Книга 3. Глава 7. Правда.

      Найти душу Ирэн никому не удалось. У Ассоль была запасная ловушка для душ, но поймать в нее было по-просту нечего. Душа девочки словно испарилась. Поймать ее бессмертный с ловушкой так же не мог. Воины Сенморта не подходили настолько близко ко дворцу. Зато сама душа Ирэн перемещаться могла. И, скорее всего, она просто улетела туда, где ее в итоге и поймали.       Когда время кончилось, искать перестали, потому что смысла просто не было. Спустя время душа исчезала, и вернуть ее уже было нельзя, как ни старайся. Пришлось смириться с потерей. Но как мог смириться Финн, который не помог вовремя, который позволил маленькой живой девочке отдать жизнь за бессмертного? Как мог смириться Вестар, которому девочка и отдала свое тело? Ирэн была для Вестара кем-то очень важным. И смириться он просто не мог.       Сколько бы Ассоль не говорила о том, что искать душу уже слишком поздно, Вестар носился по дворцу, по его прилегающим территориям, и искал. Он кричал и звал Ирэн. Но то, что из горла вырывался ее голос, делало лишь еще больнее. Остальные не моги наблюдать за этим без боли. Но что они могли сделать? Чем могли помочь?       Финн и Каито продолжали искать вместе с Вестаром, потому что Вестар и Ирэн пострадали, помогая им. А вот Ассоль и Киму было немного не до этого. Ассоль теперь нужно было со многим разобраться. Перед тем, как уйти, Ассоль должна была сделать очень много, чтобы защитить в будущем свой дворец с его новыми обитателями. Она умела ставить такие барьеры, которые не исчезали, даже если она далеко или если она лишена сил. Таким барьером был окутан бункер, в котором и должны были прятаться остальные, пока ее не было. Так же Ассоль использовала эту магию для раны Финна. Она не была уверена, что она еще будет существовать, когда рана, наконец, заживет окончательно. И теперь демоница хотела окутать весь дворец этой магией. Когда она уйдет, это незамеченным не останется. И будет слишком много желающих пробраться во дворец. Ассоль не могла допустить, чтобы ее друзьям досаждали.       Еще Ассоль нужно было разобраться с армией Бьерна. Все те демоны, что были повержены, были помещены в ловушку, а эту ловушку Сенморт отдал Киму перед тем, как уйти. Он решил, что и правда напал несправедливо, а потому отдал армию обратно. Пусть и не совсем в том же виде, что до этого. Ассоль не видела Бьерна, он будто исчез. Но ему она армию отдавать и не собиралась. Ей рассказали про Диану и про попытку убить Сенморта. Ассоль и раньше не считала Бьерна кем-то, кому можно доверять, но теперь так и вовсе решила, что ей не стоит снова с ним связываться. Так что она пока решила оставить на потом судьбу его армии.       Ким же был словно на другой планете. Он не слушал, когда ему что-то говорили, не видел, что происходит вокруг. Он думал и думал о том, что ему предстоит сделать. Каждый раз, когда он думал о том, чтобы сбросить свою любимую в лаву, его руки начинали дрожать. Он понимал, что так будет лучше, что все для нее, наконец, закончится, что она сама этого желает. Но разве он мог? Своими руками… А еще он знал, что вулкан не примет его, не даст и ему умереть. Но что тогда ему делать после всего? Он потратил больше сотни лет на поиски. Он посвятил поискам все свое время, все свои силы. И он нашел. Но какой с этого был толк? Он смог по-настоящему побыть со своей принцессой лишь несколько дней. Конечно, ради этих нескольких дней ему не было жаль отдать еще сотню лет. Но… он просто не понимал, что ему делать дальше. Его существование было бессмысленным без ее существования.       Наступила ночь. Вестар, наконец, успокоился. Вернее, он понял, что все бессмысленно, а потому он просто заперся в своей комнате и затих. Ни Финн, ни Каито не могли никак помочь, а потому они ушли в сад и уединились там, разговаривая о том, что теперь будет происходить. Конечно, никто еще ничего им не сказал. Но по поведению Кима и так все было понятно.       Ассоль тем временем сидела на каменном полу главного зала в позе лотоса и медитировала, создавая барьер. У нее могло уйти на это очень много времени. Оградить таким барьером рану или одно помещение было куда проще. Но дворец был невероятных размеров, так что на него у нее могло уйти столько сил и столько времени, что она еще как минимум сутки просидит так, не принимая пищу, отбросив сон и усталость.       Ким не мог сидеть на месте. Первые пару часов он сидел рядом с демоницей, но это было выше его сил. Ему нужно было принять происходящее. И чтобы сделать это, ему нельзя было видеть ее лицо. Он не мог смотреть на нее, такую красивую, такую родную, и думать о том, как он сам лишит ее возможности даже переродиться. В итоге Ким ушел бродить по территории замка. Он не знал, что ищет или с какой целью бродит. Ему просто нужно было перестать на нее смотреть.       Ким обошел дворец вокруг несколько раз. Когда же ноги и дрожь в теле стали препятствовать этому, он сел на ступеньку, ведущую к главному входу. Сердце болело. Душа рвалась в клочья. Само существование уже казалось бессмысленным. Вина текла по горлу горьким отваром. Ким думал об их ребенке, о том, как он их бросил в самый неподходящий момент и даже не позаботился об охране. И в итоге все обернулось так. Оставь он хотя бы охрану, все не вышло бы так. Да, Эстер бы злилась на него за вранье и за то, что он оставил ее ради войны, на которой погиб бы ее отец. Но у них все еще был бы шанс. Потому что девушка все еще была бы жива… — Блять! — выкрикнул Ким и бросил что-то попавшее в руку вперед.       Когда камень ударился о барьер, Ким поднял взгляд. Он снова выругался. Ассоль ведь работала над этим барьером, а он снова все портил. Всегда все портил. И сам во всем был виноват.       Подумав об этом, Ким решил вернуться к демонице. Непроизвольно он скользнул взглядом по барьеру. И когда его взгляд случайно наткнулся на чье-то лицо в этой темноте, Ким чуть ли не повалился на пол от неожиданности и испуга. Лицо за барьером в полном мраке показалось таким страшным. Но это был просто Бьерн. Он стоял там, за барьером, и смотрел прямо на Кима с такой яростью, что мужчине стало не по себе.       Ким поспешил вернуться в зал и сообщить об этом кому-нибудь. Оказалось, Ассоль как раз только что вышла из медитации. Финн и Каито тоже были рядом с ней. Каито помогал демонице подняться. После такой долгой медитации ее ноги затекли. Ким сначала хотел было подбежать и взять Ассоль на себя, но передумал. Кто угодно был для нее лучше, чем он. Ким медленно подошел к остальным, но оставив между собой и Ассоль несколько шагов. Ту все еще держал под руку Каито. — Там Бьерн за барьером. — сказал он. — Ничего с ним не будем делать? — Я бы хотел его послушать. — ответил Финн. — Он нас все-таки так подставил. Сенморт мог бы от всех нас избавиться из-за него. — Тоже хочу его увидеть. — сказала Ассоль устало. — Не поможешь? — обратилась она уже к Киму.       Ким, конечно, не смог больше стоять в стороне. Она ведь сама его просила… Он подошел к демонице и приобнял ее, чтобы ей стало легче идти. Каито тут же отошел ближе к Финну. Все четверо отправились к выходу. Бьерн все еще стоял на месте. Когда четверка стала подходить ближе к барьеру, Бьерн вдруг на глазах у всех стал расти. Его лицо стало менять черты. Морщины и пятна стали исчезать, показывая белую и идеальную кожу. Волосы из спутанных стали делаться прямыми и блестящими. Округлые обвисшие щеки обрели нормальную форму, появились глубокие скулы. Даже глаза поменяли цвет из грязно-карего в небесно-голубой. — Что за… — пробубнила Ассоль. — Раз уж все кончено, мне нет больше смысла скрывать себя настоящего. — прозвучал глубокий красивый голос. Он звучал из уст Бьерна, который больше не был похож на карлика. На его месте стоял красивый высокий мужчина. От него сразу веяло чем-то благородным. Наверняка был из какой-то королевской или аристократической семьи. — Меня зовут Феликс. — сказал он. — И, чтоб не вводить вас в заблуждение, сразу поясню. Бьерна я не съел и не украл его личность. Его никогда не существовало.       Наступила тишина. Все напряженно смотрели на человека перед ними и не понимали, что происходит. — И что тебе нужно? — спросила в итоге Ассоль холодно и твердо. — Уже ничего. — ответил Феликс. — Ты, чертовка, все испортила. — Следи за языком. — угрожающе рявкнул Ким.       Феликс громко рассмеялся. Он смеялся долго, пока смех не перетек в истерический. А когда истерика прекратилась, Феликс замолчал. Его лицо перекосило от гнева. — Да кто вы такие, чтобы рушить мои планы?! — закричал он. — Да вы же просто мои марионетки! С каких пор марионетка главнее ее создателя?! — Да что ты несешь? — Ким начинал злиться все больше и больше. — Три сотни лет я шел к этому! — продолжил кричать Феликс. — Три сотни лет! И ради чего? Чтобы в итоге ничего не вышло! Сенморт должен был умереть сегодня. — Феликс достал кинжал, которым Диана ранила Финна. — Знаете, что это? — Убери эту хрень подальше. — нахмурился Каито.       Феликс снова рассмеялся. Кинжал он, конечно, не убрал. Он положил обе руки на барьер и с оскалом глянул прямо на Ассоль. Ким сразу же заслонил ее собой. — Ты! — воскликнул Феликс, глядя уже на Кима. Выглядел он сошедшим с ума. — Всегда ты мне мешаешь! Если бы не ты… — Либо объясняй, чего тебе нужно, либо проваливай! — воскликнула Ассоль, выйдя из-за спины Кима. — Ладно. Я расскажу. Все тебе расскажу. Но не плачь потом, что тебе больно. Эстер.       Услышав свое настоящее имя, Ассоль не удивилась. Все в доме знали. Бьерн наверняка тоже ни раз слышал, как ее называли настоящим именем. Но слова про боль ее немного напрягли. Что он мог знать? Кем он был на самом деле? В общем, демоница не стала перебивать его. Она решила выслушать. — Сенморт — вот кто моя цель. — начал Феликс. — Я мог занять его место пять сотен лет назад. Но он отдал мне свое место? Нет. Не отдал. Он не желает менять то, что «предписали нам предки» — мужчина сымитировал голос верховного бессмертного. — А я хотел все изменить, сделать все лучше. Мне не дали. — И при чем здесь я? — спросила Ассоль. Ее терпение не было бесконечным. — А при том! Ты была моим первым экспериментом. Получилось так, что мне вырвали крылья. Но я не глупый. Я, как и ты, могу создавать свои заклинания. И я смог сохранить немного своей магии. Как и Ким. Хотя, пожалуй, он сделал это лучше, чем я. Крылья я вернуть так и не смог. Зато я смог научиться менять внешность. И еще я смог научиться влиять на чувства людей, на их разум. К сожалению это заклинание я не смог довести до идеала, так что у меня получилось повлиять на твои решения не слишком. Но по крайней мере ты оставила меня здесь и даже решила, что это твой выбор. Но это не так. Но это конец истории. Я перейду прямо в начало.       Когда меня изгнали из Небесного Города, я злился. Я решил, что убью Сенморта и займу его место. Но возникло несколько огромных проблем. Я был слаб. И еще я не мог подняться в Небесный Город. У меня не было таких способов, как у тебя.       Я очень долго думал, как все это решить. И я вдруг подумал: а почему я должен делать это сам? Почему бы не повесить это на кого-то другого? На кого-то более сильного, чем я. И я решил создать себе марионетку. Сильнейшего демона. Я знал, какие демоны вероятнее становятся сильнейшими. Я изучил много информации об этом. Нужен был тот, кто испытает много боли при жизни. И тогда я нацелился на простую семью. Бедные люди, жившие в столице. У них как раз родилась дочь. Самая обычная девочка. Они назвали ее Эстер.       Я нацелился на нее просто так. Она первая попалась мне под руку. Не нужно думать, что она была какой-то особенной. Но я ее такой сделал. Для начала я устроил для нее непростое детство. Я сделал так, чтобы детишки вокруг ненавидели ее, обзывали и, может быть, даже бросались с кулаками. Почему нет, подумал я тогда. И работало это прекрасно. Девочка была одинока, боялась выйти из дома. Кроме родителей у нее никого не было. До одного прекрасного дня.       Избалованный и наглый принц решил, что в замке ему скучно. Он не хотел быть запертой в башне принцессой, а потому сбежал. Снаружи он встретил эту девочку и стал защищать ее. У нее все стало налаживаться. Даже появился друг. Я не мог допустить этого, а потому я указал родителям этого наглого принца, который лез в мои планы, на ту, кто заставляет его сбегать из дворца. Король и королева, чтобы запереть своего сына, заплатили родителям девочки и заставили их переехать, лишь бы те не мозолили глаза. Родители девочки были бедными, так что они приняли деньги и переехали в деревушку неподалеку. Проблема была решена. Правда сейчас я понимаю, что мне тогда стоило просто избавиться от принца.       Мой план снова стал работать. Девочку снова невзлюбили. И теперь защитить ее было попросту некому. Шло время. Я уже был готов действовать дальше. Но началась война. Король и королева решили спрятать своего сына. И, видимо это была судьба, но спрятали они его именно в ту деревню, где жила девочка. Мой план снова стал срываться, ведь принц не отходил от моей марионетки. Я уже думал выбрать себе другую цель и начать все заново, потому что девочка оказалась сильнее, чем я думал. Она не принимала то, что с ней происходило, слишком близко к сердцу. Но я все же решил понаблюдать. И не зря.       Принц решил бросить девочку. Ненадолго, всего на какое-то время, пока его отец не выздоровеет. Тогда я решил попробовать продолжить на том, на чем остановился. И сначала я убил отца девочки. Была война, сделать это было проще простого. Это было сильным ударом. Я был на верном пути.       Затем я избавился и от матери. Она была в таком горе, так что и ее смерть не стала подозрительной. А моя марионетка тем временем была разбита. То, что мне было нужно. Но нужно было ее добить.       Тогда я натравил на девочку несколько крупных мужчин, чтобы те обесчестили ее. Кто мог подумать, что она была уже не девочкой, а женщиной, носящей в утробе ребенка? Это сыграло мне на руку. Злоба в ее душе стала расти, я это чувствовал. А потом принц добил ее. Мне даже делать ничего не пришлось. Моя марионетка пошла и бросилась в пучину реки. Сама. Я был вне себя от счастья. Она стопроцентно стала бы демоном после самоубийства.       Я нашел ее, когда она только обратилась. Я повлиял на нее. Мне было невыгодно, чтобы новоиспеченная демоница вспомнила о принце. Он мог снова все испортить. Поэтому я сделал так, чтобы ее воспоминания о нем погасли где-то в самой глубине души, чтобы достать эти воспоминания было непросто.       Шло время. Я наблюдал за этой демоницей и старался не допустить того, чтобы она уснула, как многие другие самоубийцы. К счастью, делать ничего мне не пришлось. Ее огонь ярости горел, не прекращая.       Как бы я ни был уверен в том, что эта демоница на верном пути, я не мог оставить себя без запасного плана. И тогда я начал выращивать еще одну демоницу. Ее ты, конечно, знаешь. Ее звали Диана. Куда делась ее душа после битвы с Сенмортом, я не знаю. Но мне в целом теперь плевать. Она оказалась завистливой слабачкой.       Пока я был занят Дианой, огонь моей первой марионетки стал гаснуть. Я решил, что нужно добавить огоньку. И тогда я заставил Диану, свою новую игрушку, сжечь демоницу. Было больно, правда? Настолько, что я решил, что сломал тебя. Когда ты ушла оттуда, я про тебя даже забыл. Мне показалось, что это твой максимум. Что ты не просто не станешь больше повышать ранг и силу, а попросту заснешь, не выдержав всего этого. Конечно, я ошибался.       Но об этом я узнал намного позже. Когда прогремела новость о Безликой, я не придал этому значения. Не в моих силах было подобраться к сильнейшей. А потом я случайно встретил Мартина, который разыскивал Безликую. Кого еще мог искать этот глупый принц? В моей голове сложился пазл. И я тоже стал икать Безликую. И вскоре нашел. Я попытался снова повлиять на нее, заставить делать то, что я говорю. Я хотел, чтобы ты убила его. Но повлиять на такого сильного демона, как ты, я мог настолько незначительно, что я забросил эту идею. Но я все же решил воспользоваться твоим планом.       Я выкрал душу Дианы. Сам я побоялся идти один на один с Сенмортом. Зато Диана стала достаточно сильной. Но я не учел многого. Признаю, был глупцом, который хотел скорее все закончить.       Диана промазала. Я решил сделать все сам. Но перед моим носом вырос барьер. Все вы! Вы все испортили. Безликая, ты должна была быть тем, кто убьет его. Ты должна была быть с самого начала моей игрушкой, той, кто слушает и делает. Но все пошло не так. И теперь все, чего я хочу, это чтобы ты растворилась в воздухе, превратилась в пепел! Я потратил на тебя столько сил и времени. Я потратил на этот план все, что у меня было. И заново начинать я больше не хочу. Поэтому я очень надеюсь, что моя работа не прошла зря, и ты так и осталась тем, у кого нет своей личности.       Феликс договорил. На его лице теперь не было ярости. Он сказал все, что хотел, что думал. Он понимал, что бессмысленно обвинять Ассоль в провале его плана. План был провальным с того самого момента, как Феликс решил отказаться от Ассоль, переключившись на Диану. И во время битвы было так много возможностей… Феликс был трусом, он это знал. Но кто хотел бы признать это? Вот и Феликс не признавал. Он просто решил перебросить вину на кого-то другого.       Пока Феликс говорил, Ассоль тихо и беззвучно плакала. Было так больно слышать все это. Вся ее жизнь была всего лишь чьим-то планом. Девушка убедила себя в том, что она уродливая и странная. Она была уверена, что дело в ней. Но это было не так. Она была самой обычной. У нее могла быть самая обычная жизнь.       Ассоль не могла принять это. Вся ее жизнь оказалась чьей-то игрой. Она и правда не имела своей личности. Вся ее личность ведь строилась на том, что с ней происходило. А раз происходящее контролировалось чьими-то руками… девушка росла такой, какой могла быть удобной в чужих руках. Эти страхи были привиты ей, мысли об уродстве навязаны. Как она могла теперь принять это?       А еще… ее родители и ребенок. Они могли быть живы! Никто бы не погиб, если бы не все это! Не только ее жизнь была чьей-то злой шуткой, но и жизни тех, кто ей был дорог. Разве это справедливо?!       Слезы текли ручьем. Ассоль не могла это остановить. Она хотела просто исчезнуть. Перестать существовать. Она хотела этого и раньше, но слова Феликса добили ее.       Каито не смог смотреть на Ассоль, ничего не делая. Она помогала ему так много раз. Так что он подошел и обнял ее. Ким тем временем, наконец, вышел из оцепенения. Никто даже не успел заметить, как он вдруг оказался по ту сторону барьера. Феликс тоже не ожидал такого. Он и предположить не мог, что со внутренней стороны барьер пройти можно.       Ким молниеносно выхватил кинжал Феликса и попытался проткнуть им мужчину. Тот смог увернуться, хотя кинжал в итоге зацепил его руку. Феликс попытался бежать, так как он не был воином, так что не смог бы врукопашную противостоять Киму. Но Ким не дал ему сделать и шагу. Он пнул Феликса под колено с задней стороны, так что тот повалился на землю. Ким не стал ждать и снова попытался ударить. Феликс не медлил, он откатился, так что Ким снова промазал.       На помощь Киму из-за барьера вышел Финн. Феликс как раз встал с земли и снова попытался бежать. Финн, воспользовавшись своими крыльями, за долю секунды преодолел расстояние и оказался прямо перед Феликсом, загораживая ему путь. Феликс выругался и обернулся, чтобы попытаться бежать в другую сторону. Но Ким уже был перед ним. Он одним сильным ударом проткнул грудь Феликса в месте, где было сердце. Феликс глянул на свою грудь. Из его рта хлынула кровь. Он снова поднял взгляд на Кима. Истекая кровью, он улыбнулся мужчине с кинжалом. Ким не остановился. Он нанес еще один удар, полоснув по горлу Феликса. Кровь из артерии забрызгала все лицо Кима. Тело Феликса упало на землю. Финн взял из рук Кима кинжал и, черканув по нему, разжег огонь, который тут же охватил тело «бессмертного». Вернув кинжал, Финн встал рядом с Кимом вместе они стали смотреть на огонь. Они должны были убедиться, что все кончено.       За их спинами по ту сторону барьера Каито тем временем успокаивал Ассоль, тихо говоря с ней. — Не слушай его. — говорил он. — Все это брехня. Кто ты, если не самостоятельная личность? Ты самая добрая девушка из всех, кого я знаю. Ты всегда готова помочь. Но ты не бесхарактерная. Ты готова дать отпор, если потребуется. И это не он тебя такой сделал, а ты сама. Разве нет? — Я уже не уверена. — пробормотала Ассоль, вытерев слезы.