Глава 14. Вынос мозга

      — Мистер Блэк?       — Да, директор? — Гарри оторвался от бифштекса.       — Не потрудитесь объяснить, что произошло во дворе? — поинтересовался Дамблдор. — Признаться, нам с коллегами было весьма любопытно.       — Вы про то, что кадет Гембицкий исполнил в мой адрес воинское приветствие?       — Именно.       — Ничего удивительного, сэр, — Гарри чуть пожал плечами. — Как вы прекрасно знаете, я, официально, являюсь отставным штаб-сержантом Королевской морской пехоты Ее Величества. Это — весьма высокий, хоть и не совсем офицерский чин. А Дурмстранг, все же, больше является военной академией, чем именно магической школой. И курсанты, насколько я знаю, при выпуске получают воинские звания той страны, из которой они родом. В зависимости от оценок и личных заслуг — от капрала до младшего офицера. Соответственно, дисциплина и уважение к воинским заслугам у кадетов находится на высоком уровне. Думаю, в сочетании с боевыми наградами, я произвел на старшего кадета столь неизгладимое впечатление, что он решил — разумеется, с разрешения директора Каркарова — выразить уважение старшему по званию от лица всего своего подразделения.       Дамблдор задумался на несколько мгновений.       — Действительно… Похоже, мне пора задуматься о пенсии, — притворно посетовал он. — Я, признаться, забыл, что означает для офицеров понятие боевого братства.       — Не мне вас винить, — Гарри чуть пригубил вина (в честь прибытия гостей, на столах, все же, появились легкие напитки). — Вы, полагаю, не служили?       — Нет, к сожалению, — повинился Дамблдор. — Впрочем, может, и к счастью. Конечно, мне пришлось несколько покомандовать небольшой группой союзников, да и во время Второй Мировой Войны я немного руководил ополчением, но официально в армии не был.       — В таком случае, вам и в самом деле не понять, — Гарри чуть улыбнулся. — Если вам интересно, вы могли бы поговорить на эту тему с директором Каркаровым. Насколько мне известно, он, в свое время, получил у Советов звание полковника, за что мое ему отдельное уважение.       — Благодарю, мистер Блэк, — отсалютовал ему Каркаров. — Правда, вы несколько преувеличиваете мои заслуги, пока что я лишь подполковник. Тем более — в запасе. Признаться, я не ожидал встретить маггловского военного в рядах Хогвартса. Но, не скрою, сюрприз весьма приятный.       — Надеюсь, вы не откажетесь от рюмочки шерри, скажем, завтра вечером? — перешел на русский язык Гарри. — Рад бы предложить встречу сегодня, но, увы, я оставил нескольких раздолбаев после уроков. Правда, мой кабинет не слишком удобен, но, думаю, место найдем. И своего кадета, Гембицкого, тоже берите. Я наслышан о его поступках, весьма неплохой малый.       Каркаров кивнул, прекрасно поняв «второе дно» приглашения.       — Разумеется, мистер Блэк. Почту за честь выпить с британским коллегой.       — Отлично.       Пока Гарри вот так просто договаривался с бывшими (или будущими?!) коллегами по службе, настало время Дамблдору толкать свою речь по поводу Турнира Трех Волшебников. Правда, сам директор Хогвартса говорил не слишком много, больше предупреждал на тему того, насколько предстоящие испытания трудны и опасны. Гарри лишь покачал головой. Да уж… Дамблдор точно великий психолог. Так талантливо, осторожно, да еще и без всякой менталистики, толкать людей на самоубийственные задачи… Воистину, великий талант. И используется в столь низменных целях… Хотя, чего у старика не отнять, так это деловой хватки. И настоящего таланта пудрить людям мозги. Ну да ничего. Как в свое время скажет один актер: «всегда найдется рыба покрупнее».       — А сейчас я хотел бы передать слово главе судейской коллегии, — закончил свою речь Дамблдор. — Прошу всех приветствовать мистера Бартемиуса Крауча.       В зале поднялись овации, на трибуну поднялся немолодой мужчина. Сухопарый, подтянутый, пожилой человек, в безупречно свежем костюме и галстуке. Пробор в коротких седых волосах идеально прям, узкие, щеточкой, усы, словно выровнены по линейке, а ботинки блестят как лаковые. Гарри чуть улыбнулся, глядя на него. Теперь, после безвременной кончины своего нелюдя-сыночка, державшего отца под Империусом, Крауч-старший выглядел значительно лучше. Во всяком случае, он не трясся и не заикался, действуя, будто робот. Жизни в глазах бывшего судьи и главы департамента правопорядка прибавилось, да и выглядел он куда лучше, чем на Чемпионате Мира по квиддичу. Впрочем, Гарри нисколько не сочувствовал этому человеку. Просто рассматривал его, как административный ресурс. Сам виноват. Не держал бы сына под заклятием, будто пленного — глядишь, и не случилось бы с ним ничего плохого.       — Мистер Блэк, — обратилась к Гарри Макгонагалл, что сидела рядом. — Мне казалось, вы оставили нескольких студентов после занятий?       — Все так, мадам, — кивнул Гарри. — Если быть точным, оставил четверых. Лонгботтом, Грейнджер, Поттер и Лавгуд.       — И за что же? И на какой срок?       — Лонгботтом сегодня продемонстрировал мне недостаточные знания в отрасли щитовых чар, — начал перечислять Гарри. — Разумеется, я слышал, что он тренируется сам и старается вытянуть на уровень курсантов аврората. И для самоучки он справляется неплохо. Но над тактикой надо поработать. С атакующими чарами у Невилла все хорошо, а вот тактику в обороне надо практиковать. Думаю, до конца года я сделаю из него человека. Про Лавгуд ничего говорить не буду. Вы и сами должны все понимать, — Макгонагалл покраснела, она так и не приняла, что профессор Блэк и студентка Лавгуд находятся не только в профессиональных отношениях. — На тему Поттера, насколько вы знаете, у меня спор с профессором Снейпом, а потому я буду его мучить до конца года. А вот мисс Грейнджер останется только на сегодня…       — И за что же?       — Вы слышали об идиотизме, который она устроила среди учеников?       — Нет, — заинтересовалась Макгонагалл. — И что же она учудила? Мне известно лишь, что она интересовалась гражданскими организациями и профсоюзами…       — Профессор, что вы знаете о домовых эльфах в целом и об эльфах Хогвартса в частности?       — Воплощенные трансфигурацией духи, слуги-симбионты, питающиеся…       — Вот, — остановил ее Гарри. — Ключевое слово — симбионты. Реже — паразиты, питающиеся магией источника или личной магией волшебника. А вот мисс Грейнджер, не видя ничего дальше учебника и личных впечатлений, считает, что они — рабы и что домовиков нужно освободить. При этом еще и дать им гражданские права, платить зарплату и чуть ли не дать им место в Визенгамоте по одному на общину.       — Кхм! — поперхнулся Снейп. — Мистер Блэк… Я правильно понял, что ваша подопечная хочет дать свободу духам и…       — Она — не моя подопечная, — заметил Гарри. — К счастью, наверное. Впрочем, кто знает… Может быть, курс аналитики или традиций крови вправил бы ей мозги.       — Было бы, что вправлять, — проворчал Снейп, возвращаясь к своей тарелке.       — Не скажите, мистер Снейп, — Гарри улыбнулся. — Мисс Грейнджер — на удивление талантливая и упорная девица. Правда, это не мешает ей быть слепой, будто недельный котенок, и не видеть всей картины целиком. Память идеальная, запас знаний огромный, но с соображалкой все плохо и ментальная восприимчивость… Скажем так, если бы я немного надавил на нее ментально — она бы свято уверовала, что ее домогался лично Папа Римский. А уже через две минуты порешила бы собственных родителей, обвинив их в ереси и сопротивлении Истинной Вере.       — Но ведь магические связи.       — Даже не будучи мастером менталистики, я бы заставил ее перешагнуть через магию и природу, — кивнул Гарри. — Но я так не работаю. Мисс Грейнджер мне не враг.       — А если бы перед вами был враг? — заинтересовался Дамблдор.       — Враг есть враг, — пояснил Гарри. — А враг должен быть уничтожен. Выживет тот, кто убил первым и смог приспособиться к окружению. Таков закон природы и таков закон войны… Никаких полумер и вторых шансов. На войне я не чурался ничего. Ни убийств, ни пыток, ни запрещенного оружия.       — Это бесчеловечно.       — Возможно, — кивнул Гарри. — Но таковы реалии. Иногда мне приходилось стрелять в невинных, ведь они загораживали важную цель, выслеживаемую неделями. Иногда приходилось пытать людей, чтобы получить информацию. Иногда — достреливать своих, чтобы они не попали в руки боевиков. Или ты, или тебя. И тут уже не до сантиментов.       — Но сейчас не война!       — Это только сейчас, — заметил Гарри. — Но кто знает, что будет завтра или через неделю? Я просто надеюсь на лучшее, но готовлюсь к худшему.

***

      — Итак, вы здесь, — Профессор прошелся по кабинету защиты от темных искусств туда-сюда. — Отлично.       Гарри и Гермиона переглянулись. Обоим было немного не по себе, в конце концов, на отработках у нового преподавателя они еще не были, Гермиона так и вовсе на отработке хоть у кого-то была впервые, а потому совершенно не знала, куда ей себя деть. Луна и Невилл, тоже присутствующие в кабинете, к удивлению Гарри, выглядели куда спокойнее. Едва зайдя в кабинет, они вообще встали рядом, вытянулись по струнке — и замерли на месте, ничуть не уступая ни профессору, ни кадетам Дурмстранга. Оба были одеты далеко не в школьную форму, а в нечто вроде формы маггловских военных.       — Поттер, сбросьте эту свою робу, — профессор указал взглядом на мантию. — На моих отработках она вам будет только мешать. Лонгботтом! Займись с ним разминкой по программе «Чарм». Для старта — половину нагрузки. Проконтролируешь исполнение, отчитаешься. А то наш доблестный мессия какой-то совсем немощный.        — Я не немощный! — возмутился Гарри, но этот возглас был проигнорирован.       — Есть, сэр! — Невилл посмотрел на него с каким-то сочувствием на лице. — Еще вводные будут?       — Нет. Исполнять.       — Есть! — Невилл подошел к Гарри. — Пошли, Поттер.       — А Гермиона?       — Не спрашивай. Просто не спрашивай, — по-дружески посоветовал Невилл. — Сейчас ее ждет двухчасовое пропесочивание на тему «включи свои гребанные мозги, если у тебя внутри черепа не холодец», затем ком… то есть, профессор, загрузит ее литературой по самые гланды, выпишет рецепт на зелье улучшенной памяти — и через неделю заставит пройти с ним собеседование на знание темы. Это если повезет.       — А если нет? — насторожился Гарри. Ему вдруг стало страшно за лучшую подругу.       — Тогда ее ждет еще и личное ознакомление с темой, — Невилл покачал головой. — Впрочем, домовики — это еще полбеды. Но не дай бог, он узнает, что она еще и за гоблинов разговоры…       — Грейнджер! Включи свои гребанные мозги! У тебя в голове холодец, что ли, плавает?! Ты же не Уизли, чтобы головой только есть и трепать языком по делу и не по делу! Хрен с ними, с домовиками, тут незнание более-менее простительно! Но не гребанные гоблины! Я знаю, что Бинса на уроках не слушает никто, но хотя бы прочитать учебник ты способна?!       — А, нет… Он узнал, — меланхолично заметил Невилл. — Пошли, Гарри. Не боись, с Гермионой все будет в порядке. Сенсорный шок будет, разумеется, равно как и настроение будет ни к черту, но такие, как Гермиона, к сожалению, по-другому не понимают.       — Угу.       — Так, — Невилл остановился, окинул Гарри взглядом. — Нет, в школьной форме тебе точно будет неудобно. Ну да ладно…       Невилл потянулся слегка, хрустнул пальцами.       — Для начала — общая разминка. Попрыгай на месте, поприседай немного, махи руками и ногами… И не обольщайся. Это так, разминка к разминке.       Гарри хотел что-то спросить, но не решился. Как потом выяснилось, сделал он это совершенно правильно, ведь Невилл — тот самый странный и слегка неуклюжий пухлик-травник по имени Невилл — устроил ему настоящий ад.       После «разминки к разминке» Гарри уже дышал с трудом и мечтал упасть на первую горизонтальную поверхность чуть мягче пола (ковер бы вполне подошел), в то время, как Невилл лишь слегка сбил дыхание. И то, больше из-за того, что отдавал команды и комментировал действия Гарри. Да, профессор Блэк гонял всех учеников по утрам на пробежках, но не так же сильно!       Невилл с некоторым злорадством посмотрел на Гарри.       — А теперь сама разминка, друг мой…       Гарри со стоном оторвался от стены. Он еще не знал, какой ад ожидает его в следующие два часа. И ведь это — половина нормы…       — Двадцать семь. Двадцать восемь… Держи планку, Поттер, не расслабляйся! Тридцать пять… Сорок! Стоп! — Невилл и сам поднялся, выдохнул. К удивлению Гарри, готового уже даже лично прийти к Волан-де-Морту и подставиться под быструю смерть, Невилл лишь слегка запыхался. — Физическая подготовка на сегодня окончена.       — Отлично…       — Переходим к основам рукопашной, ближнего магического и ножевого боя. Для начала — без невербальных и с палочкой. Я буду пользоваться оглушающими и простым «протего», ты можешь защищаться и уклоняться, как пожелаешь, — Невилл достал палочку, мгновенно нацелил ее на Гарри. — Ступефай!       Гарри увернулся от красной вспышки, только после этого смог достать, наконец, собственное оружие, но через мгновение понял, что Невилл стоит уже совсем рядом.       — Экспе…       Легкий толчок выбил Гарри из равновесия, он покачнулся. Заготовленные чары ушли в пол. Последнее, что он почувствовал — возглас травника:       — Ступефай!       И мгновением позже Гарри отключился.