Часть 16

Тишина в комнате была густой и тяжёлой, как сироп. Они сидели друг напротив друга, разделённые столом, уставленным чайными принадлежностями. Кагуя делала вид, что пьёт чай, поднося фарфоровую чашку к губам, но ароматная жидкость почти не убывала. Её взгляд был прикован к нему, она ловила каждое движение, каждый вздох. Наруто же не торопился. Он надкусывал печенье, медленно пережёвывал и лишь потом делал небольшой глоток, хотя всё время твердил, что «у него есть дела». Он отчаянно не хотел признаваться самому себе, что каждая клеточка его тела хочет задержаться здесь подольше, в этом доме, где пахнет ванилью и её духами. Девушке наскучило это тягостное молчание. Она глубоко вдохнула, собираясь с духом, и произнесла: —Наруто, а ты... — Зачем? — резко перебил он её, его голос прозвучал как щелчок бича. Он отставил чашку, и она громко стукнула о блюдце. — Зачем ты это всё делаешь? Обеды, чай... эти встречи? Она опустила глаза, пальцы её нервно переплелись на коленях. Она снова замолкла, подбирая слова, пытаясь облечь в них клубок противоречивых чувств — вины, тоски, надежды. —Я просто... хочу провести с тобой время. Хоть чуть-чуть. Мне одиноко, — выдохнула она, и в её голосе прозвучала неприкрытая уязвимость. — Да? — язвительно усмехнулся он. — А мне сказали, что ты нашла себе подруг — Темари, Ино. Чего тебе быть одинокой? — Его слова прозвучали как открытый упрёк, укол, который он давно хотел нанести. И тут Кагуя не выдержала. Её собственная боль и разочарование вырвались наружу. —Да перестань ты искать лазейки, чтобы уйти от настоящего разговора! — её голос дрогнул, но в нём зазвучала сталь. — Наруто, ведь у тебя ко мне тоже есть чувства. Я знаю! — Может быть, они и были, — холодно, отчеканивая каждое слово, ответил он, и его взгляд, синий и острый, как лед, впился в неё. — Пока ты не предала их. — Тогда зачем ты остался, коль так ненавидишь меня? — вскрикнула она, вскакивая со стула. — Мог бы настоять и уйти! Сказать, что твой долг выполнен! Наруто замер. Он хотел возразить, найти колкий ответ, но слова застряли в горле. Причина, которую он сам себе твердил, вдруг показалась бумажной и хлипкой. — Мне приказали с тобой общаться, — насильно выдавил он, избегая её взгляда. — Следить за твоим состоянием. Чтобы ты ничего не натворила. Только поэтому я здесь. Она тяжело дышала, злость сменилась горькой, леденящей грустью. Слёзы предательски навернулись на глаза, но она сжала кулаки и сдержала их, лишь шмыгнув носом. —Не верю. Может, у тебя и был такой приказ... но то, что ты остался сейчас... Я не верю, — прошептала она. Она обошла стол и подошла к нему вплотную, нарушая его личное пространство. Воздух между ними зарядился напряжением. — Поцелуй меня, — тихо, но твёрдо потребовала она. —Что за бред ты несёшь? — он попытался отстраниться, но её близость парализовала его. —Докажи, что ничего не чувствуешь. Поцелуй меня, и если это правда... я отстану. Поверь, это докажет всё. Наруто медленно поднялся со стула, его взгляд скользнул по её лицу — по глазам, полным грусти и надежды, и остановился на её губах, таких знакомых, таких манящих. Он сглотнул, память тела мгновенно воскресила их вкус и мягкость. Он закрыл глаза, будто подчиняясь некоей непреодолимой силе, и приблизился. Его губы осторожно, почти невесомо коснулись её. Первый импульс исшёл от неё, но он и не заметил, как начал отвечать, а потом и углублять поцелуй, забыв обо всём — о обидах, о долге, о приказах. Сердца их колотились в унисон, как два заблудившихся в буре барабана. Она положила руку ему на плечо, а другую — на щёку, и он целовал её с той самой нежностью и жаждой, которые так яростно отрицал. Разорвав поцелуй, Кагуя не дала ему отстраниться, прижавшись лбом к его лбу. —Ну и? — выдохнула она, её дыхание было тёплым и прерывистым на его губах. — Ничего, — попытался он блефовать, глядя ей прямо в глаза, вкладывая в голос всю оставшуюся уверенность. — Ничего не чувствую. Она медленно опустила руку с его плеча и прижала ладонь к его груди, чувствуя под пальцами бешеную вибрацию сердца. —Твоё сердце говорит об обратном. —И что же оно говорит? — его голос сорвался на шёпот. —Что тебе нужна я. И это прозвучало как приговор и как освобождение. Он не стал больше спорить. Он снова затянул её в поцелуй, но на этот раз в нём не было ни осторожности, ни сомнений — лишь голодное, яростное утверждение. Он обвил рукой её талию, развернул и прижал к краю стола. Чашки с грохотом полетели на пол, образуя на татами лужицы и осколки фарфора. Она упёрлась руками в стол, а он, не отрываясь от её губ, исследовал её рот, его язык был настойчивым и нежным одновременно. Оторвавшись, он прижался горячим лицом к её шее, провёл носом вниз до ключицы, глубоко вдыхая её цветочный, сладковатый аромат. Дыхание его стало глубоким и прерывистым. Кагуя запрокинула голову, подставляя шею его губам, когда он принялся целовать её ключицу, оставляя влажные, горячие следы. Он грубо задрал её свитер, и она помогла ему снять его, чтобы затем снова обвить его шею руками, притягивая к себе, и лечь спиной на прохладную поверхность стола. Его одна рука скользнула под её блузку, ладонь поглаживала грудь, а другая легла на её ляжку, сжимая её. Она, в свою очередь, дрожащими пальцами дотянулась до замка на его кофте, с трудом расстегнула его... Взяв её за талию он поднял её на руки и понёс в спальню. *** В спальне было полутемно, лишь дневной свет через закрытые шторы золотил край кровати. Ложа её окуратно на кровать, он лёг рядом с ней, одним движением стянул с себя кофту и футболку. Кагуя, не прекращая целовать его, провела рукой по его торсу, чувствуя рельеф мышц и шрамы — немых свидетелей их прошлых битв. Её пальцы скользнули вниз, мимо живота, пока не достигли резинки его штанов. Начав поглаживать его через ткань, она почувствовала, как он напрягся и резко выдохнул ей в губы. Парень явно завёлся. Штаны с нижним бельём были сброшены в сторону в одно мгновение. Устроившись между её ног, Наруто вошёл в неё резко, почти грубо, но в последний момент сделал движение настолько нежным, насколько позволяла ярость и страсть, кипевшая в нём. Кагуя вздрогнула и ахнула — она не ожидала ни этой резкости, ни того, что он сразу начнёт двигаться в быстром, властном ритме. — Милый... п-подожди, ах... помедленнее, — её дыхание полностью сбилось, она вцепилась пальцами в простыню, пытаясь поймать опору и воздух ртом. Но он не останавливался. — Что, самой намного приятнее, когда сама контролируешь... ситуацию? — с горьковатой, почти злой улыбкой произнёс он, не сбавляя темпа. — Ты же... был под ах... ах... кайфом тогда... — едва выдохнула она, имея в виду их прошлую близкость, где главенствовала она. — Но это не значит, что я ничего не чувствовал, — прошептал он ей на ухо, и в его голосе звенела сталь. Он помнил каждое её движение, каждую ласку — осторожную, выверенную, медленную, и лишь под конец, когда она привыкла, она позволила себе сорваться в быстрый, эгоистичный темп. Сейчас он не давал ей этого времени. Он хотел, чтобы она прочувствовала всё и сразу — и боль, и обиду, и невыносимое наслаждение. — Т-так это месть? — выдавила она, понимая, что любой ответ будет звучать как подтверждение. — Справедливость, — бросил он ей в лицо это слово. Он наклонился и снова захватил её губы в поцелуй, а его толчки стали глубже, сильнее, неумолимее. Она оторвалась от его губ с тихим вскриком и впилась ногтями ему в плечи, оставляя красные полосы. Её крик, смесь боли и нахлынувшего удовольствия, лишь подлил масла в огонь. Наруто чувствовал, как её ногти впиваются в его кожу, но эта боль лишь обостряла ощущения. — Справедливость, — повторил он шёпотом прямо у её уха, и каждый его выдох заставлял её вздрагивать. — И урок. Чтобы знала, каково это — быть на грани, когда тебя не слышат. Он не сбавлял темпа. Кагуя уже не могла просить его остановиться — её собственное тело предательски отзывалось на каждый его толчок, волны наслаждения накатывали всё выше. Вместо слов из её губ вырывались лишь прерывистые стоны, а пальцы, ещё недавно впившиеся в его плечи, теперь бессильно скользили по его мокрой от пота спине, чувствуя игру каждой мышцы. Он одной рукой приподнял её бедро, изменив угол, и она внезапно вскрикнула, её глаза широко распахнулись от неожиданного и резкого наслаждения. Волна огненного удовольствия накрыла её с головой, заставив выгнуться в дугу и судорожно сжать его. Мир сузился до кровати, до его тела, до его голоса. Она обвила его ногами, пытаясь прижать ещё ближе, уже полностью отдавшись стихии, которую он разбудил. Он почувствовал, как её внутренние мышцы судорожно сжались вокруг него, и это стало его последним сигналом. С низким, сдавленным стоном, вырвавшимся из самой груди, Наруто достиг пика, на несколько секунд полностью потеряв контроль. Его толчки стали хаотичными и резкими, прежде чем он окончательно замер, всем весом обрушившись на неё, прижимая её к матрасу. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тяжёлым, учащённым дыханием. Наруто, опираясь на локти, чтобы не раздавить её, опустил голову ей на плечо, чувствуя, как бешено стучит её сердце. Кагуя медленно, почти обессиленно провела руками по его взмокшей спине, чувствуя, как его сердце колотится в унисон с её собственным. Он наконец поднял голову, чтобы взглянуть на неё. Её лицо было раскрасневшимся, глаза блестели от непролетых слёз и удовольствия, губы слегка припухли от поцелуев. Он нежно провёл большим пальцем по её щеке, смахивая выбившуюся прядь волос. — Ну что? — тихо, подражая его первому вопросу, спросила она. — Всё ещё ничего? Он слабо улыбнулся,и в его взгляде читалась не только усталость, но и глубокое, смиренное удовлетворение. —Оно говорит... что ты была права, — выдохнул он — Сердце говорит, что мне нужна ты. Ты манишь меня к себе. — Он замолчал на многовение а после продолжил. — Но мозг кричит мне, беги, беги это ловушка. И сейчас я в эту ловушку попался, не послушал его, но откуда мне знать что я не ошибся, что ты снова не начнёшь мне врать? — Сейчас я могу тебе это пообещать только на словах, а если ты мне дашь шанс то и доказать на деле. Сев на кровать он нача одеваться. — Мне нужно это обдумать, — глухо произнёс он, вставая и направляясь к выходу из спальни. — Наруто... — его имя сорвалось с её губ, звуча почти как мольба. Он обернулся. Кагуя лежала на спине, приподнявшись на локтях, простыня сползла, обнажая её плечо. — Насчёт ловушки... то, что произошло... ни к чему тебя не обязывает. Можем забыть об этом, если захочешь... — она попыталась дать ему выход, спрятать свою уязвимость за маской безразличия. Наруто опустил глаза, разглядывая узор на полу. В его голове царил хаос. Гнев боролся с тоской, долг — с желанием. Он поднял на неё взгляд, видя её старательно скрываемую надежду. — Знаешь... — он сделал паузу, подбирая слова. — Давно что-то я не пробовал твоей кухни. Можно напроситься на ужин? Завтра. Она слегка удивилась, а затем на её лице расцвела тёплая, настоящая улыбка, которая достигла её глаз. —Конечно. Кивнув, он развернулся и ушёл, стараясь не оборачиваться. А Кагуя снова упала на подушку, закрыла глаза и позволила себе улыбаться, прижимая к груди простыню, которая всё ещё хранила его запах. *** На кухне в доме Харуно пахло ванилью и свежей выпечкой. Сакура и Ино, повязанные фартуками, оживлённо обсуждали последние новости, раскатывая тесто. — Даже не знаю, о чём тебе ещё рассказать, — с улыбкой произнесла Ино, посыпая мукой очередную порцию печенья. Тут же прозвенел таймер. —О, ещё одна партия готова! — обрадовалась блондинка. — Отлично, эти давай сразу переложим в контейнер, — сказала Сакура, и её лицо озарилось особенной, мягкой улыбкой. — Они будут для Саске. — А когда его выписывают, кстати? — поинтересовалась Ино, аккуратно перекладывая горячее печенье. — Всё оказалось намного лучше, чем мы предполагали, — голос Сакуры стал тише, задумчивее. — Кости срастаются быстрее. Думаем, это из-за риннегана. В нём осталась частичка чакры Хагоромы. Поэтому через неделю он уже сможет выйти из больницы, а после... мы пойдём на свидание. — Она произнесла это слово с лёгким благоговением. — Он сказал, что хочет проводить со мной больше времени. — Ого, Саске... и свидание? — Ино замерла с противнем в руках. — Слушай, а полюса Земли ещё местами не поменялись? — она фыркнула, но, увидев серьёзное, даже немного растерянное лицо подруги, мгновенно сменила выражение на более участливое. — Прости, просто... это так не похоже на него. После всего, что случилось, после плена... он стал другим. Более спокойным. Более... нежным. Это просто непривычно. — Он не настолько «другой», как эта Кагуя, — неожиданно резко, почти фыркнув, произнесла Сакура, её пальцы сжали скалку. — Да чего ты на неё так взъелась? — удивилась Ино. — Не она же Саске пытала. Она, на самом деле, довольно классная. Попробуй с ней подружиться, правда. Сакура резко отложила скалку. Её лицо стало напряжённым и закрытым. —Знаешь, мне надо собираться. Я маме обещала помочь, прежде чем пойти в больницу. Поэтому... можешь идти, — её голос прозвучал холодно и отстранённо. Ино сняла фартук, повесила его на крючок и вздохнула. —Ну и ладно. Как знаешь. До завтра! Дверь закрылась. Сакура осталась одна посреди уютной, пропахшей сладким кухни. Она с силой упёрлась кулаками в столешницу, её плечи напряглись. «Она та, кому было поручено пытать Наруто. Моего сокомандника. Моего друга. И я ещё должна пытаться с ней подружиться?»— эта мысль жгла её изнутри, смешиваясь с ревностью и старыми обидами. *** Глубина леса была погружена в умиротворяющий полумрак. Наруто шёл медленно, вслушиваясь в тишину, нарушаемую лишь шелестом листьев под порывами ветра и стрекотом сверчка где-то в траве. Эти звуки не нарушали покой, а лишь подчёркивали его. Здесь было спокойно. Настояще. Пройдя чуть дальше, он вышел на небольшую поляну. Его взгляд упал на знакомый камень с высеченным символом «Ши» (Учитель). У его подножия, как всегда, лежала потрёпанная книга и скромный букет белых бумажных цветов — знак того, что память жива. Наруто присел на корточки перед камнем, его лицо стало серьёзным и немного печальным. —Привет, как ты? — начал он тихо, будто опасаясь спугнуть тишину. — Наверное, опять с кем-то развлекаешься, а я как всегда тебя прерываю. — Он слабо улыбнулся, но улыбка не дошла до глаз. Он вздохнул, опуская голову. — Честно... я не знаю, зачем пришёл. Рассказать о жизни или пожаловаться на неё. Хотя эти два понятия, по-моему, давно стали одним целым. Да и не думаю, что это нужно... ты и так всё знаешь. Ведь... ты всегда со мной. — Его голос дрогнул, и он провёл ладонью по шершавой поверхности камня. — Я не знаю, что мне делать, — признался он, и это прозвучало как самое трудное признание в его жизни. — Она... мой враг. Бывший. Та, что ворвалась в мой дом, в мою жизнь... стала для меня человеком, с которым я всегда мог поговорить, рассказать о том, что гложет... — Он замолчал, глотая ком в горле. Долгая тишина повисла в воздухе. — А потом просто предала моё доверие. И теперь я не знаю... Довериться снова и будь что будет? Или оставить её и эту... эту глупую затею? Он посидел так ещё несколько минут, слушая, как ветер играет в кронах деревьев. Потом тяжело поднялся, отряхнув колени. —Вряд ли в разговоре она скажет мне что-то новое... но всё же я должен её выслушать. Спасибо, что выслушал меня. Извини, что побеспокоил. — Он кинул последний, полный невысказанной тоски взгляд на символ и медленно, не оглядываясь, ушёл обратно в лес, оставляя камень в его вечном, спокойном одиночестве. *** На кухне в доме Кагуя царил лёгкий хаос, пахло чесноком, травами и чем-то тушёным. Она металась между плитой и разделочным столом, стараясь успеть всё сделать к его приходу. В глубине души она почти не надеялась, что он действительно придёт просто ради ужина — она знала, что разговор будет трудным. Внезапный стук в дверь заставил её вздрогнуть. Она бросила нож на доску и, смахнуя со лба прядь волок, подбежала и распахнула дверь. На пороге стояли Ино и Темари. — Привет, девочки, заходите, — немного растерянно произнесла Кагуя, уже возвращаясь к плите и снова хватая нож. — Извините, сегодня не получится развеяться, я... занята. Ино, войдя, свистнула, окидывая взглядом «поле битвы»: кастрюли на плите, горы нарезанных овощей, миски с соусами. —Ого, сколько всего! — удивилась она. — А можно такой вопрос: чем занята? — Неправильно вопрос ставишь, — с хитрой улыбкой вмешалась Темари, удобно устраиваясь на стуле. — Не чем, а кем. Неужели смогла уломать Наруто на романтический ужин? — А? — Кагуя покраснела. — Как ты вообще догадалась, что это Наруто? И... это не романтический ужин! Это просто ужин! — Да-да, конечно, «просто», — рассмеялась Темари. — Ну, а за Наруто можешь сказать спасибо тёте Темари. — Так это ты его сюда направила? — Кагуя отвлеклась от лука, который резала. — Как у тебя вообще получилось? — О, — Темари самодовольно откинулась на спинку стула. — Иногда очень полезно держать под рукой помощника Хокаге, знаешь ли. Маленькие служебные секреты. — О чём это вы? — возмутилась Ино, чувствуя себя лишней. — Почему я опять ничего не знаю? Девушки весело переглянулись и рассмеялись над растерянностью подруги. — Ладно, ладно, — Темари махнула рукой. — Может, тебе хоть помочь-то? А то ты одна здесь, как белка в колесе. Кагуя с облегчением вздохнула, оглядывая свой кулинарный хаос. —Честно? Помощь бы мне не помешала. Очень. Ино тут же с энтузиазмом потянулась за свободным фартуком. Темари с улыбкой поднялась, чтобы помочь с кастрюлей. На мгновение кухня наполнилась не только ароматами еды, но и тёплой, живой атмосферой дружбы, которую Кагуя уже успела полюбить.