Эхо забытых дней

С каждым днем, проведенным в Азкабане, Эдвард становился всё более бессознательным, как будто его тело и душа постепенно растворялись в пустоте. Его магия, которой когда-то он пытался овладеть, иссякла, и теперь его силу можно было бы сравнить с безжизненной оболочкой, оставшейся от когда-то живого существа. Дементоры неустанно высасывали из него всё, что хоть как-то напоминало счастье или надежду. Они забрали не только воспоминания, но и его способность чувствовать, заставив его сердце стать холодным и пустым. Он больше не был тем мальчиком, который когда-то мечтал о будущем, надеясь на исцеление и восстановление. Его тело истощилось, кожа стала бледной, почти прозрачной, а глаза — пустыми, как у самих дементоров. В них не было ни боли, ни страха, ни даже остаточного света. Они стали как два черных зеркала, отражающие пустоту, что царила в его душе. Он был как одно из тех существ, что когда-то служили своим хозяевам с преданностью, но теперь сами стали частью их страха и тени. Эдвард стал чем-то бесформенным, лишенным всякой индивидуальности, растворившимся в мире, полном туманных воспоминаний и невыносимой темноты. Именно в этом состоянии, когда всё внутри него было поглощено дементорами, он стал отражением самого Азкабана — местом, где ничего не оставалось, кроме тени и боли. Его быстрая утрата чувств и сознания стала последним шагом в превращении его в подобие тех существ, что когда-то его мучили. Его тело худело, мышцы атрофировались, а кожа стала такой же холодной, как и стены тюрьмы, в которой он был заточён. Он больше не был живым человеком. Он стал отражением тех, кто оставил в мире лишь пустоту. И теперь, как и дементоры, Эдвард был просто забытой тенью, скитающейся по миру, который уже давно не помнил его имени.