Часть 24

Рассвет Первое, что почувствовала Кагуя, открывая глаза — это невыносимая сухость во рту. Язык казался наждачной бумагой, горло саднило при каждом, даже самом маленьком, глотке воздуха. Она лежала, глядя в брезентовый полог палатки, и собирала силы для движения. Всё тело ломило. Мышцы, казалось, были заменены на свинцовые тяжи, суставы ныли, а в животе полыхало настоящее пламя — там, глубоко внутри, продолжалась невидимая битва. Две чакры, две силы, несовместимые и враждебные, сражались за право обладать её телом. Но было и кое-что хорошее — чёрные трещины, покрывавшие её кожу вчера вечером, почти полностью затянулись. Остались лишь тонкие, едва заметные линии на запястьях и шее — как шрамы после болезни. Она повернула голову. Слева, у самого входа в палатку, стояла фляга. Наверное, Сакура оставила. Кагуя медленно, опираясь на локоть, приподнялась, чувствуя, как мир вокруг начинает медленно вращаться. Головокружение накатило волной, но она переждала, зажмурившись, а когда открыла глаза, взяла флягу. Вода была тёплой и отдавала металлом, но когда живительная влага коснулась пересохшего горла, Кагуя чуть не застонала от облегчения. Она пила жадно, большими глотками, не останавливаясь, пока фляга не опустела. Отшвырнув её в сторону, она выдохнула. Сухость не прошла полностью, но дышать стало легче. Она посидела ещё несколько минут, дожидаясь, пока головокружение утихнет настолько, чтобы можно было встать. Каждый шаг давался с трудом, ноги дрожали, но она заставила себя вылезти из палатки. Солнце только поднялось над горизонтом, окрашивая небо в бледно-золотистые тона. Роса ещё блестела на траве, в воздухе пахло дымом от вчерашнего костра и утренней свежестью. Сакура сидела на бревне у перегоревших углей, поджав ноги и глядя куда-то вдаль пустым, усталым взглядом. Она выглядела так, будто не спала всю ночь. Услышав шорох, розоволосая обернулась и на её лице появилось удивление. — Тебе лучше? — спросила она, вставая и делая шаг навстречу. — Значит, чакра Девятихвостого подействовала. Но всё же, лучше сейчас тебе полежать. Ты ещё слишком слаба. — Есть вода? — Голос Кагуи прозвучал глухо, с хрипотцой. Каждое слово давалось с трудом. Сакура кивнула, полезла в свою сумку и извлекла оттуда вторую флягу. Кагуя приняла её, и снова пила — медленнее, спокойнее, позволяя воде смачивать горло постепенно. Когда она опустошила и эту, сухость наконец отступила. — Сушит значит, — констатировала Сакура. — Ну да, состояние у тебя было не из приятных. Несколько часов на грани. — Даа... — протянула Кагуя, и в этом коротком звуке было столько усталости, что Сакура невольно отвела взгляд. Помолчав немного, девушка спросила: — Ты сказала, чакра Девятихвостого? Она во мне? — Да. Наруто передал тебе часть своей чакры. Чакра Девятихвостого борется с тёмной, и, видимо, неплохо справляется. Иначе ты бы сейчас не стояла. — А где Наруто? — Прочёсывает лес, — Сакура махнула рукой в сторону деревьев. — Сказал, может, на завтрак что-нибудь поймает. Белки нам точно не помешают. Кагуя помолчала, собираясь с силами. — Спасибо, Сакура... за помощь. Последние слова дались ей особенно тяжело — голос сорвался на хрип, и она закашлялась. Сакура нахмурилась, оценивающе глядя на неё. — Тебе трудно говорить? Кагуя кивнула, не рискуя произносить больше ни слова. — Тогда не разговаривай пока. Дай себе время восстановиться. — Сакура отвернулась и уставилась на траву у своих ног, в её позе читалось напряжение. Кагуя слишком хорошо понимала человеческую психологию. Она изучала её годами, чтобы выживать, чтобы предугадывать, чтобы манипулировать. Сейчас ей не нужно было быть экспертом, чтобы заметить — Сакура хочет что-то спросить, но не решается. — У тебя есть вопрос? — спросила Кагуя, и её голос, пусть и хриплый, прозвучал мягче, чем обычно. — Задавай. Сакура вздрогнула, будто её застали врасплох. Она открыла рот, закрыла, потом снова открыла. Её зелёные глаза метались, не в силах остановиться на чём-то одном. — Давай так, — сказала она наконец, и в её голосе слышалась борьба. — Ты просто ответь кивком. А подробности... когда поправишься. — Она замолчала, собираясь с духом, и Кагуя видела, как тяжело ей даётся этот вопрос. — Саске... его можно будет вернуть? Тишина повисла над поляной. Кагуя смотрела на Сакуру, и в её усталых глазах читалась большая тяжесть. Она знала, что значит «вернуть» Саске — не просто освободить физически, но вытащить его из той тьмы, в которую его погрузили. Это будет нелегко. Возможно, это будет стоить кому-то жизни. Но она посмотрела в эти полные надежды и отчаяния глаза и... Кивнула. Один короткий, но уверенный кивок. Сакура выдохнула — такой долгий, дрожащий выдох, будто всё это время не дышала. Она отвернулась, и Кагуя увидела, как её плечи затряслись, но она не издала ни звука. — Спасибо, — прошептала Сакура едва слышно. — Этого... достаточно. --- Из леса вышел силуэт — сначала неясный, расплывчатый в утренней дымке, но по мере приближения становившийся всё более узнаваемым. Всклокоченные светлые волосы, уверенная походка, мешок через плечо, который, судя по всему, был полон добычи. Увидев Кагую, стоящую на поляне, Наруто замер на секунду, а потом его лицо озарилось такой широкой, искренней улыбкой, что, казалось, сама тьма отступила. Он в два счёта преодолел разделявшее их расстояние, бросил мешок на землю и присел рядом с ней, не обращая внимания на мокрую от росы траву. Он приблизился и поцеловал её — коротко, нежно, будто проверяя, настоящая ли она, не исчезнет ли, если он коснётся её слишком сильно. — Тебе лучше? — спросил он, заглядывая в глаза. Кагуя улыбнулась и кивнула. Она хотела сказать что-то ещё, но горло сжалось, и она лишь сильнее сжала его ладонь. — Не заставляй её разговаривать, — строго сказала Сакура. — Состояние всё ещё нестабильное. Пока чакры противостоят друг другу у неё будет лихорадочное состояние, лучше поберечь — Хорошо, — Наруто кивнул и поднялся, подхватывая мешок. — Я неплохо поохотился. Давайте мясо пожарим, а там и Ино проснётся. Сакура опустила глаза. — Я не уверена, что она придёт. И очень боюсь, что она не будет есть. Наруто посмотрел в сторону палатки, где лежал Сай, и что-то дрогнуло в его лице. — Всё будет хорошо, — сказал он тихо, но твёрдо. — Должно быть хорошо. Он развернулся и пошёл к кострищу, доставая нож и начиная разделывать добычу. --- Сай открыл глаза и несколько секунд не мог понять, где находится. Вокруг было сумрачно, пахло землёй и лекарственными травами. «Я в темнице? Нас поймали?» — мелькнула тревожная мысль, но тут же сменилась другой. Он почувствовал лёгкую тяжесть на левой стороне груди. Опустив глаза, он увидел светлые, почти белые волосы, разметавшиеся по его плечу и груди. Ино спала, прижавшись к нему, её дыхание было ровным и спокойным, а тело слегка вздрагивало во сне. Сай осторожно приподнял голову, проверяя, как чувствует себя его тело. Голова болела — глухо, тупо, пульсирующе, но не настолько сильно, чтобы нельзя было терпеть. В остальном всё было в порядке. Цел. Жив. И Ино рядом. Он хотел изменить положение, приподнять спину, потому что лежать на жёсткой земле было неудобно, но от его движения девушка рядом с ним вздрогнула и проснулась. Её глаза, ещё затуманенные сном, распахнулись и встретились с его взглядом. Сначала в них был страх — от непонимания, от воспоминаний о вчерашнем, от того, что она могла потерять его. А потом, когда до неё дошло, что он смотрит на неё, что он жив, что он здесь — на её губах расплылась улыбка, такая счастливая и одновременно такая мокрая от слёз, что Сай невольно почувствовал, как что-то сжалось в его груди. — Сай! — выдохнула она и набросилась на него сверху, обнимая, прижимаясь, вцепляясь в него так, будто боялась, что он исчезнет, если она ослабит хватку. — С добрым утром, красавица, — ответил он, и в его голосе, обычно ровном и лишённом эмоций, сейчас слышалась такая теплота, что Ино заплакала ещё сильнее. — Только, пожалуйста, не кричи, голова немного болит. Она уткнулась лицом ему в грудь, и он чувствовал, как её тело содрогается от беззвучных рыданий. Сай читал в книгах — в тех, которые когда-то учили его понимать людей, — что когда человеку грустно, ему нужно дать время успокоиться. Не торопить, не задавать лишних вопросов, просто быть рядом. Поэтому он не спешил вставать. Он просто лежал, обнимая её одной рукой, а второй гладил её по волосам, и ждал. --- К полудню они вышли из палатки. Солнце стояло высоко, лес прогрелся, и в воздухе витал умопомрачительный запах жареного мяса. Наруто сидел у костра на бревне, лениво помешивая угли, а рядом с ним, привалившись к его плечу, дремала Кагуя. Увидев Сая, Наруто мгновенно оживился. Вскочив на ноги, он подбежал к нему с широкой, радостной улыбкой и обнял — неловко, одной рукой, потому что вторая всё ещё была перевязана и висела на перевязи. — Рад, что ты живой! — воскликнул он, сжимая друга с такой силой, что Сай поморщился от боли в висках. — А то кто бы скучал по твоим рисункам? — Хорошо, я понял твой сарказм, — сквозь зубы процедил Сай. — Теперь, пожалуйста, отпусти меня. — Наруто, ему больно! — рявкнула Ино чуть ли не на ухо блондину. — Ты как не понимаешь, балда?! Наруто тут же отпустил, отступил на шаг, виновато почесывая затылок. — Да-да, прости. Я просто... обрадовался. — Он махнул рукой в сторону костра. — Мы вам мяса оставили. Пойдёмте. --- Когда все собрались у костра — Сай и Ино на одном бревне, Сакура на другом, а Наруто и Кагуя на третьем, прижавшись друг к другу — Наруто начал. — В общем, хороших новостей немного, — сказал он, обводя всех взглядом. Его лицо было серьёзным, без привычной улыбки. — Я проверил окрестности. Мы находимся в западной части Страны Огня, почти у самой границы. В семи километрах отсюда есть небольшая деревушка, люди там мирные, шиноби нет. Пока что мы в безопасности. Он сделал паузу, собираясь с духом для следующей части. — Плохая новость... — он посмотрел на огонь, не в силах смотреть в глаза остальным. — Коноха полностью захвачена. Об этом уже гонцы разносят вести. Мордситы контролируют деревню, барьер всё ещё стоит. О наших... о пленных ничего не известно. — Новости и впрямь необнадёживающие, — тихо сказала Кагуя. Её голос всё ещё был хриплым, но она упрямо продолжала говорить. — Но сдаваться нельзя. Будем бороться. — Да погоди ты, воительница! — вмешалась Сакура, в её голосе слышалось раздражение, смешанное с тревогой. — Вам всем нужно восстановиться. Ты, Сай, Наруто — у тебя рука! И как мы одни собираемся бороться, если даже вся Коноха не смогла справиться?! — Нет, — твёрдо сказал Наруто, и в его голосе зазвучали те нотки, которые появлялись всегда, когда он был уверен в том, что говорит. — Мы не одни. Все взгляды устремились на него. — У нас есть союзники, — продолжил он. — Не в Конохе. В других деревнях. Страна Ветра, Страна Молний... Мы должны связаться с ними. Должны предупредить, что мордситы не остановятся на Конохе. И должны попросить помощи. — И как ты собираешься это сделать? — спросила Ино. В её голосе не было скептицизма, только усталость и желание понять. — У нас нет связи. Мы даже не знаем, в каком точно месте находимся. — Для начала, — Наруто взял палку и начал чертить на земле карту, — мы идём в ту деревню. Там сможем разузнать больше, найти карты, возможно, еду и чистую воду. Потом... потом будем думать дальше. — Ты прав, — неожиданно сказала Сакура. — Сидеть на месте и ждать — не вариант. Мордситы могут начать поиски. Мы должны двигаться. — А что с вами? — Кагуя посмотрела на Ино и Сая. — Мы пойдём с вами, — ответил Сай, и его голос был спокойным и твёрдым. — Другого выбора у нас всё равно нет. Ино кивнула, прижимаясь к нему плечом. — Тогда решено, — Наруто встал, оглядывая своих товарищей. — Собираем вещи. Как только будете готовы — выдвигаемся. Он протянул руку Кагуе, помогая ей подняться. Она пошатнулась, и он поддержал её за талию. — Ты идёшь? — спросил он тихо, только для неё. Она посмотрела на него — на его синие глаза, на его решительное лицо, на его улыбку, которая, несмотря ни на что, снова появилась на его губах. — Иду, — прошептала она. — С тобой — всегда. Костер догорал, рассыпаясь пеплом. Где-то в лесу запела птица. И, несмотря на всё — на боль, на страх, на потери — они всё ещё были вместе. И это давало надежду.