Книга 3. Глава 6. Падший с крыльями.

      Ирэн вдруг открыла глаза. Из них тут же полились слезы. Тело ее стало стремительно остывать и бледнеть. Она не вставала, оставалась лежать на каменном полу. Кровь из открытой раны на шее течь перестала. Пепел рядом с ней стал превращаться в грязь из-за дождя, который не прекращался ни на минуту.       Финн, оказавшись рядом с Каито, помог тому сесть. Он быстро оглядел его на видимые повреждения и, взяв за плечи, заглянул ему в глаза. — Как ты? — спросил Финн. — В порядке? Что-нибудь болит? Ничего не сломано?       Каито помассировал висок, приходя в себя. Когда он открыл глаза, то увидел, как на его бежевую рубашку капает красная горячая кровь. Сначала он решил, что это его кровь. А потом заметил на руке Финна огромную рану. Он тут же вспомнил, что произошло перед тем, как его откинуло. — Оуэн, твоя рана… — выдохнул он. — Она не заживает. — Да плевать на эту рану. — отмахнулся Финн. — Я не умру. А ты вообще-то… — Заткнись. — перебил Каито. — Если рана не заживет, ты истечешь кровью. Нужно что-то с этим делать.       Финн хотел продолжать отмахиваться, но видя беспокойство и страх в глазах любимого, не смог. На сердце стало так тепло. Каито всегда был таким холодным и отстраненным, так что не насладиться его беспокойством о себе Финн просто не мог. А потом до него вдруг дошло, что ситуация вообще-то серьезная. Бессмертные были бессмертными лишь из-за их быстрой регенерации. А если регенерации нет, то и бессмертным себя считать уже неправильно. — Вот черт. — выругался Финн, нахмурившись. — Я поделюсь своей энергией. — растерянно сказал Каито, который не знал, как еще может помочь. — Это бесполезно. — напряженно ответил Финн. — Оружие непростое. — А что тогда делать? — Не знаю.       Битва была почти закончена. Бессмертные перебили почти всех демонов. Оставшиеся пытались бежать, но у них не было и шанса. Бессмертных было слишком много. Они закрывали любые пути к отступлению. Бьерну, впрочем, теперь дела до этого не было. Он выжидал новый шанс, совсем забыв о Диане. Она ему уже не была нужна.       Финн и Каито, не найдя пока способ остановить кровотечение, просто перевязали руку веревкой выше раны. Вместе они подошли к Ирэн. Глядя на грязь и много крови рядом, они забеспокоились. — А где Вестар? — спросил Каито.       Финн тем временем наблюдал за Сенмортом и сражением, понимая, что скоро все будет кончено. Сенморт перебьет всех, кто остался. Если, конечно, Ассоль не вернется раньше. — Я здесь. — тихо ответила Ирэн тем временем, вставая.       Каито помог ей подняться на ноги. При этом он почувствовал внутри ее тела демоническую энергию. Сначала он решил, что Ирэн стала демоном, а потом до него дошло. — Вестар? — выдохнул он. — Она отдала мне свое тело… — потерянно сказал демон в теле своей погибшей подруги.       Он заплакал бы, но все слезы уже исчезли. Тело перестало быть живым окончательно. Оно стало лишь сосудом.       Каито и Финн переглянулись. Они не знали, что сказать. Финн чувствовал вину. Его ведь пытался защитить Вестар, которого в итоге ранили. Пусть Вестар и не исчез, Ирэн отдала всю себя, лишь бы спасти его. — Душа еще где-то здесь! — воскликнул Финн, пытаясь хоть как-то спасти положение. — Нужно отобрать у того бессмертного ловушку для душ. Пока не стало поздно!       Но поздно стало. Снова прозвучал рог Сенморта. Два демона и бессмертный обернулись и посмотрели на поле битвы. На нем не осталось ни единого демона. Бессмертные в золотой броне стали выстраиваться в строй. Сенморт же медленно начал спускаться на землю. — Вот черт! — воскликнул Каито. — Все внутрь!       Первым бросился Вестар. Он не мог рисковать не своим телом. Финн вселил в него надежду на то, что Ирэн еще можно спасти. А значит он должен был сохранить для нее ее тело. Следом Финн подтолкнул Каито, а сам побежал последним. Когда все они добрались до дверей, те внезапно захлопнулись.       Сенморт встал в нескольких шагах от них. Он был невероятно зол. Сейчас он думал, что план был заранее продуман, что все они желали убить его. Факты пока были отброшены. Сенморт должен был выяснить все у этих троих, а не полагаться на факты. — Я передумал. — прозвучал громкий голос бессмертного. — Я все же буду тебя судить. — обращение было явно к Финну.       Трое у запертых дверей обернулись. Каито спрятал Вестара себе за спину. Финн же встал впереди Каито, защищая его. — Значит все это было затеяно, чтобы убить меня? — спросил Сенморт. — Никому из нас Ваша смерть не нужна. — твердо сказал Финн. — Правда? — Сенморт усмехнулся. — Кто это тогда? Разве не одна из ваших?       Сенморт обернулся и магией поднял тело Дианы. Его уже покинула душа. Финн глянул на тело девушки и уверенно заявил: — Я ее даже не знаю.       Сенморт ненавидел, когда ему лгали. Тело Дианы упало обратно на пол. Сенморт же материализовал свой арбалет. Обращать свое оружие против своего сородича было преступлением. Только поэтому Сенморт не поднял арбалет. — Прошу вас сдаться. — сказал Сенморт. — Я не хочу применять силу. И пусть Безликая, наконец, явит себя.       Не успел звук слов дойти до ушей окружающих, желание Сенморта воплотилось. Прямо перед ним из ниоткуда появилась Безликая. Их с Сенмортом разделял всего один шаг. На Безликой была маска, на голову был натянут капюшон, а спину прикрывал длинный плащ. — Я здесь. — сказала Ассоль. — Говори.       Сенморт рассмеялся. Тон Ассоль был холодным. Она не просила его говорить, она приказывала. Такой неслыханной наглости за годы совего существования Сенморт еще не встречал. За исключением, конечно, недавней попытки убить его. Вся эта ситуация в целом была из ряда вон выходящей. Сенморт даже пожалел, что сам спустился разбираться с этим. Он правда слишком устал. Пора было искать себе преемника. — А я бы хотел, чтобы это ты мне сказала. — заговорил он, перестав смеяться. — Что все это значит? Собирались убить меня? — Да кому ты нужен. — холодно бросила Ассоль. — Просто отвлекала тебя, старый друг. В прошлом ты мне так и не дал доделать кое-что. Зато позволил сейчас, оставив свой город без защиты. — Что… Сними маску. Покажи, кто ты.       Ассоль послушалась. Она скинула капюшон и сняла маску. Сенморт, конечно, не мог узнать ее по лицу, ведь демоница украла чужое тело в прошлый раз. Но глаза никогда не лгали. Они были зеркалом души. Только по глазам можно было понять, кто перед тобой стоит. И Сенморт понял. Он выругался. — Мне стоило убить тебя еще тогда. — сказал он. — Но я решил пожалеть бедного Кима и пощадить тебя. Мне нельзя было иди на поводу у жалости. — Почему? — Ассоль улыбнулась. — Разве я сделала что-то плохое? Это ведь ты убил всех моих вонинов без причины. Ты первым напал. У меня в планах нападать на кого-либо не было. Я лишь хотела закончить то, что ты не не дал в прошлый раз. И я закончила. — Что ты сделала. — прошипел Сенморт, сжав зубы. — Иди в свой город и проверь.       Сенморт был настолько зол, что готов был придушить Ассоль на месте. Но та словно не видела его ярости. Она отошла на несколько шагов назад и, закрыв глаза, воздвигла новый барьер, который в моменте отделил армию Сенморта в золотой броне от ее дворца. — Я даже не буду выяснять. — сказал он вдруг и поднял свой арбалет, направив его на Ассоль. — Я закончу то, что должен был десятки лет назад. Даже не пытайся воздвигнуть еще один барьер. От этих золотых стрел тебя ничто не защитит.       Ассоль даже не успела испугаться. Сразу три золотые зачарованные стрелы полетели в нее. Даже если бы она хотела, она бы попросту не успела воздвигнуть барьер вокруг себя. Расстояние между ними было уж слишком маленьким.       Все, что Ассоль успела, это зажмуриться в ожидании вечной тюрьмы и прислуживания этому противоречивому человеку, которого нельзя было назвать ни хорошим, ни плохим.       В один миг все звуки стихли. Ассоль уже не слышала крика Каито, который кричал ей что-то вроде «берегись», не слышала шелест дождя, не слышала продолжающийся гром. Все звуки словно испарились. Ассоль решила, что все кончено. — Моя принцесса… — послышалось нежное над головой.       Ассоль тут же открыла глаза. Перед ней стоял Ким, улыбаясь ей. Демоница огляделась. От внешнего мира их обоих укрывало что-то белое и мягкое. Ассоль не сразу поняла, что это. Ким держал в руках свой меч, от которого исходила огромная энергия. Демоница глянула на него, затем снова подняла глаза на Кима и перевела их ему за спину. Их обоих укутывали белоснежные крылья. — Принцесса. — повторил Ким. — Прости за все, что произошло наверху. Я просто очень тебя люблю и не хочу терять. Но если ты так решила, я тебе помогу. Останусь на твоей стороне. — говоря все это, мужчина ласково улыбался. — Что бы ты не попросила сделать, я буду твоим рабом, марионеткой в твоих руках. И если ты просишь избавить тебя от этой боли, я все сделаю.       По щекам Ассоль покатились слезы. Демоница прижалась лицом к груди Кима. Тот обнял ее одной незанятой рукой и поцеловал в макушку. — У него какие-то особые стрелы. — вдруг осенило Ассоль. — Тебе больно? — Не беспокойся. Крылья бессмертного нельзя ранить ничем. Никакой магией. — Но откуда… разве ты не лишился их? — Лишился. Но у меня было много времени подумать о том, как их можно вернуть, если они мне вдруг понадобятся. Как и магию. Вся она хранилась в моем мече. И вот… понадобилась.       Оказалось, когда Сенморт выпустил стрелы, Ким был рядом. Он все время был рядом с Ассоль, пусть и на каком-то расстоянии. Увидев, что любимой угрожает опасность, Ким выпустил энергию меча. Его крылья снова вырвались из его спины и тут же стали коконом, который защищал Ассоль от всего.       Сенморт, увидев это, впал в ступор и опустил арбалет. Каито облегченно выдохнул, а Финн широко заулыбался. Ким для него и раньше был кем-то недосягаемым и великим, а теперь, когда он в моменте отрастил себе новые крылья и создал защиту без единого слабого места, Финн чуть не лишился чувств из-за безграничной гордости за предка, из-за безграничного им восхищения. Финн поверить не мог, что знаком с кем-то поистине невероятным. — Неужели Ким… — заговорил Сенморт.       Ким тем временем убрал кокон, почувствовав, что стрелы больше в него не летят. Он загородил своими новыми белыми крыльями Ассоль и остальных, отделив их и Сенморта. — Это я. — сказал он. — Рад встрече. — А я не особо. — сказал Сенморт, убирая арбалет. — Учитывая все обстоятельства. — Эстер не сделала ничего. — сказал Ким твердо. — Каждый кирпичик, каждая пылинка Небесного Города на месте. Можете пойти и проверить. Преступлений, кроме незаконного проникновения в город, Эстер не совершила. Поэтому я не отдам Вам ее. — Я должен закрыть на все глаза? — Сенморт снова рассмеялся. — Это шутка какая-то? Безликая собрала армию, она же пробралась в мой город. И ее люди пытались убить меня. А я должен снова послушать тебя и оставить все как есть? — Во-первых, Эстер не собирала армию для нападения. Вы напали сами. И сами перебили всех немногочисленных и слабых демонов. И теперь хотите обвинить ее в том, чего она даже не делала? Не слишком справедливо. Эстер никогда никому не угрожала. Во-вторых, Небесный Город в таком же состоянии, в котором Вы его оставили. Мы лишь прочли свиток. Никому это не навредило. И свиток вернулся туда, где лежал в том же состоянии, в котором был. Можете судить нас за проникновение в город. Но, поверьте, если бы Вы не знали, Вы бы даже не догадались, что там были чужие. Ну и в-третьих, почему бы не спросить о попытке убийства у того, кто это сделал? Потому что мы, например, ничего об этом не знаем.       Сенморт тоже был человеком. Он тоже имел свои страхи, тоже имел желания. И еще он тоже мог устать. В последнее время именно это и происходило. Он уже так давно работал, что сил больше не оставалось. После великой войны демонов Сенморт стал все время бояться. Война изменила не только тех, кто участвовал в ней. Она повлияла и на Сенморта. Он очень винил себя в том, что не вмешался раньше, хотя знал. Он считал, что на его совести все те, кто погиб. И он очень хотел в будущем предотвратить подобное. Безликая и ее угроза, как он считал, как раз из этого разряда. Вот только теперь, увидев и Кима, он стал сомневаться. И его слава о том, что он напал первым и уничтожил всех этих демонов… Ким ведь был прав. Безликая никому не самом деле никогда не угрожала. А армия была у всех сильнейших и даже просто сильных демонов. Было неправильно нападать, не разобравшись.       Сенморт сдался. Он всерьез задумался о том, чтобы уйти на покой. Его время уже пришло. Но и оставить все как есть он тоже не мог. Пришлось как-то выкручиваться. — Ким. — сказал устало он. — Давай поговорим и все обсудим. — После того, как вы перебили всех демонов? — спросил Ким. — Я уйду сразу, как только выясню то, что должен. — Ладно. — Ким оглянулся назад. Прямо за ним стояла Ассоль, которая уже успокоилась и вытерла слезы, а чуть поодаль у дверей все так же стояли Финн, Каито и Ирэн. Ким глянул на Финна. — Оуэн. — позвал он. — Побудь за меня. — Понял. — Финн кивнул. — Принцесса, иди. — обратился Ким уже к Ассоль.       Та не стала ничего говорить и предостерегать Кима. Она и сама видела, насколько Сенморт ему благоволил, так что была уверена, что тот ничего Киму не сделает. Тем более Ким только показал, что и он в своем роде неуязвим. Ассоль встала рядом с Каито позади Финна. Тот тут же раскрыл свои крылья так же, как только что это делал Ким, и заслонил всех собой. Сенморт и Ким же отошли. — Ассоль. — дрожащим голосом позвал Каито очень тихо, чтобы Финн не услышал. — Что такое? — спросила демоница, а в ее глазах мелькнуло беспокойство. — Рана Финна… ты видела? — Да, успела разглядеть. Все так плохо? — Его ранили каким-то особым оружием. Рана не заживает. Ты можешь помочь? Можешь что-нибудь придумать? Мы временно остановили кровотечение, но это временная мера. — Ну…       Ассоль не была целительницей. Она никогда никого не лечила от физических ран. Все, что она могла, это поделиться энергией. Но в случае Финна это было бесполезно. Ассоль даже не представляла, что она может сделать. — Пожалуйста… — взмолился Каито.       Он и сам понимал, что Ассоль, скорее всего, бессильна. Вот только эта девушка была единственной, у кого он мог попросить о помощи. Так уж вышло, что у Каито никогда никого не было. И Ассоль была первой и единственной, кто верил ему и кто помогал. Ассоль пустила его в свой дом, дала убежище и защиту. Только она это сделала за все время, как Каито помнил себя. И только ей он мог доверить что-то настолько для него важное, как жизнь любимого человека. — Ладно… — выдохнула Ассоль, видя столько надежды в глазах лучшего и дорогого друга. — Я придумаю что-нибудь.       Ассоль напряглась. Она уже давно изобретала свои заклинания, так что опыт по придумыванию чего-то невозможного у нее уже был. Демоница обошла Финна и его широкие крылья. Она встала напротив, игнорируя этот взгляд. — Ким убьет меня, если ты сейчас же не вернешься к остальным. — сказал Финн. — Дай мне свою руку. — проигнорировала предостережение Ассоль. — Пожалуйста. — попросил Финн. — Я правда не хочу с ним ссориться. — Я возьму это на себя. — отмахнулась демоница. — Дай руку. Каито не простит меня, если я не попытаюсь.       Услышав имя любимого, Финн сдался. Он поднял руку и перевернул тыльной стороной, чтобы рану было видно лучше. Ассоль аккуратно взяла руку бессмертного в свою и стала разглядывать ее. Она смотрела, казалось, целую вечность, даже не моргая. — Что ты пытаешься разглядеть? — спросил Финн с интересом. — Я слышала об оружии, которое может убить бессмертного. — сказала Ассоль. — Ради интереса я даже разобралась в его механике. И, если это то, о чем я думаю, то рана заживает. Но очень-очень медленно. Даже медленнее, чем у простого человека. И это как раз твой случай. Я смогла разглядеть, как кровь сворачивается. Пусть и медленно до невозможности. — Как… — Финн был удивлен. — Невозможно разглядеть клетки крови. — Не человеку. — Ассоль усмехнулась. — Сильные демоны могут видеть лучше, если захотят. — Ого. — Ладно. Я знаю, что с этим делать. Я не просто так мастер барьеров. — Но как барьер может помочь? — Барьер в твоем представлении — это купол. В моем же не так. Барьер может быть любой формы и любого размера. Если у меня получится создать настолько маленький барьер, как твои вены, я смогу их закупорить. Другим барьером я закрою рану. То есть зашью ее без нитей, создав сжимающий руку барьер. Так не будет кровотечения и открытой раны. А со временем рана заживет. На это потребуется время, но по крайней мере ты будешь в порядке. Главное не напрягать руку. И еще… рана никуда не денется, просто ее не будет видно из-за барьеров. И поэтому боль останется. С этим я ничего не поделаю, прости. — Черт… — пробормотал Финн. — Я слышал о том, насколько ты гениальная, но узреть это своими глазами мне придется впервые. Я даже как-то… чувствую себя ничтожным. На фоне тебя и Кима. Вы такие… — Да-да. — Ассоль усмехнулась. — Исключительные. — Не то слово. — Ладно. Расслабь руку. Я должна проникнуть в нее и найти разорванные вены и капилляры.       Каито не смог стоять позади. Он ничего не слышал и не видел. А ему нужно было видеть и слышать. Он обошел Финна и встал рядом с Ассоль. Финн виновато улыбнулся. — Вообще-то мне было велено защищать вас. А вы оба теперь не по ту сторону от защиты.       Каито ничего не сказал. Он посмотрел на Ассоль, которая, казалось, просто держала руку Финна и смотрела на нее. — Все настолько плохо? — забеспокоился он. — Вообще-то Ассоль оказалась даже круче, чем я думал. — пробормотал Финн. — Она придумала решение. Такое замудренное. Но она поможет. — Как хорошо… — Каито выдохнул. — Хорошо. — Мне приятно, что ты так обо мне беспокоишься. — усмехнулся бессмертный. — Пошел ты. — выругался Каито. — Чтоб ты знал, Ассоль сказала, что боль никуда не денется. Так что я еще долго буду нуждаться в твоей заботе. — Ты такой неприятный тип. — нахмурился демон. — Я такой. — Финн широко улыбнулся. — Готово. — сказала Ассоль и отпустила руку Финна. — Заживать будет как минимум месяц. Но вены будут в порядке уже через несколько дней. Переживать не о чем. Главное не напрягать руку. — Спасибо. — Каито обнял Ассоль. — Я бесконечно тебе благодарен. Каждый раз ты меня спасаешь.       Зазвучал рог Сенморта. Ассоль даже вздрогнула. Все трое тут же всмотрелись туда, где стояла армия в золотой броне. Все они в миг повернулись и направились к тем горам, из которых пришли. Небо начало проясняться. А в тот просвет, что появился, нырнул Сенморт. Дождь кончился. Тучи начали медленно расходиться.       Ким вышел непонятно откуда. В руках у него была ловушка для душ. Он не выглядел злым или расстроенным. Просто уставшим. Никто ни о чем не стал его спрашивать. Всем и так было ясно: все, наконец, кончено.