15. Горький виски и яд сомнения

Вечерний Токио задыхался в неоновом мареве. Рина сидела в дальнем углу полутемного бара в Синдзюку, нервно сжимая в руках бокал с виски. Всего час назад она совершила то, чего никогда не делала раньше - солгала Куону. Когда он прислал записку с приглашением на вечер, она ответила коротким сообщением: «Прости, Куон, сегодня не получится. Слишком много работы в департаменте, придется остаться допоздна». На самом деле она сидела здесь, напротив Рёсуке Ито. - Ты выглядишь так, будто совершила преступление, Рина, - Рёсуке прищурился, разглядывая её в тусклом свете лампы. - Или ты так боишься своего «принца», что даже встреча со старым другом для тебя - стресс? - Я здесь, чтобы попросить тебя остановиться, Рёсуке, - Рина проигнорировала его колкость. - Перестань копать под Куона. Твои проверки в офисе, твои расспросы... ты только злишь его людей. Это опасно. Для тебя, в первую очередь. Помнишь свой первый месяц здесь? - тихо спросил он. - Ты тогда едва знала пару фраз на японском и заблудилась в метро на Синдзюку. Я нашел тебя у выхода №8 - ты стояла под дождем, прижимая к себе промокшие документы, и выглядела такой потерянной, что у меня сердце сжалось. Рина слабо улыбнулась воспоминанию. - Ты тогда купил мне зонт и два часа объяснял, как работают транспортные карты. - Я купил тебе зонт и проводил до самого дома, потому что не мог оставить тебя одну в этом бетонном лабиринте, - поправил он её. - А потом, когда те мошенники из агентства недвижимости пытались отобрать у тебя залог… Кто сидел с тобой до трех ночи, составляя заявление? Кто приносил тебе горячий бенто, когда ты забывала поесть от стресса? Он накрыл её ладонь своей. Его кожа была грубой, но прикосновение - удивительно нежным. - Рина, я заботился о тебе не потому, что это моя работа. Ты ворвалась в мою жизнь со своим лондонским упрямством и этой светлой верой в людей, и я… я просто хотел, чтобы этот город тебя не испачкал. Чтобы ты осталась такой же. Рина почувствовала, как в горле встал ком. Она видела в глазах Рёсуке не просто заботу друга, а ту самую затаенную любовь, которую он так долго скрывал за маской профессионализма. Он всегда был рядом: когда она получила эту работу, когда она плакала от одиночества в Рождество год назад. - Якудза - это не романтика, Рина, - его голос задрожал от сдерживаемой страсти. - Я видел, что они делают с теми, кого называют «своими». Куон Ямада не будет приносить тебе бенто и защищать от мошенников. Он сам и есть тот, от кого нужно защищать. Пожалуйста… позволь мне и в этот раз спасти тебя. В этот момент телефон Рины коротко завибрировал. На дисплее высветилось: «Куон». Рёсуке не убрал руку. Напротив, он сжал её пальцы чуть крепче, вызывающе глядя на телефон. - Видишь? Он уже проверяет поводок. Ты в Токио всего год, Рина. Ты еще не видела, как этот город перемалывает тех, кто пытается играть в игры с кланами. Либо ты с законом, либо ты с ними. А те, кто посередине… В этот момент входная дверь бара открылась, впуская холодный воздух. В проеме стоял Куон. Его длинное черное пальто казалось частью самой ночи, а взгляд был таким холодным, что, казалось, виски в бокалах должен был замерзнуть. За его спиной, как верная тень, замер Юкитеру. Рина вскочила, её лицо побелело. Она попыталась вырвать руку, но Рёсуке на секунду задержал её, давая Куону ясно увидеть их переплетенные пальцы. - Работа в департаменте, значит? - голос Куона был тихим, почти шепотом, но от него по коже Рины пробежал мороз. - Я не знал, что отчеты теперь пишут в дешевых барах, держа за руку легавых. - Она не твоя собственность, Ямада, - процедил Рёсуке, вставая. Он заслонил собой Рину, инстинктивно принимая позу защитника. Куон даже не посмотрел на него. Его глаза были прикованы к Рине. В них больше не было той теплоты, которую она видела утром. Только разочарование и лед. - Ты сделала свой выбор. Он развернулся и вышел. Юкитеру бросил на Рину последний, полный скрытой боли взгляд и последовал за господином. Рина осталась стоять, чувствуя, как мир осыпается пеплом. Рёсуке попытался обнять её за плечи. - Всё хорошо, Рина. Теперь ты в безопасности. Я рядом. Но Рина лишь оттолкнула его руку. Она поняла, что в попытке защитить Куона от Рёсуке и Рёсуке от Куона, она только что разрушила единственное, что давало ей силы дышать в этом городе. Она посмотрела на пустой дверной проем, где только что стоял Куон, и поняла: её «защитник» Рёсуке только что нанес ей самый тяжелый удар.