Часть 1

В итальянском клубе, где играл пульсирующий ритм музыки, Володимир Зеленський решил провести вечер, чтобы немного отвлечься после напряжённого дня. В последнее время всё шло как-то слишком тяжело: вопросы политики, давления, разочарования… Он вошёл в зал, где яркие огни клубных ламп создавали атмосферу полной отрешённости от внешнего мира. Этот мир сейчас ему был нужен. На втором этаже, сидя в уютной кожаной кабине у окна, Джорджа Мелони наблюдала за происходящим внизу. Она изначально пришла сюда, чтобы встретиться с подругами, но вечер растянулся. Вдруг её взгляд зацепил знакомую фигуру внизу. Зеленський? Здесь? Её глаза сузились от интереса. Почему он здесь, один, вдали от привычных дел? Она не торопилась выходить из своей зоны наблюдения. Вместо этого заказала себе ещё бокал вина, откинувшись на спинку дивана. Он, тем временем, расположился за барной стойкой. Девушка, на вид молодая и яркая, вскоре подошла к нему. Он улыбнулся ей в ответ, но было видно: его мысли блуждают где-то далеко. Это её вдруг задело. Джорджа и сама не поняла, что именно — ревность, злость или просто принципиальность. "Как он может?!", подумала она, нахмурив брови. В её голове уже сложился образ, в котором мужчина вроде него не может позволить себе отвлекаться на подобное. Джорджа встала, накинула на плечи пиджак и уверенно направилась вниз, к Зеленскому. Она двигалась так, будто была хозяйкой этого клуба. Девушка рядом с ним смеялась, явно пытаясь привлечь его внимание. Джорджа остановилась прямо перед ними, скрестив руки на груди. — Он уже занят, — сказала она, её голос звучал твёрдо и бескомпромиссно. Зеленський удивлённо повернул голову. Девушка рядом с ним подняла брови, явно не ожидая такого поворота. — Простите? — начала та, но Джорджа резко перебила: — Ты всё слышала. Иди найди кого-то другого. Девушка, растерянная уверенностью Джорджи, оглянулась на Зеленского, но, не получив от него никакого ответа, недовольно фыркнула и ушла. — Это ещё что такое? — наконец, спросил он, пытаясь понять, что здесь только что произошло. — Это я тебя должна спросить, что ты здесь делаешь, — парировала Джорджа. — Ты представляешь страну. Как ты можешь сидеть здесь, принимая ухаживания от кого попало? Это не тот пример, который ты должен подавать. — Пример? — Зеленський нахмурился, его голос стал жёстче. — Я сюда пришёл, чтобы хотя бы на пару часов забыть о том, что на моих плечах страна, и ты говоришь мне о примерах? — А кто тебе дал право расслабляться таким образом? — её тон был резок. — Ты думаешь, что можешь сбежать от всего, что происходит? Думаешь, что такие, как ты, имеют право на отдых? — Такие, как я? — он усмехнулся, поднимаясь с места, чтобы смотреть ей прямо в глаза. — И кто же такие, как я, Джорджа? Люди? Или, может, герои, которых нужно только на сцену выставлять? У нас есть свои роли, и мы их выполняем. Я не робот, и ты тоже. Что ты здесь делаешь, раз считаешь себя такой правильной? Она замерла на секунду, явно не ожидая вопроса. Её губы дрогнули, но она быстро взяла себя в руки. — Я здесь не для того, чтобы оправдываться перед тобой. Но я знаю одно: ты должен быть лучше этого. Зеленський усмехнулся, глядя на Джорджу. Его глаза блеснули азартом, но голос оставался спокойным, почти насмешливым. — Ты меня ревнуешь, что ли? — спросил он, склонив голову чуть набок. Джорджа замерла на долю секунды, но тут же подняла подбородок, ответив ему холодным взглядом. — Ревную? Не смеши меня. Я просто не могу смотреть, как человек, от которого зависят миллионы, ведёт себя так, будто ему всё равно. Её слова звучали строго, но в них чувствовалось что-то личное, скрытое под внешним напуском холодности. Она резко развернулась на каблуках и направилась в сторону танцпола, оставив его стоять у барной стойки. Зеленський остался на месте, наблюдая, как она уверенно пробирается сквозь толпу. Она быстро оказалась в центре внимания, двигаясь в ритме громкой музыки. Джорджа явно знала, как привлекать взгляды: её движения были открытыми, смелыми, но при этом изящными. Она танцевала так, будто знала, что он смотрит, и иногда нарочито коротко бросала в его сторону взгляды. Через несколько минут к ней подошёл мужчина. Высокий, одетый в дорогой костюм, он наклонился, чтобы что-то сказать ей на ухо. Его руки уже начали тянуться ближе, чем это было уместно, и Джорджа, хоть и пыталась сохранять дистанцию, казалось, немного растерялась. Зеленський больше не мог просто стоять в стороне. С губ сорвалось короткое: — Что ж, достаточно. Он уверенно подошёл к паре, похлопав мужчину по плечу. Тот обернулся, и Зеленський нагнулся, чтобы прошептать что-то тому на ухо. Голос был низким и угрожающим. Мужчина замер, глаза его расширились, и он моментально отступил. Не сказав ни слова, он поспешно удалился, оставив Джорджу стоять на месте. Она обернулась к Зеленскому, её глаза сверкали негодованием. — Что ты себе позволяешь? — начала она, её голос был резким. — Почему ты думаешь, что можешь вмешиваться в моё время? — Потому что я не собираюсь позволять кому-то липнуть к тебе, — ответил он просто, его тон оставался спокойным, но твёрдым. — А что тебя вообще это должно волновать? — Она сделала шаг вперёд, её лицо было близко к его. — Ты просто невыносим. Сначала делаешь всё, что хочешь, а потом ещё и вмешиваешься в мою жизнь. В этот момент музыка сменилась. Громкие басы стихли, их место заняла мелодия медленного, чувственного ритма. Танцпол заполнился парами. Зеленський, не сказав ни слова, протянул руку к её талии и притянул Джорджу ближе. — Что ты делаешь? — её голос дрогнул, когда их взгляды встретились. — Танцую. Ты ведь сама этого хотела, разве нет? — ответил он тихо, глядя прямо в её глаза. Он прижал её ближе, и она, хоть и сопротивлялась сначала, всё же позволила себе расслабиться. Их движения слились с музыкой. Она ощущала, как его рука уверенно держит её за талию, как его дыхание касается её лица. Джорджа бросила взгляд в сторону, но он мягко наклонился ближе и прошептал: — Посмотри на меня. --- Они продолжали двигаться в ритме музыки, почти забыв о толпе вокруг. Джорджа хотела что-то сказать, но внезапно поняла, что её голос может дрогнуть. В конце концов, она нарушила молчание, всё ещё стараясь сохранять дистанцию, даже несмотря на то, как близко они были. — Ты всегда так делаешь? — тихо спросила она, глядя ему в глаза. — Сначала провоцируешь, а потом делаешь вид, что всё под контролем? Зеленський усмехнулся, слегка качнув головой. — Это ты про нас или про политику? — Про тебя, — её голос стал твёрже. — Ты не выносишь, когда кто-то бросает тебе вызов, да? — Я? — Он на секунду задумался, притягивая её чуть ближе в танце. — Возможно. Но ты же сама знаешь, что это касается и тебя. Джорджа попыталась вывернуться из его захвата, но он лишь крепче удержал её. — Расслабься, Джорджа. Мы просто танцуем. — Это не танец, это какое-то испытание. — Тогда почему ты всё ещё здесь? — Его взгляд скользнул по её лицу, и она заметила тень довольной улыбки. Джорджа вздохнула, не зная, что ответить. Вместо слов она отвернулась, пытаясь избежать его пристального взгляда. Но его рука всё ещё держала её уверенно, почти властно, напоминая, кто сейчас контролирует ситуацию. — Ты слишком уверен в себе, Зеленський. Это твоя проблема, — бросила она, наконец, решившись посмотреть ему в глаза. — А ты слишком упрямая, — ответил он, его голос был мягким, но в нём сквозило что-то вызывающее. — Это твоя проблема. Они замерли, почти перестав двигаться, но музыка продолжала играть. Её сердце колотилось, а он, казалось, наслаждался этим моментом, словно не замечая напряжения между ними. — Почему ты вмешался? — спросила она наконец, тихо, но её голос был полон вызова. Он долго не отвечал, будто обдумывая, стоит ли говорить правду. В итоге он слегка наклонился, чтобы их лица оказались совсем близко. — Потому что не мог смотреть, как кто-то другой танцует с тобой. Её глаза расширились, но она быстро взяла себя в руки. — Ты... ревнуешь? Теперь уже он усмехнулся, заметив, как она бросила его же слова обратно. — Возможно. — Это нелепо, — сказала она, но её голос дрогнул. — А то, что ты вмешалась в мою жизнь в этом клубе, — это не было нелепо? Она открыла рот, чтобы ответить, но он вдруг сделал шаг вперёд, прижав её ещё ближе. Теперь их лица были так близко, что она могла чувствовать его дыхание. — Знаешь, — продолжил он, его голос стал тихим, почти шёпотом, — ты можешь сколько угодно говорить о правилах и поведении. Но, кажется, нам обоим это сейчас не особо важно. Её взгляд метался между его глазами и губами, но она не собиралась уступать. — Я не дам тебе победить, Зеленський. — А я не прошу. Мне достаточно того, что ты всё ещё здесь. Когда музыка закончилась, Зеленський ослабил хватку, позволяя Джордже отступить. Их взгляды встретились в последний раз, и, не сказав ни слова, она развернулась и направилась обратно на второй этаж, где её ждали подруги. Поднявшись, Джорджа опустилась в кресло и схватила бокал с вином, стараясь вернуть себе невозмутимость. Подруги тут же окружили её, глаза у них горели от любопытства. — Это разве не Владимир Зеленський? Президент Украины? — начала одна, почти шёпотом, но с заметным восторгом. — Да ладно, он что, правда здесь? — подключилась другая. — И ты с ним танцевала? — глаза третьей расширились. — Господи, он ничего такой. Я бы тоже не отказалась от медленного танца с таким мужчиной. Джорджа подняла руку, жестом прося их замолчать. — Хватит, — отрезала она, но её лицо выдавало, что внутри у неё всё кипело. — Хватит? — подруга, сидевшая рядом, усмехнулась. — Ты просто завидуешь, что мы не успели первыми. — Да что с вами не так? — огрызнулась Джорджа, делая глоток вина. — Он — президент. А это был просто танец. — Просто танец, — повторила одна из них, откровенно подтрунивая. — Конечно. А почему он смотрел на тебя так, будто весь этот клуб для него перестал существовать? Джорджа не ответила, отвернувшись к окну, чтобы избежать их вопросов. Но краем глаза она всё же заметила, что Зеленський вернулся к барной стойке. Едва он успел заказать себе напиток, как к нему подошла другая женщина. Высокая брюнетка с яркой улыбкой, она уверенно села рядом с ним, завязав разговор. Зеленський улыбнулся ей, сделав вид, что разговор его интересует. Но он знал, что Джорджа наблюдает. Он почти чувствовал её взгляд, прожигающий его с верхнего этажа. И потому, чуть наклонившись ближе к девушке, он прошептал что-то, отчего та заливисто рассмеялась. Он тоже улыбнулся, делая вид, что полностью увлечён её обществом. Джорджа сжала бокал чуть сильнее, чем следовало. Подруги тоже заметили происходящее. — О, он точно знает, что ты смотришь, — хихикнула одна из них. — Ты ему явно понравилась. — Понравилась? — фыркнула Джорджа, но её голос прозвучал напряжённо. — Он просто ведёт себя, как мальчишка. — Или как мужчина, который пытается привлечь твоё внимание, — усмехнулась другая. Джорджа отпила ещё вина, но её взгляд вновь устремился вниз. Зеленський сейчас наклонился ближе к девушке, будто делая ей комплимент. Та, смеясь, коснулась его плеча, а он даже не сделал попытки отстраниться. Внутри всё кипело. Она знала, что это глупо, но её раздражение росло с каждой секундой. "Ах, ты так?", подумала она, сжав зубы.