Глава вторая, где Макс не ведает что творит

«Ты не можешь менять направление ветра, но всегда можешь поднять паруса, чтобы достичь своей цели» — Оскар Уайльд

***

Их машина — «спидер», как называла её Эссара, — не ехала, а буквально плыла над мостовой, едва заметно покачиваясь на невидимых волнах. Макс сидел на пассажирском сиденье, вцепившись пальцами в край кресла. За окном проплывал Тид — и это было самое красивое и одновременно пугающее зрелище в его жизни. Это была Венеция в период своего величайшего расцвета, но перенесённая в будущее. Изумрудные купола, каскады водопадов, изящные арки, которые казались слишком тонкими, чтобы держать вес камня. Между зданиями бесшумно скользили другие спидеры, похожие на начищенные хромированные ложки. На фасадах, напоминавших шедевры Гауди, переливались голограммы, но не кричащие и неоновые, а мягкие, вписанные в архитектуру. Макс поймал своё отражение в затемнённом окне и тут же отвернулся. Из зеркальной поверхности на него смотрела симпатичная девушка в лёгком шёлковом платье. «Да это же просто салфетка с кружевами, а не одежда», — раздражённо подумал он. Ткань неприятно холодила кожу, ноги казались беззащитными, а отсутствие карманов вызывало почти физический зуд. Куда деть ключи? Куда сунуть руки, когда не знаешь, что сказать? — Сола, ты какая-то пришибленная, — Эссара бросила на него быстрый взгляд, ловко обходя на повороте массивный грузовой транспорт. — Тебе точно бакта мозги не разжижила? — Просто… привыкаю, — выдавил Макс. Его новый голос всё ещё звучал для него как чужая фонограмма. С заднего сиденья раздалось сухое механическое жужжание. Там, сложив манипуляторы на коленях, сидел робот. Если медицинский дроид в больнице выглядел как скелет, то этот был массивным, цвета потускневшей меди, с характерной «мордой», напоминающей хищное насекомое. — Замечание: Мадам, ваша частота пульса указывает на когнитивный диссонанс или скрытую панику, — произнёс дроид скрипучим, металлическим голосом. — Предложение: Если медицинский персонал допустил ошибку в вашем лечении, я могу вернуться и провести краткую, но чрезвычайно болезненную дезинфекцию госпиталя. Мои протоколы обслуживания теперь включают пункт «защита психологического комфорта хозяйки». Макс нервно сглотнул. — Не надо никого дезинфицировать, Хак. Всё нормально. — Разочарованное утверждение: Как пожелаете. Но мой палец уже начал поглаживать предохранитель. Это было бы так… эффективно. «Господи, у меня дворецкий — маньяк», — подумал Макс. Эссара лишь рассмеялась, похлопав по приборной панели. — Хак просто соскучился. Его никто не выпускал из подвала три дня, пока ты была в отключке. Отец боится, что он пришибёт кого-нибудь из садовников за «неправильную стрижку кустов». Они свернули на боковую улочку, вымощенную тёмным камнем. Спидер мягко опустился. — Давай пройдёмся? — предложила Эссара. — Тут кафе «У Кайланты», тебе всегда нравились их пирожные. Доктор сказал, глюкоза полезна для нейронных связей. Город дышал покоем, но Макс, натренированный годами придумывания триллеров, чувствовал фальшь. Люди вокруг были слишком идеальными. Женщины в длинных платьях, мужчины в камзолах — все улыбались, но стоило им увидеть что-то «неправильное», как улыбки мгновенно гасли. На противоположной стороне улицы трое парней с зелёными полосами в волосах — местная мода? — окружили странное существо. Длинные уши, глаза на стебельках, нескладное тело, одетое в какие-то лохмотья. «Гунган», — всплыло в голове Макса. — «Джа-Джа Бинкс, только… настоящий?» — Пшёл вон, дикарь! — рявкнул один из парней, толкая существо в плечо. — Набу — планета для людей, а не для болотных жаб. Корзина с жемчугом полетела на брусчатку, жемчужины покатились под ноги прохожим. И тут Макс увидел то, что разозлило его сильнее самих хулиганов. Прохожие. Благородные жители Тида просто отворачивались. Женщина с пакетом фруктов резко сменила маршрут. Молодой человек уткнулся в свою голографическую панель. Красивая Венеция оказалась полна равнодушных «овец». Внутри Макса закипела та самая злость, что и десять лет назад в школьном дворе. «Волк в шкуре овчарки, говоришь, Андрей? Ну, посмотрим». — Эй! — крикнул он, не думая о последствиях. — А ну отвалили от него! Эссара охнула, пытаясь схватить его за руку, но Макс уже сорвался с места. В его голове он всё ещё был мужчиной весом в восемьдесят пять килограммов. Он привык, что один его шаг заставляет людей сомневаться. Он влетел в круг, намереваясь просто сбить вожака с ног плечом. Но физика — суровая штука. Его нынешнее плечо было в два раза уже прежнего. Вместо мощного удара получилось неуклюжее столкновение. Парень лишь пошатнулся, удивлённо глядя на «дерзкую девчонку». — Ты чего, малявка? — ухмыльнулся он. — Шла бы мимо, пока платье не помяли. Макс, не тратя времени на болтовню, ударил его в челюсть. Коротко, как учили. Но вместо хруста кости он почувствовал лишь тупую боль в собственном запястье. У Солы не было массы. Её тело было тренированным, но лёгким, как пушинка. Удар лишь разозлил парня. — Ах ты, сучка… Трое пошли на него. Макс уклонился от первого замаха — его новые рефлексы были пугающе быстрыми. Он видел движение руки противника так, словно тот двигался в киселе. Уклон, нырок, удар под дых… Опять мимо. Он просто не мог пробить их защиту своей новой «весовой категорией». — Угрожающее замечание: Наблюдаю неэффективное использование биомассы, — раздался за спиной голос Хака. В этот момент один из парней выхватил вибронож. Лезвие мелко дрожало, издавая противный зуд. Макс попытался отступить, но носок туфли зацепился за брусчатку. Острая вспышка боли в боку. Платье мгновенно потемнело. В этот миг страх исчез. На его место пришла чистая, первобытная ярость. Максу захотелось, чтобы эти уроды просто перестали существовать. Чтобы их размазало по этим красивым стенам. Из центра его существа вырвалась невидимая волна. Это не было похоже на магию — скорее на резкий выброс сжатого воздуха. Двоих парней буквально сдуло, отбросив к колоннам кафе с глухим стуком. Третий застыл, выронив нож. — Утверждение: Хозяйка, я тронут вашей попыткой совершить массовое убийство самостоятельно, но это выглядит… дилетантски, — Хак шагнул вперёд, и в его манипуляторе материализовался тяжелый черный бластер. — Предложение: Позвольте мне завершить утилизацию этих мешков с мясом. Мой сенсор жаждет запаха горелого озона. — Не надо, Хак! — выдохнул Макс, зажимая рану на боку. Его трясло. Что это был за выброс? Как он это сделал? Подоспел патруль безопасности. Двое офицеров в желтых мундирах быстро скрутили оставшихся «Хранителей Тида». Гунган, дрожа, собирал жемчуг, постоянно кланяясь Максу. — Моя ваша благодарить… Моя ваша жизнь должен! — О боги, Сола! — Эссара была бледной. — Ты ранена! Ты с ума сошла? Зачем ты полезла? — Это было… правильно, — прошептал Макс. Голова кружилась. Спустя полчаса, в медпункте, всё казалось сюрреалистичным. Врач прилепил на порез бакта-пластырь, и боль ушла почти мгновенно. Полицейские, узнав в пострадавшей «лейтенанта Тапало», отдали честь и пообещали засадить хулиганов по полной программе. Амнезия снова стала идеальным оправданием для его странного поведения. Когда они наконец подъехали к дому, Макс был окончательно истощён. Особняк семьи Тапало оказался дворцом. Мрамор, колонны, портреты предков в золочёных рамах. — Совет: Молодая хозяйка, — Хак шел следом, его сервомоторы тихо жужжали. — Ваше стремление вступать в рукопашный бой без использования табельного оружия вызывает у меня системную ошибку. В следующий раз, пожалуйста, используйте бластер. Это чище, быстрее и оставляет гораздо меньше пятен на вашей одежде. К тому же, смотреть на предсмертные судороги органиков с расстояния десяти метров — это эстетическое удовольствие. — Спасибо за совет, Хак. Я учту, — пробормотал Макс, едва передвигая ноги. Он заперся в своей комнате. Просторная, почти аскетичная спальня. Никаких розовых рюшек — только функциональная мебель и большой гардероб. Он скинул порванное платье, чувствуя, как его передёргивает от отвращения к этой «тряпке». Из шкафа он вытащил первое, что попалось под руку и не выглядело как наряд принцессы: короткие спортивные шорты и серую майку-безрукавку. Макс подошёл к зеркалу. В тусклом свете лампы на него смотрела девушка. Короткая каштановая грива, решительный разворот плеч, сильные ноги. Это тело было создано для движения, для службы. Сола не была «кисейной барышней», она была бойцом. Он провёл рукой по плоскому животу, коснулся шрама, который уже затягивался под пластырем. — Ну что, писатель… — прошептал он своему отражению. — Хотел написать о герое поневоле? Поздравляю. Ты только что стал его главной героиней. Он плюхнулся на кровать, чувствуя, как мягкое одеяло поглощает его. Перед глазами всё ещё стоял тот выброс силы. Он знал, что это такое. Любой, кто хоть раз видел фильм, знал. «Я — джедай? Нет, это бред. С этими мыслями он провалился в глубокий, тяжёлый сон.