Глава 11

День горящего очага всегда был волшебным праздником, объединяющий все народы пони. За дворцовыми стенами Минас-Иа единороги пели песни, ходили друг к другу в гости и просто веселились. Эта же атмосфера наблюдалась и в самом замке. Вот только не для всех он был мил, каким должен был быть. Томно вздыхая королева Тейя, уже полгода не находила себе места. Ее сын за все то время, что находился в походе так и не отправил никакой весточки. Материнское сердце обливалось кровью, однако совет уверял ее, что все будет хорошо. Будучи уроженкой иного края, кобылка прекрасно ощущала, когда ей врут. И они ей нагло лгали, чем чаще она с ними общалась на эту тему, то сильнее становилась лож. Не желая более видеть их, королева пребывала в своих покоях, напрягаться в ее положении было нежелательно, а посему из-за сидячего образа жизни слегка набрала круп. И вот сейчас, сидя у камина, кобылка поглаживая живот напевала колыбельную, что когда-то пела сыну. - Мы вам не слишком мешаем? - слегка скрипя дверью в покои королевы вошел монарх. - Нет, - мило улыбнувшись мужу, кобылка вернула взор на пламя. - Ты нам с малышкой не помешал. - Малышкой? - удивился Оуриос. - Да, - кивнула она, - мы чувствуем это, и кажется она станет великой волшебницей. - Это же замечательно, - с улыбкой на устах, жеребец поцеловал свою кобылу, - она будет гордостью наших земель. - А как же Космос? - беспокойно, взглянула Тейя на мужа. - Чувствуем мы, что его имя будет звучать на устах каждого, - мечтательно начал король, - и не важно кто им будет враг или друг, это имя будет внушать уважение, - но не успел он договорить, как жена его перебивает. - Или ужас, - закончила кобылка. - Ну куда же не без этого, - слегка хмыкнув, жеребец обнял белую единорожку. - Мы беспокоимся за него, Оуриос, - положив голову на плечо мужа, с беспокойством начала королева, - сердце кровью обливается, а по ночам кошмары приходят. - Что за кошмары? - обняв кобылку сильнее, спросил монарх. - В них мы с тобой и малышами сидим на заднем дворе, - глядя о начавшееся коптить пламя поведала она. - Малышами? - с удивлением спросил жеребец. - Да, трое, - не смещая взгляда, ответила Тейя, - мы сидим дружной семьей, а потом, - взяла кобылка небольшую паузу, - Космоса поглощают тени, после чего на его месте появляется пони теней. - Какой ужас, - с этими словами монарх начал поглаживать королеву. - Но на этом еще не все, одновременно с этим солнце с луной оборачиваются злыми духами, - с каждым словом пламя коптило сильнее, вырисовывая образы трех сражающихся между собой аликорнов, - в конце же злой дух Хаоса и раздора, уничтожает все. - После этих слов пламя окончательно успокаивается, а кобылка с волнением глядит в глаза мужу. - Но ведь это же всего лишь сон, - чмокнув Тейю в носик, ответил Оуриос. - Все это мне напомнило древнее пророчество, - услышав эти слова король Минас-Иа нахмурился, ибо понимал, что с этими вещами шутки плохи, - услышали мы его очень давно. - И как же оно гласит? - Исчезнет небо под конец тех дней, и тень падет на мир поней, а после гневом Солнце обернется, Луну кошмары поглотят, в конце же Хаос надо всеми крылья распахнет, - закончив молвить древнее пророчество, кобылка взглянула на мужу. - И что же оно за собой несет? - Конец времен, - с грустью ответила она на вопрос. - Хм, - задумался Оуриос, - с тех пор как пони теней явился в наш тронный зал, мы сами не свои. Может быть наших детей пронесет. - Мы тоже надеемся, и надеемся, что с нашим малышом ничего такого не случится. - Он сильный, справится. - А если же нет? - нахмурив брови, кобылка взглянула на мужа. - То младшая сестра обязательно поможет, - с этими словами Оуриос погладил живот Тейи. Отчего пламя начало коптить, вырисовывая узор, но они не обратили на него внимание. Линии и изгибы огня превращались в злобную морду, что глядела на монархов. Беззвучно смеясь, она также незаметно для них исчезла. *** Полгода. Пол сраных года, мое величество пребывало в этих подземельях, вычищая мусор за приводимыми тварями. Приходя буйными и своенравными, покидали сие место они спокойными и смиренными. Добились мы с Кловером такого эффекта благодаря его доброте и моей жестокости к ним. Благо лазейка, найденная нами, работала и на кандалах, что тяжким бременем оставались на моих плечах. Так что, в случае неподчинения в ход шли приемы “телекинезом об стену” или “небольшие молнии”. Хоть единорог и считал мои методы “слишком жестокими”, сам же я определял их, как демонстрацию силу. И если они попытаются, что-то выкинуть в нашу сторону, то незамедлительно будут раздавлены. Но и полноценным монстром не становился, проявляя заботу и любовь к дитю Геи. Как только его завидели алмазные псы, то тут же хотели от него избавиться. Однако, магия убеждения Кловера помогла сохранить его у нас, ныне же Файсель или как его обозвали псы Торч, обитал вместе со мной в бывшей клетке его матери. Дракончик оказался настолько милым, что на такие шалости, как поджег хвоста или гривы, не казались чем-то серьезным. Главное только слишком многое ему не позволять, а то в будущем это обернется той еще проблемой. Сюда из пони никто не заходил, не навещал, будто бы им нельзя вообще контактировать со мной. Но и я, к слову, не шипка-то стремился контактировать с этими трусами и предателями. Так бы и прошли эти полгода в пустую, если в тайне от псов, я не начал кое-что мастерить. Однажды, когда негатив, чуть не поглотил меня вновь, как это было на арене против Когтя, выжигая взглядом потолок мне в голову пришла идея: - А почему бы не смастерить музыкальный инструмент? - таким образом вот уже три месяца мое величество мастерит, то чему когда-то учился добрые шесть лет в музыкальной школе: игре на скрипке. Долго скрывать от товарища и единорога, которого по-настоящему мог смело назвать другом, сию задумку скрыть не удалось. Он же удивленно глядел на меня: дескать зачем мне проводить палкой по натянутым высушенным сухожилиям Урс или мантикон с химерами. И описав, что их останки подарят миру чудные по-настоящему волшебные звуки, единорог с большой неохотой согласился на сие дело. И воспользовавшись своим даром убеждения на псов, которые часть останков приносили сюда, мое величество приступило к тому, что не смогло реализовать в Минас-Иа: создание скрипки. И если со струнами вопрос был решен быстро, то вот для дерева для корпуса, пришлось устраивать целые ночные вылазки. А это было тем еще приключением. Стащить, что-то у постоянно патрулирующих территорию созданий не просто, если не заметят, то точно определят по запаху. Вот только не забывайте, куда меня устроили, а посему накинув на себя плащ, мытый в нечистотах диких тварей, начал периодически выходить наружу. Так уж вышло, что неприкасаемые не имели права выходить к остальным, живущих выше нас по социальной лестнице. Вот только правила существуют для того, чтобы их нарушали. Наложив на плащ, что так удачно позаимствовал у Кловера, заклинание отвода взгляда, после чего той же магией зафиксировал надо мной. Технически условие для работы чар выполнены, а следовательно для всех я - левитирующий кусок вонючей ткани, от которую все тут же начинают не замечать. И вот таким, нехитрым образом, мне и удавалось заполучать все необходимые деревяшки. Почему не воспользоваться останками древесных волков или медведей? Я так первым же делом и поступил, вот только, когда эта тварь начинает восстанавливаться, то в качестве элемента тела к ней летит весь инструмент. Отчего, однажды вышел казус, сделав скрипку частью своего тела, древесная псина производила столько ненужного шума, испускаемыми струнами, что алмазные псы, просто-напросто сожгли эту тварь. В чем был с ними вполне солидарен. И вот в канун дня горящего очага, мне удалось собрать заветный инструмент. Сказать, что я прыгал от счастья - ничего не сказать. Как, даже выразился Кловер: - Я тебя впервые таким вижу, неужели эта штука действительно такая ценная? - Конечно! - возбужденно ответил ему. Естественно играть на нем и собирало мое величество столь ценный инструмент в самом темном уголке сего подземелья волшебных тварин. Сюда за эти полгода ни один алмазный пес не зашел, будто бы его и не было в принципе. Находясь еще ниже, данная поистине огромная камера, освещалась целой россыпью магических кристаллов. С потолка вниз взирают огромные, с Кловера ростом, сталактиты, а уже на них аналогичные сталагмиты. Но самое главное - здесь была просто волшебная акустика. С нетерпением мое величество сняло бесполезные кандалы и уже с трепетом бралось за скрипку. Первыми моими слушателями выступали Файсель и Кловер, что спустились сюда, вместе со мной. И вот, стоя по лучами тусклого света магических камней, томно вздыхаю, чтобы впервые за добрые шесть лет этой и три той, начать играть. Вначале звук выходил не просто отвратный, он был ужасный, единорог с дракончиком аж уши прикрыли, дабы не слышать сего крипа умирающего кота. Но чем дольше я играл, тем ровнее становился звук, естественно не без настраиванием инструмента на ходу. И теперь уже играя все, что взбредет в голову, мое величество просто отдалось инструменту. Все негативные эмоции превращались в чудные звуки, соединяющиеся в не менее чудную мелодию. Доходило аж до того, что сама пещера подыгрывала мне, завыванием ветра в нужные моменты. Так отдавшись полностью музыке, я не заметил, как быстро пролетело время, отчего сверху нам крикнули алмазные псы. - Что же, Космос, - оторвавшись от звучания начал Кловер, - это было воистину стоящие представление, не думал выступить, чтобы тебя еще и другие пони услышали? - перейдя на бег начал он, помогая мне надеть кандалы. - Как-никак, а день горящего очага уже. Может устроишь им хоть какой-нибудь праздник? - Эти жестокие пони не достойны слышать мою мелодию, как они ко мне, так и я к ним, - надев “усиленный” ошейник, как я его иногда называл, с нескрываемым ядом, ответил ему. - Но ведь иной раз нужно прощать обидчиков. - Не спорю, но всему есть предел, и они давно за него перевалили, - договорило мое величество прям перед встречей с невольными алмазными псами, что нервно тарабанили пальцами по древку. - Почему вы не на общей площади, вместо с остальными глупыми пони? - злобно выдал он, испуская из глаз легкий синеватый дымок. - Неприкасаемым не положено там находится, - прищурив глаза, ответил ему. Внешне страж, как страж, вот только исходящий из глаз дымок и редкие льдинки на броне и коже, давали понять, что тут явно дело пахнет не тем. - Агхр! - зарычал на пса Файсель. Чуть позже его примеру последовали и остальные твари из клеток. Такой синхронной реакции на алмазных псин, до сего момента не доводилось наблюдать. Вот только, пес на это никак не отреагировал, бросив на животных ледяной, пробирающий до костей, взгляд. Не прошло и пяти секунд, как дикие твари замолкли, включая и дракончика. Следом, он принялся выжигать нас с Кловером взглядом, от которого шерстка начала покрываться тонким льдом. Однако данный взгляд имел еще и скрытый эффект - пони начали полнится негативном. Глядя на моего товарища, который до этого ни разу не проявлял отрицательных эмоций, мне становилось не по себе. Кристальная пленка совсем потускнела, а вместо нее появился, неплохой такой, слой синего льда. Зрачок начал сужаться, а взгляд был становился злобным и холодным. Нечто похожее, по описанием Кловера, произошло со мной на арене тогда, разве что льдом не покрывался. Сместив взгляд с товарища на меня, алмазный пес, начал проворачивать взглядом тоже самое, что и с моим другом. Вот только, кроме небольшого обледенения с моим величеством ничего не произошло. Не придав этому никакого значения, пес развернулся в сторону выхода. - А сейчас идемте на площадь. Кловер молча последовал его приказу, тогда как я начал мешкать. Что-то внутри меня хотело подчиниться вслед за единорогом, вот только в момент, когда мое копытце хотело было сделать шаг, другое резко остановило его. Не знаю, что за гипноз они проделали, но не будь я человеком, проживший почти четверть века, он наверняка подействовал бы. - Тише-тише, Файсель, не стоит бояться, - помотав головой от ненужных мыслей, ласково взглянул на дракончика. Тот все еще продолжал с беспокойством поглядывать на мою персону. - Не знаю, что здесь происходит, но тебе стоит вернуться в гнезд, - с этими словами, присел рядом с ним. Горный дракончик какое-то время смещал взгляд с меня на гнездо. - Я приказал тебе идти! - рявкнул позади меня алмазный пес, попутно ударяя посохом по земле. Реакция не заставила себя долго ждать. Ошейник на Файселе заискрился, аналогично кандалам на мне. Вот только дальше этого ничего не последовало. Бросив ласковый взор на малыша, телекинезом положил того в гнездо, попутно поворачиваясь на стража. Недовольно взирающий на меня алмазный пес, ничего не предпринимал, считая, что одного взгляда достаточно. Спокойно пройдя мимо него, начал догонять Кловера, что к этому моменту уже покинул сие подземелье. И выйдя наружу мое величество наблюдало невиданное: повсюду был лед. На стенах, потолке и полу, ледяной светло-синий слой был везде, в том числе и пони. Все три вида, обитавшие здесь, встали в стройные ряды, строго по расовой принадлежности, и злобно взирали на два других племени. Вот только на этом все не закончилось, внезапно сверху послышалось лошадиное ржание. Не прошло и минуты как над тремя видами парнокопытных появилось стремительно-движущееся облако, больше похожую на лошадь. Издавая противное ржание, оно крутилось вокруг групп пони. Алмазных псов, здесь не было видно, точнее не так. Они были, правда в состоянии больших ледышек. Такое произошло с тем стражем, что и привел нас, отойдя к стене, его броню стремительно начал покрывать лед, пока не замуровал в ледяной тюрьме. Стоя в самом конце ряда единорогов, встав на крупного соседа, принялся выискивать своих знакомых. Спидтандера нашел быстро, его мятный круп было сложно не заметить, весь покрытый шрамами, пегас смещал взгляд с единорогов на земно-пони. Скайвинд и Файршая пришлось уже высматривать усерднее, обледеневшие они, как и мятный пегас, взирали на меня с небывалой ненавистью. А вот Брейвхарта найти мне не удалось, надеюсь, что с этим стариком все в порядке. Спрыгнув со спины неизвестного единорога, направился к знакомым пони. Естественно получая злобные взгляды от пегасов или земно-пони. И уже стоя перед ними, попытался привести тех в чувства. - Спидтандер, жопа мятная, помнишь меня? - махая перед ним копытцем, начал я. При этом, стоящие рядом пегасы , как и он сам, молча и гневно взирали на мое величество. - Молчишь, - устало выдохнув, начал пятиться назад, попутно обдумывая ситуацию. А она была хуже не было. С потолка на мою персону глядела облачная лошадь, а пегасы и земно-пони приготовились уже было набросится. Имея не великие шансы на победу, мое везение доставило мою задницу прямо в центр между тремя племенами. Не обратив на это никакого внимания, продолжал обдумывать происходящее. - Злобные пони, какой-то дух, превращающий все в лед, - и вот на факте последнего меня, словно током ударило, - лед! О нет, - сев на жопу протянул я, осознавая с какой тварью имею дело. Виндиго - ледяной дух, питающийся ненавистью и раздором пони. А так как центральная Эквестрия была местом сосредоточения трех, ненавидящих друг друга племен, не трудно догадаться для чего они прибыли. Продолжая довольно взирать на меня, эта тварь, попыталась применить тот же взгляд, что и алмазный пес. Вот только он был намного сильнее. Ненависть, гнев, злоба, все это было направлено на остальные расы парнокопытных. Никаких негативных эмоций о мысли об алмазных псах, у меня не возникало, в отличии от пони. Сделав пару вздохов и выдохов, попытался не думать об этом. Однако это не так легко, когда на тебя дует ледяной бриз облачная лошадь. Тело начало уже покрываться такой же, как у всех ледяной пленкой, конечностями становилось труднее шевелить. - Ну же поддайся, - послышался женский голос, - отдайся этим чувствам, - после этих слов передо мной появилась миловидная сине-белая единорожка моего возраста. Хлопая большими глазами, на ресничках которых имелись снежинки, она приподняла мне голову, чтобы наши взгляды пересеклись. - Они не стоят всего того добра, что ты им проявлял, - ласково заливая мне в уши слова, кобылка параллельно этому выпускала в мою сторону неких ветерок. - Да, - после недолгих гляделок в ее темные глаза, - ты права, эти трусы никогда не заслуживали того, что я им давал, - с каждым моим словом, ее улыбка становилась все шире и шире. - А посему я отдамся им, - с этими словами рог начала окутывать темно-ультрамариновая аура, становясь все больше и больше, - но направлю ее на тебя! - с этими словами выпускаю в нее небольшой луч. - Агхра! - злобно заржала лошадь, приняв свое истинное обличие, возвращаясь на потолок. Вот только в своем словесном порыве, как-то позабыл, что нахожусь между трех молотов и наковален. Дух заржал повторно, после чего на мою персону начали набрасываться. Расклад сил был явно не в мою пользу, единороги, пегасы и земно-пони, помимо охоты за моей задницей, еще и чистили друг другу морды. А взирающий на все это действо дух, лишь довольно фыркал. Единственный способ прогнать Виндиго - объединится всем трем расам и весело провести день горящего очага. Вот только как его можно спокойно провести, когда на тебя набрасывается сосед, а близкий друг начинает душить. Миссия из разряда “невыполнимых”, а в условиях нахождения под землей в рабстве у алмазных псов, она становиться “очень-очень невыполнимой”. И тут хочешь не хочешь, а придется от этой твари избавляться, а иначе превратит в сосульку, либо заморозит до смерти. Отойдя чуть поодаль, хотел было уйти достаточно далеко, дабы продумать план действий. Вот только сзади на меня набрасываются пара незнакомых жеребят, а также Скайвинд и Файршай. Те хватались за кандалы на мне, после чего всячески начали избивать копытцами. Естественно терпеть оное, мое царское величество не собиралась, а посему впервые решил опробовать телекинез на нескольких созданий одновременно. Хоть поднять мне их и не удастся, но вот придержать конкретные конечности - легка. Применив прием, под названием “телекинезом об стену”, который просто заключался в том, что конкретная охваченная темно-ультрамариновой аурой конечность объекта будет биться о стену. На большее банальное ни сил, ни выносливости не хватает. В случае же, напавших жеребят, то охваченные сиянием моего рога, они прилипали к стене, без возможности ухода. Глядя на злобно-смотрящую на меня Скайвинд, понимаю насколько же сильный этот дух, раз смог подчинить себе столь доброе создание. Устало выдохнув, направился в свои подземелья, дабы там уже обдумать происходящее и выработать стратегию победы. Уже на пороге меня встретила группа дерущихся единорогов с пегасами, перепрыгнув которую ускакал дальше в тьму. На мое удивление, здесь не было такого большого количества льда, как в предыдущем месте, можно сказать, что его тут и не было вовсе. Среди света коптящих факелов мое королевское величество встретил рычащий дракончик. Однако, стоило только выйти на свет, как реакция животного мгновенно меняется на радость. И настолько сильную, что он аж обниматься идет. Отказывать ему в этом не стал, да и чем больше позитивных эмоций, тем проще ту тварь прогнать. Продлились они не долго, ибо Файселю, судя по выражению лица, пришла какая-то идея. - Эй, ты куда? - выдал я вслед убегающему вглубь дракончику. Догнало мое величество его только на подходе в пещеру, где был оставлен лежать заветный инструмент. - Скрипка? - констатировал, когда Файсель начал подавать мне предмет. - Ты уж извини, Файсель, но сейчас не время для представлений, - взглянув на меня с раздражением дракончик, начал тыкать мне ее в морду. - Подожди ты, - отодвинув малыша в сторону, сел в центре огромной камеры, - нужно, придумать план, противодействия. Вот только ничего в голову не лезет! - стукнув себя пару раз копытцем по лбу, пытался выдавить, что-нибудь стоящее. Дракончику это уже совсем осточертело, что он сам начал водить смычком по инструменту. От неприятного звука, аж уши завяли, а глаза невольно закрылись, и вот тут-то меня осенило: духа, что порождает конфликты может одолеть только, то что может поней сплотить: мелодия, способная напомнить им о дне горящего очага! В голове тут же начали всплывать мотивы песен, что играли в Минас-Иа на праздник. И хотел было высказать свою благодарность дракончику, как замечаю позади него единорожью тень. - Файсель, берегись! - малыш не успел было осознать произошедшее, как по нему ударяет шестицветный луч. Поймав бедолагу с инструментом в полете, подтаскиваю их к себе. - Как ты? - невольно спрашиваю его, но прислушавшись к пульсу, облегченно выдыхаю, - живой. - Спустя пяток секунд, уверенно, сбросив с себя кандалы, беру инструмент. - Надеюсь, ты оценишь, Кловер, - с грустью гляжу на друга, глаза которого пылают от ненависти. Единорог ничего не ответил, лишь начал готовить очередное заклинание, вот только и я начал свою игру. Начать решил с разогрева, параллельно следя, за оппонентом. Летящие в мою персону лучи, старался нейтрализовать аналогичными лучами, попутно переходя в контратаку. Играя задорную мелодию, чувствовал как внутри меня, что-то зажглось. Трудно описать это чувство, словно, сковывающий меня лед, резко растаял, высвобождая с бешенным давлением все светлое. Доходило до того, что в момент, когда силы луча было недостаточно, мою персону резко окутал темно-ультрамариновый щит, с изображением пылающего сердца на нем. И вот тут в глазах, что-то сверкнуло, отчего не сбавляя темпа игры, сжимаю данную защиту до состояние небольшого шара. Заметивший это Кловер начал готовить мощное заклинание, но вот наступает катарсис партии. В мое величестве стремиться огромный шестицветный луч, способный в обычных условиях ни оставить от меня и следа. Однако в тот же момент, с завершением игры, от меня в разные стороны уходит темно-ультрамариновая волна. Сметя атаку Кловера, она направилась дальше по пещере. - У, - протянул я, глядя на распространяющийся аналог северного сияния, - вроде бы не день рождения, но все равно приятно. - Сместив взгляд на упавшего наземь единорога, что начал покрываться шестицветной кристальной пленкой, подбежал ему. - Кловер, ты как?! - Что? - вяло спросил единорог, садясь на жопу. - Где это мы, что произошло? - заваливал он вопросами, попутно держась за голову. - Что ты последнее помнишь? - Как нас с тобой вызвал алмазный пес, а потом все, как в тумане, - после недолгого вглядывания в пол, ответил он. - Что-то случилось? - Да, - утвердительно кивнув ему, помогаю тому встать, - но лучше тебе лучше увидеть это лично. - После этих слов, мы с единорогом отправились наверх, оставив мирно-посапывающего дракончика, пока здесь. - Во имя гармонии, что здесь происходит?! - шепотом воскликнул единорог, глядя на происходящую вакханалию. Мы с Кловером спрятались на небольшой возвышенности, близ входа в нише подземелье. Мордобой начал доходить до момента взаимного истребления, каждое племя старалось истребить другое, не замечая ран на собственных телах. У некоторых и вовсе все кости в теле переломаны, а он все начищает морду оппоненту. Опасные все же эти существа духи ненависти. - Виндиго, - с нескрываемой ненавистью отвечаю ему. - Но ведь их не видели уже четыре сотни лет, как пони пришли в Эквестрию. Откуда они здесь? - взирая на облачную лошадь, задал Кловер риторический вопрос. - Видимо они очень хорошо скрывались, - прячась, начал я, - у меня есть идея. - И какая же? - также прячась, спросил он. - Начинаю играть, а ты тем временем должен согнать в одно место как можно больше пони. - И ты думаешь, что это поможет против виндиго? - приподняв бровь, задал он резонный вопрос. - Надеюсь, - честно признался ему, ибо сам не до конца верил в сию затею. - Хм, - оценивающе прошелся жеребец по окрестной обстановке, - видишь вон тот выступ, - указал он в противоположную от нас сторону, - там будет их согнать проще всего, добежать сможешь? - Постараюсь, - твердо ответил ему. - Вот и хорошо, тогда да поможет нам гармония, - после этих слов единорог выскочил из укрытия со словами. - Эй, вы, ничтожные виды, попробуйте догнать если сможете! Долго уговаривать их не пришлось. За ним после этих слов побежало поней так десять из каждого вида. Я же, проводив друга взглядом, начал и сам потихоньку двигаться к месту назначения. Будучи с ценным грузом, мне ни в коем случае нельзя встревать в конфликты. Но кто же будет спрашивать моего мнения? Поднимавшись в воздух земно-пони Спидтандер умудряется краем глаза заметить мое величество. Уже завидев, пикирующего надо мной пегаса, было принято решение отбросить скрытность и бежать со всех ног. Вот только пегас оказывается быстрее, и встает на моем пути. Благо сбоку была возвышенность, с которой так уж удачно долетел по его морды, и перепрыгнув его, поскакал дальше. Думая, что оставил его позади, не учел того, что эти создания не терпят унижений. А такое оставшаяся часть разума моего знакомого, восприняло соответствующе. Посему уже уворачиваясь от различных его ударов, в конечном счете, схватываю его крыло аурой и давлю вниз. Внезапно послышался хруст костей, отчего себя неловко почувствовал. Бросив на плюхнувшегося на землю пегаса, и поймав в ответ только гневливый взор, устало выдаю: - Надеюсь, ты мне это простишь, - бросив это ему напоследок, благополучно добираюсь до возвышенности, где встречаю довольно глядящую на меня облачную лошадь. - Давно не виделись, - с легкой улыбкой на устах, взглянул на нее. Та лишь фыркнула в ответ, начиная дуть морозной свежестью, - хоть имя у тебя, скорее всего, не Миф, но от сей свежести откажусь, - после этих слов, положив скрипку на плечо, начал играть. Виндиго услышав мотивы, что поют в день очага, незамедлительно пыталась прервать мою игру. Вот только, появившийся темно-ультрамариновый барьер не дал той пройти. В своих попытках дух дошел до того, что послал против меня всех заколдованных пони, но и им не удалось остановить меня. Из рога по всей пещере стало расходится миниатюрное северное сияние, охватывая все больше пространства. Облака духа, сцепились с переливающимся темно-синим, светло-желтым и темно-ультрамариновыми цветами сиянием, и незамедлительно начали проигрывать ему. Проявляя не малый испуг, дух ненависти решился всеми силами остановить мое величество. Вот только, чтобы он ни делал меня уже было не остановить, по крайней мере, мне так казалось. Накопив достаточно положительных эмоций, я принялся формировать ту же волну, что смог вразумить Кловера. Виндиго же начал накапливать силы в темно-серо-голубой сгусток, напряжение между нами нарастало. Пони уже перестали просто так биться о щит, и просто с ненавистью наблюдали за мной, готовя в копытах камни. И вот, когда мы оба готовились выпустить чары, дух вместо атаки меня, нацелился на выступ. И в момент, когда я должен был закончить партию, падаю вниз. Из-за этого вся накопленная сила расходится не так интенсивно, как ранее в пещере. Дух на это лишь начал ужасающе ржать, пони же завидев меня без щита, готовились было кидаться в мою тушу камнями. Однако, внезапно для всех, из противоположного конца пещеры в нашу сторону полетела волна. Семицветный поток энергии прошел через всех присутствующих, сгоняя с них все то зло, что поселил в них Виндиго. Вот только, кое-что он оставил в них. Поднимаясь на ноги, первое, что увидел был разрушенный инструмент. Столько труда и все в молоко, но хотя бы пони освободились от влияние духа. И после этой самой мысли в мою тушу прилетает камень. Не будучи к этому готовым, удивленно гляжу на всех присутствующих, в чьих глазах осталась та ненависть, что и при влиянии Виндиго. Однако, только на этот раз оно было нацелено на меня. - Уходи, прочь, неприкасаемый, - след за первый бросила второй камень бросила кобылка, - мы ненавидим тебя! - уворачиваясь, заметил, что на них более не было ни ссадин, ни царапин. Неужели Кловер умудрился их всех так быстро вылечить? Вот только задаваясь этим вопросом не заметил, как небольшой валун прилетает в голову. - Почему, вы так? - падая наземь спрашиваю у толпы, которую неосознанно стремился помочь. - Прочь от сюда! - скандировала толпа, в рядах которой были как Спидтандер, так и Скайвинд и Файршай, что с презрением взирали на меня. Понимая, что все было напрасно, мое величество начало было готовить атакующие заклинание. Толпа же в едином порыве начала закидывать мою тушу булыжниками. Вот только, внезапно, откуда-то сверху послышались шаги. Казалось бы, что все сейчас будет кончено, терять нечего, однако в следующий момент в меня влетает сдерживающий магию ошейник, тем самим прерывая атаку. Тогда как валуны резко окутала серо-синяя аура, застыв в нескольких метрах от моей туши. - ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! - рявкнул на всех присутствующих Коготь, чей отрезвляющий глас настолько могуч, будто бы король к поддонным обращался. - Простите, Лорд Коготь, - начала было кобылка, что первая в меня кинула камень, - просто здесь был неприкасаемый, и, - не успела она договорить, как в нее прилетает из небольшого рожка драконоподобного серо-синяя молния. - КТО ДАЛ ВАМ, РАБАМ, ПРАВО ИЗМЫВАТЬСЯ НАД ДРУГИМИ РАБАМИ!? - с этими словами, от него в разные стороны начали исходить искры. - ОТВЕЧАЙТЕ! - Вот только поникшее стадо пони, так ему и не ответило, - РАЗ НЕ ЖЕЛАЕТЕ ОТВЕЧАТЬ, ЗНАЧИТ ПОЛУЧАЙТЕ, - топнув передними конечностями, у всех присутствующих пони, кроме меня заискрились ошейники, даруя обладателям шоковую терапию. - А ЧТО НАСЧЕТ ТЕБЯ, ШТОРМ, - обратился Коготь уже ко мне, - с глаз долой, чтобы более тебя здесь не видел, а иначе, - не успел он договорить, а я уже помчал обратно в свое подземелье. *** Отсутствовавший весь этот день Коготь, вернулся в свои владения и лицезрел бардак. Собравшиеся пони разгуливали не просто в неположенное время, так еще закидывали камнями одного из перспективных единорогов в здешней дыре. Алмазные псы, что должны были нести здесь службу заточены в ледяные кубы. Благо те начали уже оттаивать, но остается вопрос, что за дрянь смогла такое провернуть под носом у лорда арены? Да и еще в день очага, единственный день, когда обитавшим здесь пони, запрещалось враждовать и браниться. И вот, лицезрев сию картину он впервые за долгие годы применил на полную свой глас. От звуков которого все пони, кроме Шторма поникли и начали немедля расходится в углам. Провожая последних зевак, внимание Когтя привлек достаточно странный сломанный предмет. - Хм, - телекинезом подтянул он остатки некогда музыкального инструмента, - судя по остаточной магии, им пользовался Штор, но зачем ему, - взял Коготь паузу на рассмотрение порванных сухожилий, - это? - Лорд арены хотел было сначала выкинуть их, забыть и солнце с ним, однако, немного подумав, решил сохранить их. - Будет интересно поглядеть насколько ценной эта штука оказалась для него, - с этими словами лорд Коготь, держа серо-синей аурой бывшую скрипку, отправился восвояси. Ибо на этот день у него осталось одно незаконченное дело. *** Стоя на самой высокой цельтральноэквестрийской горе, шесть элементов оживленно обсуждали произошедшее. Хоть риск был велик, что пробужденный ими злой дух сможет вырваться. Благо, все удалось избежать, в том числе и благодаря Космосу. - Что же теперь мы выяснили, что он способен проявлять героизм, спасая тех, кого всем сердцем презирает, - довольно начал элемент магии. - Но стоило ли оно того? - с беспокойством спросил его элемент силы. - Сохранив в понях ненависть к нему, не сделали ли мы хуже для мальчишки? - Лишь в условиях жесткой среды, добродетели способны расцвести, - парировал элемент храбрости. - И должен признать, он прошел испытание. - Подтверждаю, - согласилась с ним элемент красоты, - настолько изящно справиться с духом, с помощью мелодии. - Вот только не сыграли ли себе в убыток? - недовольно начала элемент исцеления. - Отвернув от него всех, мы самолично посадили в нем ростки недоверия к ним. Чем может запросто воспользоваться пони теней или один из злых духов. - Мы все видели как Виндиго пытался подчинить его, и чем это кончилось, - парировала элемент надежды, - вместо окружающих, направил весь негатив на самого духа. Чем не признак того, что он в силах противостоять им. - Но все же, - с беспокойством хотела было начать элемент исцеления, вот только был перебит элементом магии - Своими действиями, мы еще сильнее привязали его к себе. И хоть метод, которым мы этого добились не совсем не по-нраву мне и вам, но это было необходимо, - после этих слов, он сделал небольшую паузу. - На юге, я почувствовал присутствие духа пламени. - Что?! - в унисон, спросили его присутствующие. - Сначала пони теней, затем духи Солнца и Луны, а теперь еще и он, - задумчиво выдал элемент силы. - А разве он не должен быть под контролем обителей небес? - с легкой улыбкой спросила элемент надежды. - Он был под их контролем, до сего момента, - взирая вдаль ответил элемент магии. - Посему, мальчику следует дать его столько нашей мудрости сколько успеем, покуда духи не напали на древо, - после этих слов, шесть силуэтов пони, вновь слились в один. Пурга разверзлась на поверхности, заметая все белыми хлопьями. Стоя так какое-то время, единорог хотел было раствориться, как это делал уже несколько раз до этого, вот только, внезапно почувствовал сзади чье-то присутствие. Из тени на него хитро взирала пара светлых огоньков. Повернувшись к неизвестному, единорог выпустил в него шестицветный луч. Кловер готовил повторное заклинание, вот только неизвестный растворился в тенях. С прищуром глядя на появившийся после его атаки вход, единорог помотал головой. И более никого не обнаружив, быстро растворился в пространстве. Однако, спустя какое-то время на том же месте появилась темная фигура. Злобно взирая белыми огоньками на прояснившуюся луну, покрытый тьмой пони, невольно улыбнулся. - Так значит, вы возвращаетесь, - с этими словами, он взглянул на виднеющийся вдали замок Минас-Иа. - Ха-ха-ха-ха, столько лет прошло, а казалось только вчера еще бились против королевы аликорнов. Что же, это будет интересно, - после недолгих раздумий выдал пони теней. - Очень, даже интересно, но я еще не готов к твоему возвращению, - сместив взор на луну, сделал он небольшую паузу, - сестра. Пони теней хотел было уже уйти в собственный тени, но незадолго до этого в нему приполз небольшой темный сгусток. Поднимаясь по темному копыта своего хозяина, со временем сливаясь с ним, отчего пони слегка вздрогнул. Получив информацию, что принес один из его верных слуг, на его мордочке появился легкий оскал. - Вот так интересный поворот. Значит, мой маленький пони уже побывал в злобном состоянии. Чудно, чудно, но этого недостаточно, - с этими словами, пони теней изверг из себя небольшую тень. - Продолжать следить за ним, а по совместительстве настраивай против него всех остальных пони. Всех с кем он контактировал, кто с ним коммуницировали и кому он нравился. Доведи его до такого отчаяния, чтобы он сам пришел ко мне. После этих слов темный сгусток отправился вглубь горы. А через какое-то время гору покинул и пони теней, уходя через тени в свое убежище на краю Эквестрии.