Война

Война В жизни юного Сефирота случались разные вещи. Были серые стены и иглы. Были тесты и обследования. Выживание в дикой природе и разжигание костров. Были у него и Энжил с Генезисом, и одна добрая ученая, голос и взгляд которой он помнил до сих пор. А потом была еще и война.

***

Однокрылый ангел помнил все подробности того, как это началось. В два раза больше осмотров, в два раза больше съемок для шинровской пропаганды. Следом парад. Авиация, бронетехника, пехотинцы, СОЛДАТы, а во главе всего этого президент корпорации, в честь такого события сменивший свой обычный костюм на парадный бордо. Этот "пожилой хряк" похлопывал стоявшего рядом сынка по плечу, складывал свои усы при улыбке, гордо оглядывал бойцов, собравшихся политиков и репортеров: он был всемогущ. Знал это, наслаждался этим и тем ещё больше раздражал "лицо" своей армии. Одно радовало Сефирота - Ходжо законопатили в лаборатории, чтобы своей рожей не портил публике настроение. Ещё одним утешением стала отправка в Вутай, а точнее процесс транспортировки. Никаких утомляющих, восторженных взглядов бойцов, репортёров ловящих "сверхчеловека и будущего героя" в свои камеры. Только братья, только Генезис и Энжил. Хотя бы до прибытия все они могут немного побыть вместе. Дальше, это вряд ли им удастся.

***

Дальше шла вутайская кампания. Взятие городов, зачистки баз, засады. Почти каждый день лилась кровь. И это пугало Сефирота. Скорее даже то, что ему нравилось это. Он испытал удовлетворение, когда в первый раз обезглавил вражеского офицера, который обрызгал юного воителя своей кровью. Сефирот невольно улыбался, когда поднял на Масамунэ паренька, рванувшего в самоубийственную атаку. Радовался он и крикам роты противника, погибавшей в расширяющемся огненном шторме. Но даже подсознательное чувство удовольствия не могло защитить от мыслей о том, насколько же омерзительно всё происходившее. Сефирот видел всё меньше смысла в этой войне, во всей этой политике Шинра. Но вот идиотизм президента, не понимавшего ничего в военной тактике и стратегии, замечался всё чаще. Похожая ситуация произошла и с воровством Хайдеггера, слухи о котором оказались не просто слухами. Но и вутайская сторона, а точнее режим Кисараги, всё меньше нравилась ему. Приказ не брать пленных, глумление над телами бойцов, использование смертников, чаще всего детей, вовсе не вызывали чувства симпатии к противнику.

***

Капитан, а в последствии и майор, полковник, и в конце концов генерал Сефирот собрал много историй о той войне. Мерзких и кровавых историй. Пощаженный и взятый в плен вутайский офицер после побега нарушил приказ командования в отношении одной девушки-офицера. Не из альтруизма, понятное дело. Вутайская девушка-партизанка спалила в ифритовом логове деревню, только чтобы навредить Шинре. Восемь погибших соотечественников, от младенца до девяностолетней старухи, её не волновали. Но и корпорация не отставала от своих врагов: Сефирот видел множество ее мерзостей. Сотни проявлений ублюдства: от утех оскотинившейся солдатни до явных свидетельств испытания новой материи на военнопленных. Каждый из этих случаев прокручивался в сребровласой голове офицера. Его мнение о людях стало намного хуже, чем было до этого. Раньше, ещё во время лабораторной жизни Сефироту казалось, будто люди во внешнем мире куда добрее и лучше тех, что находились в его родном комплексе. Теперь же подобных мыслей у него не осталось. Появилось понимание того, что все эти президенты Шинра, профессора Ходжи и прочие берутся не с пустого места. Идея о порочности мира крепко укрепилась в сознании. От тяжелых размышлений Сефирота оторвал один из его бойцов, член СОЛДАТ возрастом чуть за сорок. Тот был пьян в тот момент. - Генерал, позвольте занять минутку, - сиплым голосом сказал боец, на что не получил ответа. Пьяный отследил взгляд своего командира и, хмыкнув, произнес: - Закат значит.... Чтобы солнышку светить, надо пить и пить... - и протянул генералу хрустальный стакан, наполненный янтарно-коричневой жидкостью с сильными нотками спирта в аромате. Ответом был лишь мах рукой. - Как хотите... Мое дело предложить... Этот мужчина, Сейн Тувех, никогда не нравился Сефироту. В свободное время он обычно делал две вещи: пил и молился. И делал он это почти всегда одновременно, отводя душу, отпуская грехи, убеждал сам себя: что было, то прошло. Этим и жил. Генерал презирал этого человека за пьянство, считал это дело мерзкой слабостью. Но одна черта Сейна запала герою Шинра в душу: религиозность бойца. Мысли о Богине, которой молился выпивоха не могли выйти из головы. В Богиню Сефирот не верил. Видел всё то зло и просто не мог воспринимать идею о всеблагом и всемогущем существе, наблюдавшем за людьми. Однако сам ее образ не давал душе покоя. Он видел множество пороков людей, но не знал, как избавиться от них. И потому его часто посещали мысли о ком-то великом, кто мог бы исправить всё это. "Починить" мир. Не хватало кого-то, кто защитил бы всех от несправедливости и бессмысленных страданий. А их генерал увидит ещё не мало.

***

Вутай остался в прошлом, когда потерявший почти всю армию Кисараги всё-таки подписал мир. Тогда казалось, что худшее позади, если бы не одно " но " : что то странное происходило со здоровьем Генезиса. Рыжеволосый начал жаловался на недомогание, головные боли и галлюцинации, из-за чего не участвовал в последних сражениях этой войны. Однако сейчас, во время возвращения в Мидгард, его будто не волновало все это. - Вот приедем, а там парад в нашу честь. А потом бал : девочки, коктейли, салют. Мы герои ! Его названный " старшой " усмехнулся : ему всегда нравилось слушать подобные шуточки Рапсодоса. - А парадом буду командовать я. На белом чокобо, с мечом ! А ты за мной будешь ! - не унимался он, с трудом сдерживая смешок. "Как только с официальной частью разберусь, надо будет побольше узнать о связанных с ним экспериментах. Я позабочусь о брате "- думал Сефирот, не убирая легкую улыбку с губ. Однако, рыжеволосый солдат был быстрее в нахождении данных. И тогда Сефирота ждала новая война : Война Генезиса. Война его собственного брата. И на одной стороне они в этот раз не были.

***

Все произошло неожиданно. Генезис, и СОЛДАТы более низких класса в один момент резко дезертировали, просто покинув свои казармы. Вместе с ними был и некий профессор Холандер. И Сефирот не мог понять этого. Нет, не дезертирство. " Почему Генезис не сказал мне ? Почему он даже не попытался связаться со мной ? " - вот что не давало покоя. Они тренировались вместе. Вместе читали ту дурацкую поэму. Воевали вместе. Генезис мог доверить все своему старшему брату. Только Сефирот знал о том, как рыжеволосый подставил Энжила в раннем детстве, и как сожалеет об этом, как он влюбился в ту голубоглазую девчонку. Так почему он сейчас молчит ? Но встреча не принесла облегчения. Короткая дуэль, начавшаяся при защите здания Шинра стала одним из страшнейших событий в жизни генерала. - Я стану великим ! Более великим, чем любой до меня ! И ты мне не нужен, Сефирот ! Не нужен... Ты мне не нужен... Сефирот... Не нужен...- прокручивалось в голове парализованного шоком СОЛДАТа Безэмоционального с детства СОЛДАТа, по щекам которого прокатились две маленькие слезинки. Непобедимого СОЛДАТа, даже не заметившего череду колющих ударов, и осевшего на землю. Все что спасло его-молодой черноволосый боец, отбивший атаку Рапсодоса своим мечом. " Держитесь, генерал, я займусь им ! " - пропустил мимо ушей. Так же он не реагировал на бойцов, оттащивших его в безопасное место.

***

Холодно. Очень холодно. И жестко. Громада серых стен вжимала в жёсткий прохладный матрас, и Сефироту казалось, будто он тонет в каком-то ледяном свинцовом озере. Тепла не хватало, и единственной мечтой генера было сжечь все, что его сейчас окружает лишь бы согреться. Но у него нет материи, и устроить поджог не выйдет. И никто ему не поможет. Энжил сейчас непонятно где, а Генезис... Но был один посетитель. Худосочная фигура одетая в белый халат появилась в комнате, сразу пронзив раненого двумя черными иглами своих очков. - Как рана ? - сухо произнесла фигура. Ответа не последовало. Ходжо был последним, кого сейчас хотел бы видеть Сефирот. - Опять молчишь... - в голосе профессора послышалось разочарование.- Ладно. Я вот что хотел сказать : я поговорил с твоим врачом, и обсудил методы лечения. Тебя выпишут немного раньше. С этими словами Ходжо развернулся, и ещё полминуты постоял у двери. Если бы Сефирот мог видеть лицо своего создателя, то не мог бы не заметить бурю сменяющих друг друга эмоций. Наконец, одна из них всё-таки победила. - И ты снова забиваешь голову ерундой. Завязывай с этим.- и хлопнула дверь. . Беловолосый генерал всегда стремился игнорировал слова Ходжо. Но в этот раз внутренний голос все время повторял ерунда ты выше этого оно не стоит твоего внимания. И с голосом этим хотелось согласиться. Отринуть все это и... Но размышления были прерваны. - Ну здравствуй, Сеф - этот голос генерал узнает без ошибки. Энжил. Его так не хватало... - Привет, Энжил. Рад тебя видеть. . И началась неторопливая беседа, которой так не хватало сереброволосому воину все это время. Он как ребенок наслаждался этим островком нормальной человеческой жизни в океане безумия. Да он и был сейчас точно маленький, беззащитный ребёнок. Однако как всегда бывает, детство закончилось. И сейчас оно закончится с уходом Энжила. - Сейчас многое меняется, и похоже наши пути расходятся. Но я никогда не оставлю тебя одного, брат. - сказал Хьюли на последок, встал и удалился. Сефирот долго смотрел на закрытую дверь, будто кто-то родной и близкий вот-вот её откроет. Тогда еще была надежда, что это произойдёт, и не раз.

***

И Энжил не соврал. Хьюли покинул Шинра, но не своего брата, с которым иногда устраивал тайные встречи. - Нашел в архивах у Холандера.- сказал СОЛДАТ, протягивая папку с документами.- Некий проект " G ". По всей видимости, именно в его рамках нас и создали. А теперь мне пора, а то еще хватятся. Удачи тебе - сказал он и расправил белые крылья. Ангел взлетел в небо.

***

Разведка шинра была как всегда эффективна. Базу предателей быстро обнаружили в заброшенном городке Модеохайм на севере. Спустя часы был собран и отправлен в путь отряд во главе с победоносным генералом. Он сам, солдаты второго уровня Сейн и Зак и еще небольшой отряд бойцов быстро добрались до места высадки. В самом городе удалось быстро найти неприятеля, укрывшегося на комплексе по добыче мако. Осторожно пробираясь по коридорам, отряд услышал спор между Генезисом и Холандером, и командир жестом приказал рассредоточиться. - Ты вообще можешь хоть что то сделать !? - орал Рапсодос - Я сыт по горло твоими обещаниями ! - Успокойся. Я единственный, кто может остановить твою деградацию. У тебя нет выбора, кроме как сотрудничать со мной - голос ученого был спокоен, но испарина на его лбу предательски выдавала сильнейшее волнение. - Ты же просто используешь меня, для своей мести Шинра, так !? Стоит мне избавиться от них, как я уже буду не нужен ! - крик красноволосого СОЛДАТа переходил в визг, а его гнев в истерику - Думал, я не догадаюсь ! Я не пойму ! Далее последовал взмах катаны, заставивший холандера упасть на пол от испуга : он уже не мог сдерживать свой страх. Лишь одно его спасло : ангел. И по иронии именно однокрылый, серебровласый, внушающий страх, почтение, уважение и даже ненависть. Лучшее создание Ходжо, что забрало у Холандеоа его мечту о лидерстве в научном отделе Шинра. - Вот мы и снова встретились, брат. Опусти оружие - говоря это, Сефирот искренне мечтал о подобном исходе, хоть и почти не надеялся на него. - нас больше - и жестом указал своим людям покинуть укрытия.- К тому же я могу помочь. Я сделаю все, что бы тебе помогли. - Это ложь ! Ты лишь вновь хочешь затмить меня ! И ты слишком в этом уверен в своем превосходстве - проорал Генезис, отходя на пару шагов назад. И через секунду генерал понял : он в самом деле был слишком уверен в своём мнимом преимуществе. Появившиеся в комнате фигуры, очень похожие на Рапсодоса, развеяли всякую надежду на численное превосходство. Числом они не уступали пятнадцати, да и чувствовалась в них сила, сравнимая с силой СОЛДАТ третьего, если не второго ранга. - А ты так умеешь, Сефирот ? - спросил дезертир и одним взглядом приказал своим слугам, или скорее даже марионеткам атаковать. И завязался бой, тяжелый, кровавый. В нем уже погибли один СОЛДАТ третьего и четыре пехотинца. Но бой этот не столь интересовал Генезиса : бежавший с поля боя Холандер был куда важнее. Настолько важнее, что тот послал против своего бывшего брата сразу трех марионеток и бросился за учёным. Сефирот хотел догнать его, но не мог : будет сложно всем вырваться из окружения врага, а бросить этих людей тут он не хотел. Что-то внутри останавливало его. И тогда генерал дал приказ : - Зак, Сейн, преследуйте Генезиса ! Отправиться с ними он приказал и выжившим пехотинцам, а сам сдерживал противников. И тут произошла встреча, которой он не ждал. Появились несколько изменных существ, с явными признаками мутаций : рядом с ними был никто иной как один из трех величайших СОЛДАТ, белокрылый ангел Энжил Хьюли - И снова з.здравствуй Сефирот- произнес он с некоторой натяжкой. Было видно, что говорить Хьюли сейчас не легко. В глазах его была усталость, лишь немного отступившая отрадости встречи с братом. Изменные звери бросились на кукол Рапсодоса, и марионетки были побеждены. Энжил, что был перьев собственных бледней, обратился к своему брату. - Нужна... Твоя помощь... Последняя просьба... - Последняя ? О чем ты просишь ? - генералу вовсе не нравилось, все что сейчас происходило. Его пугали эти слова друга. - Да, последняя... Последняя дуэль. - Почему ты так говоришь - голос Сефирота чуть дрогнул. Состояние Хъюли уже внешне было ужасным, так что слово " последняя " выглядело на редкость устрашающе в этом контексте. - Я... Я теряю себя... - и с этими словами произошло нечто экстраординарное : Энжил впитал одну из тварей, что напоминало двухголового пса, преобразившись в облике - ос... Сстанови это ! Избавь меня ! Все мутанты были поглощены, и ангел стал уродливым демоном. Огромным, черным, раздутым, с дополнительными конечностями в виде белых перьев или щупалец. И произнес демон лишь одно : " покончи... Я уже не могу остановить себя ". Сефироту не оставалось ничего, кроме как сразится с единственным другом. Парирования, увороты и контратаки сменяли друг друга, летели искры от столкновения Бастер меча и Масамунэ. Демон, бывший Энжилом был силен, но не мог в полной мере контролировать свои движения, и по тому был повержен. - пжжжалуйста...- пробормотал Энжил, вернувший часть самообладания. - Дай меч Ззаку... - Конечно... Я сделаю это... - А тт теперь закончи начатое... Хочу умереть как человек... - Человек ?... - рассеяно сказал генерал. - Ангелы хотели бы быть людьми... Ты... Ты ведь и сам мечтал... А Сефирот правда мечтал. Мечтал быть человеком. Мечтал помочь друзьям быть людьми... Но он не справился. Не защитил. Не уберёг. И теперь должен предстать лицом перед своей виной, раскинувшейся грузным телом умирающего Энжила... Умирающего брата... - Прости... Прости... - Не вини себя.. Не ты виновен. Но беловласый воин чувствовал себя виновным. Виновным слабаком, что не защитил, виновным дураком, что не предвидел, и виновным злодеем, что убивал друга, которого не смог спасти. Винил себя опуская Масамунэ в глазницу своего брата, винил и презирал стоя на коленях перед монструозным трупом, винил, презирал и проклинал, возвращаясь на базу. Только одно отвлекло его от этих размышлений, после чего еще глубже погрузило в отчаяние : Генезис тоже погиб. Если убийство Энжила перерезало ангелу крыло во время полета над морем, то известие о гибели Генезиса стало мешком с камнями, что при помощи удавки повесили на шею. Сефирот утонул во всех попытках найти упущенные возможности спасти судьбу братьев, во всех своих грехах, всех обвинениях. И нельзя было найти ни покоя, ни утешения.

***

Ангел остался один. Ангел сидел на склоне. Сидел один, других двух ангелов рядом не было, да и не будет. Никогда не будет. Мир опустел, стал таким же однообразным и холодным, как снег что лежал перед ним, и игольчато - колючим, как метель, которая и принесла этот снег. И тот мир не нравился Сефироту. Совсем не нравился. порочный отвергнувший тебя он не должен существовать И ангел вспоминал и представлял. Вспоминал, как потерял свои самые близкие в мире души. И представлял, как взмоет ввысь, к небу. Увидит весь этот мир, чужеродным осколком которого он сейчас был. И увидев, освободит все то внутреннее тепло, которого так не хватало в жизни, и от гнева и отчаяния свернется огненным шаром, что метеоритом упадёт на землю, рассыпавшись на сотни искр. И искры эти сожгут весь не принявший его мир. Но тут его отвлеклы. - Уважаемый... Генерал... Генерал Сефирот ?- раздался неуверенный голос за спиной. Заставив себя обернуться, генерал увидел девушку. Невысокую, худенькую, с длинной каштановой косой. Глаза её были зеленого цвета, столь насыщенного, будто целый лес прессовали до столь крохотных размеров. Будь Сефирот в другом состоянии, он бы подумал что видел их в далёком прошлом. Но он не вспомнил, лишь обратил внимания на их выражение : сочувствие. Абсолютно искреннее, хоть и смешанное с робостью. - Я... Я знаю что с вами произошло. И... И я бы хотела дать вам это... - с этими словами девушка протянула черный цветок с белыми точками - говорят, с ним легче пережить потерю близкого. Сефирот не понимал смысла этого дара, но скорее автоматически, чем осознанно принял его. - Зачем ? - скорее в пустоту сказал серебровласый мужчина. - В тяжелую минуту любому человеку нужно утешение. Хотя бы такое маленькое ... Человеку... Кто еще считал его человеком ? Он сам даже не считал... - Я наверно пойду... - неуверенно проговорила девушка. Подождав с минуту возможного ответа девушка отвернулась и ушла. А ангел остался на своем месте. Сидел там, и вдыхал аромат цветка. Расслабляющий. В самом деле помогает : разум обратился к воспоминаниям о счастливых моментах с братьями, и настроение стало куда более умиротворенным и меланхоличным. Но боль, обида и ненависть никуда не делись : лишь скрылись, как и шепот. Но они еще покажут себя, когда придет время.

***

Кабину вертолета немного потряхивало, но пассажиры не обращали внимания. Кто разговаривал, как черноволосый СОЛДАТ и блондинистый мальчишка-пехотинец, кто спал, а кто-то наблюдал, как это делал генерал. - Ну что, рад ввернуться домой, а ? - спросил Зак своего собеседника. - Да, нооо... Стыдно за то, что не стал СОЛДАТом. Я обещал одной девушке, что смогу, что справлюсь, но все оказалось не так... - понуро ответил парень. Сефирот хмыкнул. Он никогда бы не подумал, что у него будет что-то общее с парнишкой-чокобо. А оно нашлось. И этим " общим " был Нибельхейм. Именно этот город упоминался в документах, что передал Энжил. Согласно бумагам, именно там находилась та самая " G " - Дженова. И если верить тем обрывочным документам, она была его матерью. Матерью, настоящей, которую у него отняли ещё в младенчестве, которую они заточили в своих подземельях. Но это не все. Регулярно использовалось слово " центра " - истинное имя Древних из легенд, что созидали жизнь на Гае. И это слово, это " цетра " не могло не повлиять на Сефирота. Если раньше он нередко считал себя дефектным и неправильным по природе, то сейчас настроения начали меняться на противоположные. Ведь если Древние действительно были, и он действительно один из них, то он и есть настоящий, правильный житель этой планеты, а не окружающие его люди. Вкрадчивый голос из глубин подсознания все время шептал об этом. это они дефектны ты лучше планета принадлежит тебе не им, паразитам И более того, если его мать действительно страдает в лабораториях, оторванная от ребёнка, то это еще одно страшное злодеяние Шинра. Злодеяние, что осталось безнаказанным. Пока что осталось. А вертолет тем временем начал посадку. Все пассажиры вышли, и последним из них был Сефирот. Пройдясь по площадке, он окинул взглядом город, тихо произнёс : " Нибельхейм ". И он смаковал это слово. Смаковал это слово, где лежат ответы на вопросы, слово, которое покажет ему его будущее. Однокрылый ангел чувствовал : будут великие события, и начнутся они тут. И начнутся скоро.