Глава третья - «О Бэнтли, вторых шансах и яблочных пирогах»

Мрачное, свинцовое небо устало нависло над макушками деревьев. Бледная луна измучено глядела сквозь грузные тучи в ожидании дождя. Красный Бентли медленно ехал по пустому шоссе заметно выделяясь на фоне серых елей и неровного асфальта. На циферблате наручных часов в свете луны тускло мерцало "11pm.", неприятно отсвечивая в очках водителея. Им являлся мужчина средних лет с короткой стрижкой на армейский манер, серыми уставшими глазами под которыми залегли темные синяки, сухими тонкими губами и прямым ровным носом. Массивная челуюсть все время была напряжена, но на широком загорелось лице ни дрогнул ни один мускул. Он сосредоточено смотрел на дорогу и то и дело нервно тянулся к рычагу тормоза. Прозрачные капли забарабанили по стеклу, обставляя после себя призрачные дорожки в которых то и дело вспыхивали отблески редких фонарей, но владельца авто это не сильно волновало, хотя про себя он отметил,что это неслабо раздражало. Мужчина сильнее надавил на газ и нервно огляделся. Сейчас ему куда важнее было то, что бы на дорогу резко не выскочил олень или еще какой-нибудь обитатель леса. Последнее, что ему сейчас нужно - разбираться с трупом животного или полисмена на капоте, всеже в тот момент ему было ему совершенно не до несвоевременно начавшегося дождя. По счастью дорога была абсолютно пуста и ничего не предвещало сторонних вмешательств, так что водитель немного расслабился и даже включил совершенно новое, приобретеное в прошлую субботу радио. В салоне заиграла ненавязчивая джазовая мелодия не мешавшая его концентрации на дороге, но не дававшая уснуть. А спать очень хотелось. День был долгий: сначала ему пришлось ехать на конференцию в соседний штат, затем проводить форум и теперь его резко вызвали другой город "для решения крупной проблемы" , которая наверняка была простым расхождением данных, а ленивым работникам было невмоготу пересчитывать все заново. Но работа есть работа, поэтому сейчас он сидел за рулем недавно приобретенной машины в рабочем костюме и печально грезил о ужине. Немудрено, ведь единственным что он успел съесть за весь день был кусок яблочного пирога с медом. Вкусно, но черезчур мало для целого дня. Отпив немного кофе стоявшего в подстаканнике дабы заглушить просыпавшееся чувство голода мужчина задумчиво взглянул в окно. Дождь нещадно лил и он мог лишь молиться за то, что он закончиться в ближайшие два часа. Хотя молиться в данном случае было не выходом ведь по его скромному мнению отвлечь Творца на столь незначительные пожелания равносильны настоящему богохульству, а ведь Бог подарил ему жизнь и в этот раз он старался быть благодарным. Машинарезко дернулась и из-под капота раздался странный звук похожий на тихий стук монеток. Звук непрекратился и через 10 минут и через 20 и начинал изрядно действовать на нервы водителя. Спустя пол часа постукивание прекратилось, но вместе с ним прекратилось и движение автомобиля. Мотор заглох без видимой причины,что было крайне странным : совсем новая машина, отличное масло и частые проверки механиков должны были оградить его от перебоев в работе и предотвратить любые вынужденные остановки. Мужчина тихо выругался под нос и неохотно вылез из машины. Он жил в этом мире уже 10 лет, но так и не смог научиться управляться со всякими механизмами, что уж говорить о машинах и новомодной электроники. Мужчина рывком открыл капот и осмотрел его . Из верхней части двигателя торчал разорванный провод и слабо искрил. Странно, очень странно, провода просто так не рвутся ,особенно посреди дороги, особенно у закрытого копота. Наверное, в другой ситуации мужчина бы сильно удивился, но только не сейчас. Сейчас он слишком устал и ему определенно стоит поспать. Как под гипнозом мужчина потянулся к проводу и дотронулся до оголенного края. Происходяще дальше он уже не понимал - больно, будто ударило молнией, жарко, а потом пусто. Пусто и очень знакомо. Совсем как в прошлый раз, тогда тоже было очень жарко. Он снова умирал, но в этот раз хотя бы один. В этот раз он не сломал другим жизнь. В этот раз он умирает без сожалений. Может, он наконец искупил свои грехи, может это все же конец? Что ж, если это конец то единственное, что его печалит - он так и не извинился перед детьми и Эвелин... Сердце пустило последний удар, лишь для того, чтобы навсегда замолчать.