Ясное небо

- Твою мать… - вскрикивает Марина, глядя на часы. - Черт! - она садится на кровати и буквально хватается за голову. - Да блин!  - Чего ты орешь так с утра? - бормочет Брагин, прислонившись к косяку и скользя взглядом по ее ногам, торчащим из-под одеяла. - Ты почему меня не разбудил? Мне на работе надо быть через полчаса!  - Угомонись, я Пастухову вчера отправил сообщение, что ты после обеда будешь, чтобы если что подстраховал.  - Ну какого обеда… у меня же… подожди, у меня плановая сегодня стоит в десять.  - На плановую Шейнман выходит, - самодовольная улыбка играет на губах Брагина, - расслабься.  - Какой ты предусмотрительный, - Марина облегченно выдыхает и откидывается обратно на подушку, - и чего делать теперь до обеда? - Завтракать. *** - Ух-ты, да у нас пир! - Нарочинская смеется, оглядывая пустую столешницу с одиноко стоящей чашкой кофе. - Ну не издевайся ты, закрыто все еще, схожу попозже в магазин, добуду тебе мамонта, а пока, - он пододвигает к ней кофе, - пей давай. Марина садится на стул и берет в руки чашку, оглядываясь на Брагина: - А ты чего?  - Выпил уже, жду десерт.  - Так нет же ничего?   - А я что-нибудь придумаю, - он коротко целует ее сзади в шею и Марина прислоняется губами к слегка дрожащей в руках чашке, пробуя кофе: - Вкусно. - Угу, - бормочет Брагин, слегка прикусывая мочку ее уха.  - Я свою турку выбросила. - Правильно, зачем нам две, - рука скользит, обнимая за талию, - я тебе свою привезу.  - А я хотела кофемашину купить. - Значит купим.  Звук ключа, поворачивающегося в замке заставляет ее почти подпрыгнуть на месте и Нарочинская в панике оборачивается на Брагина, спрашивая одними губами: - Кто? Брагин ухмыляется, не сдвигаясь ни на сантиметр: - Куликов, ты? - кричит он и Марина морщится от громкого звука прямо над ухом.  - Да я, я, кто еще-то?  Раздается звук включения воды и Нарочинская поворачивается к Брагину, соскальзывая со стула: - Ну чего ты стоишь? Давай, иди, отвлеки его, пока он в ванной. Пальто мое ты куда повесил? - А может ты лучше в шкаф спрячешься? - огрызается Брагин, - прекрати дергаться, - несмотря на грубый тон, он мягко поглаживает ее ладонью по спине и Марина громко вздыхает: - Чего он вообще тут делает? - Живет.  - Живет, - передразнивает она Брагина, - ты мне когда жить тут вместе предлагал, ты как это себе представлял? Мы вдвоем и Куликов, как собака, на коврике? - Да я вообще забыл… - Забыл он… Как дала бы… - Марина в шутку замахивается, но Брагин перехватывает ее руку, прижимая к своей груди. - Ну чего ты психуешь? Скажи вообще спасибо, что он сейчас явился, а не пятью минутами позже. Ой, привет, Серег, кофе будешь? Марина обреченно утыкается лбом Брагину в плечо. - Нифига себе… привет, - хмыкает Куликов, - буду. Нарочинская даже не смотрит на Сергея, но по довольной улыбке Брагина догадывается, что они не отвешивают друг другу «пять» только потому что она все еще тут. - О, - Куликов достает свой вибрирующий телефон, - опять жена твоя звонит, - он протягивает трубку Брагину, - извини, Марин. - Чего ты извиняешься? - хмыкает Нарочинская, садясь обратно на стул, - не ты же женился. - Что значит опять? - А то, что ты трубки не берешь, она мне наяривает. Телефон где твой, Казанова? Ой, че-то я опять, извини, Марин, - Куликов неловко улыбается, но Нарочинская только отмахивается, - я ей сказал, что через сорок минут только тебя увижу, вот, точна как часы. - Мертвого достанут, - кривится Брагин, - ну чего ты сидишь, отвечай давай.  - Чего я-то? - Телефон-то твой. - Так тебе же звонит. - Да блин, - Брагин хмурится и все же берет трубку, - да, Лен… Приеду. .. Угу… Нет…  - Какой содержательный разговор, - фыркает Куликов.  Нарочинская пожимает плечами, стараясь не вслушиваться и обращается к Куликову:  - Ну что, как там ночь прошла, спокойно?  - Да, ерунда, ссадины-царапины, я даже поспал.  - …через час, - Брагин кладет трубку и мрачно смотрит на Нарочинскую, - Марин, тут такое дело… Понимаешь, я обещал ей вчера встретиться и поговорить. Ну ты знаешь, надо же заявление на развод подать, с вещами вопрос решить… - Да не надо мне ничего объяснять. Я все понимаю, иди. А я как раз на работу поеду. - Давай я тебя отвезу хоть?  - Ну куда? Ты что хочешь, чтобы о нас весь Склиф уже через час узнал?  - А почему нет? - Разведись сначала, - Нарочинская закатывает глаза, - держи, - Марина извлекает что-то из сумки и протягивает ему. - Это че? - А не видно?  Металл приятно холодит кожу и Олег сжимает ладонь чуть сильнее, глупо улыбаясь:  - Ты точно уверена? - А ты? Она шутит что ли? Брагин заглядывает Марине в глаза. Он вчера понял, что хочет прожить вместе с ней всю жизнь, а она про какой-то там переезд? - Я ни в чем еще не был так уверен. Сейчас подожди, я тебе такси вызову.  Марина согласно кивает и строго смотрит на Куликова: - Сереж… - Да понял я, никому не скажу.  *** Знакомая дверь, память услужливо подсказывает: три оборота, на последнем ключ чуть заедает… Больше ему это знание не нужно. Короткая трель звонка прекрасно слышна на площадке, как и легкие шаги. Дверь распахивается почти моментально.  - Привет. - Олег! - она так искренне ему радуется, что Брагин снова остро чувствует уже ставшее родным чувство вины, - ты даже раньше приехал, - широко улыбается Лена, - ты проходи, давай может на кухню? - Кухня, так кухня, - согласно кивает Брагин, скидывая ботинки. Ему просто хочется, чтобы все поскорее закончилось.  - Ты кушать хочешь?  - Нет. Лен, давай обсудим развод, хорошо?  - То есть ты не передумал? - улыбка стирается с ее лица.  - Нет. - И не передумаешь? - Нет. - Ясно, - Лена задирает голову, глядя в потолок, безуспешно пытаясь скрыть собирающиеся в глазах слезы. Брагин вздыхает и устало потирает лоб: - Лен, вещи свои могу я сейчас забрать? Про заявление я узнавал… - Вещи я сама соберу и тебе пришлю. Заявление тоже напишу, не переживай. Все, иди, - девушка проводит ладонями по щекам, утирая дорожки слез, - мне еще посуду вымыть надо. - Лен… - Брагин делает попытку дотронуться до плеча Михалевой в успокоительном жесте, но та буквально шарахается от него: - Уходи! Он не спорит и быстро направляется к выходу под аккомпанемент из сдавленных рыданий, доносящихся с кухни.  Чувство вины накрывает Брагина снова только спустя месяц, когда двери ЗАГСа захлопываются, а у него в руках оказывается заветная бумажка, свидетельствующая о том, что они друг другу больше никто. - Вот и все, - горько усмехается Михалева.  - Лен, - он ободряюще улыбается уголком рта, - это ведь не конец света. Я уверен, ты обязательно найдешь кого-то, кто будет тебя достоин и с кем ты будешь очень счастлива. - А я с тобой была счастлива, - Лена опускает глаза и теребит лямку своей сумки, зажатой в руках, - ты мне тогда так и не ответил, может хоть сейчас скажешь… зачем это все было? А? Брагин молчит, не желая произносить ничего из этого вслух, и Михалева кладет свою руку на его предплечье, слегка сжимая: - Просто скажи честно, как есть. Мне нужно это знать, чтобы двигаться дальше. Брагин грустно усмехается: - Да потому что верил, что смогу жить так, что привыкну, что полюблю. Не смог. - Ну спасибо за правду. - Ты прости, Лен, мне искренне жаль, что все так вышло.  - Ясно, - Лена вытирает щеки и Брагин ненадолго отводит взгляд, - надеюсь, больше никогда не увижу тебя, так что напоследок скажу - ты же не любишь Марину, не наступай на те же грабли снова. Олег лишь сжимает челюсть и кивает. Если Лене легче думать, что он бросил ее ради мимолетной интрижки, то кто он такой, чтобы ее разубеждать. Сейчас она вообще последний человек, кому стоит знать хоть что-то про его отношения с Нарочинской.  - Все, вот теперь прощай. - Удачи. *** - Привет, Нинок. - Привет-привет, - Дубровская ехидно улыбается, глядя на друга, - ну что, можно поздравить, с сегодняшнего дня снова свободный человек?  - Ну какой свободный? От звонка до звонка, как раб на галерах… - Хорош придуриваться, я же серьезно спрашиваю. - Да развелись, все. Только вот, - Брагин цокает языком, - по бумагам чист, а статус… - Да знаем мы твой статус. Шифровальщики тоже мне. - Куликов растрепал? - А ты как думал?  - И чего? Не будет этих твоих: «да ты с ума сошел, одумайся»? Где проповедь? - Брагин откладывает ручку и с удивлением смотрит на подругу.  - Да с чего вдруг?  - Ох, Нинок, ну ты даешь, - Брагин качает головой, - и в гости придешь к нам в субботу? - А приду. - Чудеса, не иначе. И жаловаться к тебе можно будет ходить? - Ага, ты по четным, Маринка по нечетным? Ну ты совсем с ума-то не сходи. Брагин готовится съязвить что-то в ответ, но Нина уже хватает трубку телефона, не успевшего издать даже один полноценный звонок: - Приемное… Да… везите, конечно… ждем… Михалыч, там девочку везут, 17 лет, падение с высоты… - Я возьму. Так, мне будет нужен нейро, сосудистый и Лазарева давай мне вторым хирургом. - Тебе Нарочинская нужна… - Всегда. Нина ухмыляется, но все же заканчивает фразу, - …или позвать кого-то от Шейнмана? Ответа от его удаляющейся спины она, конечно, не получит. Ясно.