Утро следующего дня

      Эрза очнулась от приглушенных голосов. Голова казалась тяжелой, тело ломило, а мышцы будто налились свинцом. Пульсирующая боль в боку напоминала о случившемся, и она поморщилась, медленно поворачивая голову.       — Она пришла в себя! — радостно вскрикнула Коко, подскочив к кровати.       — Ну надо же, а мы уже думали, что капитана Найтуолкер пора записывать в легенды, — прокомментировал Шугабой, развалившись на стуле. — Хотя, судя по виду, максимум, что она сейчас осилит, это проползти пару шагов и тут же снова свалиться.       — Спасибо за поддержку, — прохрипела Эрза, делая попытку приподняться на локтях. Голос звучал слабее, чем ей хотелось. — Сколько я провела здесь?       — Всего ночь, — ответила Коко, наливая воды в кружку. — Вы чуть не оставили нас без капитана, а Его Величество без последней нервной клетки.       — Вы такие драматичные, — пробормотала Эрза.       Коко подала Эрзе кружку, и та жадно сделала несколько глотков, чувствуя, как прохладная вода облегчает пересохшее горло. Вернув кружку, Эрза попыталась сесть, но Коко мягко положила руку ей на плечо, останавливая.       — Полежите, не надо торопиться. Честно говоря, мы и правда чуть не потеряли вас. Яд был сильным, целитель сказал, что вы чудом выкарабкались.       — Точно чудом, — добавил Шугабой с ухмылкой. — Его Величество поднял весь дворец на уши.       Эрза нахмурилась.       — Что я пропустила?       — Театральный шедевр, — хмыкнул он. — Лично мобилизовал целителей, обрушил на нас поток приказов, запретил подходить к тебе без его ведома. Пара стражников, наверное, до сих пор в углу трясутся. В общем, держал всех в тонусе.       — Король? — Эрза с трудом верила в услышанное. — Из-за меня?       — Боюсь, именно так, — подытожил Шугабой, но его веселый тон вдруг оборвался.       Король вошел бесшумно, его взгляд сразу нашел Эрзу. Несмотря на привычную сдержанность, в его лице читалось нечто неуловимое — смесь облегчения, тревоги и упрямого гнева.       — Ты не представляешь, чего стоило заставить тебя дышать, — раздался мягкий, но едва сдержанный голос Джерара.       Эрза встретилась с его взглядом. Он выглядел так, словно прошел через ад — кожа была бледной, почти серой, под глазами залегли тени, выдающие бессонную ночь, лицо осунулось. И все же его осанка оставалась безупречной, ни одна волосинка не выбилась из аккуратной укладки. В этом контрасте — между хрупкой человеческой усталостью и монархической грацией — было что-то неожиданно притягательное, что заставило Эрзу задержать на нем взгляд чуть дольше, чем она привыкла себе позволять.       — Ваше Величество, — хрипло выдавила она, делая еще одну попытку подняться на локтях, но слабость заставила ее вновь опуститься на подушки.       — Рад, что ты наконец очнулась.       Джерар прошел вглубь комнаты, ближе к кровати, его пальцы на мгновение едва заметно сжались, будто он хотел убедиться, что Эрза действительно в порядке.       — Разве вы сомневались? — отозвалась она, пытаясь придать голосу твердости. — Кажется, кто-то слишком переживал.       — Кто-то слишком рисковал, — парировал он. — Не в твоих правилах подставляться под удар так откровенно.       — Это была моя обязанность, — отрезала она, их взгляды снова столкнулись. — Мое решение.       Джерар молчал, но его взгляд становился все мрачнее. Атмосфера в комнате накалилась, как перед бурей, но прежде чем кто-то успел что-то добавить, вмешалась Коко. Она легко хлопнула в ладоши и с подчеркнутой беззаботностью воскликнула:       — Ну вот, а я думала, что после таких приключений вы оба будете благодарны, что все закончилось. Эрза, может, стоит поблагодарить Его Величество за заботу? А вы, Ваше Величество, — за то, что у нас такой смелый капитан?       Она сделала паузу, хитро глянув на обоих.       — Не хочу мешать, но мне кажется, если это продолжится, здесь что-нибудь загорится.       Эрза тихо хмыкнула, чуть прищурившись, а Джерар поднял бровь, но промолчал, не позволяя себе выдать даже намека на улыбку.       Коко воспользовалась паузой, чтобы смягчить напряжение:       — Шугабой, помоги мне на кухне. Думаю, капитану не помешает что-нибудь питательное, а Его Величеству — пару минут без нас.       Шугабой бросил взгляд на Джерара, затем на Эрзу, ухмыльнулся и поднялся:       — Ты права. Пусть эти двое выяснят, кто тут самый упрямый. А мы потом узнаем результат.       Коко одернула его за рукав.       — Тише ты, не подливай масла в огонь, — прошептала она, потянув его к выходу.       Когда дверь за ними закрылась, в комнате воцарилась напряженная тишина.       Джерар сел на стул рядом с кроватью, опершись локтями на колени. Сейчас его взгляд был спокойным, но суровым.       — Ты всегда действуешь так, словно у тебя нет права на ошибку, — начал он низким голосом. — Ты хоть представляешь, что твоя жизнь значит для других?       Эрза посмотрела на него, не сводя глаз, и чуть приподнялась на локтях.       — Я только делала то, что должна была. Это моя задача.       — Твоя задача? — переспросил Джерар, в его голосе прорезались нотки гнева. — А подумать о тех, кто зависит от тебя? О том, что будет с теми, кто за тебя отвечает? О… — он осекся, задержав взгляд на ее лице, и ослабил плечи.       Эрза не сводила с него взгляда, не показывая ни страха, ни раскаяния.       — Я приняла решение, как и положено капитану.       Джерар тяжело выдохнул, откинулся на спинку стула и провел рукой по волосам.       — Ты невероятная упрямица, — сказал он, его тон смягчился, но взгляд оставался тверд.       — Это прозвучало почти как комплимент, — отозвалась Эрза, но ее лицо отражало серьезность.       — Почти, — он снова выпрямился, возвращаясь к разговору, уже не скрывая эмоции. — Ты понимаешь, чем могло все это закончиться? Почему ты ведешь себя так, будто это неважно? Ведь сама предупреждала меня о рисках. Напоминала, что прием может обернуться ловушкой.       Эрза выдержала его взгляд, прежде чем ответить.       — Я не просто предупреждала, я пыталась вас отговорить, Ваше Величество. Но вы сделали свой выбор, а я выполнила то, что должна была: обеспечила вашу безопасность.       — Обеспечила? — в его голосе звучала горечь. — Ты бросилась под удар, не думая о последствиях. Это называется обеспечением?       — Да, называется. — Ее голос стал тверже, она села чуть выше, игнорируя слабость в теле. — Потому что нет ничего важнее долга. И если вы, как король, решаете подвергнуть себя опасности, я, как ваш капитан, обязана быть там, чтобы защитить вас.       — Даже ценой своей жизни? — в его тоне промелькнули нотки возмущения и тревоги.       — Особенно ценой своей жизни, — подтвердила она. — Это мой долг. Вы можете сколько угодно спорить, но это ничего не изменит.       Он нахмурился, его руки невольно сжались в кулаки, когда он понял, что она повторила его собственные слова из ночи их последнего спора.       — Ты говоришь о долге, как будто он выше здравого смысла. Разве ты не понимаешь, что твоя жизнь важна? Не только для меня, но и для всей страны.       Эрза качнула головой, ее взгляд стал почти холодным.       — Моя жизнь — это инструмент в руках того, кто стоит на троне. Вы можете использовать ее, чтобы защищать эту страну, ее людей. Все остальное — вторично.       — Ты ошибаешься, если думаешь, что я так на это смотрю, — резко ответил он. — Твои действия влияют не только на тебя. Каждый раз, когда ты рискуешь, ты оставляешь позади тех, кто на тебя надеется.       Она вскинула подбородок, ее голос звучал сдержанно, но уверенно:       — Это не отменяет того, что я должна делать. Я защищаю вас, потому что знаю, что нет никого важнее для королевства.       — Даже если я принимаю неправильные решения? — он скрестил руки на груди, взгляд был испытующим.       — Да, даже если вы ошибаетесь, — ее ответ прозвучал неожиданно мягко. — Я могу вас отговаривать, предупреждать, советовать, но если вы решите идти в пасть льва, то я буду рядом. Потому что это мой выбор, и он такой же осознанный, как и ваш.       Джерар молчал несколько секунд, его взгляд был прикован к ее лицу. Затем он тяжело выдохнул, поднялся и подошел к окну.       — Ты ставишь меня в невыносимое положение, Эрза.       — А вы меня, — ответила она. — Но я не жалуюсь.       Джерар долго смотрел в окно, как будто ища ответ в просторах безоблачного рассветного неба. Его плечи были напряжены, но постепенно дыхание выровнялось. Эрза наблюдала за ним, ощущая, как ее собственное сердце колотится в груди. Это молчание было тяжелее их предыдущего спора.       Наконец он заговорил, не оборачиваясь:       — Я мог бы приказать тебе. Запретить рисковать своей жизнью.       Она коротко хмыкнула.       — Попробуйте.       Джерар обернулся, его глаза блеснули чем-то между гневом и восхищением.       — Ты всегда выбираешь самый сложный путь, не так ли?       — Вы же знаете ответ, Ваше Величество, — спокойно ответила она. — Я уважаю ваши приказы, но никогда не отступлю от своего долга.       Он подошел ближе, его взгляд стал мягче, но голос звучал так же серьезно:       — Тогда я приказываю тебе… быть осторожной. Не бросаться в бой бездумно. И хотя бы подумать о том, что твоя жизнь значит для тех, кто тебя окружает.       Эрза наклонила голову, ее губы тронула едва заметная улыбка.       — Это скорее просьба, чем приказ.       — Считай это чем-то средним, — ответил он, его голос чуть потеплел.       Она кивнула, и атмосфера между ними чуть разрядилась. Но Джерар все еще смотрел на нее так, как будто хотел сказать что-то важное, что-то, что не находило слов.       Их взгляд снова встретился, и Эрза почувствовала, как тепло проходит по ее телу. Этот момент казался почти личным, нарушающим грань между королем и подчиненной.       Но их прервали: дверь тихо приоткрылась, и в комнату заглянула Коко.       — Простите, что вмешиваюсь, — ее голос был осторожным. — Мы с Шугабоем все уладили. Еда уже на подходе.       Джерар отвел взгляд первым, снова обретая королевскую сдержанность.       — Хорошо, — коротко сказал он. — Коко, убедись, что капитан Найтуолкер получает все необходимое.       — Конечно, Ваше Величество, — Коко лучезарно улыбнулась и исчезла за дверью.       Эрза подняла бровь, но промолчала. Лишь когда Джерар собирался уйти, она тихо добавила:       — Спасибо.       Он остановился, обернулся, задержав взгляд на ней чуть дольше.       — Береги себя, Эрза.       Его слова прозвучали как личная просьба. И прежде чем она успела ответить, он вышел, оставив ее наедине со своими мыслями.