По ту сторону Москвы

— Вот дерьмо ёбаное! — кричал молодой человек лет двадцати, убегая от существа, которое гналось на всех парах за ним. По детским площадкам, переулкам, аллеям и паркам, главное - добежать до дома сестры. Но существо не отставало. Оно хотело повалить его на землю, искусать, выпить кровь и заразить, чтобы парень также ходил и бегал по улицам, пытаясь ненароком кого-нибудь тоже куснуть. Повсюду орали сирены, которые призывали оставаться дома, тем самым привлекая все новых и новых мертвецов. Вдруг парень споткнулся и упал на проезжую часть, сильно ударившись головой. “Не теряй сознание, не теряй сознание, поднимайся, мать твою” — прокручивал в голове молодой человек, но тело его не слушалось. Тем временем, мертвец был уже в считанных метрах от лежащего парня. Он закрыл глаза и приготовился прочувствовать всеми нервными клетками укус зомби, но резкий звук удара машины о человеческое тело заставил его поднять веки. Тело догонявшего молодого человека мертвеца лежало в метрах пяти от него, а прямо перед парнем стоял красный “Форд”, который показался ему очень знакомым. — Тимурчик, ты решил откинуться раньше времени? — весело спросила женщина, выходя из автомобиля. — Дилара! — восторженно вскрикнул Тимур, параллельно поднимаясь с земли. Головой приложился он нехило, от чего боль начала распространяться по всей черепной коробке. — Да я это, я, чё кричишь то, — сказала Дилара, осматривая бездыханное тело, — Неплохо я его, да? — Охренеть как неплохо, ты мне жизнь спасла! Только давай потихоньку двигать отсюда, пока другие не захотели поужинать нами! Парочка быстро села в машину и поехали к дочке Дилары - Даяне. Хорошо, что жили они недалеко. За окном уже было темно, поэтому оба были настороже. — Ты с мамой мой когда связывалась последний раз? — спросил Тимур. — Та пару часов назад, до того, как связь рубанули, — пожав плечами, ответила Дилара, — Все нормально с ней, я уверен. Серега же с ней на работе был, я уверена, они просто окольными путями едут домой. — Хочется верить. Как бы мост в Реутове не рубанули, а то зная наших, они тем самым могут якобы “предотвратить распространение инфекции”. — Не рубанули, мы бы это услышали или увидели. Гриб от взрыва поднялся бы неплохой, — сказала Дилара, — А вот мы и приехали. Давай быстренько вылезай, за Даяной бегом и сразу вниз. К тебе домой поедем, дождемся родителей и двинем загород. Тимур выскочил из машины и подбежал к подъезду. Хорошо, что он запомнил код от двери, иначе пришлось бы звонить и создавать больше шума. Открыв дверь ему предстала ужасная картина. Семь или восемь мертвых тел лежали в куче в углу помещения. Несло от них так, будто каждый перед смертью съел по две банки гороха. Стараясь не обращать на них внимания, Тимур нажал на кнопку вызова лифта. Повезло, что он на первом этаже и двери моментально открылись. Тимур зашел внутрь и нажал на кнопку шестого этажа. Сразу заиграла прекрасная успокаивающая музыка и двери закрылись. Сам лифт был полной противоположностью подъезда - никакой крови, никаких тел, да даже никакой грязи внутри не было, словно он был из другого мира. Двери открылись в не менее чистый коридор. Может, то, что было внизу - мираж? Стараясь собраться с мыслями, Тимур направился к квартире номер двадцать четыре и трижды стукнул по двери. Даяна почти моментально открыла. Это была милая семнадцатилетняя девочка. Волосы она собрала в две косички, под глазами были синяки и следы от слез, а за спиной уже висел рюкзак. — Дая, нам нужно быстренько вниз, пока твою маму, не дай Бог, не сожрали, — быстро сказал Тимур, беря за руку сестру. — Тим, что происходит? Я толком услышала только, что у нас опять эпидемия какая-то, только теперь люди жрут друг друга, — дрожащим голосом сказала девочка. — Вот наши шутки и воплотились в жизнь, сеструх. Дошутились, епт, — нервно сказал Тимур, тыкая на кнопку лифта, — Да где он, только что тут был. Вдруг раздался рёв. Парень посмотрел в сторону звука и по его спине пробежал холодок. Зомби. Уродливый, высокий и толстый кусок тела смотрел на них. Дверь в соседнюю от Даяны квартиру была открыта, а оттуда выползала девушка, держась за шею. Видимо, она пыталась сбежать от своего зараженного мужа. — В лифт, бегом! — на последнем издыхании сказала девушка и ее тело обмякло. Двери открылись. Тимур и Даяна попытались забежать внутрь, но метрвец успел ухватить девочку за руку. — Отъебись от неё, мразь! — прокричал парень, бросаясь на зомби. Испуганная Даяна забежала в лифт, в Тимур оседлал мертвеца и стал мутузить его кулаками. Раньше он занимался боксом, поэтому сил вполне хватало на то, чтобы отключить тело, хоть и на время. Но мертвец все еще был в сознании и даже успел поцарапать парня. — Мать твою, зря! — сказал Тимур, поднимаясь. Он немного размахнулся и со всей силы пяткой ударил зомби по носу. Было слышно, как сломались кости, а из самого носа полились остатки крови. — Все, валим, — сказал Тимур, забегая в лифт, — Видела, да? Я его гасанул будь здоров. Будет, что рассказать. — Тим…, — плача, обратилась к брату сестра. — Что такое? — спросил Тимур, смотря на Даяну. Он поймал ее взгляд, который был опущен на руку. В горле у парня пересохло. На руке сестры виднелся укус - небольшой, но достаточный для того, чтобы заразить человека. — Нет, черт , нет, быть не может! — дрожащим голосом закричал Тимур, — Не верю, это царапина…это…это пройдет…залечим. Даяна стояла и плакала, качая головой из стороны в сторону. Тима и сам понимал, что занимается самообманом, но ничего не мог с собой поделать. Он не мог поверить, что это произошло именно с его сестрой, будто других людей в мире мало. — Послушай меня, — начал Тимур, — Ты чувствуешь что-то? Помутнение сознания? Ты превращаешься? — Мне…мне плохо, — еле-еле отвечала Даяна, — Температура и…знобит. Тим, меня брать…опасно, вдруг…я заражу вас…и вы тоже…станете. — Подожди, ты еще не заразна. Температура - побочный эффект, может быть, все обойдется. Нам нужно в больницу, там все скажут. Даяну вырвало. Не простой желчью, а кровью, с вкраплениями странной белой субстанции. Двери лифта открылись. Тимур взял на сестру на руки и побежал к двери. Все было будто в тумане. У парня была одна цель - спасти сестру. Он вихрем вырвался из подъезда, у которого стояла обеспокоенная Дилара. — Тим, почему так долго? — нервно спросила она, не обратив внимания на то, что Даяна на руках брата. — Неважно, задержались, — отмахнулся последний, — Нам в больницу надо. — Зачем? — сначала удивленно спросила мать Даяны и только потом в ужасе взглянула на своего ребенка, которого рвало уже без перерыва. — Цапнули ее, но я думаю, что можно все решить, — быстро ответил Тимур, аккуратно кладя сестру на заднее сиденье машины, — Я за руль, а ты следи за ней. Поворот ключа, рев мотора и вот красный «Форд» несется по улицам Новокосино - прекрасного района на востоке Москвы. Все детство пацанов из компании прошло здесь. Знакомства, тусовки, алкотрипы, любовь - это небольшая Мексика внутри Москвы. А может пацаны просто романтизировали, это уже никто и никогда не узнает. В машине работало радио. Не в развлекательных целях, а для понимания того, что происходит вокруг. Но пока оно молчало и лишь изредка сквозь белый шум пробивались чьи-то голоса. Что они говорили было почти невозможно разобрать. — Все, приехали, — быстро сказал Тимур, резко нажав на педаль тормоза, — Даяну давай сюда, я быстро в больницу и назад. Подросток взял на руки сестру, которой было уже совсем плохо - ее глаза закатились, а изо рта потихоньку сочилась пена. Укус на руке покрылся струпьями, а кожа приняла жуткий желто-белый оттенок. Двери больницы были нараспашку, но ни охранника, ни людей внутри не было. Лишь длинный и пустой белый коридор. Тимур забежал внутрь, перепрыгнул через турникет и побежал вдоль ряда дверей. “Терапевт…невролог…окулист…хирург. Вот, то что надо” - думал парень, смотря на таблички. Дверь в кабинет была закрыта, а из-за нее доносились странные звуки. Тимур робко приоткрыл ее и увидел то, что и ожидал - в углу комнаты стояла молодая девушка в медицинском халате и с ужасом смотрела куда-то в сторону. Подросток заглянул внутрь и увидел другую девушку - та билась в конвульсиях, выламывая руки и ноги так, как ни один нормальный человек не смог бы. Парню аж самому стало больно, но он понимал, что если будет стоять так и дальше, его настигнет та же участь. — Девушка, бегом! — прокричал Тимур, открывая дверь. Она оторвалась от бьющегося в конвульсиях тела и посмотрела на подростка. Невысокая, симпатичная, с миленьким лицом, которое переполняли эмоции. — К..куда бегом? — заикаясь, спросила девушка. — За мной или ты хочешь, чтобы ты также валялась? — заорал Тимур так, что она вздрогнула и резко побежала к двери. На счастье группы, коридор был все также пуст. Значит, осталось всего лишь добежать до машины. Эти секунды длились будто целую вечность. Никто еще до конца не мог поверить в случившееся. Или не особо и хотел этого делать. — Тим, кто это? — спросила Дилара, осматривая новую спутницу. — Не сейчас, давайте в машину и валим нахер из города, — отмахнулся Тимур, кладя Даяну на заднее сиденье, — Девушка, садитесь сзади с ней, Диль, ты ко мне вперед. Машина вновь тронулась. Первые минуты в ней стояло гробовое молчание, которое прерывалось звуками клацанья пальцев по экрану смартфона - Дилара искала самый короткий выезд из города. — Девушка, как вас зовут? — через несколько минут быстро спросил Тимур. — Алина, — робко ответила девушка. — Интересно. Не думал, что девушка с таким именем вновь встретится в моей жизни. Но ладно. Алин, осмотри, пожалуйста, Даяну. У нее укус. Я понимаю, что ты хирург, но все-таки. Алина резко отстранилась. — Вы больные? — в ужасе спросила она, — Вы зараженного к себе машину взяли и хотите с ним куда-то ехать? — Следи за словами, это сестра моя, — нервно ответил Тимур, — Я думаю, врачи точно знают, возможно ли излечение или хотя бы замедление распространения вируса. — Та девушка, которая была в кабинете… Она пришла, когда ее уже рвало и глаза закатились… Она попросила помощи, прооперировать, вырезать укус, легла на кушетку, я подготовилась оперировать сразу, только руки помыла и инструменты подготовила, а она… упала с кушетки и начала извиваться. Минут десять точно прошло до того момента, как ты пришел. — Черт, — сказал Тимур, — Она успела что-то сказать? Когда ее укусили? Алина отрицательно покачала головой. Парень со всей силы ударил по рулю. Он начинал чувствовать безысходность. Где мама? Жива ли она вообще? Будто в ответ на его слова что-то пиликнуло на заднем сидении. Тимур вспомнил - рация. Она всегда была в этой машине на случай непредвиденных ситуаций. Так сестры, Дилара и Фая, мама подростка, всегда могли выйти на связь. — Алин, рацию, быстро! — заорал Тимур. Девушка взяла в руки устройство и передала его подростку. — Дилар, Дилар, прием, — говорил голос, который принадлежал маме Тимура, — Мы движемся в сторону Железнодорожного. Сын… сын мой пропал. Женщина еле сдерживала слезы. Это было прекрасно слышно. Да и на глаза подростка они тоже навернулись. — Мам… мамочка, я тут, — тихо сказал Тимур в рацию. — Сыночек! Боже мой, как я рада, что ты жив! Мы стояли и ждали тебя, но город начали блокировать… Я думала… неважно… Диля рядом? Даяна? — Все на месте, мам. Мы едем в вашу сторону. Встретимся в Электростали. — Хорошо, сынок, люблю тебя, мы на выезде из города, — облегченно сказала женщина. Рация пиликнула и вновь замолчала. — Дилар, нам отсюда до Железнодорожного рукой подать, ты помнишь. Еда на даче есть? — спросил Тимур. — Есть, я недавно там была, завозила. Тимур нажал на педаль газа сильнее и машина полетела вперед. Если верить картам, то до выезда из города им оставалось всего два километра, а дальше шоссе до Железнодорожного. Впервые за этот вечер Тимур почувствовал облегчение. Главное, что все живы и могут выбраться. Единственные, про кого он не знал, это пацаны. Но он продолжал верить, что с ними тоже все хорошо, ведь все помнили, где находится дача и куда можно приехать в случае опасности. Группа проезжала по темным улицам, на которых, на удивление, царило спокойствие. Никаких толп ходячих мертвецов, как в фильмах. Изредка слышались крики, но они были далеко. Желающих тоже выехать из города, видимо, не было. По пути им попались несколько машин, но не очереди из автомобилей длиной в несколько километров. По крайней мере в Новокосино царило спокойствие и умиротворенность. Странно было это ощущать в ситуации, которая сложилась. На заднем сидении посапывала Даяна - ее состояние немного улучшилось, но небольшой ручеек пены все также тёк. Алина держала ее голову у себя на ногах и ежеминутно проверяла пульс и дыхание. Тимуру она сразу понравилась. Худая, красивая, с заплетенными в хвост волосами молодая девушка. На вид ей было не больше двадцати. У нее были яркие зеленые глаза и небольшие губки - эталон красоты для среднестатистического подростка, не только для Тимура. Да и судя по ее внешнему виду, она явно ходила в спортзал, что тоже было для парня важно. Дилара сидела в телефоне, проверяя, не появится ли сеть. Глупая надежда, но, как говорится, умирает она последней. — Алин, как Даяна? — спросил Тимур. — Состояние стабилизировалось, но, честно скажу, вряд ли она не заразится. Пока таких случаев я не слышала, — ответила девушка. — А как быстро инфекция полностью побеждает организм? — Честно, не знаю… та девушка была первой зараженной, которую я вообще увидела. Но, судя по всему, процесс не такой быстрый, как в фильмах. Несколько часов точно организм будет бороться. Тимур сглотнул. Даяну укусили около часа назад, а значит уже скоро она может превратиться в существо, которое станет жрать всех подряд. — То есть… единственный вариант - убить? — быстро спросил Тимур. Алина промолчала. Тут все было понятно без слов. Тимур посмотрел на Дилару. Из ее глаз текли слезы. Она пыталась верить в то, что это все страшный сон и она проснется, а ничего и не было. Но головой она понимала, что это невозможно. Это были ее последние часы с человеком, которого она растила и воспитывала долгие годы. Тимур не помнил, сколько уже ехал до выезда из города. Да и не особо его это волновало. Он также был погружен в мысли о том, что его сестра, хоть и двоюродная, но уйдет из жизни, причем совсем скоро. Человек, с которым Тимур прожил большую часть своей осознанной жизни, которого любил всем сердцем и душой. — Ура, доехали! — вскрикнула Дилара. — Угу, доехали, — ответил Тимур, понимая, что здесь что-то не так. Перед их глазами красовалась перечеркнутая надпись “Москва” и огромная пробка из машин. Многие водители, видимо, устали сидеть и стояли около своих автомобилей. Кто-то выглядел бодрым, кто-то уставшим, кто-то смеялся, кто-то курил. Каждый был занят своим делом. — Пойду осмотрюсь, — сказал Тимур, отстегивая ремень безопасности. — Может не стоит? — робко спросила Дилара. — Не беспокойся, люди стоят, значит безопасно. Я мигом. Тимур вышел из машины, захлопнув за собой дверь. На улице было достаточно шумно. Больше всего кричали где-то спереди, за бесчисленным количеством автомобилей. — Мужики, а че стоим, кого ждем? — спросил Тимур, подходя к группе из трех человек. — Та мы сами в непонятках. Будешь? — спросил взрослый мужчина, протягивая сигарету. Подросток кивнул и затянулся. О, как же это было приятно. Никотин, проникая в организм, доставлял огромное удовольствие и расслаблял. Это был глоток свежего воздуха для утопающего в пучине событий предыдущего вечера Тимура. — Че, может потопаем, спросим, че не едем? — после небольшой паузы спросил подросток, делая еще одну затяжку. — Ну, идея здравая. Только лишь бы эти черти не прибежали сюда, — ответил другой мужчина, бросая сигарету на пол, — Пошли. Группа выдвинулась вперед. Контингент людей, сидящих в машинах, был потрясающе разнообразным. Тут были и мамочки с детьми, и подростки, и взрослые мужчины, и дедушки с бабушками. Все стремились свалить отсюда. Ряд машин казался Тимуру бесконечным. Сколько бы они не прошли, конца и края этой пробки не было видно. Но спустя несколько минут у группы все-таки получилось дойти до самой первой машины, из-за которой все остальные и остановились. Тимур сглотнул - худшие его опасения оказались правдой. Дорогу на выезд из города преграждали несколько бронетранспортеров, на которых стояли военные, которые тоже явно были ошарашены произошедшим, пытаясь тщательно скрывать эмоции. Перед военными машинами собралась толпа. — Граждане, просим вас сохранять спокойствие. Не суетитесь, все равно до особого распоряжения выезд из города запрещен. Садитесь в автомобили и уезжайте по домам, — кричал один из военных в ответ на возмущенные возгласы толпы. — Ты шо, мразь, убить нас тут хочешь?! Дай уехать, сука! — орал мужчина, который находился ближе всех к военнослужащему. — Молодой человек, я попрошу вас сохранять спокойствие и не переходить на оскорбления. Если мы увидим в вас угрозу - будет применена сила, — пытался перекричать мужчину военный. — А, ты мне угрожать вздумал?! Иди сюда, ублюдок! — неистово заорал мужик и попытался залезть на бронетранспортер. Удар, глухой звук падения и толпа приутихла. Сквозь нее Тимур сумел разглядеть этого мужчину, который лежал без сознания на асфальте, а из его затылка тёк ручеёк крови. Военный подозвал к себе сослуживца, что-то сказал ему и последний, кивнув, спрыгнул с бронетранспортера, уволок пострадавшего за военный транспорт. — Ну вот, теперь вы видели, что будет, если попытаться помешать нам исполнять приказ. Этому мужчине будет оказана медицинская помощь, после чего он в принудительном порядке вступит в ряды военнослужащих и будет помогать нам избавляться от заразы. Еще желающие есть? — спросил военный. Молчание толпы говорило само за себя. Люди начали постепенно расходится, но самые активные продолжали стоять у бронетранспортеров, пытаясь уговорить военного пропустить их. Вдруг, из толпы вышло двое мужчин. Одному на вид было около пятидесяти, а второй был ровесником Тимура. Первый что-то показал военному и тот жестом разрешил подняться. Тимур попытался вслушаться в разговор, хоть и из-за толпы это было нелегко. — Степан Михайлович, увы, разрешения на ваш проезд сейчас нет, но я свяжусь с командующим и он даст мне указания, — говорил военный. — Нет, вы меня неправильно поняли. Мне не нужно уезжать из города, я готов остаться и помогать вам в решении проблемы. Сына отправьте в безопасное место, — отвечал мужчина. — Боюсь, такового места у нас уже не осталось. Я знаю, что в Лужниках готовят убежище, но туда свозят семьи тех, кто помогает в устранении вируса. Для рядовых граждан убежища только готовятся. — Так я и готов помогать. Сына отправьте туда, а меня можете забрать с собой. Военный кивнул и достал рацию. Несколько минут он о чем-то разговаривал по ней и после этого жестом показал второму мужчине подниматься. — Ваш сын будет доставлен в убежище, соответствующий транспорт уже движется в нашу сторону. Но это в качестве исключения за ваши заслуги перед Родиной, Степан Михайлович, — тихо, но отчетливо сказал военный. — Спасибо, товарищ сержант. Саш, спускайся за кордон, там тебя встретят. Тимура бросило в жар. Он наконец-то понял, почему эти двое показались ему знакомыми. — Сань! — закричал подросток. Мужчина, который уже собирался спрыгивать за бронетранспортер, обернулся. На его лице расползлась улыбка. — Тим, ничего себе, здарова! — прокричал Саша, маша рукой, — Товарищ сержант, его тоже с собой надо забирать. Лицо военного поменялось. — Степан Михайлович, я еле уговорил руководство дать вашему сыну убежище, уговор был на одного человека, меня не поймут, если допустить еще и второго. Отец Саши посмотрел на сына. Он знал, кто такой Тимур и понимал, что если не получится взять его с собой, сын ему никогда это не простит. — Товарищ сержант, его надо тоже взять, другого исхода нет, — сказал Степан Михайлович. Тимур подошел поближе. Теперь он отчетливо видел своего друга и его отца. Будь Саша на несколько лет старше, он был бы точной копией своего родителя. — Товарищ сержант, разрешите? — спросил Тимур, жестом выражая желание подняться на бронетранспортер. Военный кивнул и подросток залез на транспорт. Он понимал, что его слова, которые он собирался произнести, могут в корне поменять ситуацию, но он не мог оставить свою семью здесь. — У меня семья в машине сидит в нескольких минутах ходьбы отсюда. Я не могу их бросить, поэтому предлагаю сделать следующим образом - вы отвезете их в безопасное место, а я буду помогать вам в решении проблемы, которая сейчас очень мешает нам всем жить спокойно. Стрелять умею, военную кафедру в университете окончил. Почти, — выпалил Тимур. — Это уже ни в какие ворота не лезет, черт побери, — яростно начал военный, обращаясь ко всем стоящим на бронетранспортере, — Договор был на одного, тут появился какой-то хрен, который хочет, чтобы и его семью спасли. Знаешь, мальчик, я тоже хочу, чтобы моя семья была в безопасности. Но всем похрену. Они сейчас в центре и никто, никто, не хочет им помогать, даже при условии, что я военный и их должны отвезти в безопасное место. Мир сейчас жесток, как никогда. Тимур почувствовал в голосе нестерпимую боль. Вероятно, у сержанта семья попала в беду, а может и вовсе больше не находится в живых. — Товарищ сержант, я понимаю… Я все понимаю. Но я вас прошу. У меня в машине сидит врач, она готова будет помогать тоже, но спасите моих. Я верю, что это в ваших силах. Военный несколько секунд смотрел на Тимура и после кивнул. Жестом он показал наклониться, чтобы что-то сказать на ухо. Подросток последовал просьбе. — Пацан, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, я понимаю, что ты напуган. Но пообещай мне одну вещь - ты не дрогнешь и будешь выполнять любой приказ, который отдам тебе я или другой вышестоящий по званию военный. Только при этом условии я буду готов взять на себя ответственность за тебя, — тихо прошептал сержант. — Да, я обещаю, — также тихо ответил Тимур. Военный одобрительно кивнул и сказал подростку, чтобы он вел сюда семью. Спускаясь с бронетранспортера Тимур поймал взгляд Саши, который явно был полон одобрения. — Сань, скоро увидимся, — сказал напоследок подросток и побежал к машине. Второй раз за этот вечер он почувствовал облегчение. Наконец-то появился уголок, где, хоть и ненадолго, но будет комфортно и безопасно. Он бежал изо всех сил и спустя пару минут увидел свой красный “Форд”, рядом с которым стояла обеспокоенная Дилара. — Тим, ну где ты был? Мы здесь уже все на взводе и Даяне уже совсем плохо, — нервно спросила тётя. — Вас…вас доставят в безопасное место…договорился, — задыхаясь, сказал Тимур, — Военные…отвезут вас. Как мама… выходила на связь? — Твоя мама с Сергеем уже едут в сторону Электрозаводска, по обходному пути. Тоже увидели эту пробку, — ответила Дилара, — Должны скоро доехать и будут в безопасности. А как у тебя получилось договориться? Что ты сделал? В ответ Тимур лишь покачал головой и жестом показал двигаться за ним. Он открыл заднюю дверь, взял на руки умирающую сестру и помог выбраться Алине. Всей компанией они двинулись обратно к кордону. — Тим…тебе не обязательно помогать мне, я для тебя никто, — начала Алина, но Тимур ее перебил. — Однажды я уже совершил ошибку с девушкой, которую также звали. Второй раз обосраться не хочу. Тебя отвезут в убежище, там будешь помогать другим врачам. Алина покраснела. — Спасибо…, — сказала она и поцеловала Тимура в щёку. В этот момент последний ощутил такую эйфорию, которую не ощущал последние несколько лет точно. Поцелуй, хоть и незначительный, был лучше любого стимулятора. Остаток пути прошел в полном молчании, а Тимур прокручивал в голове это действие со стороны девушки. “Неужели я ей понравился? Да нет, не может быть. А что, если все-таки да? Вот спасем мир и будем строить уже прекрасные отношения на руинах предыдущего общества” — думал про себя подросток, иногда поглядывая на Алину. Шум толпы отвлек его от этих мыслей. — Дайте нам возможность тоже уехать! Почему у кого-то привилегии есть, а у кого-то нет? — кричала женщина. — Гражданка, на этих людей поступил запрос из вышестоящей инстанции, я военный, я следую приказу, — томно отвечал сержант, — А вот и они. Расступитесь, пожалуйста, и дайте проход семье военнослужащих и дипломатическому работнику. Люди, хоть и нехотя, но расступились. — Дипломатический работник? — тихо спросил Тимур у сержанта. — По-другому они бы не успокоились, — с усмешкой ответил военный, — А что с девушкой у тебя на руках? Тимур промолчал и сержант понял его без слов. — Зараженных за кордон пропускать нельзя, — нервно прошептал он. — Она борется, выкарабкается, дайте ей шанс, — ответил Тимур. Рука военного потянулась к ноге. Раздался щелчок и через мгновение в руке сержанта был пистолет. — Я и так позволил вам многое, чего не должен был. Помнишь, что ты мне пообещал? Тимур кивнул и военный продолжил. — Отлично, я рад, что помнишь. Её маму и твою девушку я пропущу, но вот ту, что у тебя на руках - нет, — сказал сержант, протягивая пистолет подростку. Пазл в его голове сошелся и он злобно посмотрел на военного. — Я не убью её, это моя сестра! — прокричал Тимур, — Что, мать твою, у тебя в голове? — Ничего личного, парень. Ты сам пообещал, что выполнишь любой приказ вышестоящего по званию. Я за язык не тянул, — также громко ответил сержант, параллельно показав какой-то жест военным у него за спиной. Через секунду они уже стояли на бронетранспортере, перекрывая путь Диларе и Алине. В руках они держали “калаши”, которые были направлены на девушек. — Ты ебаный изверг, ты заставишь меня убить мою сестру? — заорал Тимур, передавая сестру Диларе и бросаясь на военного. В миг последний скрутил подростка и приложил его к транспорту так, что во рту появился привкус крови. Сержант наклонился к уху Тимура. — Я понимаю, что это нелегко. Но в нынешних реалиях тебе придется убивать, хочешь ты того или нет. Порой, придется убить и своего близкого человека. Рассказать, что произошло с моей семьей? Мне пришлось выпустить пулю в лоб своему четырехлетнему ребенку, который укусил мою жену. Ты знаешь, как это больно? В центре остался мой брат и мои родители. Я не знаю, что с ними и когда я их смогу увидеть. Поэтому засунь свои эмоции себе в шоколадное яблоко и стреляй, иначе отправишься со своей сестрой на Страшный Суд, — сквозь слезы прошептал сержант. — А че, кишка была тонка попытаться спасти ребенка? Кишка тонка поехать в центр и найти свою семью? — в ответ прошептал Тимур. — Я пытался спасти ребенка. Вечером предыдущего дня я забирал его из детского сада. Он плакал и говорил мне, что ему плохо. Мол, воспитательница укусила его в плечо и после куда-то убежала. Я повел его в больницу, где мне сказали, что она была просто не в себе и предложили написать заявление. Я сразу подумал, что здесь что-то не так и спросил, стоит ли принять какие-то лекарства, на что получил ответ “нет, с вашим ребенком все хорошо”. Я привел его домой, где его начало рвать, а после он уснул. Мы с женой положили его рядом с нами. А ночью я проснулся от того, что кричит моя жена. Я увидел, что у сына закатаны глаза, тело покрыто струпьями, а изо рта торчит кусок кожи, который он сгрыз с нее. У меня не было другого выбора, потому что я понял, что это та самая болезнь, о которой нас предупреждали на службе. Понял, но было слишком поздно. Пистолет, в котором были две пули, для себя и для врага, был использован против моего ребенка и моей жены. Теперь ты понимаешь, о чем я говорю?! — уже не скрывая слезы, яростно шептал сержант, — А мой брат - врач. Он мне звонил вчера и говорил, что заперся в комнате, потому что наши родители попытались его укусить. Больше я его не слышал, но я не могу поверить в то, что взрослые люди не в силах выбить дверь. Слезы солдата падали на крышу бронетранспортера рядом с лужицами крови, которые выплевывал Тимур. Теперь он понимал, почему сержант требует от него выполнения приказа - чтобы повторно не было так больно, как сейчас этому бедному военному. — Хорошо, только дай мне попрощаться с ней, — тихо сказал подросток. Сержант убрал колено от щеки Тимура и помог ему подняться. — У тебя три минуты, потом конвой уходит без вас. Время пошло, — сказал военный и отвернулся к своим сослуживцам, которые уже помогали подняться девушкам. Тимур обернулся на Дилару и, не смотря ей в глаза, взял Даяну на руки. — Сестра, слышишь меня? — дрожащим голосом спросил подросток. — Да…Тим, — полушепотом ответила Даяна. Было видно, что каждое слово дается ей тяжело. — Послушай меня…, — начал Тимур, но сестра его перебила. — Я знаю…знаю, что я почти мертва. И я услышала, что тебе сказал…военный. Тим, тебе надо это сделать…только так ты спасешь маму и…девчонку, в которую успел влюбиться. И не говори, что это не так, — слегка улыбнувшись, сказала Даяна, увидев, что брат хотел ей возразить, — Ты думаешь, я не видела ту улыбку, которая расплылась по твоему лицу, когда она тебя чмокнула? — Даян, я…я не смогу спустить курок…я люблю тебя…я не смогу убить любимого человека. Пошел дождь и Тимур заплакал. Он не верил, что такое могло произойти именно с ним. На Земле живет больше восьми миллиардов человек, а укусили именно его сестру. — Тим…Тим, пожалуйста, не плачь…Я понимаю, что тебе…больно…но ты облегчишь и мои страдания. Меня будто изнутри что-то режет, я не могу даже дышать…нормально. Давай нашу…с тобой…песенку исполним под конец… как в детстве, — кашляя, сказала Даяна. Тимур спустил на землю сестру и обнял. Это были его последние секунды с ней и он хотел, чтобы они длились бесконечно. —Да…давай… только перед этим… я люблю тебя, сестренка. Мы еще обязательно встретимся, — рыдая, прошептал Тимур, — Я не хочу этого делать! — Но ты должен… ты в глубине души понимаешь…что это единственный выход… я все равно не доживу… а так, последние секунды я проживу с любимым братом, — сказала Даяна, кладя руку на щеку Тимура, — Иди… возьми пистолет… и приходи. Подросток поднялся. На мгновение у него промелькнула мысль: “А что, если забрать пистолет и расстрелять военных? Тогда и остальные люди смогут пройти за кордон”. Он решительно направился к сержанту, который стоял, протягивая пистолет. — Не делай глупости, здесь один патрон. Целься точно в лоб, в таком состоянии у нее мгновенно наступит смерть. У тебя минута, — сказал военный, отдавая пистолет в руки Тимура. Подросток резко взял пистолет и направил его на сержанта. — А если я тебя грохну, а? Мудила! — заорал Тимур. — Парень, я понимаю твои мысли, но если ты убьешь меня, мои ребята сначала убьют тебя, а потом вышвырнут твою семью. Кому хуже будет? — не поменявшись в лице спросил военный. — А может плевать. Может я хочу, чтобы ты отправился к своей семье. Да, я тоже умру, но ты получишь по заслугам за этот долбанный приказ! — продолжал кричать подросток. — Тогда делай, я не боюсь смерти, — спрыгивая, ответил сержант, — Я за один день потерял всех, кто мне дорог. В этом мире меня ничего не держит. А вот тебя - да. На тебя ложиться ответственность за свою родную кровь. Так что перестань распускать нюни и сделай то, что должен. — Почему это не можешь сделать ты?! — рыдая от обиды и боли, орал Тимур. — Потому что это твой путь. Я не знаю, что может произойти в будущем, но ты должен быть готовым к тому, чтобы выпустить пулю в родного человека не задумываясь ни на секунду, — сказал военный, наклоняясь к уху подростка, — Если промедлишь - можешь потерять всех до единого. Я промедлил и потерял двух близких людей, хотя мог потерять одного. Не наступай на те же грабли и сделай, мать его, этот шаг. Тимур опустил пистолет. Слова сержанта подействовали на него, как дефибриллятор на человека, находящегося при смерти. Он обернулся на сестру, которая сидела и ждала своего брата. — Я верю в тебя, парень, удачи, — дрожащим голосом сказал военный, похлопав по плечу подростка. Тимур отошел и сел рядом с сестрой. — Безумно… безумно занят мой братишка, — тихо начал подросток. — А я фигней… опять страдаю, — продолжила Даяна. — Его вся жизнь сплошная… спешка. — Я ж вечно в облаках витаю. — Он умный, смелый, деловой. — Я - бестолковая…трусишка. — Но он…зовет меня… сестрой. — А я… его… своим братишкой, — закончила Даяна, — Люблю тебя, мой старший брат. Прощай. — И я тебя… люблю… сестра, — не в силах убрать слезы, сказал Тимур, — Прощай. Подросток поднялся и направил пистолет на Даяну. Палец лежал на спусковом крючке, но он не слушался хозяина. Тимур бросил взгляд на сержанта, который показывал на часы, отвернулся от сестры, выдохнул и нажал на курок. Выстрел. Глухое падение тела. Подросток не хотел смотреть на свою мертвую сестру, понимая, что это принесет еще больше боли. Он бросил пистолет на пол и, как в тумане, пошел в сторону бронетранспортера. Он уже и не помнил, как сержант приобнял его и сопроводил до конвоя. Он не помнил лицо Саши, которое смотрело на него с большой обеспокоенностью. Он не помнил, что, сквозь слезы и обнимая, говорила ему Дилара. Для него все мысли и воспоминания остались там, за бронетранспортерами, рядом с телом погибшей от его рук сестры. Он не знал, что делать ему дальше, как жить. В нем кипели гнев, ненависть, боль утраты и одновременно апатия. Капли дождя тихо стучали по крыше джипа, в котором ехала вся группа из знакомых и незнакомых друг другу людей. Они были в безопасности и понимали, что совсем скоро доберутся до места, где смогут попробовать начать новую жизнь. Последнее, что помнил Тимур в тот вечер, это слова Дилары, которые были очень важны для него. — Твоя мама и Сергей выходили на связь, сказали, что добрались и спрашивали про тебя. Надеюсь, в убежище нам дадут возможность с ними связаться. Сказали, что ждут нас там, но я ответила, что планы немного поменялись. Они в безопасности, поселок огорожен и жители поставили баррикады. Будут пытаться выстраивать новую жизнь по кусочкам. Сказали, что будут ждать нас там, — сказала Дилара. В ответ Тимур лишь кивнул. Он не мог ничего ответить, да и не хотел. Главное, что еще одни его родные люди в безопасности. Сейчас у него было одно желание - проснуться в холодном поту в кровати и чтобы это все оказалось лишь кошмаром. Но, увы, это была реальность нового мира. Ему и всем его близким предстояло пройти длинный путь. К сожалению, уже без одного родного человека, чье тело осталось лежать за кордоном, под небольшим, но холодным утренним дождем.