи, та же, что была до того, как машина Грейсона Гилберта рухнула с моста в холодную реку. От личности оригинальной Елены не осталось ничего, но всё же… что-то внутри меня всё равно хотело отмщения. За родителей, за брата, за саму себя в конце концов. Её чувства и привязанности остались со мной. Может, чуть притупленные смазанными воспоминаниями другой жизни, но остались. Любовь к брату, к тёте, какая-то теплота к подругам, хоть я и заглушила её в первую очередь. И да, где-то внутри всё равно тлела любовь к родителям, к людям, которых я никогда не видела вживую, но... Сердцу не прикажешь, как ни старайся. – Я хочу голову Тристана де Мартеля, Элайджа. В таком положении, когда свет падал со спины, его радужка и зрачок сливались в единое темное пятно, без единого блика. Почти как смотреть в бездну. Несколько мгновений висела тишина, но понять по глазам, о чём он думает, не получилось. Но затем мужчина всё же хмыкнул и наклонился вперёд, почти касаясь моих губ своими. – И ты её получишь, даю тебе слово, – ласково пообещал он.