Глава IV, в которой создался союз.

      И вот она приземляется на облако. Мягкое, лёгкое вроде бы, но ноги не вязнут, как в вате — скорее даже слегка отпружинивают, как от желе.       И снова она сталкивается с пустотой. 'Подземный город' хоть и кишел такими чудовищами, от вида которых может стать дурно, но поскольку тот был огромен, в основном его заселяла бесконечная пустота.       Однако девушка сглотнула, сжав плечи. Медленно она окидывала взглядом пространство.       Пустота не была здесь признаком раскинувшихся бескрайних пейзажей — пусть даже и унылых и серых до боли в глазах, но всё же бескрайних и всё же пейзажей.       Здесь же навек застыл портрет. Тот самый портрет бога смерти, который, до того совершенно не будоража ума, вдруг отчётливо всплыл в памяти.       Чёрные-чёрные бездонные глаза. Бусы из мелких черепов. Свободная разноцветная длинная одежда с длинными, свисающими от рукавов и кромки красными нитками. Посох, похоже, из кости.       И это лицо, эта фигура, эта статная, 'божественная' манера, от которой так и веет тошнотворным самодовольством — всем этим пропитан каждый уголок огромного пустынного, 'небесного' города…       Лиана перевела взгляд вниз. Знакомый люк — один конец в город прямо под, и назад путь будет гораздо более тернист и запутан. Впрочем, зачем ей возвращаться? Куда?       К миру, который своим одним существованием будет кричать о том, что её больше нет? К толпам тех, кто от монстров не больно и отличается: всё с такой же злобной циничностью потрошит?       А там, по крайней мере, она каждую жестокую тварь знала в лицо и по повадкам.       Так что она прыгнула прямиком туда, в самое пекло — зато на родину… В родные места…       «Тебе там самое место».       Она не помнила, что ей сказали при рождении, но была уверена, что именно это. С ядом в голосе, желчью, презрением даже от собственных родителей.       Привыкла.       Только такие же, как она, не кривились в презрении. Однако только потому, что просто не были способны почувствовать.       Босые ноги ступали на серый песок. Тот охотно лип, уже вскоре покрыв собою всю пятку девушки.       Сердце тоскливо сжималось в грудной клетке — медленно, неумолимо… Она не делала это специально, не пыталась свой орган уменьшить в размерах. Однако так сильно давило, будто дар вышел из-под контроля.       «Воля твоя, но помни, что большая сила порождает большой простор для ошибки».       Миг страха. Вдох. Попытка изменить цвет своему платью…       Неужели?..       Нет. Послушно грязно-серый стал белым. Точечно, снизу вверх, как и представлялось.       Вздохнуть с облегчением она не успела, так и остановившись на полувыдохе.       Аден. Сидит и рассматривает листок бумаги…       Нужно сообщать неприятные новости, но внутри снова кольнуло. С силой, так, что как будто всё сердце начало обливаться кровью — буквально.       Как это произнести, когда слова режут глотку острее ножа? Как сказать, когда во рту сухо, а в груди — дыра?       Медленные, осторожные, мягкие, плавные шаги.       Однако хруст ветки — и Аден поворачивается всем корпусом к источнику звука.       Лиана вздрогнула, однако теперь она не уверена, по-ненастоящему ли.       — Лиана?! — Аден вскрикнул, пятясь. Не очень близко, но и не слишком далеко виден водопад с застывшим девичьим телом… — Ты… Как? Откуда?       Девушка вздохнула. Она была готова к таким вопросам. Но правду лучше не отвечать…       Взгляд в землю. Поджатые губы. Лёгкое их покусывание. Боль во взгляде, который уставился на пылинки.       Поймёт?..       — Прости, — вдруг он подошёл. — Не будем об этом.       Она сдержала выдох и улыбку, наконец подняв взгляд.       — Мне надо тебе кое-что… Сказать… — речь сбилась невольно. Но так даже лучше. — Софья…       Аден напрягся — это видно отчётливо, даже если не смотреть.       Пауза. Длинная, долгая, болезненная пауза, в которой каждый занимался в голове своим.       Лиана подбирала слова — Аден готовился, перебирая возможные случаи.       Резанули. Хотя речь этой скромной богини и была мягкой и тихой, она ощущалась как удар. Прямо пламенем, только не по руке, а по тканям в грудной клетке.       — Софья утопилась. Погибла.       Дышать стало трудно обоим.       Бог огня просто молча открывал рот, пытаясь глотнуть воздуха, но будто кость застряла, преграждая путь.       А хамелеон подавился предложением, в особенности — точкой, однако не подавал вид. Только одну слезинку показал…       — Ты врёшь. Этого не может быть! Она… Она… — теперь уже Аден не мог подобрать слова.       — Может, — кратко закончила Лиана.       Парень осел на землю, схватившись за волосы.       Все… Умерли. Даже последнее солнце погасло. Последнее солнце, что всегда сопровождало его, а он умудрился заметить лишь сейчас, когда наступила полнейшая ночь во всём мире.       Остались лишь они двое и карта, на которой всё так же написано:       «Тебе нужна твоя противоположность: тот, кто созидает. Двое разрушителей не дойдут до конца».       Он… Должен! Просто обязан! Они двое — единственные, у кого есть шанс… Ещё не поздно.       Так ведь?       Все погибли. Но раз он жив, значит, он… Особенный? Наверняка! Был же такой бог, он будущее видел. Может, он знал, что Аден — единственный, кто сможет всех спасти, и подстроил всё так? Наставил трудностей, но куда ведь без них.       Важно то, что он сможет. Бог огня ведь.       'Искорка….'       Вдох. Выдох. Надо вставать. Уже сколько времени он так торчит, даже не пытаясь никуда идти?       Лиана терпеливо ждала. Точнее, нет, не так — ей сказать было нечего, а уйти прямо сейчас она не могла, а потому оставалось лишь топтаться на месте и косо поглядывать на паренька.       — Я знаю, как всех воскресить, но мне нужна ты.       Девушка подняла голову, вскинув бровь в полном недоумении. Неужели всё же на фоне горя чердак протёк?       — В этом мире есть сад из яблок, которые воскрешают тех, кто тебе дорог. У меня есть часть карты, на которой изображён путь до него. Но мне нужна полная противоположность — тот, кто созидает. Ты подходишь, к тому же, единственная живая богиня.       Всю 'пламенную речь' Аден произносил сухо, лишь с лёгким энтузиазмом. И с надеждой смотрел прямо в глаза Лиане…       Кажется, она слышала о таком. Правда, там не яблоки… Да и никогда она там не была…       В памяти зазвенел девичий голосок. Возникло лицо.       Приятное… А потом изуродованное.       «Я тебя вытащу оттуда!»       В конце концов, она обманула смерть единожды, так что без труда обманет во второй раз. Прогуляется по тропке до воскрешения во второй раз.       Кивок.       Рукопожатие.       Не время медлить.

***

      Идти им пришлось… Долго. Даже у Лианы ноги устали, пока, наконец, не нашлась та самая тропка. Аден говорит, что нельзя идти по ней, иначе заплутаешь, но Лиана легенду эту помнила с точностью наоборот! Не наступишь на плитку — никогда не попадёшь, так и будешь ходить кругами.       Как же упёрт… Боги что, все такие?       — Бу! — они уже было хотели сесть и отдохнуть рядом с найденным с горем пополам началом дорожки, но тут сзади кто-то возник.       Он был… Тонок и огромен. Его нижние конечности были согнуты в коленях, однако всё равно рост у монстра был заметно высок. Когтистые руки держали в руках пару масок. На белом как снег, и ровном, как ткань, теле была к поясу привязана сумочка, из которой торчали ещё маски. И лицо его было тоже сплошной белой маской с чёрными большими глазами без белка и неестественно-ровным полукругом вместо улыбки.       «Ну началось…» — Лиана едва сохраняла выражение любопытства на лице. Искусственного любопытства к существу, чьё поведение было столь предсказуемо, а повадки — одинаковы, что едва ли фразы его не предсказывались сами собой.       — Куда путь держим, путники? — ах, а каков голос! Мягкий, вызывающий ассоциации с матерью…       Гнида. Так подло никто ещё не пытался завоевать доверие!       Аден попятился, выставляя руку вперёд:       — Не подходи!       — Ну, тише, тише, не спеши. Судить по внешности — дурной тон. Давай познакомимся. Вот тебя как зовут?       Монстр подошёл ближе. Бог огня нервно сглотнул.       — Я Аден. Рядом — Лиана. Чего тебе нужно?!       — Кто так знакомится, ай-йя-йяй. Вас разве не учили манерам? Сначала ты должен спросить, кто я.       Парень в страхе озирался.       — И… Кто же ты?.. — спросил он, пока монстр опустился ещё ниже, встав на 'колени', точнее лишь некое их подобие на чёрных тонких конечностях. Улыбка стала более живой. В глазах появился белок, и те приобрели более естественную форму.       В точности по алгоритму действует, паскуда.       — Я? А что, не видно? Я — лицедей: делаю лица и раздаю всем желающим!       «И нежелающим тоже…» — девушка едва сдержала вздох и закатывание глаз.       Монстр посмеялся. Сердце Лианы сжалось. В этом голосе отчётливо слышны были нотки смеха Софьи…       Сволочь. Это удар ниже пояса!       Аден не подал виду, но вблизи Лиана видела, как мышцы того немного расслабились.       Нет, нет, нет. Нельзя так!       Монстр обошёл их, оказываясь справа. Бог огня и девушка одновременно повернулись всем телом.       — Ну же, чего молчишь? Спроси же, за что я сюда попал, спроси! — нотки ребячести в голосе, будто перед ними не жуткое существо, а просто маленький бог-ребёнок…       Софья. Ублюдок…       — И… За что же ты сюда попал? — физически на расстоянии ощущалось, каким глупым себя Аден чувствовал.       Однако напряжение снималось у его мышц. Постепенно, но снималось.       — За рождение! Нынче это самое страшное преступление в божественном мире! — передразнивая непонятно кого, существо согнуло в локтях 'руки', пожав плечами, а затем снова засмеялось, запрокидывая 'голову' назад.       Аден посмеялся нервно. Лиана поджала губы. Дело — дрянь.       — Ну ладно, путники. Вижу я, вы не торопитесь? Позволь… — монстр взял 'пальцами' подбородок Адена, осматривая критически. Тот не сопротивлялся. — Да уж, лицо у тебя неудачное. Но ничего, подберём тебе получше!       «И неудачливое…» — Лиана только нахмурилась, не выдавая сарказм, полный досады. Как бы она хотела сказать лишь два слова, но они вызовут же целый ворох подозрений!       «Не верь».       Этого 'лицедея' Лиана знала от и до, хотя и предпочитала не сталкиваться. Если ему не верить, ни на миллисекунду, ни на миллиметр не верить, то ничего не случится. Но стоит тебе поверить…       Он даст тебе поносить немного новое лицо. Даст зеркальце даже, позволив любоваться. Похвалит…       А потом сожрёт целиком, оставив лишь лицо, чтобы сделать из него маску, которую потом будет показывать следующей жертве как 'удачное' лицо.       Никакой он не лицедей. Скорее лицевор и лицемер.       Но об этом не скажешь, а несчастный юнец уже готов поверить…       Нужно брать ситуацию под свой контроль.       Девушка нашла ногой ветку и силой надавила.       Хруст. 'Лицедей' повернулся…       Привычные, ненастоящие слёзы. Совершенно несчастный вид.       Монстр улыбается от уха до уха (хотя, их у него и нет).       — П-простите, но я так… Некрасива… — такой правдоподобный всхлип, что Лиана чуть было сама себе не поверила.       Но верить нельзя. Ни на каплю.       — Ох, бедняжка… Тебя природа наградила таким умом, но в плату взяла внешность… Но мы исправим! — он жалостливо рукой взял лицо Лианы в одну 'руку', второй копошась в сумке.       Аден просто смотрит. «Прошу, пусть он поймёт, пусть он вмешается! Я и сама могу выкрутиться, но пусть лучше вырулит он…»       Однако она молчала.       И вот вдруг на 'лицедее' на секунду сверкнул хищный оскал…       Время остановилось. Сердцебиение тоже.       И в этот же оскал полетела струя пламени. Монстр заверещал и кинулся прочь, роняя маски по пути.       Бог с каким-то пренебрежением взглянул на Лиану, но та подавила обиду.       Главное — что он понял. Сумел.       Можно идти дальше.