4

Соловьева проснулась с дикой болью в голове. Вчера она пережила слишком много эмоций, и сегодняшнее утро было для нее сущим адом. Рядом с ней никто не лежал, чему она была несказанно рада. Поднявшись с дивана, Мария стала поправлять свою одежду и волосы. Ей несказанно повезло: на стенке у двери было зеркало. Оно было заляпанным, но разглядеть в нем что-то можно было. Большими пальцами рыжая вытерла тушь из-под глаз. И, еще раз поправившись, она вышла из комнаты в качалку. Там сидели все те, кто был вчера, но еще добавилось пару незнакомых ей лиц. — Спящая красавица, ничего ты спишь, уже час дня! — с улыбкой сказал Вова. — Доброе утро, может, пить хочешь? — Доброе, да не, мне домой пора, давно уже. — Оглянув парней, Мария остановилась на Турбо. Он даже такой уставший был безумно привлекательным. — Подожди, с тобой пойду. Нам по пути, — сказал Марат. Он начал надевать свою куртку, и, последовав его примеру, Соловьева взяла свою дубленку с крючка и надела. Когда они выходили, в качалку зашла девушка. Маша пару раз видела её на районе, но имени не знала. — Привет всем! — сказала эта девушка с улыбкой. Последний раз окинув зал, Мария подметила, что эта девушка влилась в разговор с парнями и сидела среди них как своя. — Марат, помнишь, ты говорил, что в долгу не останешься? Когда я помогла вам с Айгуль познакомиться? — спросила Маша, пиная снег по дороге. — Помню, что хочешь? — Научи меня драться. — Эта просьба удивила его. — Приходи как нибудь в зал, научу. — А еще можно вопрос? — Марат кивнул. — Кто эта девушка? Ну, которая зашла. — А, Лиля, у неё мама в нашей больнице работает, а Лиля нам докладывает постоянно, кто там из наших и т.д. Иногда лечит нас. — Неприятное ощущение зажгло в груди. Не осознавая того, Маша тоже хотела быть их частью. Помогать, лечить, да хоть что. Просто чтобы быть в их компании.

***

Мария аккуратно проворачивала ключ в двери. Щелчок. Открыла, такими же тихими движениями она открывала дверь. Только она открыла дверь, как перед ней появилась мать. И не нахмуренная, а заплаканная. Светлана Васильевна накинулась на дочь с объятиями. — Мам, ты чего? Дай я дверь закрою. — Такое поведение у матери было ей незнакомо. Мама девушки слегка отстранилась, давая ей закрыть дверь. — Ты ушла, я думала, ну, через час вернешься... а ты... я так переживала! — громко всхлипнув, сказала мать. — Я уже все больницы обзвонила... — Мам, ну я пришла. Видишь, жива-здорова. Переночевала у подруги. — Немного соврала она. Пока Маша снимала с себя дубленку и уги, мама всё не унималась. — А почему не позвонила? Ну не ври мне! Ты с этими мотальщиками связалась... как я в свои годы. Видишь, чем это вывернулось мне? Я одна! Не думай влюбляться даже в такого парня. У них на первом месте всегда улица. — Договорив это, мать одной рукой обняла себя, а другой закрыла пол лица, ещё сильнее начиная плакать. — Мам, ты знаешь, за что папу убили? — Неожиданный вопрос для Светланы привел её в ступор. Чуть помедлив, она ответила: — Знаю, не поделили с Закировым что-то, что непонятного-то? — грубо фыркнула она. — Нет, мама, не совсем. Папа хотел мирного неба и построить нормальную семью. Но Хайдану это не понравилось, ну а дальше ты знаешь. — Дальше вести диалог совсем не хотелось. Маша обошла маму и прошла на кухню. — А ты откуда знаешь? Мотальщики эти рассказали? — проследовав по пятам дочки, спросила Света. — Да, мам, они рассказали. — Закатив глаза, Мария накладывала себе суп. — Ты мне дашь спокойно покушать? — Ешь... Завтра школа, не забудь про уроки. — Вновь резкая перемена в поведении матери: она стала спокойной и отчужденной. Кажется, только сейчас она поняла, что дочь была холодна к ней. И даже не обняла в ответ. — Ты меня огорчила. Это было последнее, что сказала мать, перед тем как ушла и закрылась в своей комнате. Теперь чувство вины начало грызть Марию.

***

Покушав, Маша уже сидела за уроками. Когда она дописывала, в окно в её комнате постучались. Убрав тетрадь по истории в учебник, девушка подошла к окошку и открыла его. — Пойдёшь гулять? — Под окном стояла Айгуль. Не ответив, девушка посмотрела на футбольную коробку. Там были универсамовские, но она не увидела знакомой кудрявой головы. — Да, сейчас выйду, подожди чуть-чуть. Мария не дождалась ответа подруги, захлопнула окно и подошла к шкафу. Доставая тёплую одежду, девушка быстро переоделась и вышла из комнаты. У порога стояла мать. — Ты куда собралась? — спросила Светлана, обувая ботинки. — Гулять, меня подруга ждёт. — Маша быстро одевала дубленку и уги. — Я на работу пойду устраиваться, с прошлой же уволили меня. — Перед выходом Светлана бросила ещё одну фразу. — Ключи возьми, и я очень надеюсь, что ты послушала меня и не будешь с этими группировщиками. Маша закатила глаза и, чуть помедлив, дождалась, когда уйдёт мать, после чего вышла сама. Ахмерова, как и ожидалось, ждала у подъезда. — Куда пойдём? — Надевая варежки, узнавала Мари. — Я тебе чуть-чуть соврала, ну, ты бы по-другому не пошла. — С виноватой улыбкой начала Айгуль. — Нас с тобой в кино позвали, ты позже узнаешь с кем! — Айгуль! Мне бы переодеться тогда надо. Я же укуталась, как пингвин. — Посмеявшись, сказала Мария, не понимая, почему она должна была отказаться. — Ну давай, давай быстрее. — Пошли со мной, я тебя чаем хоть напою, холодно же всё таки. — Айгуль не успела и слова сказать, когда Соловьева уже затащила её в квартиру. Дома у девушки начался настоящий модный приговор. Айгуль сидела на кухне и пила чай с пряником, а Мари подходила к ней каждый раз в новом наряде. В итоге девушки остановились на скромном черном платьице, которое походило на школьное. Примерно в таком же была сама Айгуль. На часах пробило пять часов вечера и обе девушки вылетели из квартиры, уже опаздывая. По дороге Маша пыталась добиться ответа от девушки, кто их пригласил, но Айгуль молчала или посмеивалась над подругой. Уже подходя к кинотеатру девушки увидели, стоящих у входа двух курящих парней. Первого она, конечно, узнала — Марат, он выделялся своей курткой, а вот второй стоял спиной, и понять, кто это, было сложно. — Эу! — крикнул Марат и помахал девушкам рукой. Теперь тот парень, который стоял спиной, развернулся. Это был никто иной как Валера. — Ты чего! Лучше бы ты сразу сказала... — прошептела Маша на ухо Айгуль, когда они уже были рядом с парнями. — Ну привет, — Валера улыбнулся во все зубы, его взгляд был направлен только на Мари. Он скользил то по ногам, которые скрывали колготки, то по лицу. — Без косметики тебе лучше, — он подмигнул, чем вогнал девушку в краску. — Ну что, дамы, идём? Компания зашла в кинотеатр. Валера, как настоящий джентльмен, снял с девушки дубленку и сдал её вахтерше. Марат точно так же поступил с Айгуль.

***

Фильм был о любви на фронте. Несмотря на то что фильм был интересный, девушку он сильно не захватывал, больше хотелось спать, поэтому она постоянно зевала или прикрывала глаза. — Хочешь, уйдем? Тебе же тоже не интересно, — Валера аккуратно тронул девушку за плечо, обращая её внимание на себя. — Нет, ты что, ты же заплатил, деньги жалко. — Деньги - это приходящее и уходящее, не думай о них. — Рука Валеры накрыла руку девушки, пару секунд она просто смотрела в его глаза, а дальше всё произошло слишком быстро. Валера потянул Машу за собой, и оба выбежали из зала, а позже, накинув верхнюю одежду, на улицу. Казань уже потихоньку погружалась в вечер. Хлопья снега красиво падали с неба, заставляя девушку зависнуть и просто смотреть на небо. — Чего зависла? Пойдем прогуляемся. — Турбо обнял Мари за плечи и, последовав её примеру, посмотрел на небо. От его прикосновений в животе, кажется, появились настоящие бабочки. — Пойдем, — смущенно сказала девушка и аккуратно выбралась из-под руки парня. Как бы она ни таяла от его прикосновений, они были мало знакомы, и это было делом принципа. — А почему ты Турбо? — Турбо — это быстрый, быстро людей вырубаю. — С ухмылкой сказал он. Девушка хихикнула на его заявление, решив поверить ему на слово. Прогулка с Валерой будто бы была наполнена волшебством. Маша никогда не думала, что люди могут испытывать такие эмоции только от обычной прогулки. Ей было интересно слушать каждую его историю, от драк до его пересказа какого-нибудь боевика. Она читала много книг про любовь, но не думала, что она ощущается как что-то подобное этому. Теперь девушка была уверена, что он ей не равнодушен, но не стоило спешить — это она точно знала. — Да и я ему вот так, — Валера показал удар на воздухе. Увидев, что девушка еле держит смех, он сам засмеялся. — Ты чего смеёшься, не веришь? — Верю, я верю! — Туркин, кажется, не поверил девушке и свёл брови в переносице, как бы стараясь быть серьёзным, но улыбка всё равно выдавала его. — Ну ты чего? — Раз так... — Валера неожиданно повалил девушку в сугроб и залился смехом, смотря на ничего не поднимающееся лицо рыжей. — Валер! Ну я же в платье! — недовольно вскрикнула она и, встав, начала отряхивать себя от снега. — Ой, пардон. — Он стал помогать ей отряхиваться, опять начиная рассказывать какую-то историю из жизни. — Мария! — раздался женский голос. Турбо и Маша обернулись: это была мать девушки. — Домой, живо! — Не дождавшись ответа, женщина удалилась. — Попадос... — сказала Маша, уже представляя, как будет орать мать. — Она, почему злая такая? — Валера сразу понял, что это мама девушки, но не понимал её гнева. — Ты же не с чушпаном каким-то гуляешь, чего она так обозлилась? — Она против группировщиков, — как-то замявшись, сказала девочка. — После смерти папы она сильно изменилась и стала плохо относиться к таким людям, как он. - Проводишь? Турбо, конечно, пошёл провожать девушку до дома. Уже стемнело достаточно, чтобы отпускать даму одну домой было невежливо. По дороге Валера пытался придумать, что Маша может сказать маме, чтобы не получить сильных люлей. — Да ладно, не придумывай ничего. Я ей всё прямо скажу, — сказала девочка, остановившись на углу своего дома. — Давай тут разойдёмся, вдруг ещё в окно увидит. — Ладно, пока, малая. — Валера, не дождавшись ответа девочки, притянул её к себе и обнял. — Слышь, цифры дашь свои? — Из-за разницы в росте Валера мог спокойно положить свою голову на макушку девушки. Она не видела его выражение лица, но чувствовала, как он улыбается. — Не дам, попробуй сам найти. — Мягко выбравшись из объятий, сказала она и быстро вышла из-за угла дома. — Пусть докажет, что намерения серьёзные, а потом и буду цифры давать, в ином случае: захочет — найдёт. Дома был настоящий концерт. Светлана ходила по квартире и орала на свою дочь о том, что она пойдёт по её стопам и еще кучу всего неприятного. Не выдержав, Мария тоже накричала на неё, сказав, что сама теперь будет решать, с кем ей общаться, где гулять и как учиться. И после этих слов закрыла дверь в свою комнату на щеколду. Мать немного покричала, но, в конце концов, успокоилась. В комнате, перед сном девушка думала о Валере. Серьёзен ли он? Или это, как говорит мама, «ненадолго, у таких, как он, много хорошеньких девочек, ты не особенная». Раньше её голова была забита предметами в школе, но кто же знал, что самым сложным предметом окажется Валерий Туркин.