95. "Неблагоприятные погодные условия и их влияние на сохранность организма" или "Вселенская несправедливость"

Я в целом ненавижу выездные вечеринки за городом, потому что ночевать вне дома не люблю, а возвращаться после них очень долго. Но иногда приходится на них появляться. Правда, как правило, не по своей воле. Я и в этот раз не хотела. Меня практически заставили. Ну, хотя бы мероприятия по поводу дня Основателей в этом году не такие пышные. Не юбилей всё-таки, так что можно на них отмечаться чисто символически и через часик уходить по своим делам. Но, возвращаясь к главному… зачем вообще устраивать выездные вечеринки, блять, зимой? Это тупо. Особенно когда погода – полный пиздец для наших краёв. Но меня, скучную психологически взрослую тётеньку, никто не спрашивал. Джер, Ребекка и Кол поехали – и мне пришлось. Потому что Элайджа и Ник заняты чем-то там по поводу даремских охотников и ещё каких-то вопросов, и защитить, когда эта команда – Кол и Бекс, я имею в виду, брат бы со мной так не поступил – любителей подростковых забав зажала меня в углу, оказалось некому. Пришлось соглашаться. Тем более лучше бы за ними присматривать, а то мало ли. По дороге мы ещё и Кэролайн подхватили. В итоге, как я и предсказывала, на вечеринке было холодно, мокро, голодно и в целом скучно. Алкоголя мало, сразу видно – не Локвуд организатор, из еды только какая-то мелкая химозная закусь типа чипсов, а из развлечений только трёп. Сверху ещё и мокрый снег безостановочно валил. Поэтому спустя мучительные полтора часа мы коллективно решили вернуться домой, потому что стало совсем темно, зима же, а фонарики, разумеется, никто не предусмотрел, а также безбожно мокро и холодно, да и настроение окончательно скисло. Ну, на самом деле намылились уехать в нашей компании все, кроме Ребекки. Она сказала, что её подвезут позже или она вообще останется у кого-то ночевать. Флаг ей в руки, а я домой хочу. Кол только ехидно заметил, что это значит, что в холодильнике останется больше крови, ведь в последнее время его сестрица слишком уж прожорливая. Уверена, что он просто хотел её намеренно поддеть, потому что его реплика звучала как обычный намёк девушке, что она толстая, но эффекта его словами никакого произведено не было, потому что кровососы не толстеют и сама Бекс об этом прекрасно в курсе. В общем, сегодня Кол не блистал особо остроумными комментариями. В сторону вечеринки мы ехали с Ребеккой за рулём, а обратно запихнули Джера. Я из принципа от водительского места всегда отказываюсь, кроме случаев, когда нет варианта на кого скинуть, Кола за руль особо никто не пускает, потому что он… не то чтобы плохо водит, но с риском инфаркта для пассажиров, да, а Кэр – человек, так что выпивка из неё ещё не выветрилась. Она бы в любом случае не согласилась, так как тоже придерживается мнения, что если есть мужик, пусть за рулём сидит мужик, а у нас девочек тонкие, нежные лапки, нам сложно (лень). Пять минут перед выездом пришлось потратить на радио, потому что… на улице говно. Очень похолодало, сегодня вообще весь день валил снег, который, разумеется, быстро становился мокрым и тяжёлым, так что деревья складывались на дорогу в каких-то безумных количествах. Соответственно, с проездом по многим дорогам беда. Радио любезно сообщило, что по тому пути, по которому мы ехали сюда, обратно уже не вернуться. В принципе, мы ещё в дороге все тихо психовали, что что-нибудь вот-вот свалится нам на головы. Не свалилось, конечно, но наш прогноз был в правильном направлении. – Сегодня я ночую у вас, – заключил Джер, досадливо цокнув. Да, прямая дорога в Данхэм-лейк тоже закрыта, а объезжать слишком долго, и не факт, что там ещё ничего не упало. – А завтра, видимо, все сидят по домам из-за опасной дорожной обстановки, – кисло пробормотала Кэр после слов диктора о похолодании до минуса завтра. Сегодня держался твёрдый ноль. – А ты, золотко? Останешься у нас? Конечно, можем сделать небольшой крюк… Форбс тяжело вздохнула и кивнула. – Если не выгоните, то я с удовольствием… мама вряд ли сегодня вообще уедет с работы, учитывая погоду. И завтра. Да. С зимней резиной тут туго. Честно говоря, на месте Бекс я бы не рисковала ехать с кем попало, потому что шины действительно меняют единицы, всё-таки минусовых температур тут практически не бывает, а если и бывают, то это приравнивается практически к чрезвычайной ситуации. Элайджа, к счастью, параноит по поводу безопасности не хуже меня, так что ещё в ноябре поменял резину, а на этой машине замену произвели в середине января после моей практически истерики. А вот Кол на своём Додже, например, всё также катается с нешипованными шинами. Псих. Короче, аварий за ночь будет… заебешься разгребать. И завтра тоже. Уже искренне сочувствую шерифу и всем причастным. В любом случае, Джер дороги за пределами города, в отличие от меня, знает превосходно, так что можно было не волноваться о пути домой. Но кто ж знал, что опасность в поездке может выражаться не только в падающих деревьях, обледенелом асфальте, засадах охотников и… ладно, о мёртвых ведьмах я уже знала, но не ожидала, что они проявят себя вновь. Хотя вообще, строго говоря, мы хоть и неосознанно, виноваты в столкновении сами. На пустом тёмном мокром шоссе не было даже фонарей, а за облепленными мокрым снегом деревьями едва ли можно было разглядеть, что происходит по обе стороны от дороги. Стоит сказать, что, вопреки вроде бы необходимости подсуетиться о мёртвых Беннетах уже давно, мы до сих пор этого не сделали по очень веской причине… никто так и не смог узнать, где искать их гнездо. Разумеется, мёртвые ведьмы привязаны к какому-то конкретному месту, это очевидно. Мы изначально предположили, что у них что-то вроде карманного измерения, прицепленного к какой-то локации, в которое они успевают, заранее зацепившись, сбежать до того, как их утянет за Грань. Кол поделился, что ведьмы Нового Орлеана пользуются именно такой схемой. Но вот где это место?.. Из сериала мне вспомнился заброшенный особняк где-то за пределами города, но не очень далеко, однако архивные поиски ничего не дали: заброшенных домов разных стилей и размеров вокруг Мистик Фоллс пруд пруди, можно было бы попробовать объехать все, но далеко не факт, что мы, во-первых, что-то в принципе найдём, потому что ведьмы могли хорошо затаиться, а во-вторых, нет гарантии, что Беннеты не подсуетились и не замели следы, спрятав все концы ниточек, ведущих к заброшенной недвижимости, в воду, а шанс на такой расклад велик – они любили работать в городском архиве, даже Шейла, как оказалось, там какое-то время трудилась после того, как закончила с преподавательской карьерой и активной общественной деятельностью. Так что не имело смысла искать нахрапом то, что по умолчанию найти без точных данных невозможно. Бонни нам никак не поможет, тут и пытаться не стоит. Может быть, Люси могла бы: она, вроде, адекватная и, наверное, понимает, что не очень круто вынужденно подчиняться какой-то левой тётке, которая преследует свои цели, никак не связанные с благополучием вашего рода. Только вот её номер у меня был лишь на том телефоне, который благополучно утонул под мостом Викери, и восстановить данные не удалось. Обидно. В общем, ничего не предвещало беды. Ровно до того момента, как мою голову по ощущениям пронзило насквозь тысячами… даже не игл, а толстых вязальных спиц. Это оказалось так невыносимо больно, что я не смогла сцепить зубы и вскрикнула. Не только я. Сквозь звон в ушах как от контузии до меня донёсся то ли хрип, то ли болезненный стон Кола. – Елена! – Кэролайн схватила меня за плечи, но зрение полностью размылось от подступивших слёз и боли, так что сказать, какое у неё выражение лица и не плохо ли ей, было невозможно. По ощущениям машина начала резко тормозить, но смазанный сиплый голос Кола мгновенно скорректировал реакцию Джера: – Езжай дальше… и быстро. Самоощущение в пространстве пропало, вестибулярный аппарат отказался работать, а по губам из носа обильно потекла кровь, даже смотреть, чтобы удостовериться, не надо было. На несколько секунд мне показалось, что мой череп сдавили так сильно, что он вот-вот треснет, глаза лопнут, и всё содержимое черепной коробки вытечет наружу уродливой грязной кашей, замызгав салон. А потом всё резко прекратилось. Абстрактные спицы исчезли, давление пропало, в носоглотку хлынул свежий обжигающий воздух вместе с густой тёплой кровью. – Теперь тормози… – сдавленно выдохнул Кол. Машина тут же начала сбавлять скорость, и в итоге Джер съехал на обочину. Из открывшейся передней двери в салон хлынул влажный холодный воздух, а потом распахнулась моя, и меня буквально вытянули наружу. – Будь паинькой, дорогуша, пей, – Кол сунул мне своё неаккуратно вскрытое запястье, – Элайджа в любом случае снимет нам головы по очереди, но если ты будешь на момент приезда целёхонькой и пышущей жизнью, то это произойдёт хотя бы с меньшими мучениями в процессе. Пришлось пить. На вкус вампирская кровь лучше не стала, но мозг любезно подсказал, что самостоятельно я себя вылечить в любом случае не смогу, даже если в хаотичных мыслях выцеплю подходящее заклинание: концентрации просто не хватит, чтобы что-то колдануть. А умирать и воскресать не хочется. Когда регенерация вернула мне способность более детально соображать и анализировать действительность, обнаружила себя сидящей уже на переднем сиденье, свесившись наружу через открытую дверь. – Мёртвые ведьмы… – тихо пробормотала я больше как полувопрос, предположение, приняв из рук Кола влажную салфетку, чтобы избавиться от кровавых следов на лице. Хотя это глобально уже никак не поможет, потому что по ощущениям ворот водолазки залило тоже. – Мёртвые ведьмы, – с горькой усмешкой согласился ведьмак. С неба так и валили крупные мокрые хлопья снега, в глазах начало рябить. Я вздрогнула, когда по пустой дороге разнёсся хлопок закрываемого багажника. Джереми показался из-за машины, крутя в руках мощный фонарь, почти прожектор: такие подходят как раз таки для такой глубокой темноты, когда света от фар слишком мало или он не захватывает нужную территорию. Джер отвернулся от нас и щёлкнул выключателем. Фонарь загорелся, заливая светом облепленные снегом кусты и деревья. Довольно далеко от нас, но всё равно на прекрасно обозримом расстоянии, даже учитывая снегопад, за ветками без листвы заблестели окна дома. Не все стёкла были целыми, а крыша заметно просела. Нам отсюда было видно, наверное, последний, третий этаж. – Вот и их милое гнёздышко… – пробормотал Кол. – Почему они напали? – нервно спросила Кэр, подойдя ко мне, и вытащила из моих рук салфетку, принявшись оттирать то, что я сама не смогла, – Они же буквально выдали своё местоположение! Не то чтобы это плохо, конечно, просто… глупо? – Потому что все мёртвые суки, избежавшие смерти таким путём, считающие, что в своём положении почему-то могут что-то решать за живых, диктовать им какие-то условия, всегда слишком самодовольные и самоуверенные, – зло сплюнул Кол, – Они потратили практически все силы на нападение далеко от своей территории, так что на Мистик Фоллс повлиять едва ли теперь в состоянии, но здесь ещё могут что-то такое выкидывать. – А они ещё не восстановились? – полюбопытствовал Джер, поморщившись и выключив фонарь. Смотреть больше не на что, – Времени-то прошло уже прилично. – Это не так просто для духов, – ответила я, – Восстановление энергии во многом зависит от физического тела. В их случае, так как они просто бестелесные духи, не способные существовать вне своего искусственного изменения, они буквально по крупицам сосут энергию из окружающего мира, не имея возможности восстанавливать её самостоятельно. Вероятно, тот объём сил, который они потратили в ноябре, был накоплен ими… – …С самого момента, как они создали свой план, скорее всего, – закончил Кол, прислонившись к капоту сбоку рядом со мной, – Хотя мне тогда удалось их спугнуть раньше, чем они истратили прямо всё, пободаться они ещё могли бы, но и эти сучки ведь не совсем идиотки, чтобы сливать весь объём насухо. Кстати, не обязательно из окружающего мира, вполне могут подсасывать у потомков напрямую… Да, или так, хотя сомневаюсь, ведь для этого живые Беннеты должны околачиваться здесь на постоянной основе и в больших количествах. Но то, что мертвые ведьмы напали на нас сейчас, действительно, как метко заметила Кэр, невероятно глупо. Сбежать-то они с места никуда не могут, а мы ещё сюда вернёмся, только уже не просто так… хотя, может, у них просто автоматическая защита стоит, почти как у нас на особняке. Но всё равно получилось максимально тупо. – Всё, я жива и даже спасу ваши головы от гнева Элайджи, – выдохнула я, осторожно наклонив голову сначала на одну сторону, а затем на другую, чтобы удостовериться, что мозги не вытекут через уши, – Теперь поехали домой. Сейчас мы мёртвым маразматичкам ничего не сделаем, но теперь знаем, где они сидят. Глаза Кола опасно сверкнули, и он едва уловимо кивнул больше своим мыслям, чем мне. Я переползла обратно на заднее сиденье к Кэр. Хоть все повреждения и залечились бесследно, но паршивые ощущения остались. Всплеск гормонов не задавишь даже чудодейственной вампирской кровью. Адреналин и все сопутствующие ещё с пару часов меня помучают. Заметила, что Джер сверяется с навигатором и ставит карандашом точку на бумажной карте из бардачка. Да, лишним не будет, хотя приблизительно мы всё равно нужное место вновь найдём. Краем глаза заметила, что рядом с крестиком брат подписал “мёртвые маразматички”. Точно найдём, никуда они от нас сбежать не смогут. Наконец мы тронулись с места. – То, что они делают… – неожиданно начала Кэролайн, к плечу которой я бессильно привалилась, – Это же ужасно лицемерно! Бонни сама мне говорила, что они серьёзно следуют законам Вселенной и природы, ни в коем случае их не нарушая, а избегание смерти – это ведь… Кол на переднем сиденье тяжело вздохнул и мученически провёл ладонью по лицу. – Дорогуша… – начал он, но не продолжил, схватившись за переносицу, явно не готовый сейчас к пламенной лекции по поводу всеобщего лицемерия в целом. Я тоже тяжело вздохнула. – Нет никаких законов природы, Кэр. Никакой тёмной и светлой стороны Силы, никакого баланса, никакой карающей вселенской длани, которая вздрючит тебя за нехорошие поступки. Вселенная – это Вселенная. Она не обладает ни разумом, ни моралью, ни этикой. Это даже не живое существо. Ты можешь выворачивать мир хоть наизнанку, ничего конкретно тебе за это не будет. Вселенная – эта такая… программа. Она просто адаптируется, подстроится, что бы ни случилось. На браконьеров не падают с неба метеориты за полное истребление видов, государства не рушатся от того, что портят озоновый слой и загрязняют океан. Лишь наличие морали, этики, чувства правильного заставляют нас карать преступников и самим раскаиваться в преступлениях. Не природа или какая-то разумная Вселенная. Мы сами. Испытывают ли звери муки совести за убийство сородича? Нет. И на них за это не обрушиваются молнии с неба, не следует никакого вселенского наказания. Потому что его нет. У животных нет морали, нет сложных норм, а у нас есть, и потому нам кажется, что преступник, совершивший что-то противоречащее этим нормам, должен быть наказан. Но он не всегда бывает наказан нами самими, не всегда садится за решётку, не всегда привлекается к ответственности вовсе. Поэтому мы придумываем себе какие-то глобальные всемогущие силы, которые обязательно справедливо накажут “грешника” в каком-то абстрактном будущем, раз уж мы сами почему-то не смогли. Но правда в том, что их нет. Нам, в силу несправедливости жизни, хочется верить, что они есть, но это только наша хотелка, ничего больше. Конечно, есть некоторые моменты, когда кажется, что “вот оно: Вселенная наказала!”, но это всё – лишь идущее изнутри самого преступника. Неосознанное самонаказание, мы сами проецируем на себя кару, которую считаем, что заслуживаем. Человека гложит вина за убийство, давит осознание ошибок, он ищет и ждёт наказания сам, всё это голая психология, а не кара от Вселенной. Но есть такие вот, как Беннеты, которые считают себя “регуляторами”, которые могут наказывать тех, кого сами считают необходимым, по выдуманным ими же законам. Кэролайн невидящим взглядом уставилась в спинку переднего сиденья. Да, довольно печально и вроде бы совершенно несправедливо. Как бы мне ни хотелось, чтобы, например, Фрею некие божественные силы покарали за её слабость, за её неспособность нести ответственность, которую она уже взяла на себя, от которой не избавилась, пока была такая возможность и пока это бы не стоило невинной уже полноценной чужой жизни, я понимаю, что… ничего ей не было и не будет, если только она сама не испытывает муки совести. Ведьма вполне способна из-за внутреннего самобичевания проклясть саму себя, но лишь если она действительно чувствует вину, чувствует необходимость кары. Если же нет, то… убивай младенцев налево и направо: своих, чужих – неважно, ничего страшного не случится. Но, с другой стороны, как будто было бы хорошо, если бы нас всех карала какая-то невнятная сила? А если бы её нормы отличались от наших? Типа законов Хаммурапи, в которых смертная казнь предусматривалась даже там, где преступление объективно не было столь серьёзно. Это всё философия, конечно. Лучше ли жить в мире непреложных правил или в свободном, где главный и по большому счёту единственный настоящий судья и палач для себя – ты сам? – А почему только на вас двоих напали, а я и Джереми ничего не почувствовали? – тихо уточнила девушка, встряхнув головой, видимо, отгоняя все размышления. – Кол – вампир, Беннеты их не любят. Я на стороне вампиров, поэтому тоже в их глазах “нарушитель”. Джер полностью резистентен к любой магии, так что, даже если его тоже атаковали, он ничего не почувствовал. А ты, к твоему же счастью, человек: тебя бы они трогать не стали. Форбс резко выдохнула и покачала головой. Вероятно, впервые не жалела, что не является сверхъестественным существом. На самом деле, скорее всего, это действительно была просто “автоатака”, преднастроенная защита, а я и Кол попали под некие её критерии: ведьмы-чужаки, банальные недоброжелатели или что-то около того. До дома мы добрались без происшествий. Выйдя на улицу, я обратила внимание, что у Кола, оказывается, так же как у меня, весь ворот серой футболки залит кровью, и с лица и шеи она оттерта довольно паршиво, так что остались заметные коричневые разводы. Уверена, единственное, о чём он сейчас думает – душ, а всё остальное уже как-нибудь потом, может, даже завтра. В зале на первом этаже мы всей компанией наткнулись на Ника. Выражение лица у него было очень сложным, пока он нас разглядывал. – Кэролайн ночует у нас, – сообщила я, прервав эту немую сцену, – Может быть, завтра тоже, если погода не наладится. Озадачьтесь, пожалуйста, ужином. Не очень нежно пихнула девушку в сторону гибрида и стремительно отправилась в жилое крыло, подхватив под руки несопротивляющихся Кола и Джера. Я тоже сейчас могу думать только о душе. Парни скрылись в своей комнате. Вернее, в комнате ведьмака, конечно, но и ежу понятно, что Джереми не в гостевой ночевать будет, как и Кэр. А перед дверью в нашу комнату я столкнулась… с Элайджей, да, разумеется, не могла же я просто чудесным образом без всяких дополнительных опций попасть в душ. У первородного лицо приняло ещё более сложное выражение, чем у Ника, но я просто молча схватила его за рукав и затянула за собой в комнату. – За ужином расскажу, – пообещала я и на ходу потянула с себя вещи, как только дверь за нами закрылась, – Если это хоть чуть-чуть скрасит впечатление, Кол выглядит ещё хуже меня. Со мной всё в порядке. Кроме настроения. – Он тоже весь в крови? – ровно уточнил мужчина, поймав мою окровавленную водолазку и кинув её в корзину для белья, а не на пол, куда я её изначально не глядя швырнула. Со стороны мне показалось, словно бы он сейчас боролся сам с собой, чтобы всё-таки не прижать меня к месту и не осмотреть самостоятельно. Не может не восхищать, как он чудесно контролирует свою на самом деле страшно деспотичную сущность. – Да, только у него она ещё по всему лицу размазана ровным слоем. – А если сократить рассказ хотя бы до двух слов? – хмыкнул Элайджа, последовав за мной в ванную комнату, но не став раздеваться, чтобы встать вместе под душ. Теплая вода приятно окатила всё тело. Мне только всполоснуться, смыть всё напряжение и липкое фантомное ощущение подсыхающей крови на лице и шее. Может, завтра лягу в ванну отмокать целиком. – Мёртвые ведьмы, – сухо сообщила я резюме всего произошедшего. В принципе всё в нашей жизни на текущий момент можно описывать таким образом: “Эстер”, “охотники”, “с неба упала тётя Далия”. Тьфу-тьфу-тьфу, нет, вот только последнего нам не хватало. – Напали снова? – глухо уточнил он. – Не совсем. Скорее, мы сами на них нечаянно напоролись… – я рассеянно фыркнула, – Не пытайся вытянуть из меня всю историю целиком! Сказала же, за ужином расскажу. – За ужином может языком поработать и Кол, – с тихим натянутым смешком отозвался Элайджа. – Кто-то должен будет исправлять его на виражах, – заметила я, выключив воду, – А чем вы сегодня таким архиважным целый день были заняты? Вампир задумчиво промычал, а затем хмыкнул. – За ужином расскажу. Говнюк. Я выскользнула из душа на коврик и приняла помощь с натягиванием халата. – У меня иногда есть желание занять какой-нибудь остров посреди океана, построить там замок, провести всю инфраструктуру и просто изолироваться от мира. Необходимые ресурсы привозить кораблём раз в неделю. И никто уже не сможет сказать, что мы что-то там кому-то портим своим существованием рядом, верно? Элайджа криво усмехнулся и осторожно поймал меня в объятия одной рукой, а ладонь другой, тёплую и сухую, положил мне на щёку. – Обладая достаточным жизненным опытом, готов поспорить, что благодаря некой иронии мироздания на острове обязательно окажется какое-нибудь древнее кладбище, полное недовольных духов, и о покое придётся забыть, – он провёл большим пальцем по моему виску, внимательно вглядываясь в глаза, – Кол дал тебе кровь? – Да, – я хмыкнула, – У меня была опция умереть от аневризмы и воскреснуть, но она никому не понравилась. Первородный поджал губы, тяжело вздохнув. – Не находить неприятности на ровном месте явно какая-то чуждая концепция для нас всех, верно? – с горьким смешком риторически уточнил он. Да, изоляция на острове вряд ли исправит или нивелирует эту особенность. – Ребекка ночует у кавалера, так что её можно сегодня не ждать. И завтра, наверное, тоже, учитывая прогноз погоды, – выдохнула я, отбрасывая тему бесконечно рушащихся на наши головы проблем разной степени отвратительности. Надоело. – Было бы неплохо хоть раз услышать его имя, – недовольно отозвался Элайджа. А мне уже, честно говоря, совершенно не интересно, кого блондинка эксплуатирует на данный момент времени. Вообще на загулы сестры Майклсоны коллективно перестали обращать внимание. Видимо, собственная удачно развивающаяся личная жизнь позволила им отпустить этот гиперконтроль над давно взрослой вампиршей. К сожалению, это не значит, что этот самый контроль ей совсем не нужен. Да и я ещё помню её нытьё по поводу “разъединения” семьи, вернее, просто смещения фокуса внимания братьев с её персоны, так что есть у меня нехорошее подозрение, что когда она поймёт, что её гульки по мужикам никого уже не волнуют, то придумает какой-нибудь другой способ вернуть себе волнение родственников, если уже не придумала. Как ребёнок. То есть, скорее всего, подкинет нам всем ещё одну проблему. Ладно, надеюсь, до этого всё-таки не дойдёт. Ужин, видимо, был уже почти готов и без пинка со стороны Ника, так что нас позвали, едва я успела натянуть свежую одежду. Весь рассказ уложился довольно компактно. Да и что рассказывать-то? Ехали по окружной дороге из-за погоды, проезжали мимо заброшенного особняка, который оказался гнездом мёртвых ведьм Беннет, нам с Колом чуть не вскипятило мозги, уехали оттуда злые и помятые с мрачными планами в обозримом будущем вернуться и выжечь там всё нахрен. – А вы чего сегодня такие озабоченные? – без энтузиазма полюбопытствовал Кол, добавляя в свою чашку кофе четвёртую ложку сахара. Джер уже на него обеспокоенно подглядывать начал, потому что обычно ведьмак обходился вообще без каких-либо добавок. – Примерно по той же самой причине, – хмыкнул Ник, – Только живой её части. Я вскинула брови, глянув на Элайджу. Тот вздохнул и потёр переносицу. – Две ведьмы Беннет приехали вчера вечером в Шарлотсвилл. Ещё две – в Ричмонд. Полагаю, до сюда не доехали из-за погоды. Блять. А им-то что здесь надо? Приперлись уговаривать Бонни уехать обратно? Для этого хватило бы одной, максимум двоих. Почему не все остановились в Ричмонде, зачем заезжать в Шарлотсвилл? Это просто нелогично, мимо него же не проходит ни одно крупное шоссе. – Среди них, случайно, нет Люси? – с тихой надеждой уточнила я, – Она, вроде, адекватная. – Нет, – досадливо отозвался Элайджа. Он Люси, которая нам пусть и не сильно, но всё же в какой-то мере помогла, тоже должен помнить. Жаль. На самом деле, конечно, я понятия не имею о её отношении к делу: мы с ней в общей сложности говорили минут десять, но верить, что она хотя бы если не за нас, то против древней ведьмы, хотелось. По крайней мере, на перспективу влияния Эстер она тогда отреагировала очень резко и однозначно. – Может, они хотят снова увезти Бонни? – без особой уверенности озвучила крутившийся у меня в голове вариант Кэролайн. – Для этого не нужно приезжать всем скопом, – чуть скривившись, заметил Ник. Вообще-то, может, и нужно. Если она уехала, скормив теткам и кузинам ту же лживую байку о каникулах с отцом, что она выдала нам, то старшие Беннеты уже давно должны были почуять неладное, особенно, когда каникулы кончились, а подопечная не вернулась. А учитывая, что всё едва не закончилось одержимостью ещё при живой Шейле… решили подстраховаться? И приехали по двое с разных сторон, чтобы можно было устроить “эффект неожиданности”. Две ведьмы, наверное, сразу приедут сюда, а ещё две будут сидеть на измене и ждать сигнала, чтобы прийти на помощь в случае беды. На всякий случай даже глянула в терминал на наш внешний городской сигнальный контур, который пока так и болтается недоделанным, я ещё и “уведомления” для себя заглушила, но в нём ничего интересного и подозрительного не было: проверенные вдоль и поперёк подчинённые болтались туда-сюда по поручениям, Лекси приехала и уехала, как и Хейли, слава Богу, Финн и Сейдж тоже свалили в медовый месяц, больше ничего. Ну и мы сегодня съездили на вечеринку на свои головы… На глаза попался задумчивый Хенрик, который в разговоры взрослых не встревал, но всё мотал на ус. Вот, тоже фактор риска. Тут же не только наши весьма крепкие шеи в зоне поражения, а ещё и другие, весьма хрупкие… Я скосила взгляд на Кэролайн. Очень хрупкие. И что делать, если врагов меньше не становится, а будущее с каждым днём всё туманнее и туманнее? Хоть сплошной непроницаемый щит над домом ставь и живи в полной изоляции, честное слово.