Часть 17

***

Валка, Стоик и Иккинг находились "кухне", готовя еду. Иккинг с горящими глазами рассказывал матери о том, как же изменился Олух. В лучшую сторону конечно. Драконы стали частью племени, а деревня расширялась для новых жителей, строя кормушки и дома. Сейчас эта семья выглядело такой...целой? Словно наконец-то нашёлся потерянный кусочек пазла и его поставили на своё место. Их разговоры, смех и взгляды. Эстель вместе с Плевакой сидела на каменой скамье, не участвуя в кухонных заботах. Аура и Беззубик пытались стащить рыбу с подноса, что у них удачно получилось вместе с Грозокрылом, а Кислозуб свернулся рядом с девушкой, что поглаживала его по морде. По невиданным ей причинам в последнее время этот обычно ворчливый дракон стал намного более ласковым. Старость что ли так действует. Находясь сейчас здесь тепло разлилось внутри, но тут же отозвалось тоской. Перед глазами у Эстель были силуэты любимых людей, что так же души в друг друге и своей дочери не чаяли. Иккинг сел рядом. Девушка уже по привычке положила голову ему на плечо, а он взял её руку в свою. Действия уже настолько прижившие, что казалось запрограммированы в голове. Тихий свист зазвучал в пещере. А за ним слова песни, что не потеряла себя спустя двадцать лет. Стоик, казалось бы, всегда серьёзный и суровый, с нежностью напевал строчки песни. И Валка продолжила. Ведь слова не могли забыться в годах разлуки. Эстель казалось, что вместе с этой песней она слышала ещё одну. Забытая в воспоминаниях, та, что уже не смогут спеть в этом мире, та, что не звучала уже девять лет. Молодая женщина смеялась, крутясь перед камином в руках любимого мужчины. По светлому помещению разливались слова, звуча в каждом уголке дома и души. — Шла по углям, не боясь огня… — тихо напевал Бьёрн, глядя в серебрянные глаза жены — Пламя кружилось вокруг тебя. Скажи мне, храбрая душа, ты мне судьбой досталась? Эстель помнила, как сидела тогда совсем маленькой, слушая песню родителей. Их голоса переплетались так же легко, как сейчас — голоса Стоика и Валки. — Я прыгнула вперёд к судьбе. Не думая, не зная. — продолжала Винга, кружась вокруг викинга — И если ты меня поймал, значит так решило пламя. — женщина радостно вскрикивала, когда её поднимали в воздух.

Сквозь шторм и ветер, сквозь года,

Средь взлётов и падений.

Горит искра нашей любви

Всё ярче разгораясь.

— Я буду щит тебе и свет, когда темно и страшно. — тихо, почти беззвучно шептал отец, наклоняясь к любимой. А мама отвечала, касаясь его щеки. — А я — твой дом и тихий смех, когда устанешь страшно. — улыбалась она, проходясь пальцами по светлым волосам. — Со дна морского, с горного стока Лишь позовёшь, и я приду. — А я сквозь пламя вновь шагну, Коль ждёшь меня в ночи.

Пламя тихо догорает,

Искры падают к земле…

Если мир нас разлучает —

Мы найдёмся в том огне.

Воспоминания вызывали грустную улыбку на лице. Ох, она бы всё отдала, чтобы вновь услышать их песню. В те дни маленькая Эстель заворожённо смотрела на любящих друг друга родителей, представляя, что когда-нибудь и она найдёт себе такого человека. Девушка подняла голову, посмотрев на Иккинга, что с улыбкой смотрел на танцующих родителей. Смотря на него, Эстель поняла, что исполнила свою маленькую детскую мечту. Но с чувством спокойствия и любви в груди загорелось другое. Тревога скреблась о рёбра переворачивая все внутренности, вызывая тошноту. Девушка скривилась и посмотрела на Иккинга. — У меня плохое предчувствие, — тихо сказала она. — Что-то случится? — спросил парень, повернувшись к ней — Не знаю. В груди всё сжимается. Я слетаю, проверю море. Не смогу спокойно сидеть. — девушка поднялась со скамьи, поманив Кислозуба — Я полечу с тобой. — сказал Хэддок, поднимаясь следом, но был остановлен Эстель покачала головой и мягко улыбнулась. — Нет. — Она посмотрела на Валку и Стоика, что только закончили свою песню. — Сейчас ты должен быть здесь. Иккинг хотел возразить, но она коснулась его щеки, коротко поцеловав. — Я быстро. Кислозуб поднялся, встряхнув крыльями. Аура и Беззубик, заметившик, что Эстель уходит, подошли к ней и одновременно потеревшись о разнокрыла, получили почесушки от девушки. Она улыбнулась, а после взобралась на дракона, надевая капюшон плаща. Иккинг проводил её взглядом, а после был утянут Плевакой и родителями в семейные объятия. Но спокойствие продлилось не долго. Буквально пару минут казалось, что наконец-то всё налаживается, но стена пещеры затряслись, а с потолка посыпались мелкие камешки. В помещении с рёвом влетел Кислозуб. Эстель почти соскользнула с его спины, едва удержавшись. Она спрыгнула на камень и, не теряя ни секунды, подбежала к Иккингу. Её лицо было бледным, плечи, за которые парень её держал, мелко дрожали. В глазах — не злость. Ужас. Самый чистый и горящий ужас, что он когда-либо видел. — Он здесь, — выдохнула Эстель, пытаясь перевести дыхание. — Драго уже здесь.

***

Они вылетели из пещеры. Девушка строго настрого запретила Ауре выходить наружу. И когда они оказались на улице, Эстель увидела то, чего так боялась. Корабли Драго расположились по всему берегу. Охотники с драконами ставили ловушки, сети, запускали из катапульт огненные булыжники, что с грохотом врезались в ледяную обитель. Драконы вылетали из разрушающего гнездовья, врезаясь в вражеских бронированных драконов, падая в сетях, вытаскивая своих из капканов. Блудвист с сумасшедшей улыбкой смотрел на разрушения. Только Эстель увидела его, в глазах загорелось пламя ненависти. — Эстель, оставь Драго, помоги ребятам спасти драконов. — вытащил её из мыслей голос Стоика — Сэр, но! — Это не приказ, Эстель. — вождь покачал головой. — Это просьба. Сейчас ты нужна нам. С Драго разберёмся вместе. Девушка пару секунд переглядывалась между Стоиком и человеком, чью смерть она желала как самый драгоценный подарок. Она выдохнула, кивнула, а после полетела в сторону близнецов, что подрывали ловушки. То, чего она совсем не ожидала увидеть, это Эрета на Громгильде. Проведя уже бывшего охотника удивлённым взглядом, Эстель направила Кислозуба вниз. — Давай, дружище. Разнокрыл зашипел, выплёвывая кислоту в механизм железного капкана, который после с грохотом раскрыл лопасти, выпуская зажатого внутри острогоктя. Драконы метались вокруг, сети и стрелы летели во все стороны. Чей-то очень неаккуратно хвост влетепь в девушку, зацепив плащ, что вскоре уже лежал на земле. Появление смутьяна сопровождалось рёвом и грохотом. Но было поистине величественным. Вожак, защищающий свой народ. Казалось, словно все драконы за каменной стеной. Но появление второго смутьяна не ожидал никто. — Что за чёрт... Смутьян, ведомый приказом Драго, направился к вожаку. Битва титанов, от которой содрогались земля и воздух. Дыхание перехватывало от этой картины. Всё происходило быстро. Слишком близко, и Эстель казалось, что всё происходит мимо неё. Вожак погиб и теперь драконы были в подчинении смутьяна Блудвиста. Кислозуб и Эстель пролетели под Сморкалой и Рыбьеногом, подхватывая Забияку. Торстон указала ей на своего престиголова и дракон полетел к нему. Опустив подругу на Барса, девушка полетела к тому, что был виновником всех бед в её жизни. Разнокрыл рванул вперёд, разрезая воздух. Эстель спрыгнула с его спины ещё до полной остановки и метнулась к Драго со спины. Копьё сверкнуло в воздухе, направляясь точно в шею. Металл встретил металл с звоном. Драго развернулся быстрее, чем она ожидала. Посох с глухим звоном отбил удар копья. Пальцы сильнее сжали оружие, что чуть не выскользнуло из руки. — Я уж думал, ты не прилетишь. — с усмешкой произнёс Блудвист. Эстель молчала. Лишь снова шагнула вперёд, нанося второй удар — жёстче, быстрее. Её взгляд был холодным. Стеклянным. Неживым. На груди Драго сверкнул металл, на что она сразу обратила внимание. В ушах зазвенело. На его шее висел кулон, точно такой же, что и на ней. С крылом дракона. Свой она получила от матери, перед её смертью, тогда это...Кулон отца, что был потерян в тот день. — Даже не поприветствуешь дядю? — с насмешкой протянул Блудвист Копьё ударило в его посох так резко, что искры брызнули в стороны. Ублюдок. — Ты мне не дядя, — прошипела она сквозь зубы. — Ты мерзкий братоубица. В её голосе не было крика. Только лёд. И боль, что появилась при виде того, кто был частью жизни и тем, кто эту жизнь уничтожил. — Всё это, — девушка указала на горящий берег, на падающих драконов, — Происходит из-за тебя. — Именно, — довольно ответил он. — И разве это не прекрасно? Она атаковала снова. — Тебя приняли в племя, ты рос с моим отцом и звазлся братом вождя! Ты убил их! Всех! Оружия вновь сцепились в ударе. Эстель держала копьё двумя руками, пока сверху на неё давил посох. Её пальцы сжались сильнее. — Уверена, что всех? Он остранился. Резко поднял посох, махнув им в воздухе. На одном из кораблей зашевелились фигуры. Эстель машинально повернула голову. К носу судна вывели двоих — связанных. Вдали она не могла разглядеть их и понять, чего же пытается добиться Блудвист. Но девушка видела огненно-рыжие волосы девушки и золотистые парня. Сквозь грохот боя раздался отчаянный, неверящий возглос. Голос, что должен был затихнуть девять лет назад. — Вождь! — выкрикнула девушка, пытавшись вырваться из рук охотников Мир на секунду остановился. Она не слышала ни взрывов, ни рёва драконов. Смотрела на тех, кто казалось, сгорели с племенем. Фин и Дагна. Её погибшие друзья. — Невозможно… — прошептала она. — Давай, вождь, — насмешливо протянул Драго. — Спасай своих людей. Челюсть сжалась так, что заболели зубы. Но она не рванула к кораблю. Эстель разделила копьё на два меча и ударила. Снова. Ещё и ещё. Драго расхохотался. — Похожа на меня. Ничто не помешает пойти к цели. Теперь улыбка была на лице девушки. Блудвист не мог увидеть Кислозуба, что полетел к этому кораблю. Через пару секунд их уже не было там, а сам корабль был покрыт кислотой. — Обернись, — тихо сказала она Драго нахмурился. Повернулся. Пусто. Его лицо потемнело. — Ты… Гнев вспыхнул мгновенно. Обвела. Посох ударил по её копью с такой силой, что вибрация прошла по рукам до плеч. Она сделала шаг назад — и поскользнулась на льду. Земля встретила больным падением на спину. Эстель не успела отклонится. Резким движением Блудвист вонзил её же копьё в лёд у самой головы. Металл прошёл в волосах, прижав их к поверхности. Девушка не вскрикнула, но ком подступил к горлу. — Такая же слабая, как и отец, — холодно произнёс Драго, поднимая своё оружие над её головой — Стой! Беззубик опустился на землю с рёвом. Иккинг вскочил с седла, сделав несколько шагов вперёд. Безумец перевёл взгляд на него. — Иккинг... — шёпот сорвался с губ Нет, зачем он пришёл? Он не должен был встречаться с ним. Драго посмотрел на неё, а после вновь на парня. Эстель пыталась вытащить копьё, освободить волосы, побежать, остановить. Лезвие было погружено слишком глубоко. Девушка пыталась дотянуться до кинжала на ноге. Отрезать волосы и освободиться. Но оружие было слишком далеко. Она услышала странное рычание Беззубик. Эстель повернула голову, как позволяло ей её положение. Беззубик, ведомый влияние смутьяна, медленно шёл на отходящего назад Иккинга. Дракон ни слышал голоса брата, просьб, чтобы он очнулся. — Иккинг! — девушка дёрнулась сильнее Паника внутри накрывала с головой. Страх заставлял смотреть вперёд, не давая возможности отвернуться. Эстель схватила зажатые волосы и дёрнула так сильно, что послышался треск. Пряди волосы остались на земле, а девушка подскочила с неё, спотыкаясь, но не успела она сделать и пяти шагов, как её схватили за эти треклятые волосы, потянув назад. Она вскрикнула, а пальцы вцепились в железную руку, что держала её. — Смотри внимательно, Эстель. — произнёс Драго — Вот что ждёт каждого близкого тебе человека. — Прекрати, останови это! Он ни в чём не виноват! Ты не можешь быть таким жестоким. Уже достаточно погибло, хватит! Прошу остановись! Девушка кричала, вырывалась, била о его металлическую руку. Но Блудвист не отпускал. Казалось, что ему приносит наслаждение издеваться над ней. Отбирать семью. Близких, возлюбленного. — Тебе стоило сразу убить меня, моя дорогая племянница. Драго отпустил лишь когда плазменный залп вылетел из пасти фурии. Эстель видела, как Стоик оттолкнул сына и видела мелькнувшую красную тень. Мужчина кинул её на землю и развернулся. Девушка подорвалась с места. — Нет нет нет нет! Она откидывала ледяные камни с тела Кислозуба. Иккинг поднялся с земле, не до конца осознав, что именно произошло, а после подбежал к ней, стоило увидеть, что разнокрыл закрыл собой Стоика. Послышался свист и через пару секунд рядом опустилась Аура. Фурия тыкалась мордой в голову друга, что безмолвно лежала на земле. — Эй, дружище, давай вставай, ты чего разлежался. — Эстель подсела, положила голову разнокрыла на колени, поглаживая морду Стоик, с помощью Валки поднялся с земли. Нога была задето, стоять больно. Но он, как и подлетевшие всадники, смотрела на дракона, что закрыл его собой, и на девушку, что обнимала его, прося подняться. Крыло было ранено, почти полностью оторвано, от ледяных шипов, что упали на него. Беззубик, очнувшийся от контроля, хотел подойти. Но рёв Ауры заставил его остановиться, застыть, прижать голову. Фурия раскрыла крылья, закрывая тело Кислозуба, зло, испуганно, тоскующе смотря на свою пару. — Прости меня прости, прошу открой глаза. — тихо шептала девушка. С глаз потекли слёзы. Она держала его, не желая отпускать, плакала, извинялась, просила встать. Перед глазами пролетели годы, что они провели вместе. Восемь лет. И сейчас они должны были оборваться? Так быстро? Почему... Почему он опять забирает её семью?! Беззубик, тихо извиняюще зарычав, попытался улететь. Эстель не видела, как его поймал Драго. Не видела, как Иккинга остановили родители побеждать за братом, а после и он остановил Ауру, что собиралась выстрелить в настоящего убийцу, остановить свою пару, которую сама же и отогнала. — Они отправляются на Олух! — крикнула Астрид, смотря на то, как драконы и корабли направляются в сторону родного острова. Фурия подошла к подруге, потираясь о её бок. — Эстель. — Иккинг положил руки на её плечи, поворачивая к себе. — Я не могу оставить его, Иккинг, не могу. — она покачала головой, а руки дрожа, обнимали дракона. — Я...— Эстель выдохнула. — Летите без меня. Парень переглянулся с всадниками. Им не хотелось оставлять её одну с раненым драконом. Но Олух и народ сейчас в опасности. — Я останусь. — сказал Стоик, опираясь одной рукой на лёд. — Сейчас я не боец. Иккинг посмотрел на отца, на ребят, Эстель и мать. Вздохнув, парень кивнул, соглашаясь с ними. У них не было драконов. Драго забрал всех. Как они думали. Всадники побежали в сторону пещеры, а вскоре пролетели над ними верхом на детёнышах драконов. Стоик, хромая, опустился рядом с Эстель, положив большую ладонь на плечо, а вторую на шею разнокрыла. И то ли удача всё же повернулась к ней, то ли Боги решили сжалится над девушкой, но Кислозуб, хрипло тихо прорычав, качнул головой на коленях девушки. Аура потёрлась о друга, что с шипением попытался поднять раненое, почти полностью оторванное крыло. — Ты нас напугал, старик. — с улыбкой на губах и слезами на щеках произнесла Эстель. — Спасибо тебе. — погладив шею дракона сказал Стоик. Фурия взлетела в воздух, а вскоре по небу разнося рёв, какой раньше вождь не слышал. С минуту всё было в тишине. Но вскоре из-за облаков появилась тень, от которой у Стоика, повидавший всё что можно было за свою жизнь, воздух застрял в груди. — Боги, откуда? — спросил он, переводя взгляд с неба на молчавшую Эстель.