Глава 146. Презентация

Глава 146. Презентация

      Вечером после оглашения Деметриусом о начале выборов президента студсовета, Дэмиан приехал домой к Ане, но её там не застал. Она была на работе, и Дэмиан, так и не дождавшись своей девушки, уехал в общежитие. Он хотел попросить её отказаться от участия и поддержать его. Он знал, насколько категорична и упряма была Аня. А значит, нужно поговорить без спешки и наедине.       “Она поймёт, как это важно для меня. Поймёт и поддержит, как всегда делала”, – думал Дэмиан перед сном.       Красивый банкетный зал «Эдема» был разрушен. Повсюду валялись осколки штукатурки, лепнины, битой посуды, стекла – весь пол был усеян ими. Стены испещрены отверстиями от пуль. В воздухе витала пыль, пахло порохом, цементом, цветами, алкоголем, смесью ароматов еды и кровью. Огромная люстра с несколькими сотнями лампочек, имитирующих свечи, качалась и висела криво. Часть лампочек отсутствовала, часть просто не горела. Столы с закусками перевёрнуты. Некогда изысканные, дорогие белоснежные скатерти превратились в грязные рваные тряпки. На некоторых окнах отсутствовали стекла, и сквозь них виднелась темная ночь. Дорогие, золотого цвета атласные шторы напоминали решето.       Посреди зала на полу, раскинув руки в стороны, лежала Аня. Её розовые волосы, взъерошенные, спутанные, с крошками из осколков, разметались по полу. Глаза её были закрыты, а сама она бледна. Белое, похожее на свадебное платье с золотой вышивкой было изодрано, пышная юбка оборвана до колен, а на лифе-корсете на груди расползлось яркое рубиново-красное пятно…       – НЕ-Е-ЕТ! – закричал Дэмиан и резко сел в кровати.       Сердце его колотилось как отбойный молоток. Дышал он прерывисто и с трудом, хватая ртом воздух. Глаза в беспорядке шарили по комнате.       – Дэмиан, что случилось? – в комнату одновременно ворвались Юэн и Эмиль.       После того как они стали имперскими учениками, парни, в отличие от Дэмиана в свое время, решили воспользоваться привилегиями и расселились по отдельным соседним комнатам.       Дэмиан был бледным, трясся и не мог сказать ни слова.       – Вот. Выпей!       Эмиль налил в стакан немного воды и протянул Дэмиану. Дэмиан взял его дрожащей рукой. Зубы неприятно клацнули об стекло. Он сделал несколько глотков и немного успокоился.       – Что случилось? – снова спросил Юэн, пока Эмиль ставил стакан на тумбочку. – Ты кричал.       – Сон… приснился… – дыхание Дэмиана все ещё не пришло в норму.       – Фу ты! Напугал! – сказал Эмиль. – Всего лишь сон.       Дэмиан невидящим взглядом смотрел перед собой.       – Не просто сон. Он вещий, – пробормотал Десмонд.       Юэн и Эмиль в непонимании переглянулись.       – И что тебе приснилось? – с осторожностью уточнил Юэн.       – Аня… мёртвая… – с трудом ответил Дэмиан.       Юэн и Эмиль синхронно присвистнули. Эмиль хлопнул Дэмиана по плечу.       – Не бери в голову. Это просто сон. Ты перевозбудился вчера от новостей про выборы президента студсовета, вот тебе и снится всякое.       – Это наверняка метафора. Аня проиграет, то есть как оппонент умрёт, – рассудил Юэн.       Дэмиан глубоко вздохнул несколько раз. Если бы они знали о его особенности, то не утверждали бы так.       – Наверное, вы правы, – сделал вид, что согласился с друзьями Дэмиан.       – Давай, спи. Ещё рано, – напомнил Эмиль, глядя на будильник. – Только пять утра.       – Да. Хорошо. Сейчас лягу, – отрывисто ответил Дэмиан.       Друзья ушли. Но Дэмиан не стал ложиться. Едва он закрывал глаза, как в голове сразу же всплывал образ Ани, лежавшей в разрушенном банкетном зале.       Он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы унять бешено мечущееся сердце, и встал с кровати. Всё равно уснуть уже не сможет.       Чтобы отвлечься от сна, Дэмиан стал думать над тем, что лучше сказать Ане, чтобы она передумала бороться за место президента студсовета.       Вот только ни в течение дня, ни вечером Дэмиану так и не удалось поговорить с Аней наедине.       На следующее утро сон повторился. Дэмиан не на шутку обеспокоился им. *       – Аня, надо поговорить, – Дэмиан после уроков сцапал Аню за локоть и поволок подальше от всех, пока она не ушла домой.       – Пусти, Десмонд! – возмущалась Аня.       – Эй, ты что себе позволяешь? – выкрикнула Бэкки.       Она бросилась за ними, но возникшие на её пути Юэн и Эмиль не дали ей догнать стремительно удаляющуюся пару.       Дэмиан затащил Аню в пустой класс и только после этого отпустил.       – Ты охренел? – ругалась Аня.       – Аня, зачем тебе нужно кресло президента студсовета? – сразу перешёл к делу Дэмиан.       Аня с видом глубоко обиженной девушки разминала локоть, за который её тащил Дэмиан.       – Я всё обдумала и пришла к выводу, что только будучи президентом студсовета, смогу осуществить свой план и заманить злодея в ловушку, – призналась Аня.       Дэмиан кивнул.       – Давай подробнее.       Аня закатила глаза и быстро, вкратце рассказала свою задумку.       – Это идеальный вариант. Эта школа наша территория, но он об этом и не догадывается, – заверила Форджер.       – Я понял. Я всё организую, когда стану президентом студсовета…       – Ни черта ты не понял! Президентом должна быть я! Ты не подходишь!       Дэмиан опешил. Он несколько долгих секунд хлопал выпученными глазами, а потом разозлился.       – Ты там ничего не попутала? А? – вскипел он. – Я сказал, сделаю всё, что ты захочешь, но этот пост мой!       – Нет! – упрямо возразила Аня.       – Да у тебя будет место в студсовете! Сделаю тебя вице-президентом! Ты что, не понимаешь, что для меня это дело чести? – разозлился Дэмиан.       Аня с удивлением и гневом посмотрела на него в упор.       – Чести? Всего лишь? Кажется, я одна хочу поставить точку в затянувшемся противостоянии и наконец гулять, не оглядываясь по сторонам каждую секунду, не ждать нападения…       – Я тоже этого хочу! В роли президента я буду отличной приманкой! – спорил Дэмиан.       – И отличным отпугивателем! – с сарказмом вставила Аня.       – Охренела?       – Ты не справишься с поставленной задачей, если что-то пойдет не так! А меня никто слушать не будет. Мне нужен этот кусочек власти! Я не отступлюсь! – пререкалась Аня.       – Я тоже! Давай так, ты остынешь и подумаешь над моими словами, – миролюбиво предложил Дэмиан.       – Хорошо. А теперь мне пора на работу, у нас сложное дело, – успокоилась Аня.       – У тебя ещё и работа! Куда тебе взваливать на себя обязанности президента? – не унимался Десмонд, чувствуя себя преданным.       – Пока!       Аня ушла, хлопнув дверью.       В следующие два дня поговорить им больше не удалось: вечерами у Ани была работа, с Дэмианом они увидеться никак не могли, а в школе от неё не отлипала Бэкки. Поэтому Дэмиан не знал, что решила Аня. Но был уверен, что она прислушалась к его словам и снимет свою кандидатуру. ***       Очень быстро настал день, на который была назначена презентация кандидатов.       Все ученики средней и старшей школы, которым в дальнейшем и предстояло выбрать нового президента студсовета, собрались в актовом зале главного корпуса, чтобы увидеть и познакомиться с кандидатами.       Деметриус, великолепный и величественный как всегда, вышел на сцену.       – Всем добрый день. Мы собрались сегодня здесь, чтобы познакомиться с кандидатами в президенты студсовета. Чтобы вы увидели тех, кто готов отстаивать ваши интересы, и решили, кого хотите видеть на этом посту. Всего подали заявки восемь претендентов. Я буду называть по одному. Участник выйдет на середину сцены и расскажет о себе и о том, как он видит своё пребывание на посту президента, что хочет сделать. Всего на презентацию для каждого кандидата отведено по три минуты. Итак, первый участник – Энтони Бликс.       Все участники стояли с одного края сцены.       Энтони вышел на середину сцены. Он вёл себя уверенно и естественно, как будто только и занимался тем, что каждый день вещал со сцены. После выступления он ушёл на противоположную сторону.       Вторым Деметриус вызвал Дэмиана. Он тоже вел себя аналогично, представился и презентовал программу своей будущей работы на посту президента студсовета.       Аня вполуха слушала кандидатов со скучающим видом. Она была слишком печальная и притихшая, такая не похожая на себя, ведь обычно она двух минут не могла молча усидеть на месте.       Дэмиан отметил про себя её состояние и решил, что это связано с тем, что она откажется от участия, ведь ещё час назад, на последнем уроке Аня была взвинченная, но не подавленная. Он был уверен, что они уладят все свои разногласия после выступления.       Аня скривилась, когда в седьмой раз услышала про традиционные методы обучения, традиции преемственности поколений, многовековые традиции школы, её устои и тому подобное.       “Очередное бла-бла-бла”, – подумала она.       – И наш последний кандидат, – вещал Деметриус. – Впервые на пост президента студсовета претендует девушка. Это Аня Форджер!       Ей показалось или Деметриус представил её с ликованием? По залу пробежал ропот.       Она отбросила лишние мысли и вышла на середину сцены и встала с Деметриусом рядом под бурные аплодисменты. Да, друзей и поклонников у неё было не мало. Она отметила, что громче всех были её “паучки”, как про себя она называла банду Билла Уоткинса.       Она осмотрела зал, махнула им рукой, и ученики притихли.       Деметриус протянул ей микрофон, чтобы её было хорошо слышно. Аня на него уставилась и замерла на несколько мгновений. Она сильно сжала в руке листы с заготовленной речью.       Деметриус все ещё протягивал ей микрофон. На его лице появилось волнение и невысказанные вопросы.       – Да к чёрту! – выругалась Аня почти в микрофон.       Она резко разорвала листы пополам, потом ещё пополам и ещё раз.       Дэмиан победно ухмыльнулся одним уголком губ.       Ученики в зале совсем притихли.       Аня забрала у Деметриуса микрофон.       – Всем привет. Многие из вас меня знают. Меня зовут Аня Форджер, я учусь в десятом классе, пенсион Сесиль Холл… – её голос утих. Аня посмотрела на других кандидатов, потом на учеников в зале и крепче сжала микрофон.       – Мои предшественники вещали о традициях и традиционности школы. Вам не надоело это слушать? Мне вот надоело. – она прошлась по сцене, подходя ближе к краю, к рядам кресел. – Мне все говорят, что раньше не было девушки президента студсовета. Может, уже хватит оглядываться назад? Пора смотреть вперёд. Кто сказал, что нельзя? Можно.       Аня про себя отметила, что в зале началось волнение. Ученики, заснувшие на речах её предшественников, проснулись и зашевелились.       – Что несут в себе эти традиции, кроме памяти? Девушки, ответьте мне вы, какие ограничения на вас накладывают традиции?       Она осмотрела зал. На лицах девушек была растерянность.       – В давние времена, когда только появилась Академия «Эдем», это была школа для мальчиков. Только многим позже здесь разрешили учиться девушкам из благородных семей. Изящные барышни, которые учились музыке, вышиванию и искусству томно вздыхать. Хрупкие создания, которые не могли дать отпор обидчикам. Им приходилось полагаться на других. Умение постоять за себя считалось недостойным благородной дамы. Такое могли себе позволить только крестьянки. Но времена меняются. Хватит это терпеть! Почему в современном мире мы, девушки, должны руководствоваться старыми правилами? «Эдем» до сих пор выпускает только чинных и благородных леди и джентльменов. И даже в наши дни мало кто из них может постоять за себя, мало кто сможет дать сдачи. В «Эдеме» нельзя драться, скажете вы. А когда на вас нападут в другом месте, вы отбиваться красивыми словами будете или падать в обморок? Ответьте честно сами себе, что каждый из вас, и девушки, и парни, хоть раз подвергался нападению. Согласитесь, что ваша жизнь ценнее всего, что у вас есть. Почему вы должны ждать помощи? А если ждать неоткуда? Что тогда? Времена храбрых рыцарей прошли. Всем пора самим о себе позаботиться. Руководство «Эдема», прикрываясь старыми устоями, не хочет вам помочь освоить элементарные навыки самообороны. “Леди не положено махать кулаками”, – таков их ответ. Получается, леди должна терпеть тычки, щипки, домогательства? Так, что ли? Может, уже хватит терпеть? Когда я стану президентом студсовета, я уговорю ученический и попечительский советы организовать при школе уроки самообороны и для девушек, и для парней, для разных возрастов. Чтобы больше не было такого, что на учеников «Эдема» нападают на улицах только из-за надетой на них формы, чтобы под нашим забором не воровали детей… только по чистой случайности прошлой осенью удалось избежать такого случая перед самыми воротами школы. И чтобы… – Анин голос дрогнул. – Чтобы трагедия недавних дней не повторилась... Половина потока старшей школы побывала на похоронах двух учениц… Если бы они могли отбиться, нападения бы закончились после первого случая… Но ещё важнее искоренить издевательства над другими. Это будет сделать намного сложнее. Но у учеников, которых притесняют, должен быть тот, к кому они могут обратиться за помощью. Тот, кто выслушает и разберётся в ситуации, и не станет заранее принимать ничью сторону. Если бы у Ноя Пармиса было бы к кому прийти и рассказать об унижениях и издевательствах со стороны группы учениц, если бы после того, как его ложно обвинили в нападении… – Зал заволновался. – Да, да. Его оговорили. Это достоверная информация. Если бы его дело тщательно расследовали и докопались до правды… Он бы не дошёл до того, чтобы самому расправиться со своими обидчицами… – Анин голос совсем задрожал, как и микрофон в её руке.       Все печально замолчали, виновато потупив глаза. Одноклассники видели, что над ним издевались, но молчали, потому что боялись и не хотели быть вовлечённым в конфликт.       К Ане подошёл Деметриус.       – Мисс Форджер, отведённое время вышло.       – Да? – удивилась Аня, она посмотрела на притихший зал. – Я только ещё хотела всем сказать, что полчаса назад… – она тяжело сглотнула. – Состоялся суд над Ноем Пармисом…       На Аню с интересом посмотрели все собравшиеся.       Деметриус вгляделся в Аню. На её глазах застыли слёзы. Он подошёл совсем близко и не удержался, положил ладонь ей на спину.       Аня взглянула на Деметриуса и добавила совсем убитым голосом:       – Несмотря на то, что Ной сотрудничал со следствием, его приговорили к смертной казни.       Из глаз Ани сорвалось несколько слезинок. Деметриус обнял её.       – Вы только подумайте об этом: ни один из этих мужланов даже не вспомнил о трагедии, случившейся совсем недавно. Им наплевать на это, – дрожащим голосом, едва не плача, добавила Аня и ткнула пальцем в других кандидатов. – У меня всё.       Аня оттолкнула Деметриуса, сунула ему в руки микрофон, резко развернулась и ушла к остальным кандидатам. Она встала с ними в линию, но немного в отделении, гордо вскинула голову и расправила плечи.       Среди учеников в зале было оживлённо. Анина речь всколыхнула многих. Серия нападений на учениц «Эдема», закончившихся трагедией, потрясла всех.       Дэмиан покосился на Аню. Её гордая осанка, целеустремлённый взгляд и приветливое выражение лица, несмотря на их разногласия, заставили Дэмиана гордиться ею. Держалась Аня достойно и хорошо. Она выделялась на фоне остальных не только тем, что была единственной девушкой среди парней, но своей ставкой на безопасность учащихся.       “Ты молодец, но мне не соперник”, – послал ей мысль Десмонд.       Аня услышала, но никак не отреагировала. Она, в свою очередь, злилась на него за то, что он не стал её поддерживать, пусть и тайно.       Для Дэмиана это был ещё один способ не отстать от брата, в то время как она беспокоилась о том, что ей нужно организовать сцену для встречи с главным злодеем.       Аня не слушала заключительную болтовню Деметриуса, она уловила для себя главное: после выступления ей необходимо собрать триста подписей в свою поддержку, чтобы она могла продолжить борьбу.       Уходя, она услышала, как её окликнул Деметриус, и остановилась.       – От необычного участника необычная программа, – приветливо улыбнулся он. – Значит, ставка на безопасность учеников?       Аня кивнула в подтверждение.       – Думаешь, это заинтересует этих снобов? – спросил он.       Форджер вздохнула, пробежала глазами по стремительно пустеющим рядам кресел и посмотрела на Деметриуса.       – Не знаю, – призналась она. – Но многие были напуганы жестокими нападениями. Может сработать.       Деметриус тепло на неё посмотрел. Аня Форджер всегда отличалась от других. Это отличие может ей помочь, а может и навредить.       – Я желаю тебе удачи. Не забудь сдать подписи через неделю, – напомнил он.       – Хорошо.       Они разошлись по своим делам.       В опустевшем коридоре Аню ждал Дэмиан. Как только она вышла, он схватил её за руку и поволок за собой в дальний коридор, на запасную лестницу, которой никто не пользовался.       Когда они оказались вдали от всех, Дэмиан развернулся к ней.       – Сними свою кандидатуру! – потребовал он. – Поддержи меня. Я сделаю этот твой кружок по самообороне. Сказала бы сразу!       Аня гордо подняла подбородок и смело посмотрела ему в глаза. После сегодняшнего потрясения от известия о смертной казни, когда она была уверена, что Ною назначат пожизненное, Аня была подавлена от чувства вины и сожаления. Она думала, что сделала не достаточно, когда вела расследование, и о том, что это именно она нашла преступника. Но теперь, после того, как высказала со сцены всё, что имело для неё значение, она преисполнилась решимости. Она не только первая девушка кандидат в президенты студсовета, но и первая, как эти снобы привыкли называть “простолюдинка”. Как она будет смотреть на себя в зеркало и на других учеников, если откажется от борьбы, после того, как едва ли не прямо заявила, что готова защищать таких же, как она. Уж лучше проиграть.       – Нет. Я буду бороться до последнего. Может, это лучше тебе сняться с гонки? – смело и твёрдо возразила Аня.       – Ты же знаешь, как для меня это важно! Мой отец занимал эту должность, мой брат занимает эту должность! Я не могу кому-то уступить её! – возмутился Дэмиан.       – Даже мне?       Аня вскинула бровь. Она могла с помощью уловок и женских чар уговорить Дэмиана уступить, но не собиралась этого делать.       – Даже тебе. Что я скажу отцу? Что добровольно сдался по прихоти девушки? – Дэмиан яростно зашипел.       – Только из-за этого? – вскипела Аня.       – Я знаю, что ты хочешь использовать «Эдем» как приманку. Я думал на этим. Это глупость! Он не вылезет из своей норы! Сколько мы ещё будем ловить воздух?! – Десмонд сердился всё больше с каждой секундой, с каждым словом.       – Год! Один чёртов год! Дай мне год, и мы его поймаем! – заверила Аня.       – Откуда такая уверенность, что всё получится?       Аня отпустила глаза, собралась с мыслями и смело посмотрела на Дэмиана.       – Я на девяносто девять процентов уверена в том, что нашла того, кто нам нужен, – огорошила его Аня.       – Что?! – опешил Дэмиан. – И ты молчала?       – Я действую очень осторожно. Я никак не могу поймать его лазутчика с поличным. Не могу же я подойти, схватить за руку и сказать: а ну-ка озвучь свои мысли. Это же полный бред.       Дэмиан, соглашаясь, кивнул.       – Это не меняет того, что все твои задумки могу воплотить я, – твердил он. – Всё! Всё, что придумаешь, что пожелаешь!       Аня помотала головой.       – Не сможешь. И вообще, это я в операции главная фигура! Я Ферзь в этой партии! – заявила она. – Тебя нужные мне участники не будут даже слушать, не то что выполнять приказы. Я не отступлю. Мне нужна эта должность.       Он смотрел на неё со злостью, впечатывая острый, требовательный взгляд прямо в глаза.       – Я тоже не отступлю! Это значит противостояние, Аня.       Боль, обида, гнев и что-то странное, напоминающее страх, смешались и отразились разом и на его лице, и во взгляде.       – Я принимаю вызов! – гордо вскинув голову, уверенно заявила Аня.       Война, так война. Вот теперь они по-настоящему будут противниками. Больше никаких подоплёк из дружбы, больше никакой игры. На кону желание стать первым. И ни один из них не уступит другому.       – Я буду играть жёстко. Уж извини. У меня тоже есть желания, – сухо заявил Дэмиан.       – Я тебе не проиграю, – в тон ему ответила Аня.       Они сверлили друг друга пристальным, требовательным, уничтожающим взглядом с минуту или немного больше. Никто не сдавался. Никто не мог позволить себе отступить.       Его долг перед семьёй и его гордость против её желания защитить то, что дорого и стремлений к справедливости.       Дэмиан отошёл на шаг. Увеличившаяся дистанция словно возвела между ними невидимую стену. Он с болью посмотрел на Аню.       – Я это делаю и ради тебя тоже. Я против того, чтобы ты всё взваливала на себя, особенно против твоего участия в поимке злодея. Для этого есть много других людей.       Дэмиан больше не мог смотреть в любимые глаза, полные упрямого сопротивления. Он развернулся и быстро ушёл.       – А я это делаю ради нас, – тихо сказала Аня.       По её щекам потекли слёзы.