Часть 28

"Боже, вы снова подрались!" – воскликнула Марта, увидев нас обоих, входящих в дом после спарринга. Я был весь в грязи и с несколькими свежими ссадинами, а Кларк, хотя выглядел чуть лучше, всё равно не избежал пары синяков. Она сразу подскочила к нам с аптечкой в руках, привычно осматривая повреждения. "Сколько можно? Каждый раз одно и то же. Вместо того чтобы заняться чем-то полезным, вы лупите друг друга до полусмерти!" – продолжала причитать она, обрабатывая мои раны. Кларк, как всегда, пытался выглядеть спокойным, но на его лице появилась лёгкая улыбка. "Мама, мужчины должны уметь постоять за себя," – сказал он, стараясь звучать уверенно. – "И, честно говоря, это нам полезно." "Полезно? – всплеснула руками Марта, повернувшись к нему. – Полезно, когда ваш отец едва справляется с работой на ферме, а вы тут разгуливаете с синяками и ссадинами, будто на войне были?" Я решил вмешаться, чтобы хоть немного разрядить ситуацию. "Ну, это не совсем драка," – начал я, стараясь найти слова. – "Это скорее… тренировка. Кларк помогает мне, а я ему. К тому же, это укрепляет наши силы и дух. А для Кларка это ещё и способ лучше контролировать свои способности." Марта хмыкнула, не выглядя убедённой. "Контролировать? По-моему, он просто находит способ выпустить пар. И ты, Кей, ничем не лучше." Кларк в это время пытался незаметно сбежать на второй этаж, но Марта быстро заметила его. "Кларк Джозеф Кент, ты куда это собрался? У тебя на щеке синяк размером с кулак, и ты думаешь, я тебя отпущу без лечения?" Он вздохнул, опустив плечи. "Хорошо, мама. Но только потому, что я не хочу, чтобы ты волновалась," – сказал он, садясь за стол. Она покачала головой, но всё же принялась обрабатывать его раны. "Вот увидите," – продолжила Марта, перевязывая мне руку. – "Когда-нибудь вы двое устроите такую драку, что кто-то из вас всё-таки серьёзно пострадает." Кларк посмотрел на неё с лёгкой улыбкой. "Не переживай, мама. Мы знаем, что делаем. И, кстати, Кей уже становится слишком хорош. Мне скоро придётся стараться ещё больше." "Хорош? – возмутилась она. – Силы бы свои использовали на что-нибудь полезное, например, починку крыши!" Мы с Кларком переглянулись, стараясь сдержать смех, а потом в унисон ответили: "Сначала крыша, потом спарринг." Марта только тяжело вздохнула, но, кажется, понимала, что переубедить нас будет непросто. После того как Марта выразила своё недовольство, нас уже ждал "второй раунд" — на этот раз от Джонатана. Правда, он не был таким строгим. Как настоящий ковбой-фермер, он высказывал своё мнение спокойно, но с ноткой усталости, будто говорил: "Вы опять за своё?" "Вы, конечно, молодцы, что растите мускулы и оттачиваете навыки, но кто будет чинить забор, который упал после вчерашнего ветра?" — сказал он, сложив руки на груди и с осуждением смотря на нас. Мы кивнули, как провинившиеся мальчишки, но оба знали, что Джонатан, несмотря на своё ворчание, не злится по-настоящему. Он даже слегка улыбнулся в конце, показывая, что в глубине души гордится нами. Пока мы занимались своими мальчишескими делами — тренировками, исследованиями и попытками стать сильнее, — в мире начались куда более серьёзные события. Бэтмен всерьёз взялся за преступность в Готэме, и его методы становились всё более жёсткими. По слухам, он буквально наступал на пятки тайной организации — Суда Сов. Эта группа контролировала город десятилетиями, если не больше, но теперь они явно начали терять свои позиции. Полиция Готэма вдруг обнаружила несколько тайных убежищ с документами, указывающими на их влияние, и всё это благодаря "кто-то в маске". Мы знали, что это был Бэтмен. В это же время по всей планете начали происходить странности. Среди людей был замечен загадочный человек, обладающий необычными способностями. Позже стало ясно, что это Марсианский Охотник, скрывающийся под личиной обычного гражданина. Его истинная цель пока оставалась тайной, но было ясно, что он наблюдает за развитием событий на Земле. В Бразилии была замечена молодая Затанна со своим отцом. Они проводили магические ритуалы и, по слухам, пытались запечатать что-то древнее и опасное в джунглях. Магия привлекла внимание местных жителей, но они знали, что лучше не вмешиваться. Затанна, хоть и была ещё юна, уже проявляла невероятный потенциал, и её отец явно гордился её успехами. Константин, однако, исчез. Это было необычно даже для него. Обычно он хотя бы оставлял зацепки или выходил на связь в самые неожиданные моменты, но на этот раз он просто пропал. Я знал, что это означает только одно: он был занят делами в аду. Наверняка какой-то демон нарушил контракт или очередное сверхъестественное явление требовало его вмешательства. Мир словно начал ускоряться, наполняясь событиями и новыми фигурами. Мы с Кларком наблюдали за этим, понимая, что наша роль во всём этом ещё не сыграна до конца. Совместно с S.T.A.R. Labs мы начали разработку термоядерного реактора — проекта, который мог бы перевернуть весь энергетический рынок. Это была амбициозная затея, в которую мы вкладывали буквально миллиарды. Такие вложения были оправданы: успешная реализация реактора обещала неисчерпаемый источник энергии, который не только обеспечил бы нашу компанию, но и дал бы людям доступ к безопасной и экологически чистой энергии. В разработке активно участвовал доктор Харрисон Уэллс, или, как я подозревал, Обратный Флэш. Его интерес в проекте был понятен: ему требовались ресурсы для создания ускорителя частиц. Этот ускоритель, по его словам, был не просто научным экспериментом, а шагом в будущее, способным открыть новые горизонты для человечества. Мы с Лексом прекрасно понимали, что за этим скрываются его личные мотивы, но нас это устраивало. "Ваши исследования плазмы дают нам огромное преимущество," — сказал Уэллс на одной из встреч, просматривая наши данные. Я кивнул. "С нашими наработками работой с плазмой мы обнаружили, как можно стабилизировать её поток и использовать её для передачи энергии. Это ключ к созданию эффективного термоядерного реактора." Лекс дополнил: "Мы готовы вложить деньги в ускоритель частиц, доктор Уэллс, но только если наш реактор станет частью этого проекта. Мы ищем не просто научные открытия, а практическое применение технологий." Харрисон, конечно, улыбнулся своей фирменной загадочной улыбкой. "Безусловно. Ваша поддержка неоценима, и мы сможем интегрировать ваши идеи в общий проект. Сила плазмы, которую вы контролируете, Кей, открывает двери для совершенно новых способов управления энергией." Мы согласились, что каждый шаг разработки будет происходить под нашим строгим наблюдением. Лекс настоял на том, чтобы наши команды работали совместно с учёными S.T.A.R. Labs, и это решение оказалось верным. Они привнесли невероятный опыт и технологии, а наши ресурсы и исследования сделали их идеи реальными. Однако я не забывал, с кем мы имеем дело. Уэллс, несмотря на свою гениальность, был слишком амбициозен и явно скрывал свои истинные цели. Его интерес к ускорителю частиц выходил за рамки научного любопытства. Его фраза о "новых горизонтах" намекала на что-то большее, чем просто энергию или физику частиц. Тем не менее, мы продолжали сотрудничество. Разработка термоядерного реактора шла полным ходом. Мы испытали несколько прототипов и уже видели первые результаты. В будущем этот проект мог не только принести нам огромные прибыли, но и изменить мир. Скрытые мотивы Уэллса оставались вопросом времени. Мы знали, что его игра не так проста, но пока он был полезен для наших целей, мы оставались союзниками. В конце концов, если он будет слишком далеко заходить, я и Лекс всегда готовы вмешаться. Для Лекса внедрение сыворотки криптонового суперсолдата стало важным этапом его личной трансформации. Это был смелый шаг, и он прекрасно понимал связанные с этим риски. Однако Лекс никогда не боялся экспериментов, особенно если они могли дать ему преимущество. После введения сыворотки мы начали следующую фазу — облучение его тела солнечной энергией в специально созданной камере. Камера была оборудована мощнейшими солнечными лампами, способными имитировать излучение жёлтого солнца. Мы тщательно настраивали интенсивность и длительность воздействия, чтобы избежать перегрузки организма. Результаты начали проявляться не сразу. Лекс был терпелив, зная, что этот процесс требует времени. Его физические показатели, такие как сила, выносливость и скорость реакции, росли медленно, но стабильно. С каждым новым циклом облучения его мышцы становились плотнее, а кожа — более устойчива к повреждениям. — "Чувствую себя странно," — сказал Лекс во время одной из сессий. — "Не скажу, что могу поднять машину, но определённо что-то изменилось." Я наблюдал за ним через защитное стекло камеры, фиксируя показания приборов. — "Это только начало," — ответил я. — "Сыворотка постепенно адаптирует твоё тело к новой энергии. Главное — не форсировать процесс. Твой организм должен привыкнуть к новым условиям." Лекс кивнул, в его глазах горел энтузиазм. Для него это был не просто эксперимент, а шанс стать чем-то большим, чем обычный человек. С каждым новым сеансом солнечного облучения Лекс начинал замечать, что его рефлексы стали быстрее, раны заживали чуть быстрее, чем обычно, а усталость отступала быстрее после нагрузок. Это были маленькие, но значимые шаги к его цели. — "Если это работает так хорошо на мне," — однажды сказал он, выходя из камеры, — "представь, какие возможности это может дать другим." — "Да, но не забывай," — напомнил я, — "ты один из немногих, кто выдерживает такие нагрузки. Обычный человек, скорее всего, просто сгорит от такой энергии." Лекс усмехнулся, глядя на свои руки. — "Значит, я действительно уникален." Мы продолжали работать над улучшением методики, чтобы ускорить прогресс. Лекс хотел большего — он всегда хотел большего. Но я следил за тем, чтобы он не переусердствовал. Его физическая трансформация шла своим чередом, и, возможно, в будущем это сделает его равным даже самым сильным мета-людям или криптонцам. Наши исследования в области криптонита привели к ещё одному важному открытию. Мы обнаружили, что из так называемого "пустого" криптонита, лишённого своих первоначальных свойств, можно создавать сверхъёмкие источники света и энергии. Это открытие открыло для нас новые горизонты в энергетической отрасли. С помощью специальных методов обработки мы разработали солнечные панели, которые могли впитывать до 99% солнечной энергии благодаря уникальным свойствам облучённого криптонита. Эти панели не только обеспечивали максимальную эффективность, но и могли работать даже в условиях слабого освещения, продолжая генерировать энергию. — "Мы буквально создаём новое поколение солнечных батарей," — сказал Лекс, наблюдая за работой лаборатории. — "Эти технологии изменят рынок, Кей. Мы можем стать лидерами в возобновляемой энергетике." — "Не без сложностей," — ответил я. — "Синтез криптонита стоит дорого, и наши батареи тоже будут стоить недёшево. Но они того стоят." Лекс кивнул, понимая, что высокое качество требует инвестиций. Производство солнечных панелей стало новой статьёй доходов для нашей компании. Мы не только создавали инновационные продукты, но и предоставляли рабочие места местным жителям. Наши фабрики начали строиться в крупных городах, таких как Метрополис, где уровень безработицы был довольно высоким. Местные рабочие буквально боготворили нас с Лексом. Мы стали символом надежды для тех, кто долгие годы не мог найти стабильную работу. Теперь они были вовлечены в производство передовых технологий, которые меняли мир. — "Знаешь, Кей," — однажды сказал Лекс, глядя на завод в Метрополисе, — "люди, которые здесь работают, видят в нас не просто работодателей. Для них мы те, кто изменил их жизнь. Это важно." — "Важно и то, что мы меняем не только их жизнь, но и будущее энергетики," — добавил я. — "Представь, если каждая крыша будет покрыта этими панелями. Мир станет чище, а ресурсы планеты будут расходоваться гораздо разумнее." Конечно, стоимость наших панелей оставалась высокой, но это был лишь вопрос времени. С развитием технологий и увеличением производства мы рассчитывали снизить цену, сделав их доступными для массового рынка. Эти панели стали не просто источником дохода, а символом прогресса. Каждый раз, глядя на горящие огни заводов и довольные лица работников, мы понимали, что двигаемся в правильном направлении. Я решил усилить воздействие омега-излучения, добавив в процесс вита-лучи, чтобы перестройка моего организма шла более плавно и контролируемо. Омега-излучение само по себе уже обладало невероятной силой, но его побочные эффекты могли быть слишком разрушительными, если не сбалансировать их. Вита-лучи стали ключевым элементом этого уравнения, помогая клеткам быстрее адаптироваться к изменениям и восстанавливаться после интенсивной трансформации. Перестройка организма оказалась процессом не из лёгких. Каждый день я чувствовал, как тело меняется: мышцы становились плотнее, реакции острее, а кожа крепче. Но за это приходилось платить: организм требовал колоссального количества энергии. Аппетит вырос до невероятных масштабов. Мой рацион включал буквально всё, что можно было найти в холодильнике и за его пределами. — "Ты опять съел всё мясо?" — как-то пошутил Кларк, заглядывая в пустую морозильную камеру. — "Мне нужно больше энергии," — ответил я, ухмыляясь. — "Твой суперметаболизм ни в какое сравнение не идёт с тем, через что я сейчас прохожу." Финансово такие нагрузки не были для меня проблемой. Учитывая мои доходы, я мог позволить себе не только бесконечные запасы еды, но и питание высшего класса, богатое белками, витаминами и минералами. Моя диета стала настоящим произведением кулинарного искусства: от стейков и морепродуктов до экзотических фруктов и суперфудов. Однако не всё было так просто. Усиление излучения увеличило и интенсивность перестройки, что временами заставляло меня чувствовать себя выжатым. — "Ты не думаешь, что перегружаешь себя?" — как-то спросил Лекс, наблюдая, как я выхожу из камеры омега-излучения, облитый потом, но с решительным выражением на лице. — "Если не попробовать пределы своих возможностей, как я узнаю, на что способен?" — ответил я, поднимая бутылку воды. — "Плавность — это хорошо, но без нагрузки не будет прогресса." Процесс шёл медленно, но результат стоил того. Я чувствовал, как моё тело становится более устойчивым к внешним воздействиям, а силы увеличиваются. Омега-излучение вместе с вита-лучами создали уникальный процесс трансформации, который позволял мне двигаться вперёд без риска для жизни. Каждый день был шагом к новому уровню возможностей. Я знал, что перестройка требует терпения, но понимал, что в будущем это сделает меня ещё сильнее и готовым к любым вызовам.