Глава 8. Первый матч Гриффиндора.

После случая с троллем Гермиона присоединилась к их небольшой компании, и это было как нельзя кстати. Теперь она занималась с Невиллом, пока Генри писал домашнее задание за Гарри, который постоянно пропадал на тренировках по квиддичу. А еще Генри заметил, что профессор зельеварения после Хэллоуинской ночи стал сильно хромать… И это настораживало. Накануне первого матча Гриффиндора Генри зашел в больничное крыло, чтобы попросить снотворное для нервничавшего Гарри, и аккуратно узнал про Снейпа. Что удивительно, в больничном крыле тот не появлялся, хотя ему явно приходилось несладко со всеми этими лестницами… Но Генри решил, что раз уж Снейп мастер зелий, то, наверное, лечит себя сам, не прибегая к чужой помощи. На матч, болеть за Гарри, Генри, Гермиона и Невилл отправились все вместе, заняв самый верхний ряд. Там они присоединились к Рону, Дину и Симусу. В качестве сюрприза для Гарри они нарисовали большой баннер на одной из простыней Рона. На нем было написано «Поттера в президенты», а Дин, который хорошо рисовал, изобразил под этим большого гриффиндорского льва. Затем Гермиона сотворила маленькое хитрое заклинание, чтобы краска вспыхивала разными цветами. Генри не слишком интересовала сама игра, он следил только за Гарри, так что он одним из первых заметил неладное. Метла беспорядочно металась в небе, время от времени настолько резко разворачиваясь вокруг своей оси, что Гарри едва удерживался на ней. — Черт, да что происходит? — мелькнуло в голове Генри. — Почему никто этого не замечает? Внезапно кто-то громким криком привлек внимание к Гарри, и все взгляды устремились на него. Его метла резко перевернулась в воздухе, потом еще раз, но он хоть с трудом, но удерживался на ней. А затем весь стадион ахнул. Метла неожиданно подпрыгнула, накренилась и, наконец, сбросила Гарри. Теперь он висел на метле, одной рукой вцепившись в рукоятку. — Может быть, с ней что-то случилось, когда в него врезался Флинт? — прошептал Симус. — Да нет, не должно так быть, — возразил Хагрид дрожащим голосом. — С такой метлой ничего плохого произойти вовсе не может, разве что тут Темная магия замешана, и сильная притом. Пареньку не под силу такое с «Нимбусом» проделать. Услышав эти слова, Генри выхватил у Хагрида бинокль, но вместо того чтобы смотреть на Гарри, он навел его на толпу зрителей, напряженно всматриваясь в нее. Гермиона тоже поняла, в чем дело, и уставилась во второй окуляр бинокля, так как его размеры это вполне позволяли. — Эй, смотри, — Гермиона пихнула Генри, шепча ему на ухо, — профессор Снейп! На трибуне, расположенной прямо напротив них, сидел Снейп. Его взгляд был сфокусирован на Гарри, и он что-то безостановочно бормотал себе под нос. — Это не может быть он! — зашипел в ответ Генри. — Ищи второго. Ага, нашел! — И он указал на ряд ниже, где неподалеку от Снейпа стоял Квиррелл и делал ровно то же самое. — Гермиона, помнишь то голубое пламя, что ты нам показывала? Глаза девочки зажглись пониманием, и она побежала по трибунам на другую сторону стадиона. Со своей задачей Гермиона справилась прекрасно, того переполоха, что она организовала, оказалось достаточно, чтобы Гарри смог вернуть управление над метлой. — Невилл, можешь открыть глаза! — сказал Генри. Последние пять минут Невилл сидел, уткнувшись лицом в куртку Хагрида, и громко плакал. Судья Хуч не останавливала игру, игра остановилась сама, но все равно никто не понял, почему Гарри, взобравшись на метлу, вдруг резко спикировал вниз. Внимание всего стадиона было по-прежнему приковано к нему, так что все отчетливо видели, как он внезапным движением поднес руку ко рту, словно его вот-вот должно было стошнить. Гарри выровнял метлу у самой земли, скатился с нее, падая на четвереньки, закашлялся, и что-то блеснуло в его руке. — Я поймал снитч! — громко закричал он, высоко подняв золотой мяч над головой. Игра закончилась в полной неразберихе. Сразу после того, как Гарри показал всем пойманный им золотой мячик, Генри, Гермиона и Хагрид увели его в хижину лесничего. И сейчас он сидел в ней и пил крепкий чай. А Гермиона начала рассказывать про Квиррелла. — Чушь, — возмутился Хагрид, который, когда с Гарри начали происходить непонятные вещи, с таким напряжением следил за ним, что не заметил, как Гермиона куда-то отлучалась. — Зачем ему делать такое? — А зачем держать в Хогвартсе трехголовую собаку? — спросил Генри в ответ. На него удивленно уставились три пары глаз. Хагрид уронил чайник. — Откуда ты знаешь о Пушке? — спросил он. — Пушок? — Да… он мой… купил его у грека, с которым познакомился в пабе в прошлом году… Я одолжил его Дамблдору охранять… — Что? — уточнил Генри. — Не спрашивай меня больше, — грубо сказал Хагрид. — Это совершенно секретно. — Раз мы об этом знаем, то не так уж и секретно, — ответил Генри. — И не та ли это вещь, что ты из банка забрал, а? — Послушайте меня, вы все трое… вы вмешиваетесь в дела, которые вас не касаются. Это опасно. Забудьте о собаке и о том, что она охраняет, это между профессором Дамблдором и Николасом Фламелем… Генри это имя запомнил… В замке, пока вся гостиная праздновала победу Гриффиндора, Гермиона, прихватив с собой Невилла и Гарри, приперла Генри к стенке. — А теперь изволь объяснить, что это все значит! Что это за трехголовая собака и что это Хагрид забрал из банка? — Да я сам понятия не имею, — ответил ей Генри, на что девочка вызывающе подняла брови. — Про штуку, которую Хагрид забрал из Гринготтса, мне Гарри рассказал, когда я показал ему ту заметку, где писалось, что банк ограбили. А собаку я случайно нашел, пока по школе без дела мотался. Невилл, помнишь, мы забирали очень тяжелую посылку? Ну вот, это для нее было… Для него точнее. Это пес. Я ему еще из большого зала угощения приносил… Трое друзей шокировано переглянулись. Они и представить не могли, что тихий с виду Генри скрывает ТАКОЕ… — С Фламмелем будем вместе разбираться, а то нечестно, что все интересное знаешь только ты один! — наконец сказала Гермиона. — А что там разбираться, наверняка это Философский камень.