…

***

*** «Пинегрю Манор — Комната Гарри. 11-е Июня 1995 г.»***

      — Он вырос замечательным мальчиком, Лили.       На улице стоял прекрасный, теплый, летний день. Легкий ветерок гнал по ярко-лазурному небу пару пушистых облаков. Гарри и Дафна ушли час назад, изъявив желание потратить свободное до обеденного чаявремя на полеты и — как подозревала Роксана — поцелуи. Ведьма радовалась тому, как счастливы вместе её дочь и крестник. Казалось, те стали уверенней в своих отношениях, пережив месяцы вмешательства со стороны Молли Уизли и Альбуса Дамблдора. Та ещё проверка на терпение, но… всё в прошлом. Сейчас пара наслаждалась обществом друг друга, не боясь любовных зелий или чар, влияющих на разум. Она уже провела с ними «серьезный разговор». Да, возможно, в этом не было острой необходимости, но… она — мать. И всегда настороже.       Со следующего года Роксана будет рядом с ними (на постоянной основе). Да, в прошлом она числилась как «временный преподаватель». Её наняли для помощи Филиусу Флитвику, что после увольнения Альбуса Дамблдора стал директором Хогвартса. Попечительский Совет принял её заявку на должность профессора чар. Первые пару лет она будет преподавать студентам с первого по пятый курс, в то время как Филиус будет работать со студентами, готовящимися к ТРИТОН. Он так же будет помогать ей в нелегкой борьбе за получение академической степени. До прошлого лета в её сердце ещё горела надежда, что однажды она доучиться на целителя ( Роксана бросила учебу незадолго до рождения Дафны), но, неожиданно, ей понравилось преподавать под руководством такого заботливого директора. (Филиус часто помогал ей по мере сил и возможностей.)       На мгновение Роксана пришла в ярость, вспомнив события пятимесячной давности. Дамблдор пытался разлучить Дафну и Гарри; хотел свести его с Джинни, разделял мечту об их отношениях со своей сообщницей, Молли Уизли. Даже осмелился использовать для этого зелья и чары. Ударился в манипуляции, а под конец так извел бедную девочку, что та попыталась сбежать от директора и матери, покончив жизнь самоубийством. Лишь своевременно примененное Дафной — с поддержки близнецов — редкое исцеляющее заклинание вернуло Джинни к жизни. С тех пор путь домой для Молли заказан. Альбуса Дамблдора уволили после грандиозного судилища в Большом Зале.       В третий раз Дафна, едва ступившая на тропу целителя, использовала свои уникальные способности. Да, Роксана гордилась ею, но в то же волновалась. Её способности в исцелении духа были опасны, в первую очередь, для самого целителя. Но дочь уже не раз доказывала, благополучие друзей для неё важней собственного. Эту черту она переняла от Гарри.       — Он кажется таким счастливым, — ответила Лили.       Женщина с огненно-рыжими волосами и изумрудными глазами улыбалась с картины. Чудо магии, созданное меньше года назад. В отличие от портретов директоров, этот не был нарисован при жизни молодых людей. Оба родителя изображены спустя годы после смерти. «Общение с картиной» стало возможным благодаря воспоминаниям друзей и врагов. Они ещё собирали новые от старых друзей, коллег и членов Ордена. Хотели добавить деталей, сделать портрет более полным. Ментальная «производительность» картины была соизмерима с объёмом и разнообразием воспоминаний.       Неделю назад им удалось «разбудить» Джеймса и Лили… С тех пор Гарри каждое утро и вечер проводил с родителями. Иногда к ним заглядывала Роксана.       — Да, — с мягкой, довольной улыбкой ответила леди Гринграсс. — С тех пор, как Сириуса оправдали, с его лица не сходит улыбка.       Два дня назад с Сириуса Блэка сняли все обвинения. После показаний Питера Петтигрю даже самый скептически настроенный критик был вынужден признать, что тринадцать лет назад произошла вопиющая ошибка. Теперь Блэк свободен. Маг наслаждался спокойной жизнью, проводил время с крестником. Сириус так этому радовался, чтобы позабыл — по крайней мере, на данный момент — о роли Дамблдора в его заключении. Директор даже не пытался остановить Крауча-старшего тринадцать лет назад, не захотел помогать в очистке имени год назад.       — Сириус хочет пока пожить в Поттер-маноре. Римус всё ещё работает над библиотечным проектом, а Сириусу, похоже, нравится ваш старый летний домик.       Лили кивнула:       — Не хочет возвращаться в поместье Блэков… оно и не удивительно. Он никогда не любил свой дом… Ненавидит связанные с ним воспоминания. Даже подбивал как-то предложить его Нарциссе после летних каникул Драко. Думаю, ей пойдет. Да и Кричер её обожает.       — Даже не верится, что она хочет вновь стать Блэк. — Роксана на мгновение замялась, покачала головой. — Нет, я понимаю, но не ожидала, что она сделает это сейчас. Возможно, после того, как Драко закончит Хогвартс… — ведьма злорадно усмехнулась. — Хотела бы я превратиться в муху у стены и понаблюдать за тем, как она сообщит драгоценному Люци об уходе.       Поначалу Роксана с удивлением наблюдала за новой Нарциссой. Её ошарашило та встреча — момент, когда леди Малфой впервые обратилась к Нимфадоре Тонкс, умоляя передать весточку её матери, Андромеде. Это был первый контакт между сестрами за последние двадцать лет. Они часто виделись с тех пор. Не извещая об этом Люциуса. А пару месяцев назад Нарцисса восстановила общение с Сириусом, принявшего титул лорда Блэк.       Лили вздохнула.       — В юности она мне не нравилась, я никогда не была ей подругой. Но она не заслуживает такого мужа, как Люциус. Никто не заслуживает.       — Она изменилась, Лили. Правда изменилась. Не знаю, что случилось, но с прошлого лета она подумывала о том, чтобы уйти от него. Полагаю, дело в сыне. ОН вернулся, ей важно оградить Драко от влияния отца. Тот стал жирной точкой во всей этой истории. Люциус будет пытаться всеми силами заполучить Драко. И, боюсь, ему это удастся, Драко — единственный наследник рода Малфой.       — Это и к тебе относится, Роксана. Ты же знаешь Сайруса; знаешь, каким он был при жизни Лорда. Ты должна оградить дочерей от его влияния.       — Знаю, — кисло ответила Роксана. — Не могу не думать об этом… с тех пор, как увидела ЕГО на кладбище.       Некоторое время ведьма молчала, погрузившись в воспоминания. Разоблачив фальшивого Грюма они надеялись, что Третье Испытание будет менее опасным для Гарри. Они ошибались. Крауч-младший всё же смог похитить её крестника: перенесся с ним на кладбище Литл-Хэнглтона и вместе с Петтигрю вернул Волдеморта к жизни. Гарри выжил и смог сбежать благодаря подмоге в лице Агаты, Дафны, Роксаны и её кузины, Ан Эрнандес. Темный Лорд сбежал, но они поймали Питера Петтигрю.       Крауч мертв, убит собственным заклинанием. Оно отскочило от щита, наложенного Гарри для защиты крёстной.       Мальчик был в шоке. Крауч был первый человек, павший от его руки. Роксана поморщилась, вспомнив один из немногих добрых поступков бывшего директора. Пусть и непреднамеренный. Услышав о дуэли и смерти Крауча-младшего, Дамблдор ругал Гарри, бормотал что-то об опасности перехода на тёмную сторону, нес чушь о применении оглушающих заклинаний. Вся это околесица показалась настолько абсурдной, Гарри так разозлился, что смог побороть приступ самобичевания.       — Не будь такой мрачной. Гарри поможет защитить их.       — Знаю, — Роксана слабо улыбнулась. — Они так заботятся друг о друге — Гарри и Дафна. И я рада, что Астория сблизилась с ними. По сравнению с прошлым Рождеством… Но как бы я хотела, чтобы у нас не было причин для беспокойства.       — У них есть ты, твоя семья. Римус и Сириус делают всё, что в их силах. Подружка Римуса тоже вносит свою лепту.       Лили была рада узнать о начале отношений её друга Римуса и неуклюжего аврора Тонкс. — У них есть близкие друзья —у Гарри с Дафной?       — Да, — кивнула Роксана. — Дафна дружит с Трейси Дэйвис и Блейзом Забини. Познакомишься с ними через пару недель. И, конечно, Невилл Лонгботтом и Гермиона Грейнджер. Они проведут вторую половину летних каникул в нашем поместье.       — Невилл… помню его малышом. Я была близка с его родителями. Жаль, что они в таком состоянии… А кто такая Гермиона Грейнджер?       — Лучшая подруга Гарри. Она тебе понравится. Похожа на тебя: маглорождённая, немного упрямая, вспыльчивая. Невероятно преданная. Относится к Гарри, как к брату. Она — единственный ребёнок в семье, и, как и Гарри, всегда хотела брата или сестру. Гарри и Гермиона, можно сказать, названные. К счастью, она подружилась и с Дафной. Все четверо очень близки, как Мародёры – конечно, без предателя.       Роксана помрачнела. Она ненавидела Питера Петтигрю почти так же сильно, как Сириус и Римус. И сильно огорчилась, что его приговорили к Азкабану, а не к Завесе. По крайней мере, на нём был браслет, что лишал возможности сбежать в анимагической форме.       — Есть ещё. У них друзья со всех факультетов. Самые близкие, полагаю, — Сьюзен Боунс, Луна Лавгуд и Падма Патил. Но наши «Четыре Всадника Неприятностей» — особый случай.       — Я рада, что он обрел семью, — вздохнула Лили.       Их разговор прервал резкий стук в дверь. Секунду спустя в комнату с перекошенным от злости лицом вошел Сайрус Гринграсс. Мужчин был в ярости. Он только что узнал о значительных пожертвованиях Гарри, собранных с продажи Василиска. Сайрус надеялся, что лично положит эти деньги себе в карман. Он нуждался в них и, конечно же, считал, что заслуживает их больше, чем какие-то студенты-грязнокровки. Конечно, плохо, что им пришлось пережить нападение Василиска два года назад. Но неуместно бросать к их ногам такие ​​суммы. Гоблины предложили почти 100 000 галеонов за труп Василиска из Тайной Комнаты. Он чуть в обморок упал, лишь представив такие цифры…       С большим трудом маг изобразил вежливую улыбку.       — Твои гости прибыли, Роксана. Я уйду через час. Меня ждёт Люциус. Побуду у него некоторое время.       Роксана согласно опустила голову, пряча хмурый взгляд.       Как он мог находиться в одном доме не только с Люциусом, но и с Лордом?       Северус рассказал ей, что ОН выбрал Малфой-манор своей штаб-квартирой. В будущем ей нужно быть очень осторожной в разговорах с мужем.       — Передавай ему привет. Приятного вечера. — она так ненавидела Люциуса, презирала его мировоззрение. Но он был её политическим союзником в «деле Дамблдора». Она не оборвет эти отношения, пока не узнает больше о последствиях возвращения Темного Лорда.       — Мне пора, Лили.

***

*** «Хогвартс - Теплицы. В то же время.» ***

      Невилл с энтузиазмом насвистывал под нос. Признаться, звучало весьма недурно, но Гермионе не нравилась эта его черта. Она часто отвлекала её от чтения. Но до сих пор ему удавалось найти компромисс с помощью робкой улыбки или поцелуя.       Парень работал в одной из теплиц Хогвартса. В последнее время в школе не было учеников (за исключение тех, кому надо пересдать экзамен или поработать над особым проектом). В связи с его учебным планом, мадам Спраут позволила Невиллу пользоваться одной из её теплиц. Декан помогла её отремонтировать, и теперь гриффиндорец колдовал над цветочными клумбами. Гермиона и Луна обещали вернуться с каникул с семенами цветов… Он заранее готовился к этому событию. Невилл огляделся, вздохнул. Он почти закончил. Такая простая работа помогала успокоиться, переосмыслить прочитанное за последние несколько дней.       Посоветовавшись с мадам Спраут, Невилл решил сдавать экзамен по гербологии через шесть недель, на девять месяцев раньше остальных.       Экзамен — первый шаг к должности младшего преподавателя. Введение этой должности — одно из многих изменений в Хогвартсе. Каждому учителю разрешалось брать в помощники младшего преподавателя. Тот должен вести с первого по пятый курс. Главный преподаватель помогал (особенно с СОВ), занимался с учениками, сдающими ТРИТОНы, и проводил занятия для продвинутого курса.       Некоторые из учителей, например, профессор Снейп, использовали часть своего свободного времени для производства зелий на продажу. Вырученные средства шли в школьный фонд.       Профессор Снейп был первым учителем, нанявшим помощника — Пенелопу Кристалл. Молодая девушка год назад окончила Хогвартс, но все младшекурсники её обожали. Даже Снейп, казалось, был ею доволен: хотя бы потому, что ему больше не нужно тратить время на «клинических идиотов». К сожалению, в следующем году Снейп будет принимать у Невилла СОВ. (Мисс Кристалл пока не готова к такому испытанию.)       Порой Невилл боялся того, что готовило ему будущее. Через два месяца начнется учеба, и он войдет Большой Зал не только как ученик. Продолжая посещать большинство занятий, он параллельно будет сдавать ТРИТОН по гербологии под частным руководством мадам Спраут. А так же будет преподавать на первом и втором курсах.       Она верит в меня, я справлюсь.       Ещё один беглый взгляд…       Закончил. Пора уходить.       У Невилла не оставалось времени на обучение анимагии. Готовя ребят к занятиям уже в августе, Агата Пинегрю дала ему пару книг и объяснила, какие упражнения нужно делать. Два часа занятий анимагией, как минимум шесть часов гербологии, два из которых с мадам Спраут — таким было расписание последних двух недель. И будет до конца месяца.       Бабушка расстроилась из-за нехватки общения, но согласилась, что ему нужно тратить время с максимальной пользой. Она явно им гордилась.       Невилл радостно вздохнул. Он сильно продвинулся в заклинаниях, с тех пор как Ан Эрнандес заметила недостаток магической силы – результат заклинания «Разлад». Пинегрю сразу сняли с него это заклинание. Конечно, ему пока далеко до Гарри, Гермионы или Дафны, но разрыв постепенно сокращался. Это придавало уверенности. Невилл усмехнулся. Он стал лучше даже в зельях. Теперь Снейп не ненавидит его. Сокращенное число расплавленных котлов благотворно влияют на мастера зельеварения.       По пути к замку, желая вымыть руки и переодеться в чистое, Невилл размышлял о прошедшем дне. Его ждали Пинегрю. Он снова увидит их, не только Гарри и Дафну, но и Гермиону. Гермиона… парень побледнел. Он пока не до конца уверен в своих планах. Гермионе, одной из старших учениц, уже исполнилось пятнадцать. Через три недели ему тоже будет пятнадцать. Августа, будучи не только его бабушкой, но матриархом Лонгботтомов и магическим опекуном Гермионы, одобрила идею подарить ей кольцо на день рождения.       Даст ли она согласие? Поймёт ли? Для чистокровных семей помолвка в пятнадцать — обычное дело. Невилл знал, магловские семьи и семьи волшебников с магловскими связями ждали дольше. Он был её парнем меньше года, но знал с одиннадцати лет. Он не сомневался, Гермиона — его единственная. Но согласится ли она?

***

*** «Дом Грейнджеров. В то же время»***

      Всего двенадцать книг, — вздохнула Гермиона.       Мама была непреклонна: ей разрешено взять с собой только двенадцать. Две посвящены Анимагии. Хоть у неё не было особой предрасположенности к этому типу магии, гриффиндорка была полна решимости помочь Невиллу. В самом начале, восемь месяцев назад, сразу после Испытания, она сильно расстроилась, узнав, что ей не хватает таланта или подходящего склада ума, чтобы стать анимагом. Но она смогла это пережить. Невилл и Гарри научатся менять облик, а их девушки будут на страже их тайны.       Дафна… Её ситуация на порядок сложней. Талант плести заклинания – неудивительно, учитывая предрасположенность Пинегрю к трансфигурации – перебивал ​​саму возможность анимагии: Её тётя объяснила: мышление анимага противоположно тому, которое нужно развить Дафне, чтобы стать духовным целителем. Подруге надо решить: анимаг или целитель; семейная традиция или развитие чрезвычайно редкого навыка; что-то полезное и «крутое» или возможность помогать людям так, как мало кто сможет.       Решение далось нелегко, но в итоге было ясным. Ещё до того, как Гринграсс узнала о возможности исцелить родителей Невилла. Гарри рассказал Гермионе об их визите к чете Лонгботтом. Он испугался, «наблюдая» за Дафной в сознании Алисы; испугался, что потеряет её из-за подсознательных страхов ведьмы. Но очень хотел помочь. Гарри взял с Гермионы обещание не говорить пока Невиллу, но они готовились ко второй попытке исцелить Алису до конца лета.       Невилл, надеюсь, вы скоро встретитесь.       Гермиона наконец увидится со своим парнем. Немного оторвётся от подготовки к школе, чтобы навестить его. Девушка мягко улыбнулась.       Всё началось с уловки – поговорить с Клэр Руссваль, одной из учениц Шармбатона, о её родном городе, Орлеане. Она хотела отвлечь девушку от заклинаний, что собиралась наложить Данфна, поэтому принялась расспрашивать о достопримечательностях Орлеана.       Но ей очень понравились их разговор. Сама собой возникла идея посетить этот город. Уговорить родителей не составило труда. Напротив, им нравилось проводить время с дочерью. Поэтому они собирались уехать через три дня и вернуться за день до дня рождения Невилла. Ей всё ещё нужен подарок, но она надеется отыскать что-нибудь во Франции – помимо обещанных семян. Возможно, британская ведьма даже навестит Клэр. Она уже дважды писала ей после окончания учебного года и отъезда делегации Шармбатона.       Гермиона покраснела, вспомнив ещё одну книгу, которую хотела взять с собой. Её подарила Августа: «Традиционные помолвки и браки у волшебников». Августа хотела познакомить Гермиону с обычаями волшебного мира, что во многом был ей чужд. Но само название немного беспокоило. Готова ли она к такому?       Отложив переживания на потом, девушка обратилась к последней стопке книг: «Магловские науки». Она обещала перечитать свои старые книги и подготовиться к урокам по мысленной связи с друзьями. Большинство тем она знала достаточно хорошо, но, конечно же, хотелось быть максимально готовой. Астория тоже будет на этих занятиях. Она знала о мысленной связи и интересовалась ею даже больше сестры.       Надеюсь, ЕГО возвращение не повлияет на её решение. — подумала Гермиона.       Ей нравилось наблюдать, за превращением Астории: из холодной стервы в заботливую сестру для Дафны и Гарри. Но с Люциусом Малфоем и Драко Малфоем, помолвленным с Асторией, эта близость вполне могла сыграть с ними злую шутку.       Будем надеяться на лучшее, Дафна.

***

*** «Дом Лавгудов. В то же время» ***

      От пьянящего счастья у Луны кружилась голова. Завтра они с отцом вместе отправятся в Новую Зеландию: посетят Руапеху и, возможно, наконец увидят Морщерогих Кизляков. Как же долго она об этом мечтала… надеялась, что однажды, желание отца сбудется.       Прошлогодней поездка в Исландию обернулась разочарованием. Её отец, Ксенофилиус, был уверен, место обитания этих волшебных существ — Исландия. Но признаков проживания не обнаружилось. Неделями он пребывал в депрессии, месяцами не желал строить планы на новые путешествия.       И вот, наступило Третье Испытание. Одним из препятствий на пути Гарри стал Сфинкс. Как и сёстры, она хотела получить ответы на некоторые загадки. Гарри добился своего и проигравшее существо сделало ему подарок.       «Если не решишь загадку, тебе не будет разрешено пройти. Но если угадаешь, я тебе кое-что поведаю, мой маленький любитель загадок. Решение за тобой, Гарри Поттер. Каким оно будет: проходишь или решаешь загадку?»       Но главной маленькой любительницей загадок была она. Поэтому и помогала готовиться к подобным испытаниям — разгадыванию загадок — пока Гермиона и Дафна натаскивали Чемпиона по заклинаниям и физической подготовке. Гарри принял предложение и разгадал загадку.       «То, что она искала в Исландии прошлым летом, там не оказалось; там нечасто происходят извержения вулканов. Они были на Этне. В этом году стоит подумать о посещении Руапеху».       И правда: в этом году на Руапеху произошло извержение вулкана, а год назад — на Этне. Луна всё ещё была в шоке с того, как рисковал ради неё Гарри. И тем не менее… Он был её другом, как Дафна, Невилл и Гермиона. Все трое были рядом последние месяцы, защищали от оскорблений Рона и пакостей однокурсников. Гермиона раздобыла несколько карт Новой Зеландии, а Дафна отыскала заклинания, что сильно помогли с поисками. Особенно одно, оно защитило их с отцом от ядовитых паров вблизи вулкана.       Да, прошлый год был хорошим.

***

*** «Нора. В то же время.» ***

      Артур Уизли с радостной улыбкой наблюдал за детьми. Чарли вернулся на пару дней – забежал к ним перед встречей с Флер Делакур и её семьёй. Джинни с близнецами решили воспользоваться возможностью и поиграть всей семьёй в квиддич.       Впервые за долгое время его дочь выглядела и казалась по-настоящему счастливой. Точней, он даже не помнил, когда она вообще была такой. Уж точно не последние три года. После событий в Тайной Комнате, постоянных напоминаний Молли о «сближении с Гарри» она большую часть времени ходила подавленной, напряжённой. Изменить такой настрой не могли даже близнецы. Лишь Чарли временами мог вытащить её из скорлупы, но большую часть времени проводил в Румынии.       После попытки самоубийства четыре месяца назад дочка оставалась дома: сначала с близнецами; с весенних каникул – одна, с отцом. Ладно, не совсем одна, Римус Люпин приезжал трижды в неделю, чтобы помочь с учёбой. Через шесть недель, с началом нового учебного года, она сможет продолжить обучение. Джинни всё ещё боится возвращаться в школу, но там её друзья, они помогут.       Артур тяжко вздохнул. Он в неоплатном долгу перед Пинегрю. В долгу перед семьёй, о которой Альбус — с тех пор, как узнал об усыновлении Гарри — месяцами говорил только плохое. Бывший директор – при поддержки Молли – изо всех сил старался разлучить Гарри с его новой семьёй. К счастью, у него ничего не вышло. Дафна не только спасла его девочку… Гарри с друзьями написали Джинни гору писем, прося отпустить старое и стать наконец счастливой. Они утверждали, что так и остались её друзьями. А ещё попросили Римуса помочь Джинни с учебой.       В тот непростой период Артур взял неоплачиваемый отпуск, на несколько месяцев, и вернулся к работе лишь две недели назад. Но и это стало возможным благодаря Роксане. Леди Пинегрю дала ему немного денег, чтобы компенсировать сумму, не покрываемую зарплатой. Она одна знала об этом. Было сложно принять такое предложение.       «Прекрати немедленно, Артур», — кипела в своей гостиной Роксана. — «Знаю, ты не потерпишь жалости. У тебя гордость — ты сам хочешь позаботиться о семье. Но дело не в тебе или во мне, дело в Джинни. Твоя дочь нуждается в тебе сейчас как никогда. Ты нужен ей каждый день, каждый час. Найдешь ещё, чем отплатить, но пока, Артур, прими эти деньги. Наше богатство, наши жизни и, конечно же, наша гордость — ничто, по сравнению с жизнями наших детей!»       Она права, — согласился рыжеволосый мужчина.       Оторвав взгляд от детей, Артур перевел его на письмо, что вертел в руках. Он получил его два дня назад и всё ещё не был уверен в ответе.       «Уважаемый мистер Уизли,       Хочу сообщить о паре денежных операций на счете вашей семьи, выполненных Гарри Поттером. Как вы наверняка помните, два года назад в школе Хогвартс объявился василиск. Его существование представляло опасность для всех учеников и преподавателей, но некоторые пострадали сильней остальных.       Месяц назад банк получил его труп. Большая часть денег будет передана Хогвартсу на улучшение школьного оборудования и на развитие новых школьных дисциплин. Однако мистер Поттер пожелал возместить ущерб жертвам василиска. Повинуясь этому желанию, он решил оплатить — вплоть до выпуска — Хогвартскую стипендию некоторым студентам. Среди прочих были названы: Мисс Джиневра Уизли, Мистер Рональд Уизли.       Помимо этого, оба получат пособие в размере 200 галеонов. Директор уведомлен о контракте.       Так же существует дополнительный пункт, касаемо вашей дочери. Я бы хотела обсудить его с вами – вами и только вами, поскольку мистер Поттер выразил пожелание, чтобы никто, особенно миссис Молли Уизли, не узнали об этом.       Пожалуйста, пришлите сову с указанием удобного для вас времени. С наилучшими пожеланиями, Меднозуб Гринготтс, Отдел по работе с клиентами.»       Это многое могло решить. Сложно оплачивать обучение всех детей. Семьей они не раз обсуждали, как решить эту проблему. Он знал, Молли хотела забрать Джинни из школы после сдачи СОВ. Не только из-за денег, а потому, что считала это пустой тратой времени для будущей домохозяйки. Видимо, Гарри, как и Артур, не разделял её позиции.       С тяжелым вздохом мистер Уизли взял листок бумаги и принялся писать ответ.

***

*** «Дом Мюриэль Пруэтт. В то же время.»

      В доме Пруэттов, не считая звука скребущей по полу щётки, стояла гробовая тишина. Молли Уизли сердито бормотала под нос проклятья, не слишком впечатлённая «гостеприимностью» тетки. Ведьма проворчала, что женщине, что так любит критиковать всех и вся, стоит больше сил тратить на уборку и поддержание порядка в комнатах.       Она скучала по дому. Как бы хотелось поработать в саду (попинать гномов), посадить рассаду, проследить за её ростом, собрать урожай. Но этому не суждено сбыться — по крайней мере, пока. Она работает над этим, но Артур непреклонен.       Возможно, в конце летних каникул, — туманно ответил в последнюю встречу муж. Ещё шесть недель в этом гнилом месте. Молли вздохнула. Очень мило со стороны Мюриэль предложить ей убежище, но всё же...       Оглядываясь назад, она не могла понять, в какой момент все пошло наперекосяк. Альбуса уволили. Артур встал на сторону змей. Зло свирепствует в Хогвартсе. Небо вот-вот рухнет на голову, а они не в силах остановить этот парад безумия. Униженной Молли вспомнился момент, когда она сама ненадолго поддалась общему помешательству. После попытки суицида Джинни, она была так потрясена, так… зла на Альбуса. Когда Артур решил отослать её, у неё не осталось сил на борьбу. Лишь после недель молчания и раздумий Молли смогла переварить произошедшее. Альбус — старый добрый Альбус — помог ей. Слава Мерлину, в нём не было ни капли обиды. Несмотря на прежние гневные слова, директор принял её извинения.       «Молли, последние недели были тяжелыми. Я всё понимаю, тебе не нужно извиняться. Твой гнев лишь доказывает, как сильно ты любишь свою семью. Это одна из твоих лучших черт.»       После того, как всё между ними прояснилось, старые союзники каждый вечер проводили за чашечкой чая, силясь понять происходящее. Миссис Уизли знала, Джинни не способна на подобные глупости. Только не её малышка. Та Джинни, которую она знала, никогда бы не поверила в эту ложь об Альбусе и матери. Естественно, это была ложь. Молли любила свою дочь. Как кто-то мог предположить обратное?       Ответ напрашивался сам собой: Дафна наложила на Джинни чары. Молли, скрепя зубами, признавала таланты девчонки: с её навыками окклюменции та смогла скрыть свои мысли даже от Альбуса. Какой пятнадцатилетней понадобятся такие умения? Только той, кто планирует что-то по настоящему отвратительное, злодейское. Её мотивы? В этом даже Альбус не уверен. Она хотела убить Джинни, чтобы устранить соперницу? Спасла её дочку лишь потому, что близнецы оказались рядом с сестрой слишком рано, и яд был не из быстродействующих? Или замысел заключался в образе героине, спасительницы? Теперь все относились к ней именно так — в особенности, большинство членов Уизли. Но Молли знала, это всё — часть коварного плана.       Альбус дал ей книгу заклинаний. Именно её, по словам Дамболдора, использовала Дафна. В ней говорилось о знаменитом, редком и опасном заклинании. Но книга — доказательство, что маг её уровня не мог сотворить такое. Девчонка не могла вытащить кого-то из могилы. Значит, она, очевидно, обвела вокруг пальца мадам Помфри (бедняжка, такая доверчивая) и наложила другое заклинание. Возможно, даже дала Джинни яд, что-то вместе с очищающим заклинанием. Легко представить такой змеиный замысел.       Но ей никто не поверит, даже семья. Альбус убедил её, что пока надо залечь на дно. Молли обменивалась письмами с Артуром, извинялась перед Джинни; объясняла, что лишь хотела помочь дочери, что никогда не соглашалась с планами Альбуса. Последнее, было трудней всего, но Альбус убедил, что – по крайней мере, пока – они должны держать дистанцию. Если Артуру нужен козёл отпущения, Альбус готов сыграть эту роль.       Молли тихо всплакнула. Какой всё же Альбус замечательный друг и прекрасный человек.       И снова оказался прав: ей нужно вернуться в семью. Только тогда она сможет повлиять на них. Медленно, но верно. О да, Молли будет жить с ними. Будет унижаться и извиняться, плакать и обниматься – но в итоге они ей поверят.       Никакой змеюки! Ты может, и выиграла битву, но я выиграю войну.

***

*** « На территории вблизи дома Мюриэль Пруэтт. В то же время.» ***

      Рон Уизли, расположившись на неудобной скамье, с растущим раздражением глядел на небольшой пруд. Сама мысль о нахождении в этом доме вызвала раздражение. Он ненавидел тетю. Как жаль, что пришлось тут остаться. Он так хотел вернуться в прежние времена: вернуться в Нору; вновь стать любимым сыном. А Джинни бы делала то, что он пожелает.       Всё так переменилось за эти месяцы…       — Добрый день, Рон.       Парень, немало удивишься, обернулся. И озадаченно уставился на незваного гостя. Он никак не ожидал увидеть здесь бывшего директора. Если подумать, он не видел Альбуса Дамблдора с тех пор, как тот покинул Хогвартс. Рон не особо интересовался его нынешним жизненным укладом.       — И вам доброго дня, профессор, — рыжий нахмурился, недоумевая, зачем он здесь, почему разговаривает с ним.       Дамблдор сел, вздохнул.       — Прости, Рон. Я должен был быть рядом.       Рон поднял взгляд. Недоумение росло в геометрической прогрессии. О чём?       — В этом году всё должно было пройти иначе. Я хотел сделать тебя старостой. Ты это заслужил. После всего, что сделал для своих однокурсников…       — Я не получу значок старосты?       Рон не ожидал, что станет старостой. Но всё равно почувствовал укол разочарования.       Альбус Дамблдор печально покачал головой. Медленно достал из кармана листок бумаги, протянул собеседнику. Им оказалось письмо, адресованное профессору Макгонагалл, написанное почерком, который он так хорошо знал по множеству списываемых ранее заданий. Почерк Гермионы.       — Как вы…       Альбус понимающе усмехнулся.       — У меня ещё остались друзья. Некоторые хогвартские эльфы по-прежнему выполняют мои приказы.       Они не стали бы нарушать прямой приказ Филиуса, но Рону ни к чему такая информация…       Уизли заторможено кивнул, принялся читать.       По мере прочтения, щеки раскраснелись. Гнев бурлил в желудке. Он прошипел:       — Они не хотят становится старостами. Предлагают заместо себя Парвати и Симуса.       Альбус печально кивнул.       — Минерва, уверен, последует этому совету. — старый маг спрятал улыбку.       На самом деле, Альбус посчитал это разумным. В украденном письме Гермиона и Гарри, предвидя выбор Минервы, умоляли не делать их старостами. Как он думал, они хотели потратить время на дополнительные занятия. Безопасность и подготовка им важней статуса. То, что Гермиона, годами мечтавшая стать старостой, отказалась, лишь доказывало, насколько серьёзно они восприняли угрозу в лице вернувшегося Темного Лорда.       — Это должны быть вы с мисс Браун.       Рон кивнул. В целом, идея находила острый отклик во его влажных мечтах: он и Лаванда прогуливались по темным коридорам, чтобы… «узнать друг друга получше».       В прошлом году Браун превратилась в очень привлекательную девушку. Он планировал приударить за ней в следующем. Такая перемена серьёзно мешала планам.       — Но, пожалуйста, не держи зла на мистера Финнигана. Полагаю, именно этого они и добиваются: хотят отдалить от друга. Меня всегда удивляло, почему ты все эти годы дружил с Поттером. У тебя с мистером Финниганом явно больше общего.       Рон медленно кивнул. В чём-то Дамблдор прав. Без настояний матери он бы не подружиться с Поттером. Симус больше на него похож: весёлый, любит выпить и поесть, обожает квиддич; не слишком серьезен в вопросе учебы.       — Я надеялся, Минерва — в качестве последней моей воли — сделает тебя старостой. Но она предпочитает сейчас прислушиваться не к тем людям.       Рон серьёзно кивнул. Чертовы Змеи. Они наводнили Хогвартс. Он взглянул на Дамблдора. Иногда Рон забывал, что бывший директор был гриффиндорцем. — Не думаю, что она исполнит и другое моё желание.       — Какое?       Альбус вздохнул:       — Я хотел видеть тебя в команде по квиддичу в следующем году, не только вратарём, но и капитаном.       Рон побледнел. Идеально — староста и капитан команды по квиддичу. Его мать так бы им гордилась, а братья наконец поняли его ценность и важность.       — Но я даже не в команде. Как меня могут назначить капитаном?       — Рон, я, может, и стар, но всё ещё способен разглядеть настоящий талант. Если бы не Турнир, ты бы уже был на воротах. Квиддич — семейная традиция Уизли. Взгляни на своих братьев. Ты был бы таким же. Капитану нужен творческий подход. Только не говори, что такой человек, как Поттер, может знать о квиддиче что-то, чего ты ему не объяснил? И кстати: Минерва рассказала мне, следующим капитаном будет мисс Джонсон. Строго между нами: не знаю ни одной женщины-капитана, что по-настоящему бы разбиралась в игре.       Рон ловил каждое слово директора. Он был готов ему поверить. Лишь нужно проявить себя, и этот человек стал бы его шансом. Но теперь — всё потеряно. Опустошённый, рыжий откинулся на спинку скамьи.       — Но… так не будет.       — Ты всё ещё можешь пройти отбор.       Рон кивнул, не особо веря в свой успех.       — Гарри не возьмёт меня в команду, по крайней мере, сейчас.       — Ты не знаешь наверняка, — покачал головой Альбус. Затем схватил собеседника за плечо, крепко сжимая.       — Рон, я ожидаю, что ты сделаешь всё от тебя зависящее. Твой долг — забота об однокурсниках. Мы не можем позволить змеям победить. Мы львы, не кролики.       — Но что я могу сделать?       — Выход есть всегда, — Альбус улыбнулся, глаза таинственно блеснули. — Помню, в юности у меня была похожая ситуация. Группа мальчишек издевалась над всеми. Вели себя, как короли. Не нужно говорить, с какого они факультета?       — Слизерин, — прорычал Рон.       — Слизерин, — серьёзно кивнул Альбус. — Через какое-то время нам это надоело. Мы создали группу «Красные Львы». И показали, что бывает с выскочками. Как и ожидалось, в душе они были трусами, брали числом. Через несколько недель все знали: «не связывайтесь со львами». — огонек в глазах усилился. — И вечера в нашей клубной комнате тоже были неплохими.       — У вас была клубная комната?       Рон лихорадочно соображал: собственная группа — он лидер, не Гарри, Гермиона или… — нет, слушаются его.       — Да, было мило. Уютно, с музыкой. Незаметно для других. Один из домовых эльфов следил, чтобы у нас всегда была еда и питье.       Теперь Рон точно знал, что такое рай: клубная комната, рядом Лаванда, на коленях — тарелка с едой. Может, она накормит его виноградом? Он читал об таком.       — Комната всё ещё существует?       — Да, — чуть поразмыслив, с хитрым прищуром ответил Альбус. — Я расскажу тебе. Пообещай, это останется нашим маленьким секретом… Ты будешь делиться им только с теми, кому доверяешь.       Рон радостно закивал. Альбус рассказал ему о Выручай-Комнате. Под конец, как бы между делом обронил:       — Возможно, стоит написать что-нибудь навроде правил. Ну, знаешь: секретно, не контактировать со змеями, защищать друг друга.       Рон энергично закивал. Его маленький отряд.       — А знаешь… Напиши что-нибудь, на следующей встрече я наложу на лист чары. Если дашь бумагу на подпись, подписавший ничего не сможет рассказать… — предложил Альбус.       Отличная идея, — подумал подросток.       — Мне пора, Рон. Но мы ещё встретимся. Да, не забудь дать группе название. Крутое название — залог успеха.       Уходя, Альбус больше не скрывал ухмылки. Рон Уизли оказался ещё более доверчивым, чем его мать. Он так хотел проявить себя, и в итоге пошел самым простым путем: власть, без особых усилий. Поначалу Альбус подумал о дуэльном клубе или фанклубе ЗОТИ, но Рону не хватало знаний для их реализации. Нет, нужно что-то попроще. С Роном, собирающим недовольных, и Амбридж, изводящей учителей, он снова встанет во главе Хогвартского Хаоса.       Прошлый год был ужасным.       Следующий будет лучше.