3

Крепкие руки сжали Марию со спины. Оглянувшись, она увидела человека в полицейской форме от чего ее сердце ушло в пятки. Этого ещё не хватало — вечер провести в участке. — Эй, давай, отпусти даму! — раздался голос Турбо. Маша ничего не увидела, но почувствовала толчок и мужские руки пропали. Оглянувшись, она увидела, что мужчина валялся с окровавленным носом — Ну, опять овец считаешь?! Бежим! Турбо схватил девушку за руку и потащил за собой на улицу. Несмотря на то, что они были без верхней одежды, она не чувствовала холод. Когда они вроде как оторвались, Турбо наклонился, пытаясь отдышаться. Его примеру последовала и девушка. Только сейчас она начала мёрзнуть. — Ты как, цела? — парень окинул Мари быстрым взглядом. — Ну, вроде. А дубленку? Мне как забрать? — это, наверное, единственное, что её сейчас волновало. Даже не то, что она только что убегала от милиции с еле знакомым парнем. — Заберем, не ссы, малая — От этого прозвища по спине вновь пошли мурашки. Обняв себя руками, Маша наблюдала, как парень достал сигарету и прикурил ее от спички. Их взгляды встретились. Мари казалось, что они так стоят вечность, просто глядя друг на друга. — Че встали? — крикнул сзади парень. Обернувшись, Мария поняла, что это Зима, у которого в руках была её дубленка и куртка Турбо. — Нате. Девушка забрала свою дубленку, тут же укутавшись в неё. Тепло было таким приятным, она даже и не поняла, как замерзла. — Так че вы встали? Пойдем в качалку? Ты с нами? — он выжидающе уставился на девушку. И что делать? Идти домой и получать люлей, но спать в своей постели или пойти с незнакомыми парнями в какую-то качалку? Здравомыслящая Машка пошла бы домой получать люлей. Но не сейчас, Машки нету. — Да идем, но всё будет нормально? — опасаясь, спросила она. Турбо и Зима хохотнули. — Слово пацана, никто тебя не обидит. — сказал Зима. И ребята прошли в неизвестное девушке направление. За свои 17 лет она была в малом количестве мест, дальше своего района почти не бывала, только с папой в детстве. — А ты, рыжая, че расскажешь? — Зима вырвал Мари из мыслей. Она вопросительно посмотрела на него. — Ну, имею в виду, ты где пропадала, почему мы не видели тебя? — Да у меня мама строгая очень, я дальше района не хожу, что уж района, школа-дом-музыкалка-дом, такой у меня маршрут — ребята удивились и почему-то переглянулись. — Так ты музыкантка? Чем занимаешься? — с улыбкой поинтересовался Валера. От его улыбки тоже хотелось улыбаться и светиться. Девушке никогда не приходилось чувствовать нечто подобное. Чуть потупив, она наконец ответила: — Фортепиано занималась пять лет, сейчас хочу забросить. У меня перестало получаться, да и не интересует это меня. И вокалом еще два года, но сейчас учителя нет уже как месяц, пока что не занимаюсь. — Так ты поешь... А нам споешь что-нибудь? — на этот раз спросил Зима. Они с Валерой переглянулись. Заметив смятение на лице девушки, он поправился — Шучу, а мы вот, старшие, мы приглядываем за малым возрастом. Ну как, Турбо — старший, я — его правая рука — Валера самодовольно улыбнулся. Тут Зима наклонился к уху девушки и негромко сказал: — Ну хотя бы поспорим, кто чья рука. Девушка хохотнула, Валера понял, что сказал Зима, и они начали в шутку бороться. Мария стояла и смеялась вместе с ними. Она никогда бы не подумала, что будет в такой ситуации с такими людьми. Почему «порядочные» люди нагоняют больше страха, чем хулиганы? Но стоит подметить, что она их ещё совсем не знает. — Да всё, Трубач, успокойся! — прокартавил Зима, поправляя шапку, которая слегка съехала на глаза. — Ещё раз так назовешь, в фанеру пропишу! Дальше ребята шли более-менее спокойно. Иногда они подкалывали друг друга, но до драки в снегу, слава богу, не доходило. Но время шло и на улице холодало. Мари уже потеряла свой платок. Остановились ребята у жилого дома. — А где ваша качалка? Она непонимающе уставилась на них. Парни открыли дверь и молча пропустили девушку. Далее они повели её в подвал. Теперь это выглядело страшно и только сейчас она осознала: она идёт с двумя еле знакомыми парнями в подвал. Зима открыл дверь и все опасения улетучились. Там правда был спортзал, в нём уже был Марат с каким-то мужчиной. — А это кто? Неужто у кого-то из вас девушка появилась? — с насмешкой спросил мужчина. — Не гони, это подружка Марата, там в ДК опять драка была, Разъезд конкретно путает что-то — объяснил Валера, пожимая руку мужчине. — Это Вова, брат старший мой. — сказал Марат. — Я Айгуль проводил, ты это, тут останешься или до дома всё-таки? — на словах Марата все уставились на них — Пацаны, она нормальная, за ней не было херов, трудная ситуация дома у неё, её мать из дома поперла. — Ну ладно, поможем даме, мы же мужчины всё-таки? — сказал Вова, по-дружески хлопая Марата по спине — Я Вова Адидас, а тебя как? — мужчина протянул руку девочке. — Мария, но лучше Мари. — девушка пожала руку ему.

***

Соловьева не запомнила тот момент, когда ей стало комфортно с ними. В спортзале была ещё одна комната, в которой стоял диван-книжка, стол и три стула. В принципе, она выглядела как маленькая гостиная. Мари сидела на диване между Вовой и Маратом, перед ними сидели Валера и Зима. Парни увлеченно играли в карты. Иногда девушка подсказывала Марату, благодаря чему он второй раз подряд выигрывал. — Да ну! Так нечестно! — сказал Валера, кидая свои карты на стол. — Он шулер! — Турбо, научись принимать поражения. — с улыбкой сказал Вова. — Ну что, Мари, как тебе наши ребята? — с улыбкой спросил Адидас-старший. — Да, хорошие. — облизнув губы, ответила она. — А можете мне побольше рассказать про группировки? У меня папа раньше был этим… — Маша замялась, слово крутилось вокруг языка, но она забыла. — Старший? — предложил Зима, на что девушка отрицательно покачала головой. — Автор? — Вова свёл брови в переносице, его заинтересовала эта тема. — Да-да, Автор! Его звали Соловьём. Это по фамилии такая кличка была. — закивав головой, утвердила она. — Клички у собак, а у нас погоняло. — сказал, по-дружески улыбаясь, Марат. — Вов, вроде слышали что-то про Соловьёва… А в какой конторе он был? — Да-да, слышали, фамилия на слуху была в году позапрошлом, наверное. А из какой конторы он? — Вова развернулся корпусом к Маше, все парни уставились на неё. Вот и нашлась общая тема. — «Жилка». Во, вспомнила! — на лицах у парней был явный шок. — Рассказать тебе про них? Думаю, вам всем будет интересно. — предложил Вова с улыбкой. Все были согласны и Адидас начал рассказ про них. — Пару лет назад это была самая большая группировка в Казани. Жилкой прозвали себя в честь своего микрорайона, с которого всё начиналось — «Жилплощадка». Они одни из первых обзавелись огнестрельным оружием, были очень жестокими и дисциплинированными. Благодаря твоему отцу — он посмотрел на девочку — и Хайдару Закирову у этой конторы было два автора. Ну, они по базе крышевали рынки, даже банки коммерческие, ну это было в разгар их появления. Позже они хотели пойти на завод имени Кирова, но не получилось у них и один из авторов ебанул деректора. До сих пор не знаю кто, ну и они забрали документы на завод. Через какое-то время, по словам старших из группы, у авторов пошли стычки. Соловей тогда обзавелся любовью и хотел мирного неба, но Хайдару не сиделось на месте, он хотел обратного. Через какое-то время они притихли. Но позже Соловья нашли мёртвым в подвале. — Вова положил руку на плечо девушки, думая, что это её, наверное, заденет, но она сказала «всё нормально» и он продолжил рассказ. — Ну и всё, все подозрения упали на Закирова. Я на тот момент ещё не был Автором, всей сути не знаю. Но вроде как Авторы посовещались и решили убрать Закирова, потому что поступил он плохо. Ну и его следом убили. После этого контора существовала недолго, все разбежались на другие конторы. Впервые за долгое время Мария узнала о своём отце столько подробностей. Ей не было грустно. Мать была не права, когда говорила, что он умер, как подвальная крыса. Для девушки он был героем, который стоял за свою правоту и мнение. Но это же его и погубило. — Малая, нормально всё? — поинтересовался Турбо, замечая, как она молчит уже несколько минут. Оглянувшись, она приметила, что все на неё смотрят. Они что, думают, что она расплачется? — Да, вы не думайте ничего. Я впервые узнала о том, чем занимался мой отец. Когда он был жив, как вы понимаете, мы мало времени проводили вместе, да и я не интересовалась. — Ну, понял. — протянул Вова. — Это что получается, я сижу на одном диване с дочкой Соловья? — улыбнувшись, сказал Вова. — Вот это честь. Девушка посмеялась над словами Адидаса. Таких ярких и веселых людей она редко встречала, но сейчас в этой комнате все они. — Ладно, Маратка. Время уже за 12, домой пора. Пошли, пацаны, за девчонкой приглядите. — Это была даже не просьба, а утверждение. На прощание Володя мягко потрепал по голове Соловьеву. И, пожав руки парням, Адидас-старший и Марат ушли. — Ну че, малая, че, может, рассказать тебе че-нибудь? — спросил Валера, тасуя в руках колоду карт. Зима достал из пачки две сигареты, одну протянул Валере, вторую вставил в губы. Другой рукой он взял спички и, чирикнув по коробку, зажёг, прикурил себе и другу, потушил спичку об язык и положил на стол. — Ты че так смотришь, никогда не видела, как спички об язык тушат? — с улыбкой поинтересовался Валера. На это Маша отрицательно покачала головой. Парни слегка посмеялись. — А расскажите мне что-нибудь о себе. Про меня вы все уже знаете. — Зима с Турбо переглянулись, и Зима первым начал рассказывать. — Ну я Зима, от фамилии пошло, зовут Вахит. Из училища меня поперли, ну че сказать тебе, в группировке я с четырнадцати лет, сейчас мне восемнадцать уже. Турбо, ты про себя рассказывай. — Зима по-дружески толкнул друга в плечо. — Я просил так не называть. Не, ну ты щас внатуре в фанеру получишь. — грубо сказал Турбо, толкая Вахита. Тот же поднял руки в знаке «сдаюсь». — Че тебе рассказать, Валера я, Туркин, если точнее. Боксом занимаюсь, не учусь нигде, не закончил десятый класс. Ну мне так же восемнадцать. Старшим можно стать, имея возраст от восемнадцами, это так на заметку. — подмигнув, сказал Валера. — В группировке с четырнадцати так же, мы вместе пришились. Девушке нравились его взгляды, поведение, манера общения. Всё в нём привлекало девушку. Сама того не замечая, она залипла, смотря на него. Заметив это, Вахит ухмыльнулся и громко забычковав бычок, напомнил о своём присутствии. — Ребят, я, это, спать хочу, тут можно же лечь? — Да-да, конечно! — Туркин подорвался со стула. — Встань, я диван расправлю. — Послушавшись, девушка отошла к месту, где до этого сидел Валера. Парень быстро разложил диван, открыв шкаф сбоку, он достал оттуда пару подушек, большое одеяло и покрывало. — Зима, хули сидишь, помогай. — Вахит подорвался с места и, что-то бубня под нос, стал помогать парню расстилать диван. Маше стало неловко как-то, обычно это делают девушки. Ну, по крайней мере, так было в её жизни всегда. Через пару минут всё было готово. — Ложитесь, мадам. — с улыбкой сказал Валера. Слегка смутившись, девушка легла к стенке, укутавшись в одеяло. Она посмотрела на парней, ожидая, лягут они или продолжат стоять. Она бы сильно смутилась спать с двумя парнями на одной кровати. Это точно не входило в её планы. — Мы пойдем, побаксируем. Ещё про пацанов узнать надо — наших, приняли, нет кого там. — объяснился Валера. Последнее, что увидела перед сном девушка, как парни снимают с себя верхнюю одежду, оставаясь в майках. Зима вышел первым из комнаты, за ним Валера. Он слегка помедлил, последний раз окинув девушку взглядом. Он сказал что-то на татарском и вышел, тихо закрыв за собой дверь.