Вечер на пляже

Палящее гавайское солнце щедро освещало пляж, где вся компания наконец-то могла расслабиться после долгих и тяжёлых месяцев. Смех и шутки раздавались то с одного, то с другого конца. Ичибан, Адачи и Чжао громко играли в волейбол, выкрикивая разухабистые команды: — Ичибан, ты вообще знаешь, как подачу делать? — насмешливо спросил Чжао, отбивая мяч. — Конечно, знаю! Просто ты мешаешь мне быть на пике формы! — парировал Ичибан, ловко принимая мяч, который всё равно ушёл в песок. — Вы оба безнадёжны, — проворчал Адачи, при этом смеясь. Рядом, чуть в стороне, Нанба и Чунги устроились под пальмой, держа бутылки холодного пива. Томизава энергично жестикулировал, рассказывая какую-то историю: — И вот я такой: "Эй, если не вернёшь мои деньги, то я найду тебя даже под лавой вулкана!" И знаете что? Он мне их вернул на следующий же день! — Томизава откинулся назад, довольный своей драматической паузой. — Конечно, вернул, — фыркнул Нанба. — Просто решил не связываться с ещё одним психом. — Эй, я не псих! Я просто убедителен, — обиженно отмахнулся Томизава. На другом конце пляжа Саэко и Читосе вели спокойный разговор. Они тихо смеялись, обсуждая какую-то новую модную тенденцию. Саэко, поправляя солнцезащитные очки, спросила: — Читосе, а ты как думаешь, платье с вырезом на спине — это слишком для первого свидания? — Зависит от парня. Если он как Ичибан, то лучше одеться попроще — всё равно не заметит, — поддразнила Читосе, и обе женщины расхохотались. Но посреди всего этого хаоса и веселья Сонхви держалась особняком. Она лежала на лежаке в тени зонта, закрыв глаза за тёмными очками. Её спокойствие было лишь видимостью — мысли роились в её голове. Она вспоминала последние месяцы: как Кирю медленно восстанавливался, как она следила за его состоянием, как старалась быть рядом, не навязываясь. Но что-то в её сердце всё ещё не давало ей покоя. Её взгляд ненароком скользнул к тому месту, где находился Кирю. Он стоял чуть в стороне, на краю пляжа, наблюдая за океаном. Его белая рубашка слегка развевалась на ветру, и он выглядел спокойным, но отстранённым. Сонхви тяжело вздохнула, не в силах понять, почему он до сих пор держится на расстоянии. "Он пытается защитить меня или просто не уверен в своих чувствах?" — думала она. Её размышления прервал голос Саэко: — Эй, Сонхви, ты чего там притихла? Идёшь с нами в воду? — Нет, спасибо, — коротко ответила она, не желая втягиваться в разговор. Но Саэко не сдавалась. Она подошла ближе, опустившись на песок рядом: — Знаешь, ты можешь сколько угодно лежать и загорать, но Кирю точно не заметит этого, если ты сама к нему не подойдёшь. Сонхви подняла очки, глядя на Саэко с удивлением. — Ты о чём? — О том, что все заметили, как ты на него смотришь, — с усмешкой ответила Саэко. — Но он не из тех, кто сделает первый шаг, ты же знаешь. Сонхви вздохнула, но ничего не ответила. Саэко пожала плечами и ушла обратно к воде, оставляя Сонхви наедине со своими мыслями. Она снова посмотрела на Кирю, и в её груди что-то дрогнуло. "Может, Саэко права. Может, пора перестать ждать и просто сделать шаг самой," — подумала она, медленно поднимаясь с лежака. Её решимость укрепилась, и она направилась к нему, оставив позади шум и суету своих друзей. Сонхви замедлила шаги, подходя к Кирю. С каждым шагом её сердце билось всё сильнее. Он стоял у самого края пляжа, где волны едва касались его босых ног. Его силуэт был усталым, но всё таким же непреклонным. Белая рубашка едва скрывала худобу, оставшуюся после месяцев лечения. Короткие волосы выглядели тоньше, а под глазами виднелись лёгкие тени. Но в его взгляде, устремлённом к горизонту, была непоколебимая сила. — Кирю-сан, — тихо произнесла она, стараясь, чтобы её голос не дрогнул. Он медленно повернулся к ней, его лицо осветила слабая улыбка. — Сонхви. Ты решила оставить всех и присоединиться ко мне? Она кивнула, остановившись рядом с ним. Некоторое время они стояли молча, слушая, как волны ласково разбиваются о песок. — Ты выглядишь лучше, — сказала она наконец, стараясь скрыть волнение. Кирю усмехнулся, но его улыбка была горькой. — Лучше, чем мёртвый? Может быть. Сонхви нахмурилась, её губы сжались. — Почему ты так говоришь? Ты ведь жив, и это самое главное. Он повернулся к ней, его взгляд стал серьёзным. — Сонхви, я знаю, что ты беспокоишься обо мне. Но... я никогда не хотел, чтобы кто-то так сильно переживал из-за меня. — Слишком поздно, — перебила она, её голос был твёрдым, но глаза блестели от слёз. — Я не могу просто стоять в стороне. Я... я не могу больше делать вид, что всё в порядке. Кирю молча смотрел на неё, и в его взгляде было что-то, что Сонхви не могла понять. Её страх, её решимость — всё смешалось внутри неё. — Ты прошёл через столько всего. Я знаю, что ты чувствуешь себя обязанным защищать всех вокруг, но... кто защищает тебя, Кирю-сан? Кто будет рядом, когда тебе станет тяжело? Её голос дрогнул, и она сделала шаг ближе. Теперь она стояла совсем рядом, почти касаясь его. Её рука нерешительно потянулась к его руке, но остановилась в воздухе. — Я хочу быть рядом с тобой, — тихо сказала она, её голос едва перекрывал шум волн. — Не потому, что ты нуждаешься в этом, а потому что я хочу этого. Кирю молчал. Его глаза были полны эмоций, которые он старался скрыть. Но затем он осторожно поднял руку и накрыл её ладонь своей. — Ты ведь понимаешь, что рядом со мной будет нелегко? — спросил он, его голос был мягким, почти шёпотом. Сонхви кивнула, её глаза наполнились слезами. — Я знаю. И я всё равно хочу быть с тобой. Кирю на мгновение опустил взгляд, словно взвешивая её слова. Затем он сжал её руку чуть крепче, его пальцы были тёплыми, несмотря на прохладу ветра. — Хорошо, — наконец произнёс он. — Тогда я постараюсь. Постараюсь жить ради тебя. Сонхви не смогла сдержать улыбку, хотя слёзы продолжали стекать по её щекам. Она шагнула ближе и, не раздумывая, обняла его. Кирю сначала застыл, но затем медленно обнял её в ответ. Его объятия были тёплыми и крепкими, как будто он боялся, что она исчезнет, если он отпустит. Издалека раздался голос Нанба: — Эй, вы двое, вы нас бросили, чтобы поромантизировать? Саэко тут же ударила его по плечу. — Заткнись, Нанба. Это не твоё дело! Чжао, стоявший рядом, фыркнул: — Да ладно, Саэко, мы все знали, что это рано или поздно случится. Кирю, услышав их, тихо вздохнул и посмотрел на Сонхви. — Похоже, нас обнаружили. Она засмеялась, утирая слёзы, и слегка отстранилась, но её рука осталась в его. — Пусть смотрят. Он улыбнулся и кивнул, впервые за долгое время чувствуя настоящее спокойствие. Ичибан, сидя на полотенце с бутылкой воды, оглядывался на Кирю и Сонхви, которые стояли вдали у берега. Его лицо озаряла широкая улыбка. — Ну что я говорил? У нашего Дракона всё-таки есть сердце! — радостно заявил он, указывая в их сторону. Нанба отпил глоток пива и криво усмехнулся. — Да ладно тебе, Ичи. Это было очевидно, как два пальца. Сонхви на него смотрела так, будто он сам спаситель Комиджуль. — А он разве не спаситель? — с усмешкой вставил Чжао, перелистывая журнал, но не упуская момента послушать разговор. — Этот мужик всегда был магнитом для всех, даже для тех, кто поклялся не любить. Томизава задумчиво покачал головой. — Кирю-сан заслуживает счастья, но вот хватит ли ему сил дать его Сонхви? Он всё-таки не из тех, кто легко подпускает к себе людей. — Брось, Томизава, — вставил Адачи, поудобнее устраиваясь на шезлонге. — Он ведь сам за ней пошёл. Значит, что-то уже щёлкнуло в его голове. И знаешь, может, Сонхви и сможет растопить его броню. — Ага, — фыркнул Нанба. — Но только если он перестанет быть таким упрямым, как старый носорог. Саэко, стоявшая неподалёку с Читосе, услышала их разговор и не выдержала. Она подошла к ним с грозным видом, уперев руки в бока. — Вы серьёзно? Сидите тут, как бабки на лавке, и обсуждаете чужую личную жизнь? Может, займётесь чем-то полезным? Ичибан попытался защититься: — Да мы просто... ну, наблюдаем за развитием событий. Это же здорово! Саэко фыркнула. — Вот именно, наблюдайте. Без своих глупых комментариев. Это их дело, а не ваше. Чжао, не отрываясь от журнала, добавил: — Да ладно тебе, Саэко. Мы просто радуемся за нашего босса. Чунги, сидящий неподалёку, лишь усмехнулся и слегка покачал головой. — Радоваться можно молча. Томизава улыбнулся и слегка поднял бутылку пива. — За любовь, значит? — За то, чтобы вы перестали болтать, — подытожила Саэко, схватив полотенце и демонстративно вернувшись к Читосе. Парни переглянулись, а затем все разом рассмеялись. Даже Адачи, который до этого молчал, не смог сдержаться. — Ну что, ребята, пора признать — в этих отношениях мы тут третьи лишние, — резюмировал Чжао, продолжая читать свой журнал. После того как Сонхви и Кирю немного отошли от внимания друзей, они возвращаются к более спокойному разговору. Кирю, как всегда, старается скрыть свои эмоции за маской спокойствия, но Сонхви замечает его уязвимость. Они находят более уединённое место под пальмами, где шум волн становится фоном для их разговора. Кирю присаживается на песок и жестом приглашает Сонхви сесть рядом. — Ты ведь знаешь, что это всё временно, — говорит он, глядя на горизонт. — Моя жизнь... она всегда была похожа на битву. И я не уверен, что смогу предложить тебе что-то большее, чем несколько украденных моментов покоя. Сонхви садится рядом и смотрит на него с лёгкой улыбкой. — Я это понимаю. Но разве украденные моменты не самые ценные? Кирю на мгновение замолкает, поражённый её словами. — Ты удивляешь меня, Сонхви. Я думал, ты заслуживаешь кого-то более... нормального. — Нормального? — Она смеётся, её смех звучит легко и искренне. — Кирю-сан, в этом мире нет никого, кто был бы настолько живым, как ты. Ты можешь быть упрямым, можешь уходить от людей, но в этом и есть ты. Он смотрит на неё, слегка покачивая головой. — Ты не боишься быть рядом с кем-то, кто может исчезнуть в любую минуту? Она качает головой. — Я больше боюсь того, что ты так и не позволишь себе быть счастливым. Кирю улыбается, но в его глазах всё ещё видна грусть. — Знаешь, у тебя есть привычка ставить меня в тупик. — Это комплимент? — с улыбкой спрашивает она. — Может быть, — отвечает он, наконец позволив себе немного расслабиться. Затем они сидят в тишине, наслаждаясь моментом. Сонхви решает, что, возможно, пора дать ему почувствовать, что она действительно рядом, и слегка прикасается к его руке. Кирю не отстраняется, а лишь крепче сжимает её пальцы. — Знаешь, Сонхви, — вдруг говорит он. — Если бы я был немного моложе, возможно, я бы смог дать тебе больше. Она качает головой и, глядя прямо в его глаза, отвечает: — Ты уже дал мне достаточно. Кирю смотрит на неё, понимая, что она говорит серьёзно. Впервые за долгое время он чувствует, что, возможно, ему действительно позволено быть счастливым, хотя бы на миг. Их разговор прерывает шум голосов друзей, но они оба чувствуют, что что-то важное было сказано. Сонхви остаётся рядом с ним, решив, что больше не позволит ему отстраняться. Она взяла его за руку и они пошли к месту под пальмами и сели, наслаждаясь видом на океан. Когда они сидят вдвоём под пальмами, Кирю, глядя на океан, вдруг прерывает тишину: — Сонхви. Она оборачивается к нему, удивлённая его серьёзным тоном. — Да? Кирю слегка потирает шею, как будто ему трудно подобрать слова. — Когда мы вернёмся в Йокогаму... Я хочу, чтобы ты... Он на секунду замолкает, будто подбирает подходящий способ выразить свои мысли. Сонхви начинает волноваться, её сердце замирает. — Хочу, чтобы ты стала частью моей жизни. — Он смотрит ей прямо в глаза. — Настоящей её частью. Сонхви удивляется, её щёки заливаются краской. — Ч-чего? Кирю улыбается, заметив её реакцию. — Ты ведь всегда рядом, поддерживаешь меня. Но я понял, что этого недостаточно. Я хочу, чтобы мы попробовали быть... вместе. Она замирает, чувствуя, как её сердце бьётся всё быстрее. — Ты... серьёзно? Он кивает, слегка улыбаясь. — Я не знаю, сколько у меня осталось времени, но я хочу провести его с тобой. Если, конечно, ты согласна. Сонхви покрывает лицо руками, не веря своим ушам. — Это... Это так неожиданно! Кирю слегка усмехается. — Извини, я не мастер романтики. Она убирает руки и смотрит на него с тёплой улыбкой. — Ты не должен извиняться... Да, я согласна. Её голос дрожит от эмоций, но в глазах блестит счастье. Кирю кивает, слегка смущённый своей прямотой, но рад, что она приняла его предложение. — Тогда, когда вернёмся в Йокогаму, начнём всё с начала. Она кивает, ощущая лёгкость и радость, которые давно не чувствовала. — Да... начнём. Они ещё немного сидят в тишине, наслаждаясь моментом, пока где-то вдали не раздаётся голос Ичибана, зовущеего всех играть в пляжный волейбол. Сонхви смеётся и смотрит на Кирю: — Ты готов? Кирю встаёт, протягивая ей руку. — Всегда. Они идут вместе к остальным, и хотя их общение остаётся личным, всё в их жестах и взглядах говорит о новом начале. Сонхви неожиданно бросается к Кирю и обнимает его крепко, словно боится, что этот момент исчезнет, как мираж. Её тепло и близость заставляют его остановиться на мгновение, но потом он медленно обнимает её в ответ. Он закрывает глаза, позволяя себе впервые за долгое время почувствовать покой. В её объятиях он находит то, чего всегда искал, но боялся признать. — Знаешь, — тихо говорит он, — я всегда думал, что мне никогда не позволено быть счастливым. Сонхви отстраняется, чтобы взглянуть ему в глаза, её собственные полны эмоций. — Ты заслуживаешь этого, Кирю-сан. Даже больше, чем кто-либо. Кирю слегка улыбается и проводит рукой по её плечу, его взгляд становится мягче. — Если бы я только знал, что могу найти такое... с тобой. Она замирает, её сердце бьётся как сумасшедшее. — Тогда... просто позволь себе это. Он смотрит на неё, как будто впервые за долгое время видит свет. — Я постараюсь, Сонхви. Ради тебя. В этот момент она медленно приближается, и Кирю не отстраняется. Их губы встречаются в нежном, но искреннем поцелуе. Это не что-то страстное или торопливое, но в этом поцелуе — всё, что они не могли сказать словами. Когда они отстраняются, Кирю смотрит на неё, слегка улыбаясь. — Ты знаешь, что ты изменила меня? Сонхви смеётся, её щеки всё ещё красные. — Надеюсь, в лучшую сторону. Кирю кивает. — Без сомнения. Они остаются на мгновение рядом, наслаждаясь близостью, прежде чем решают вернуться к остальным. Но теперь их отношения изменились — и оба чувствуют, что впереди их ждёт нечто настоящее. Когда Кирю и Сонхви возвращаются к остальным после своего поцелуя, они замечают, что все смотрят на них. Мгновенная тишина сменяется смешанными реакциями: Саэко, увидев их, улыбается и едва не хлопает в ладоши. — Наконец-то! Я же говорила, что это случится! Читосе сияет от радости и чуть ли не подпрыгивает на месте. — Это так мило! Я никогда не видела Сонхви такой счастливой. Ичибан, с привычным энтузиазмом, восклицает: — Ха! Вот это да! Дракон Доджимы всё-таки нашёл себе пару! Нанба, прищурившись, вытаскивает из кармана пару купюр и протягивает их Чжао. — Ладно, ладно, ты был прав. Они всё-таки вместе. Чжао ухмыляется, поднимая деньги. — А я говорил, что Кирю-сан не сможет устоять перед Сонхви. Саэко, услышав их разговор, тут же пристыжает обоих. — Вы серьёзно? Вы ещё и спорили на это? Просто невероятно. Чунги, стоящий чуть поодаль, качает головой, явно недовольный. — Вы, мужчины, просто невыносимы. Мой босс только что нашла своё счастье, а вы тут деньги делите. Он делает шаг вперёд, глядя на Чжао и Нанбу с лёгкой угрозой в голосе. — Может, вместо этого стоит показать немного уважения? Ичибан пытается смягчить ситуацию, смеясь. — Эй, Чунги, всё нормально. Они просто радуются по-своему. Но Чунги лишь фыркает, глядя на Кирю и Сонхви. — Ладно, я рад за вас обоих. Но если кто-то ещё что-то скажет... — он бросает многозначительный взгляд на остальных. Кирю смотрит на эту сцену с лёгкой улыбкой, а Сонхви краснеет, слегка прикрывая лицо рукой. — Это было немного... неожиданно, — тихо говорит она Кирю. Он только усмехается. — Привыкай. С этими ребятами всегда так. Все возвращаются к своим делам, но атмосфера явно стала теплее. Каждый чувствует, что в их небольшой команде сегодня произошло что-то особенное.