Глава 4

Ледниковый период всё-таки перешёл в фазу глобального потепления. Джуйс, растянувшись, как довольная кошка, на диване, что-то мурлыкала под нос и выглядела совершенно мирно. Фуко осторожно прошмыгнула в гостиную следом за Энди, который, настороженно прислушавшись у порога, с явным облегчением хмыкнул и бесстрашно потопал вперёд. - Нас долго не было? - поинтересовался он у Виктора, который с крайне безмятежным видом изучал содержимое холодильника. - В самый раз, - неопределённо отозвался тот. У него на щеке всё ещё слегка розовел след от удара, и откуда-то добавились царапины на шее. Он поправил ворот, скрывая их. Энди это заметил и по его виду было совершенно очевидно, какие нечеловеческие усилия он прилагает для того, чтобы воздержаться от комментариев. - Пирс надо подлатать, - сказал он наконец. - Завтра предлагаю заняться. - Займись, - одобрила Джуйс. Она потянулась и села, скрестив изящные ноги. - Мария ещё в прошлый раз вам говорила, что надо. И наверняка порадуется, хотя сама уже о такой ерунде, конечно, забыла давно. У неё Жорж, вино и Ла Скала. Зачем ей вообще думать о скучном быте?.. Виктор с Энди одновременно и очень похоже поморщились, предпочтя сделать вид, что увлечены чисткой овощей и разделкой курицы больше, чем мыслями о Ла Скале и прочем. - Мне показалось, или я слышал стрельбу? - поинтересовался Виктор, поглядывая то на Фуко, то на брата. - Что, решил покрасоваться, раз можно? Позёр. - Это не я, - Энди весело помахал куриной голенью у него перед самым носом. - Невиновен. А вот Фуко, оказывается, офигенно стреляет. Клянётся, что в первый раз вообще оружие в руках держала. Да ведь? Виктор отнял у него кусок курицы и задумчиво глянул на Фуко, которая выглядела больше растерянной, чем довольной. - Бывает, - проговорил он. - Повезло просто. - Двадцать девять из тридцати, - Энди встряхнул куриное мясо в прозрачном пакете так энергично, что едва его не выронил. - Двадцать девять! Я так охренел, что до сих пор, кажется, не выхренел. Круто же?.. Да что ты морщишься, сам же знаешь, что круто. Сложно подтвердить?.. Виктор улыбнулся. - Круто. Ужин не урони. Джуйс включила здоровенный телевизор на стене и листала список фильмов, задумчиво просматривая описания. Разговор про стрельбу она явно намерянно пропустила мимо ушей. - Э, - сказал Энди, поглядев на то, как она хитро улыбается. - С какой стати ты выбираешь кино? Не твоя же очередь. - Моя, - отозвался Джуйс. - Ты не отвлекайся, не отвлекайся. Обожаю смотреть, как вы готовкой занимаетесь. Такие мирные оба. И что тебя вообще не устраивает? Я отлично выбираю фильмы на вечер. Всем всегда нравится. - Ты отвратительно выбираешь фильмы, родная, - горестно сказал Виктор. - Просто мы очень воспитанные и никогда не критикуем твой выбор вслух. По крайней мере, при тебе. Иногда я задаюсь вопросом, каким чудом мне досталась единственная на свете девушка без недостатков, но потом сразу вспоминаю про последние киновечера. - И такой «А-а-а, чудес всё-таки не бывает...», - прыснул Энди. Он хлопнул духовкой, проверил температуру и ткнул в таймер.  - Всё, моя работа тут закончена. Дай сюда пульт, Джуйс. Я не позволю тебе зафакапить первый за дофига времени киновечер. Отдай, сказал!.. - Отвали, - она отпихнула его обутой в мягкий вязаный сапожок ступнёй. - Виктор не против. Я не против. Фуко! Ты что хочешь посмотреть? Повеселее, пострашнее или поромантичнее?.. Боевики в список разрешённого не входят по понятным причинам. У нас и без того вся жизнь такая, не хватает ещё и на отдыхе смотреть на мордобой и взрывы. Фуко наблюдала за их странной, будто бесконтактной, борьбой с Энди, за тем, как Виктор посмеивается, украдкой поглядывая на это. Они снова стали совершенно обычными, будто и правда просто приехали за город отдохнуть, урвав несколько дней отпуска. - Не знаю, - сказала она, поддавшись немного расслабленной дружеской атмосфере. - Мне всё равно. - Тогда двое против одного, - Джуйс увернулась от руки Энди, снова отпихнула его и щёлкнула пультом. - Виктор по умолчанию голосует так же, как я. О, вот этот подойдёт. Всё, я выбрала. - Да какого ж хрена, - обиженно проворчал Энди. - Почему я никогда не выбираю, скажите на милость? Это дискриминация чистой воды. - Потому что ты самый младший, - в один голос проговорили Джуйс и Виктор. Энди возмущенно округлил глаза. - А вот щас нифига не самый!.. Джуйс устроилась на диване, скрестив ноги, и весело наблюдала за тем, как он с досадой смотрит на заставку, явно пытаясь угадать, что она такое в итоге выбрала. - Ну, Фуко сказала, что ей всё равно, - проговорила она лукаво. - Так что в голосовании не участвует. Двое против одного, всё правильно. Это называется «демократия», малыш. Одно из лучших изобретений цивилизации. Ты в восторге до слёз? Вижу, что да. Энди вздохнул, вернулся к кухне и принялся грустно кромсать овощи на салат. - Вот почему ты всегда на её стороне? - поинтересовался он у Виктора. - Я, между прочим, твой братишка младший, родная кровь и всё такое. И хоть бы раз.... - Она моя жена, - сказал Виктор наигранно печально. - У меня просто нет выбора. Я обязан всегда и во всём поддерживать её решения. Даже если она выбирает наихудшее кино в истории кино, первое по рейтингу с конца. Да, дорогая?.. Джуйс многозначительно кивнула. - Вот видишь, - ещё печальнее сказал Виктор. И одними губами неожиданно добавил «помогите». Всё это выглядело так комично, что Фуко невольно улыбнулась. Кажется, она постепенно привыкала к эмоциональным качелям, на которых её сначала бросало в такой ужас, что замирало дыхание, потом медленно протаскивало через осознание и принятие, и, наконец, поднимало к ощущению временного спокойствия. Периоды спокойствия в последние сутки стали значительно увеличиваться. Выбранный Джуйс фильм оказался на другой стороне её эмоциональной дуги. Фуко не совсем понимала, как вообще можно смотреть что-то подобное для удовольствия. Она на первых пятнадцати минутах ощутила острую необходимость забиться в угол огромного дивана с ногами, потому что в комнате было темно, а в темноте прекрасно могло спрятаться нечто похожее на существо, которое мелькало на экране. Никого, кроме неё, это, конечно, не пугало. Джуйс устроилась под боком у Виктора, и они совсем тихо переговаривались, то и дело посмеиваясь. Энди остался в кресле, глядя на экран с видом оскорбленного достоинства. Картинки на экране мелькали, звук отражался под высоким потолком и вызывал лёгкое эхо. Фуко очень старалась не зажмуривать глаза, но всё равно едва не пискнула, когда рядом с ней опустилось что-то большое и тяжёлое. - Держи, - сказал Энди ей почти на ухо и набросил на неё плотный полог шерстяной ткани, пахнущей цветами и немного - средством от моли. - Прохладно стало. Она подтянула тяжёлый плед на себя, завернулась в него, и всё вокруг стало чуть менее пугающе. То ли от чувства защищенности, которое всегда возрастало, стоило ей во что-то укутаться. То ли от того, что Энди почему-то не вернулся в своё кресло, а остался сидеть рядом с ней, скрестив руки на груди и вроде даже немного повеселев. - Спасибо, - шепнула она, поглядев на него. - И правда прохладно. Энди только хмыкнул. - Мне не страшно, - уточнила Фуко. - Как скажешь, - шёпотом отозвался он. - Мне вот страшно. Прикинь, засыпаем ночью - а на чердаке такая вот хрень открывает глаза. И пырит сквозь потолок. И ме-едленно открывает пасть, а там у неё ещё одна пасть поменьше. Б-р-р. И он очень естественно поёжился. Фуко бросила быстрый взгляд в сторону лестницы. - Тут есть чердак? Энди кивнул, внимательно уставившись в экран. - А ещё тут подо всем домом громадный подвал, - шепнул он пару минут спустя. Герои в фильме как раз собирались искать пропавшего товарища на цокольном этаже. - И две громадные кладовые. Фуко посмотрела на него почти с ненавистью. Он с невинным видом наблюдал за событиями на экране, где одного из героев безглазое существо с тремя рядами зубов утаскивало в темноту подвала. Тусклый свет добавлял стальной отблеск синим глазам, и было совершенно непонятно - специально Энди её пугает или просто шутит по обыкновению. - Ненавижу тебя, - прошипела Фуко, плотнее запахиваясь в плед. Он только улыбнулся. И на ночь, когда они разошлись по спальням, со всей деликатностью устроился на полу, подложив под голову подушку с яркой вышивкой. Фуко ворочалась в слишком большой постели и прислушивалась к каждому шороху. Вчера она была слишком уставшей, чтобы обращать внимание на посторонние звуки, но теперь ей стало понятно, что казавшийся тихим дом оживает с наступлением ночи. Она успокаивала себя тем, что это просто большой и старый деревянный дом, но, когда по крыше как будто что-то ударило, не выдержала. Свесилась с края постели, придерживая одеяло. - Энди? Энди! Эй! Слышишь?.. Он дремал, закинув руку под голову, и даже глаза не приоткрыл. - Ну чего?.. - сонно пробормотал он. - Что стряслось? На нас комета падает?.. - Ты слышал? - А?..- он зевнул во весь рот. - Не. В смысле, ага. Это крыша. Нагрелась за день, теперь остывает и гремит. Фуко прислушалась. Больше не гремело, но наверху, как будто в самом потолке, что-то явственно начало поскрипывать и шуршать. Как будто кто-то невидимый перебирал по деревянной балке длинными когтями. Она вскинула голову, пытаясь понять, что это за звук и кто может его издавать. Мыши? Нет, слишком высоко. Летучие мыши? А что там за чердак вообще? И что там хранится?.. - Хоспаде, - сказал Энди устало. Он повернулся на бок, ухватил Фуко за руку и стиснул её ладонь в своей. Стало горячо, неудобно и чуточку спокойнее. - Спи уже. Джуйс молодец, конечно, со своим кино. Не могла выбрать что-нибудь нейтральное... От этого, смотрю, адреналин через край. Фуко потянула руку, намереваясь укрыться в своей безопасной одеяльной крепости, но Энди слишком крепко её держал. Он поглядел на неё снизу вверх, продолжая сжимать её ладонь. - Спи, - повторил он чуточку мягче. - Всё равно подкроватный монстр, если что, сожрёт меня первым. Я ж совсем с ним рядом. Ты точно успеешь удрать. Я так-то немаленький, меня на долго хватит, если хоть чуть-чуть прожёвывать, а не глотать целиком. И вообще - это просто старый деревянный дом, тут всегда полно звуков. Но никаких нёхов точно нет. Во-первых, они бы просто забоялись шуметь, чтобы не разбудить Виктора. Потому что объективно самое жуткое существо на ближайшие сто километров вокруг - это мой старший братец. Во-вторых, нёхов в принципе не существует. Иначе я точно выбрал бы другую работу. Па-парарам парам пам. Ну ты поняла. Фуко точно знала, что скорее всего, в случае нападения неведомых тварей с чердака, удрать не успеет, но всё равно улыбнулась знакомой мелодии, которую он весьма похоже напел.   - Нёхов? Это что?.. - Неопознанная ёбаная хрень, - уточнил Энди на полном серьёзе. - Если бы хоть какая-то муть типа призраков была реальной, их бы уже переименовали в опознанную хрень. А я бы за ней гонялся в форменном бежевом комбинезончике и с пылесосом на спине. Не упустил бы такой шанс. Логично же?.. Было очень логично, с этим Фуко не могла не согласиться. - Доброй ночи, - пожелал он, отпуская её ладонь. Она кивнула, отползая назад, и устроилась на середине кровати, укладываясь поудобнее. Дом всё ещё жил своей жизнью, но Фуко это уже не так беспокоило. - Энди? - позвала она, надеясь, что он не успел заснуть так скоро. - М? - отозвался он таким тоном, как будто бы уже балансировал на грани сна и яви. - Што опять?.. - Если опять буду кричать, разбуди меня, пожалуйста. - Мхм, - согласился он. - Только больше не бей. Пжлст. Больно было. Прям по лбу... Он поворочался, шурша одеялом, легонько сопнул носом, тяжелейше вздохнул - совсем как улёгшаяся на подстилке собака - и затих совершенно. Фуко во второй раз удивилась его способности засыпать почти мгновенно. Сама она подобным похвастаться никогда не могла. Она поворочалась, приминая подушку, подтянула повыше одеяло, пряча лицо в складках ткани. Учуяла лёгкий запах моторного масла и бензина, оставшийся, видимо, со вчерашней ночи, когда Энди завалился в постель, не потрудившись даже переодеться. На удивление, стало немного спокойнее. В этот раз Фуко спала без снов, а проснулась от шума на первом этаже. Казалось, там бушует небольшое торнадо с громким, хорошо поставленным женским голосом, который в реальности звучал мелодичнее, чем по телефонной связи. Она села на постели, глядя как Энди, тихонько ругаясь, запихивает своё спальное логово в шкаф. - Что происходит? - поинтересовалась Фуко и потёрла глаза. - Мама, - пояснил он. - Если что, на следующую ночь я дверь стулом подопру. Не удивляйся. - Зачем? - не поняла Фуко. Он глянул на неё и через голову стянул измятую после сна футболку. Вытащил из шкафа более-менее прилично выглядящую. Фуко мельком отметила, что на теле у него полно шрамов, но он так быстро натянул одёжку, что толком рассмотреть она не успела. Энди подумал, накинул поверх плотную клетчатую рубашку, потянулся за джинсами. - Затем,  - сказал он негромко, явно намереваясь стянуть пижамные штаны. - Если она увидит, что мы спим отдельно, легенде конец. Ни в жизнь не поверит ни единому слову. Мы же влюблены друг в друга дофига. Взаимно и беспробудно. Во всех плоскостях, и в горизонтальной тоже. Фуко моментально отвернулась, чувствуя, как розовеют щеки. Энди как будто вообще не смущался, пусть бы пришлось раздеться донага. Он подпрыгнул, натянул джинсы, не потрудившись их расстегнуть. Деревянный пол под ним заскрипел. - Одевайся спокойно, - сказал он почти так же сосредоточенно, как в Кавагоэ под градом пуль, когда просил её просто добраться до нужной машины. - Приму первый удар на себя. Постараюсь, по крайней мере, максимально тебя уберечь от допроса. Лучше сам выдам всю подноготную. Добровольно, так сказать. Фуко уставилась ему в спину. Впрочем, когда она спустилась вниз, всё же немного робея, страсти от первой встречи слегка улеглись. Мария оказалась стройной, высокой, с осанкой балерины и крутыми ярко-рыжими кудрями. Фуко на первый взгляд не смогла бы сказать, сколько ей лет. Она не была молода, но одевалась и вела себя так, что было совершенно невозможно определить её возраст. Хохотала совсем как юная девушка, болтая с Джуйс. Виктор и Энди слушали их беседу, впрочем, в ней никак не участвуя. - О, - сказала Мария, мгновенно прервав беседу и поворачиваясь к Фуко. - А вот и главная соня!.. Дорогая, не смущайся, ради всего святого, просто шучу, эти часовые пояса меня саму с ума сводят. Тем более, в моём возрасте, знаешь ли. А когда вижу мальчишек, я сразу вспоминаю, что мне давно уже не двадцать. «Мальчишки» синхронно и почти одинаково ухмыльнулись, воздержавшись, впрочем, от комментариев. - Ну? - Мария выжидательно поглядела на Энди. - А представить нас ты не желаешь? Где ты выронил своё воспитание, мой дорогой?.. - Желаю, несомненно, - неловко сказал Энди. -  Мария, это Фуко, вроде как моя девушка. Фуко, это Мария, заочно вы уже знакомы. Вроде как моя мама. Всем очень приятно, все страшно рады. Я рад невероятно страшно. Давайте уже завтракать, наконец. Чего Фуко никак не ожидала, так это того, что эта странная женщина, так не похожая на её собственную маму, обнимет её с такой теплотой. От неё пахло сладковатыми духами и почему-то горьким трубочным табаком, который никак не вязался с её образом. - Добро пожаловать, милая, - сказала она, отстраняясь и рассматривая Фуко с ласковой улыбкой. - Какая ты хорошенькая!.. Юная и похожа на кошечку, как там говорят у тебя на родине?... Есть специальное слово. Не припомню, но ты просто прелесть!.. Понимаю, почему Андрюшка тебя аж так издалека привёз. Был бы полным идиотом, упусти он тебя. Имей в виду, если мой дурачок тебя хоть как-нибудь обидит, немедленно мне сообщи. Я ему устрою!.. - Устрой прямо сейчас, - ехидно сказал Виктор. - Фуко, чтоб ты знала, семнадцать лет всего, Андрюшка на днях обмолвился случайно. Хоть ты ему скажи, что неправильно дурить голову несовершеннолетней девчонке. Потому что меня он не слушает. Мария махнула на него салфеткой, будто отгоняла дым. - О, твоя мама свой восемнадцатый день рождения отмечала как раз перед тем, как ты родился, Виктор, - сказала она, лукаво улыбаясь. - Стало быть, ты на свет появился, потому что кто-то задурил голову семнадцатилетней девчонке. На твоём месте я бы не стала возмущаться. И как только ты умудрился вырасти таким ханжой, я не понимаю. Я точно тебя не так воспитывала. Фуко припомнила, что Виктору на момент, когда, по словам Энди, Мария взяла их «под крыло» самому было восемнадцать и явственно удивилась, как можно было вообще пытаться воспитывать его в таком возрасте. С учётом его характера, который неоспоримо отразился и на внешности. Судя по лицу самого Виктора, Мария могла провернуть это даже сейчас, в его неполные тридцать пять. Да и в сорок тоже наверняка сможет. И в пятьдесят. - Не слушай этого зануду, ты просто чудо, - Мария легко потрепала Фуко по щеке. - Но действительно, сначала завтрак. - Всенепременно, - негромко и как-то покорно вздохнув, сказал Энди. -  Фуко, тебе оладьи или тосты?.. Фуко села за стол, и он подвинул к ней тарелку с пышными оладьями, мёд и что-то, похожее на густой йогурт. Налил чай из пузатого фарфорового чайника. Мария поглядела на это и слегка склонила голову. Одобрила - поняла Фуко. - Ужасно хочу узнать о вашей истории побольше, - сказала она весело, поглядывая то на неё, то на Энди. - Как вы познакомились? - Я ж уже рассказал, - проворчал Энди. - Просто встретились случайно. Ну и ты, мам, совершенно права - я был бы полным идиотом, если бы её упустил. Суток хватило, чтобы я понял, что она просто сокровище. Вот как-то... Так. Он говорил так серьёзно, что Фуко безоглядно поверила бы ему, если б не знала об уговоре. И он, и Джуйс, и Виктор обладали совершенным искусством лгать в лицо собеседнику настолько гладко, что заподозрить их в нечестности было невозможно. Мария поглядела Энди в глаза, и он скромно улыбнулся, отводя взгляд. - Ты рассказал, - сказала она весело. - Мне интересно послушать Фуко. История всегда становится ярче, когда знаешь её с разных сторон. Так что, детка?.. Фуко чуть не подавилась оладьей. - Он меня ужасно напугал, - сказала она, решив, что лучше рассказать правду, чем пытаться лгать. - Буквально налетел на меня в темноте. Чуть с ног не сбил. - Ну я же извинился, - Энди подцепил оладью со своей тарелки прямо рукой, поймал неодобрительный взгляд Марии, снова вздохнул и потянулся за вилкой. - И не раз, между прочим. - Всё равно, знаешь, как страшно было? Я подумала, что ты бандит. Собираешься меня ограбить, похитить или убить, или что-то в таком духе. Они переглянулись, и Фуко с удивлением заметила, что Энди улыбается очень тепло. Её кольнуло ощущением что вот эта улыбка, предназначенная только для неё, совершенно точно искренняя. Хотя как было на самом деле - наверняка неизвестно. - Ну на следующий день я же не показался тебе бандитом?.. - уточнил он. - Я очень старался исправить первое впечатление. Даже с котом обнялся. Сработало?..   - Сработало на все сто, - подтвердила Фуко, умолчав, впрочем, о том, что дальше стало только хуже. Энди протянул руку и легко накрыл её ладонь своей, широкой и горячей. Улыбнулся снова и чуть наклонил голову, будто ей любовался. - Ну вот и отлично, - сказал он.  Виктор наблюдал за этой сценой с совершенно отрешённым видом, Джуйс сладко вздохнула, как над вырезкой из романтической трагикомедии, и прильнула к его плечу. - Вы очень друг другу подходите, - сказала она. - Так хорошо, что вы встретились. И приехали вместе. Правда, Витя? Они такие влюблённые и ужасно милые. - Ужасно, - подтвердил он. - Я в неописуемом восторге. Мария поглядела на них и прыснула. - Виктор, ты бы хоть для приличия сделал что-то с лицом, - сказала она весело, помахав в его сторону кончиком ножа для масла. - На твоём месте я бы порадовалась за Андрюшу. В конце концов, моложе вы оба не становитесь. Подумаешь, разница в возрасте. Каких-то несчастных восемь лет! Ерунда! А встречать старость в одиночестве - худший из возможных вариантов. Обязательно нужно создать семью. И обязательно должны быть дети. Ты слышишь, Витенька? Когда я уже смогу гордо назвать себя бабушкой, а?.. Пятнадцатый год пошёл, как я жду! Энди медленно и прерывисто выдохнул. Фуко почувствовала, как у него подрагивает ладонь и чуть-чуть трясутся плечи от беззвучного смеха. Джуйс глядела на мужа с выражением слегка заинтересованной невинности на лице.  Виктор очень натурально закашлялся. - Что ты там про пирс вчера говорил? - бодро поинтересовался он. - Разваливается?.. Пойдем-ка, поможешь. Всем спасибо за компанию. Мы ненадолго. Если только не придётся менять весь настил целиком. Возможно, вернёмся только к вечеру. Как пойдёт. - Витя, не смей сбегать, - сказала Мария с притворным гневом и постучала чайной ложкой по краю чашки, призывая к вниманию. - Сядь на место и отвечай немедленно!. Сию секунду! Где мои внуки, Витя? Уверена, сам процесс ты за первый год освоил во всех тонкостях. Сколько можно тренироваться, где результат?!.. Но Виктор с Энди ретировались так быстро, что это не напоминало ничего другого, кроме как позорное бегство с поля боя. Джуйс прикрылась ладонью, деликатно посмеиваясь. - Он просто в ужас приходит, когда ты начинаешь об этом говорить, Мария, - сказала она весело. - Люблю эти моменты. Такой смущённый и забавный. Мария легкомысленно встряхнула тщательно уложенными волосами. - Но ты подумай всё-таки, - сказала она без всякого нажима. - Я никогда не думала о создании семьи, а потом появились эти двое и я поняла, что упускаю. Впрочем, мне оказалось довольно и этого. Запомните, мои дорогие, мужчины могут быть какими угодно сильными, бесстрашными и всё такое, но главные - всё равно вы. Поживёте с моё, поймёте, что я права. И не страшно было бросать всю устоявшуюся жизнь?.. Фуко поняла, что этот вопрос был адресован ей, и едва не расплескала остатки чая. - Ужасно страшно, - призналась она. - Я до сих пор, кажется, не осознала до конца. Мария понимающе поглядела на неё. - Отправляться во взрослую жизнь всегда непросто, детка, - мягко сказала она. - Но этот шаг всё равно приходится делать, рано или поздно. Надеюсь, ты сделала правильный выбор. Остаётся верить, что наш балбес тебя не разочарует. Я в своё время постаралась вложить в них обоих как можно больше хорошего, надеюсь, хотя бы отчасти это у меня получилось. Только учти, что до тридцати пяти дури в голове у мужчин хватает с избытком. У некоторых - до пятидесяти. У самых редких экземпляров она не проходит никогда. Боюсь, наш младший из последней категории. Фуко не сдержала улыбки. «Наш младший» прозвучало совсем по-семейному. Эта странная, непохожая на всех знакомых ей женщин, дама, иначе не назовёшь, за пару минут умудрилась создать совершенно непринуждённую атмосферу. Марии хотелось довериться, хотелось рассказать обо всём, что беспокоило и болело. Фуко даже с собственной матерью никогда не испытывала настолько острой потребности быть откровенной. - Ну и? - поинтересовалась Мария, будто считав её порыв. - Я жажду подробностей, дорогая. Когда ты поняла, что он - тот самый? Обожаю истории о любви. Хотя Андрей, к сожалению, совсем не романтичный. Слишком уж прямой. Что не в лоб, то по лбу, но это характер такой, это не исправишь... Хотя я столько раз пыталась. Виктор в этом плане хоть немного, но старается, а вот младший... Но я прощу тебе, если немного приукрасишь детали для большего эффекта. Ты уж порадуй старушку. Джуйс негромко рассмеялась. - Ох, - сказала она. - Если бы все становились такими старушками, как ты, в мире стало бы гораздо меньше проблем, Мария. Я, кажется, слышала что-то про Токио краем уха. Но тоже ужасно хочу узнать подробности. Все-все. Фуко сглотнула. У неё было ощущение, что её вытолкнули на лёд, под которым клубилась тёмная ледяная вода, и она не могла сделать ни единого шага, чтобы не рисковать либо позорно растянуться, либо провалиться в обжигающую глубину. - Пожалуй, да, в Токио и поняла, - сказала она негромко. - Мы совсем немного были знакомы. И ничего романтического в наших встречах не было, но это... Я сама так хотела. Мы договорились, что будем просто друзьями, пока... Не узнаем друг друга получше. - Токио, прекрасный город, - мечтательно сказала Мария. - Совершенно другой мир, как будто заглядываешь в будущее. Но на второй раз, конечно, ощущение новизны пропадает. Зато там совершенно великолепные бутики. Правда, народу на мой взгляд слишком много. Ты ведь родом из небольшого города?.. Фуко кивнула. Мария улыбнулась. - Не подумай ничего дурного, детка, но это заметно. И есть в этом что-то... Совершенно очаровательное. Нет-нет, не надо краснеть, я просто сообщаю тебе очевидное.  Я ведь уже говорила, что Андрей был бы полным дураком, если бы тебя упустил. Ты очень ему подходишь. Спокойная, милая, с прирождённой женской мудростью, которая способна обуздать эту его избыточную страсть к активности. Балансируете друг друга, как инь и янь, хотя, кажется, это из китайской культуры, но ты наверняка понимаешь, о чём я. Вы просто отличная пара!.. С первого взгляда на вас это видно. Я знаю, что говорю, не представляешь, сколько я на своём веку перевидала пар. Нет-нет, сразу видно, когда это судьба. И вы меня не переубедите. - Некоторые пары ты даже разбила, - улыбнулась Джуйс. -  Потому что это не судьба, или ты всегда была сердцеедкой? Мария раньше была актрисой, - пояснила она. - Довольно успешной. Та замахала руками. - Не говори ерунды, дорогая, по сравнению с дивами моей молодости я была просто бесталанной выскочкой, сама это всегда прекрасно понимала. Но роковая женщина - точно не моё амплуа. Я, скорее, мечта и муза, это мне гораздо ближе. Женщина должна дарить своему мужчине вдохновение на подвиги, а не загонять под каблук, - она весело поглядела на Джуйс и та, к изумлению Фуко, очевидно смутилась. - Так что там было в Токио?.. Наверняка был какой-то переломный момент. Как в кино, когда взгляды встречаются, и осознание вспыхивает первой вечерней звездой... Или что-то подобное. - А, - Фуко почувствовала, что теряет нить разговора. - На самом деле, наверное... - Она перебирала воспоминания. - Наверное, такой момент бы действительно был. Отличная вышла, в общем-то, поездка. Я боялась, что устану, но как-то об этом даже не думала. И всё было... хорошо. Мы уже собирались возвращаться, было довольно поздно. И тут нас решили ограбить какие-то ребята. Мария всплеснула руками. - Боже, неужели в Токио такое бывает? Никогда бы не подумала. Это же просто ужасно, дорогая. Было страшно?.. Джулия, детка, завари ещё чаю, будь добра. У тебя это получается просто невероятно. Талант!.. Страшно - не совсем правильное слово, подумала Фуко, но медленно кивнула. - Я так испугалась, что у меня ноги не шли, - сказала она. - Но Энди... Просто поднял меня на руки. И отнёс в машину. Я даже не успела понять, что как произошло, так сильно испугалась и так быстро он с ними... Разобрался. И я... Всё в этот момент и поняла. Что он... особенный. - О, - Мария прижала руку с совершенно идеальным маникюром к губам. - Боже, как в кино!.. Так романтично, хотя и ужасно страшно. Опасность, в которой просыпается острота чувств. И непременно первая звезда вспыхивает над сумеречным мегаполисом ровно в тот момент, когда встречаются взгляды. Джуйс из-за её спины одобрительно кивнула Фуко. Ложь, сотканная из обрывков правды, видимо, удалась наславу. - Мы некоторое время потом не виделись, - проговорила Фуко, чувствуя, что должна довести историю до логического конца. -  Потом Энди приехал попрощаться, сказал, что уезжает и скорее всего, навсегда. Казался грустным. И я... У меня, в общем, не было выбора, - она улыбнулась, стараясь, чтобы это не получилось у неё слишком вымученно. - И вот я здесь. С ним. Мария, кажется, прослезилась. - Так похоже на историю моей первой любви, - сказала она, деликатно трогая кожу под глазами уголком элегантно свёрнутой салфетки. - Я тоже не думала ни минуты. Он был военным лётчиком из Германии, а я была на гастролях в Париже. В первый раз за границей. Совсем юная, прямо как ты!..  Он был вдвое меня старше и к тому же, женат!.. Боже, это был такой мезальянс, но нам было всё равно. Мы сбежали через день после знакомства. Сначала на Сицилию, потом - на остров Мадейра. Лучшие три месяца в моей жизни, детка. Жаль, что это не продлилось дольше. Я была молода и совсем не понимала своего счастья. Мне нужна была карьера, мне хотелось покорять вершины. Пожалуй, он был единственной моей настоящей любовью, первой и последней. Остальных я зачем-то постоянно сравниваю с ним. И пока никто не дотянул до моего идеала. У Фуко слегка кружилась голова. Джуйс поставила на стол чайник, из носика которого вилась тонкая струйка пара, и глянула в окно. - Мальчики возвращаются, - сказала она негромко. - Мария, пожалуйста, сделай небольшой перерыв. А то Виктор явно придумал, какие оправдания на этот раз должны сработать. По лицу вижу. Слишком уж он довольный. Та легко улыбнулась, постукивая чайной ложечкой по фарфоровому блюдцу. - Ну конечно, моя дорогая, - сказала она легко. - Пусть немного расслабится. Тут-то и получит сполна. *** С появлением Марии общее расслабленное и ленивое настроение сменилось кипучей деятельностью. Из граммофона, который до того Фуко не замечала, лился ненавязчивый джаз и опереточные партии, так что приходилось разговаривать громче обычного. Все постоянно перемещались по дому и в основном - по гостиной, что-то готовили, доставали, открывали, проверяли и расставляли. Керамическую посуду, которой они пользовались до этого, сменил извлечённый из недр шкафа-витрины под лестницей фарфоровый сервиз. На столе появилась скатерть и хрустальные точёные бокалы. Мария колдовала над ростбифом, в кое то веки отогнав Виктора и Энди от кухни, но зато заставила их снимать шторы с окон, чтобы сменить тёмно-синие на тёмно-зелёные, более подходящие к летнему сезону. - Мам, ну вот оно точно надо? - возмутился было Энди, балансируя на шаткой складной лестнице. Он пытался отцепить от ткани мелкие крючки, и получалось у него из рук вон плохо. - Они же одинаковые!.. - Нет, - в один голос отозвались Фуко, Джуйс и Мария. - Совершенно разные!.. - Да один и тот же цвет, вы гоните, штоле?!.. В смысле, я совершенно не вижу разницы, потому что оттенки почти совсем одинаковые, милые дамы. - Это - еловый, - подсказал ему Виктор. Со своим окном он справился быстрее и ловчее. - А это - полуночный синий. Энди одарил его удивлённым взглядом. - Не спрашивай, - процедил Виктор сквозь зубы. Потом, когда шторы были всё-таки заменены, еда оказалась на столе и оглушительно хлопнуло шампанское, они ели, болтали, перекрывая сменивший бодрые мелодии блюз, смеялись, вспоминая всяческие забавные истории исключительно гражданского, впрочем, характера. Фуко настолько не привыкла к такому шуму, что к закату у неё ощутимо заломило в висках, и голова кружилась не столько от вина, сколько от обилия информации. - Прогуляемся? - спросил у неё Энди негромко. Он наклонился к ней так низко, что она, обернувшись, едва не стукнула его по носу. - Можно, - согласилась она. Энди поднялся, тронул её за плечо. - Мы пойдём сообразим костёр, - объявил он. - Джаза было достаточно, дамы и господин, пора вспомнить старые добрые песни под гитару. Кто за?.. Мария лукаво поглядела на него. - Я воздержусь, - сказала она, покачивая в пальцах тонкий бокал. - Но вы, молодёжь, развлекайтесь. Пожалуй, я пораньше отправлюсь спать. В конце концов, завтра вечером у меня рейс в Вену. Один мой знакомый фотограф как раз открывает выставку своих работ, и я непременно обязана поздравить его с оглушительным успехом. А он несомненно будет, поскольку на большей части полотен - я в самом расцвете юности и красоты. Ах, это так трогательно. Виктор поглядел на неё странным долгим взглядом и тоже встал. - Помогу отнести вещи, - сказал он легко. - Почему ты прилетаешь всегда ненадолго, но с таким количеством багажа, а?.. Мария взяла его под руку и похлопала ладонью по его предплечью. - Ну, жизнь - сплошное приключение, - сказала она весело. - Нужно быть готовой к любому повороту. Не могу позволить себе выглядеть не шикарно. Была бы чуть моложе - летала бы с рюкзаком, но чем старше становлюсь, тем больше обрастаю необходимыми вещами. Поймешь, когда тебе шестьдесят стукнет, юноша. После этого рубежа происходят невероятные открытия! Они вчетвером вышли на улицу, и Энди повёл Фуко в сторону от изящного одноэтажного гостевого домика, к берегу реки и пирсу, от которого теперь пахло свежим струганным деревом. - Как допрос? - поинтересовался он, не глядя на неё. - Туго пришлось?.. Фуко глубоко дышала, втягивая носом прохладный вечерний воздух. За лесом по ту сторону реки медленно опускалось солнце, окрашивая небо в предсумеречные оттенки розового и лилового. - Не очень, - сказала она. - Я вспомнила, как ты говорил, что лучше не врать, а рассказать просто не всю правду. Так и поступила. Получилось довольно складно. Мария вроде поверила. Даже расчувствовалась. Энди недоверчиво хмыкнул. - Всплакнула и вспомнила свою первую любовь? - сказал он задумчиво. - Ну... да. Энди вздохнул, остановился на берегу и поглядел на Фуко, чуточку щуря синие глаза. - Лучшие три месяца в жизни, - сказал он. - Но потом она всё равно пристрелила бедного Ганса. Или как там его звали. Хотя он, судя по всему, действительно её любил. Работа есть работа. Почему-то она всегда вспоминает именно эту историю. Может, и правда она самая яркая. Кто уж теперь разберёт. Фуко уставилась на него с ужасом. Энди смотрел на неё так внимательно и улыбался так же, как тогда, за завтраком. Правда, на этот раз с грустью, но всё равно непохоже на себя обычного. - А ты думала, она просто взбалмошная пожилая дива?.. - Да, - сказала Фуко честно. - Она странная, но очень приятная. Не выглядит так, будто может кого-то запросто убить. - Умеет быть приятной, - уточнил Энди. - А пристрелит за милую душу. Нет, я люблю её, и Виктор тоже. И она нас, как если бы мы и правда были её детьми. Но вот насчёт всего остального... Она с твоего возраста в профессии. Правда сейчас от дел отошла. Но у неё крайне много полезных знакомств, и совершенно необъятное количество информаторов. Нам нужна была помощь, так что она любезно согласилась подсобить своим непутёвым сынишкам. Не слишком обольщайся на её счёт. Она наверняка ни единому твоему слову не поверила. И моему тоже. И, скорее всего, ещё до приезда сюда уже знала, что случилось. Так что просто продолжай подыгрывать. Мы все здесь в каком-то смысле живём жизнь, которая нам не принадлежит. Иногда очень хочется чуточку нормальности. Даже такой. Но весело же было?.. Согласись. Семейный вечер, байки всякие. Прямо идиллия. Фуко смотрела на реку, в котрой отражались всё ярче разгорающиеся на небосводе краски. - Ты мне это рассказываешь, чтобы я не расслаблялась? - устало сказала она. - Никому нельзя доверять, это ты имел в виду?.. Он подошёл чуть ближе, тронул её за плечо - совсем легко, будто удерживал руку на весу, только чуть-чуть позволив ощутить тяжесть ладони. - Нам можно, - сказал он негромко. - Виктору, Джуйс, Марии, пожалуй, и мне. Но только нам. Я обещал за тобой присматривать, поэтому и рассказал всё, как есть. Чтобы ты учитывала на будущее. Ты должна научиться... Не доверять. Не только, когда чувствуешь угрозу. Даже если кто-то кажется тебе совершенно безобидным, вообще не факт, что это и вправду так. Фуко глядела на него и подсознательно понимала, что он пытается до неё донести. Но это опять шатнуло её обратно в нереальную реальность, полную тоски по дому и отчаяния такого горького, что она непроизвольно сглотнула. Энди чуть склонился к ней, пристально глядя в глаза. - Эй, - сказал он мягко. - Опять плакать собралась? Она не собиралась, но он всё равно тронул её щеку, как будто проверял, не стали ли её слёзы невидимыми. Что-то было знакомое в этой сцене. Какое-то странное ощущение дежавю. Будто она видела нечто подобное в фильме, или представляла, читая, или мельком подглядела во сне. Закат пылал, выжигая облака неровными полосами. Рядом тихо плескала по гальке вода, хотя Фуко казалось, что она вот-вот заревёт и накроет их бурным потоком, свернув с привычного русла. Лес на противоположном берегу казался высокой защитной стеной, сквозь которую не было видно ни единого просвета. Она смотрела на Энди, как всегда, снизу вверх, и он касался её так легко, что она почти прикосновений и не ощущала - и это было странно, потому что должно было быть совсем не так. Его ладонь скользнула ей на затылок, по волосам, и он дёрнулся назад, будто его ударом тока отбросило, мгновенно её отпуская. Над ними по темнеющему небу медленно скользили облака с пылающими алым и золотым подбрюшьями. Где-то над домом, возможно, замерцала тусклая ещё и слабая самая первая звезда. Фуко глядела на его совершенно искренне растерянное лицо. Энди помотал головой и коснулся лба над левой бровью -  там, где тонкой вертикальной полоской остался почти незаметный шрам. Поднял взгляд к небу, перевёл на лес, моргнул пару раз, будто бы не ожидал его увидеть. - Прости, - сказал он с явным недоумением. - Мне просто показалось... - Что?.. Энди потрогал лоб ещё раз, оглянулся на дом, светившийся во всё сгущающихся сумерках, как рождественский фонарь. - Ничего, - сказал он. - Какой-то шум, может, от реки. Или Джуйс решила избавиться от моей гитары прежде, чем я до неё доберусь. Превентивная ликвидация, так скажем. Он повернулся, чтобы уйти, и Фуко, не веря, что вообще это делает, схватила его за рукав. Просто чувствовала, что должна. Схватить покрепче и не отпускать ни за что на свете. Закатное небо так алело, что казалось не настоящим, а нарисованным. В жизни таких цветов просто-напросто не бывает. - А ну стой, - сказала  она, поддаваясь странному порыву, растущему из самой глубины её существа. - Ты что, собирался меня поцеловать?.. Энди моргнул, будто только-только сам это понял. - Что? Да нет, конечно. Просто беспокоился, что ты опять плачешь. Не выношу вида женских слёз, знаешь ли. Тем более, когда это твои слёзы. И опять из-за меня. - А ну не ври, - почти прикрикнула Фуко, и он слегка потянул рукав из её пальцев. - Собирался же? Так почему не стал?.. Он уже совсем недвусмысленно дёрнул рукой, высвобождаясь, и сердито - в первый раз по-настоящему рассердившись именно на неё, - прочесал пятерней волосы. - Спятила? Ничего я не собирался! Просто... Дежавю. Мозг, бывает, играет такую штуку. А я так привык всё вообще контролировать, что аж растерялся. - То есть, ты всё-таки не хочешь,- подвела Фуко итог, почувствовав, как схлынул придавшей ей одновременно сил и смелости порыв, оставляя совершенно ужасающих размеров ощущение неловкости от того, что она только что наговорила. - Всё с тобой ясно. Ну и... Ну и ладно. Энди вздрогнул, как будто его ударили под дых. Зло скривил губы. - Да ну нахрен, - сказал он негромко. Фуко почувствовала, как его ладонь крепко обхватывает её бок, и вторую руку - на затылке. Его пальцы смяли и стянули ей волосы, когда он подтащил её ближе, заставляя запрокинуть голову. Она даже не успела ничего понять - так быстро всё произошло. И он её всё-таки поцеловал. Он так ощутимо злился на неё, и Фуко почему-то решила, что это обязательно должно быть грубо, может быть, даже неприятно, заведомо агрессивно. Но ничего подобного не ощутила. Только лёгкое прикосновение, неожиданно мягкое. Какую-то надрывную нежность. Поцелуй не был страстным, не имел ничего общего с вожделением и был почти наверняка лишён всякого плотского подтекста. Это тоже было неправильно и не так, как должно было. Не так, как ей снилось. Во сне всё было быстро, рвано, отчаянно и так остро, будто бы в первый и последний раз. Она помнила ощущение невесомости и то, какую невероятную, нечеловеческую и тёмную силу ощущала рядом с собой. То, что происходило в реальности, не имело с этой силой ничего общего. Он даже не пытался разомкнуть ей губы, чтобы сделать поцелуй глубже. Не стискивал её до синяков, и его дыхание оставалось лёгким, хотя и сбилось с ровного ритма. Фуко почувствовала, как горят щёки, попробовала отстраниться - и он тут же её отпустил, но ровно настолько, чтобы можно было снова друг на друга взглянуть. У неё мелькнула мысль, что вся эта осторожность в его прикосновениях связана с тем, что он считает её слишком юной и неопытной, какой она, конечно и была. Просто она практически настаивала на этом - и Энди, разозлившись, назло её послушался. Но она оказалась не права. Это было понятно просто по его выражению лица. По тому, как округлились его глаза и как он замер, будто только что проснулся и не понимал, где находится. Такое сыграть было невозможно. Настоящие, неподдельные, неосознанно отчеканенные в мимике эмоции. Они с полминуты глядели друг на друга, будто бы оба слегка потерялись во всех четырёх измерениях сразу. Энди взял себя в руки первым.   - Что? - сказал он, будто стряхнув свою растерянность, и снова улыбнулся. - Настолько плохо целуюсь? Извини. Не так часто практикуюсь, как хотелось бы. Фуко знала, что у неё пылает лицо, но надеялась, что закатные отсветы это хорошо скрывают. - Не знаю, - отозвалась она. - Сравнить-то мне не с чем. Он почувствовал, как она упирается ему в грудь ладонями, отстранил её ещё немного и виновато сгорбился. - Это что, был твой первый поцелуй? Да уж. Извини, но ты сама меня вынудила. Ты бы хоть... предупредила, я не знаю. Фуко возмущенно скрестила руки на груди, будто открещивалась от него и всего, что он говорил. До неё постепенно, очень медленно доходило, что именно только что между ними произошло. На душе становилось всё гаже и гаже. - Ну ясно, - задумчиво сказал Энди. И просто сгрёб её в охапку, не уточняя, что именно ему стало ясно, притискивая к себе медвежьим объятьем, не оставляющим ни единой возможности освободиться. - Пусти, - пропыхтела Фуко ему в грудь, но он только легонько выдохнул ей в макушку и стиснул ещё крепче. - Нет, - твёрдо сказал он. - Это, конечно, всё жутко забавно, но вот ни хрена на самом деле не смешно. Почему я рядом с тобой постоянно чувствую себя мудаком? А хуже - веду себя так же?.. Она замерла, не до конца его понимая. Энди тяжело и гулко вздохнул, погладил её по волосам. - Ты мне нравишься, - сказал он после некоторого раздумья, явно тщательно подбирая слова. - Вот тебе правда номер один. Понятия не имею, почему, это номер два. Просто... Так есть. В плане нашего договора по поводу подкатов - имей в виду, сейчас я совершенно серьёзно. Но, поскольку, - он сделал паузу, сглотнул, явно отчаянно пытаясь подобрать печатные выражения. - ...Поскольку я изрядно сглупил, знакомство у нас не задалось. Мягко говоря. Я это тоже понимаю. Я готов ждать, сколько будет нужно, даже если ты в итоге решишь, что нахрен я тебе нужен. И всё, что ко мне прилагается, тоже. А прилагается дохрена всего неприятного. Он отпустил её, только договорив. Фуко шагнула в сторону, едва почувствовала свободу, и уставилась на него. - Я не знаю, правда это на самом деле или нет, - сказала она, как будто пощёчину ему влепила. - Я вообще не понимаю теперь, что такое правда. Может, и нападения никакого не было. Может, это все специально. Спектакль огромных масштабов. - Чтобы тебя выкрасть? - грустно улыбнулся он. - Ну да, а я пожертвовал плечом, чтоб было достоверно. - Небольшой просчёт, - съязвила она. - Но всё же в порядке, да? - Всё нихрена не в порядке, - холодно сказал Энди. - Ни разу вообще, даже близко нет. Спектакль, ага. Я должен сейчас Виктору помочь, чтобы нас всех не взорвали, не сожгли и не перестреляли. Выяснить, кто в отряде крыса и пресечь утечку информации, потому что нас пасут на каждом шагу, Фуко. Это кто-то из своих, кто-то очень близко. А вместо этого я стою тут и пытаюсь с тобой объясниться. Потому что это, блядь, оказывается, важнее!.. Понимаешь ты или нет?! - С чего бы это важнее?! - крикнула она ему в лицо. - Да хрена с два я знаю! - отозвался он так громко, что эхо от его голоса разнеслось над рекой и застряло где-то в ближайших к берегу елях. - Просто потому что важнее, и всё тут! Чего ты от меня хочешь?!.. Он так разъярился - с пол-оборота, с единственной безобидной фразы, что будто стал выше ростом. И Фуко поняла, что ничерта он не бесстрашный. Прямо сейчас он боится до того, что позволяет себе почти в полной мере показать ярость, только чтобы было не видно страх. Потому что он говорил правду. Всё было не в порядке. И он совершенно точно хрена с два знал, что с этим делать. Не с отрядом, Виктором и работой. С ней, с Фуко. Они оба тяжело дышали, стоя в каком-то метре друг от друга. - Не пытайся со мной играть, - сказал он наконец сипло и резким движением отбросил чёлку со лба. - Я это ненавижу. Я тебе уже сказал, что лгать и недоговаривать не собираюсь. Хватит с меня. И с тебя. Так что не надо мне вот этого вот всего. Чего «всего», он не уточнил, но Фуко догадывалась. - Эй, - крикнула Джуйс почти от самого дома. - Может, вместо того, чтобы орать друг на друга, все вместе поорём под гитару? Я готова. И мерло во мне тоже готово!.. Энди глянул в сторону дома и почти сдержанно улыбнулся. - Мерло готово, - повторил он. - Пойдём. Надеюсь, нас слышала только Джуйс. Завтра она об этом вряд ли вспомнит, раз согласна на гитару. У нас... в целом порядок? Просто чтобы я знал. Фуко кивнула, точно зная, что никакого порядка не может существовать в принципе. *** Она оказалась совершенно права. Просто несколько часов они сидели у костра, снова окунувшись в веселье и нормальность. Энди с Виктором передавали друг другу гитару, перебирали струны, спорили и смеялись, пели то хором, то по отдельности, по очереди промахивались мимо нот и угорали друг над другом по этому поводу. Их низкие голоса отлично подходили к такому антуражу - когда рядом река, на песке горит костёр, все заняли места на обструганных брёвнах. Они вчетвером тянули подогретое вино из термоса, передавая друг другу металлическую кружку, вспоминали истории из детства и книг, разрозовевшаяся Джуйс рассказывала страшилки, так смешно изменяя голос, что её было не узнать. Виктор страшно пугался и то и дело отворачивался, чтобы выдохом прогнать смех. Энди просто ржал в кулак, не стесняясь, но в нужных моментах пугался ещё натуральнее. Расходиться собрались далеко за полночь - все, кроме Энди. -  Я ещё посижу, - сказал он в ответ на вопросительный взгляд Виктора и легко перебрал струны, исторгнув из недр гитары какой-то отдающий не то Мексикой, не то Испанией, мотив. - Вспомню песни, которые в вашем приличном обществе исполнять мне запретили. Но хочется жеж. Когда ещё смогу. Когда тебя всё зае.. Гм. Давайте валите уже, а?.. Джуйс, которая всё это время тянула Виктора за руку, неловко развернулась. Он придержал её, выдав самую, пожалуй, нежную улыбку из своего немногочисленного запаса. - Фуко? - поинтересовалась Джуйс, протягивая руку. - Слышала? В приличном обществе. Сейчас из цензурной речи будут только предлоги. Не рекомендую оставаться. Фуко очень хотелось упасть в кровать, свернуться калачиком и проспать по меньшей мере часов десять. Но она нутром чувствовала, что сейчас уходить не нужно. Иначе всё это закатное наваждение превратится из случайной глупости в нечто совершенно иное. В воспоминание, которое ещё больше оттолкнёт их друг от друга. Фуко не была уверена, что этого хочет. Даже если в ней говорил пресловутый стокгольмский синдром. Даже если разум подсказывал, что лучше уйти и сделать вид, что у них, как выразился Энди, порядок. Она покачала головой, сама до конца не веря, что приняла именно такое решение. - Я тоже ещё посижу, - сказала она и помахала Джуйс и Виктору, который, казалось, этим её ответом был доволен. - У меня всё равно очень плохо со сленгом. Во всех языках. Энди перебирал струны, касаясь их совсем невпопад, но мелодия будто сплеталась сама собой, втягивая в себя и плеск воды, и шорох песка под удаляющимися шагами. - Сленг - штука полезная, - сказал он. - Есть шутка про то, что, чтобы отдать команду в армии, на английском нужно десять секунд, на русском - двадцать, на французском - двенадцать, а на всех вариантах матерного - втрое меньше. - Это как? - не поняла она. Он ухмыльнулся. - Потому что можно сказать «орудие к бою, целься, координаты, огонь по готовности!» а можно просто «хреначь». Смысл один и тот же. Все обычно понимают, в какую сторону хреначить надо, заранее. Он прижал гриф рукой, оборвав мягкую мелодию, подумал, перехватил лады и резким движением рванул струны сверху вниз, раз, ещё раз, и снова, в частом, агрессивном ритме. Прислушался к тому, как затихает звук, который будто бы уносился в ночной туман вместе с чёрной речной водой. - Ты чего спать не пошла?   Фуко с невероятным усилием подавила зевок. - Не хочу пока, - сказала она. - Решила составить тебе компанию. Мне уйти?.. Энди задумчиво посмотрел на неё, отставил гитару и подкинул в костёр полено, выбивая из углей всполохи ярких искр. - Как хочешь,- односложно сказал он. Подумал, похлопал по карманам старой потёртой куртки, вытащил измятую почти до мягкости пачку сигарет, воровато оглянулся на дом, в котором уже погасли все огни, кроме лампы на крыльце, и, подпалив в костре тонкий прутик, прикурил от него. - Виктор меня гоняет с куревом, - пояснил он в ответ на вопросительный взгляд Фуко. - Да я так-то и не курю толком. Держу пару штук на случай ностальгии. Сейчас просто что-то вспомнилось. Река, лес и ничерта вокруг на двести километров. Металлическая кружка, костёр и гитара, древняя, как говно мамонта. Правда, пили мы разбавленный спирт и курили самокрутки. Как только умудрились не ослепнуть, удивляюсь. Где мои семнадцать лет. - Ты всё придумываешь,- оторопело сказала Фуко. Её семнадцать лет проходили в ритме учебного расписания, школьных активностей, которых не удавалось избежать, чтения в окружении домашнего уюта и походов по кафе с Юко. - К сожалению, нет, - проговорил Энди. Он глубоко затянулся и выбросил наполовину выкуренную сигарету в костёр. - Правильно Мария про возраст говорила. Чем старше становлюсь, тем больше её понимаю. Может, когда-нибудь пойму полностью. Если повезёт. - Повезёт, - Фуко поглядела на него, подвинулась чуть поближе, ёрзая на жёстком бревне. - Ты же сам говорил, что ты офигенно везучий парень. - Угу, - отозвался он задумчиво.  - Но лучше бы не влипать в ситуации, когда мне везёт. И ты довольно бездарно изображаешь бодрость, кстати. Что-то хочешь мне сказать без лишних ушей - говори. Я весь внимание. Он этими словами будто по носу её щёлкнул. Фуко замерла и даже чуточку подалась в сторону от него. Энди это, конечно, заметил, ругнулся под нос и выудил ещё одну сигарету - последнюю, как она видела. Медленно прикурил и глубоко затянулся, выпуская дым в чёрное, усеянное россыпью светлячков, небо. Поглядел куда-то наверх, хмыкнул негромко. - Смотри-ка, - сказал он, указывая кончиком зажжённой сигареты куда-то вверх. - Метеорит. Он же - падающая звезда. Давай желание загадывай, пока он не сгорел окончательно. Ей очень хотелось, чтобы метеорит непременно долетел до земли и вдарил прямо в них обоих. Тогда не пришлось бы продолжать этот разговор и произносить те слова, которые Фуко собиралась. Они бы просто исчезли из этого мира мгновенно, в рёве пламени и вспышке света. Как она сама исчезала в собственном сне. Там, во сне, кто-то её оберегал. Кто-то сильный, кто ассоциировался у неё с лазурью, серебром, чернотой, золотом и кармином. Кто-то, кто пытался принять на себя предназначенную для неё боль от разрывающего клетки тела, до последней секунды, пока сам не распался на фотоны. Энди тоже её оберегал. По-своему, насколько это было возможно в реальности. Пытался, по крайней мере. Фуко поглядела на тонкую полоску света, которая, точно надрез скальпеля, рассекала ночное небо. - Хочу помириться, - сказала она так, чтобы Энди точно услышал. - Хочу, чтобы всё было на самом деле в порядке. Хочу, чтобы мы познакомились нормально. Ещё раз. Он не смотрел на неё, но она видела, как он удивлённо приподнимает брови. Как смотрит наверх, где в атмосфере сгорают целых три её желания. Как затягивается дымом, длинным вдохом сжигая табак, точно свои сомнения. - Вот ты дурочка, - сказал он негромко, когда метеор мигнул в последний раз и пропал из виду окончательно. - Вслух же нельзя говорить. Не сбудется нихрена. Фуко пожала плечами. - Но что-то ведь точно сбудется, - сказала она, отмахиваясь от табачного дыма. - У меня не такие уж и невероятные желания. Он негромко рассмеялся, опустил голову, позволяя встрёпанной неровной чёлке упасть на лоб. Затянулся ещё раз, и щелчком отбросил окурок в огонь костра. - Ладно,- сказал он, мешая дым напополам со словами. - Я тебя понял, наверное. Одно тянет за собой автоматом второе и третье. Давай знакомиться. Привет, меня зовут Андрей, но ты можешь звать меня Энди, потому что наверняка ужасно коверкаешь моё имя. Мне двадцать шесть. Я умею убивать людей, стреляю из всего, что стреляет, кроме лука, вожу все виды того, что может ехать, и иногда даже то, что может летать. У меня есть брат и невестка, и оба они мои начальники. Ещё есть мама, которая мне не мама, кстати, она тоже отлично стреляет. Я шикарно готовлю, немного играю на гитаре, пару месяцев назад расстался с девушкой, потому что через три года отношений вдруг понял, что мы друг другу не подходим. Возможно, я не очень проницательный. Женат не был, детей нет. Есть, полагаю, какая-то недвижимость, но что и где - не имею понятия. Хочу когда-нибудь завести собаку, но работа не позволяет. Вроде всё сказал. О, я, возможно, бросил курить. Только что. Но если честно - уже не в первый раз. Фуко глядела на него так пристально, что Энди притворно нахмурился. - Что? Сама хотела познакомиться нормально. Считай, что это, не знаю, анкета такая. Теперь думай, в какую сторону свайпнуть. Нахер всё, что было до. Вот тебе выжимка из правды. Сама решай, соглашаться или нет.   - Собаку? - спросила она так неожиданно, что он растерял всю свою серьёзность. - Ты хочешь собаку?  - У меня никогда не было собаки, - проворчал Энди неловко. - А это, на мой взгляд, лучшее, что может произойти с человеком. Найти свою собаку. Что ты ржёшь, Фуко? Мы тут вообще-то о важных вещах говорим!.. Она предпочла умолчать о своих ассоциациях. С той самой ночи, когда он пришёл совершенно пьяный в спальню, улёгся рядом с ней, как будто так и надо, обнимал её, когда она потерялась на границе сна и реальности, а потом, будто почувствовав опасность заново, просто привалился поближе, зевнул ей в лопатку и одним своим присутствием разом отогнал все кошмары. Ни дать, не взять - верный служебный пёс, натренированный пресекать приступы паники. Он об этом, конечно, не имел никакого понятия, потому что спал совершенно беспробудно. Зато Фуко помнила ощущение тяжести от его руки на боку и тепло вдоль спины, которое на удивление совсем не раздражало. - Ладно, - сказала она, глядя на огонь над поленьями, который плясал, отдавая вверх, точно жертву, колеблющийся столб горячего воздуха. - Куда нужно... свайпнуть?.. Чтобы было понятно, что всё это... окей?.. Энди, потянулся и она вдруг поняла, что до этого самого момента он сидел, напрягшись, точно стальная пружина. Он поглядел на неё искоса. - В Тиндере, значит, мы не сидим, - сказал он негромко. - Хочется сказать, что вверх, но пока будем считать, что вправо. Вправо - вполне окей. Теперь ты. Фуко даже немного растерялась. - А что говорить? - уточнила она. - Ты всё про меня знаешь. Он рассмеялся. - Представь, что анкету заполняешь. И я знаю не так уж много. Давай, Фуко, постарайся. Я вон всю правду-матку выложил. Мы ведь заново знакомимся. Сама пожелала. Начни, что ли, с «привет, меня зовут», а там дальше само пойдёт. Это было ужасно глупо, и совершенно бессмысленно, наверное. Фуко подумала, поглядела на огонь, который так яростно вгрызался в полено, что оно пощёлкивало и выбрасывало в стороны мелкие камушки искр. - Привет, - сказала она огню. -  Меня зовут Фуко. Я в этом году заканчиваю школу и совершенно не знаю, куда двигаться дальше.У меня есть папа, он работает на скучной офисной работе, и никак не соберётся издать свой первый роман. И мама, которая мечтала стать айдолом, но у неё не получилось, хотя она очень красиво поёт. Я люблю читать, и не важно, что  - книги или мангу. Я боюсь призраков и высоты. У меня нет вредных привычек. Иногда мне снятся очень реальные сны. Я люблю животных, чтение и фильмы, только не очень страшные. И я совершенно обычная девушка из провинциального города. Но на самом деле я хочу... -  она помедлила. - Хочу жить по-настоящему. Хочу посмотреть мир. Хочу когда-нибудь почувствовать себя сильнее. И завести собаку. Энди смотрел на неё очень пристально, но она, к своему удивлению, совсем не смутилась. - Про собаку ты добавила ради меня, - уточнил он, и Фуко рассмеялась, с таким подозрением он это проговорил. - Нет, - сказала она. - У моих родителей аллергия на все живые существа в мире. Даже на рыбок. Собака или кошка - моя мечта. Наверное, всё-таки собака. Большая, лохматая, чтобы могла меня защищать.   Энди ухмыльнулся. - О, аллергия на всё, прям как у моего бати. Даже бронированной от природы черепахе в наш дом путь был заказан. Значит, большая лохматая собака. Ладно, я понял. - Это окей? - на всякий случай уточнила Фуко. - Всё остальное? - Это с самого начала был свайп вверх, - сказал он весело. - С фотки в профиле, так сказать. Если уж мы играем в Тиндер позволю себе продолжить. Фуко почувствовала себя немного неуютно. Некстати в памяти всплыли переписки и фотографии, которых она предпочла бы никогда не видеть. Она подтянула свои одёжки, расправляя ткань впереди, чтобы её грудь не так выделялась. Энди почему-то рассмеялся, глядя на её потуги. - Я пытаюсь сказать, - выдавил он, - нечто проникновенно романтическое. Это мне всегда даётся с трудом. Зачем ты в тот же момент... Ладно, вернёмся в наш Тиндер. Твоя фотка, да. Точнее, какой я тебя запомнил.  Ты стоишь под уличным фонарём, но свет падает сзади. У тебя совершенно бездонные глаза в темноте. Жакет этот твой безразмерный чуть распахнут. И ты испугана до чёртиков, но от этого не становишься менее красива. Это как я помню, конечно. А вот ты меня на первой встрече наверняка запомнила, как манька,  только и ждущего девицу, чтобы уволочь её в укромный уголок и надругаться?.. Фуко была так ошарашена его словами, что фразу про маньяка поняла не сразу. - Да, - сказала она негромко. - Думала, ты меня убивать собрался. Бездонные глаза? Когда у меня распахнулся жакет?.. - Это просто фотка в Тиндере, - Энди потянулся и легко пихнул её кулаком по колену. - Вкратце - ты растерянная, в своей форме и красивая до ужаса. Последняя фраза прозвучала для Фуко, как триггер. Она припомнила сообщения, которые ей присылали. «Ты такая красивая», «Хочу тебя до боли», « Захвати свою форму». «Тело просто класс, я покажу тебе рай, детка».. Энди подкинул ещё одно полено в огонь - Ты всегда красивая, - сказал он, не глядя на Фуко. - Мне не по вкусу то, что выбирает Джуйс, но должен признать, тебе офигительно идёт. Мне вообще кажется, что тебе всё идёт. Даже мои старые футболки. - Так ты видел?!.. Он очень постарался улыбнуться виновато, но вышло всё равно слишком весело. - Фуко, там на спине была надпись, которую я, пьяный и сонный, да даже если б был полумертвый, узнал бы. У меня с ней, можно сказать, год жизни связан неразрывно. Я не против, что ты у меня спёрла футболку. Было время, когда я истово фанател от панк-рока. И мы всё ещё в Тиндере. Я с нетерпением жду. Она подумала, покачавшись вперёд-назад. Ягодицы зудели от долгого сидения на неудобном бревне, и даже поролоновая сидушка от этого не спасала. - Если бы выбирала я, - сказала Фуко задумчиво, и Энди, как ей показалось, навострил уши. - Я бы выбрала фотку из котокафе. Просто, когда я вошла, ты гладил кота, и ему ты нравился. Это было очень... мирно. И выглядело мило. - Ага, - сказал он, посмеиваясь. - То есть, ко мне должен подманивать кот. Что, неужели по японским стандартам я настолько... не очень?.. Фуко прикусила язык. По любым стандартам он был неплох. Высокий, со светлой кожей, светло-русыми, отливающими сталью, волосами, светлыми, по сравнению с её собственными, глазами. Синими, как васильки. В хорошей форме и чертовски ладно сложён. - Давай я придумаю, - сказала она торопливо. - Ничего, если всё будет неправда? Он, улыбаясь, помотал головой. Фуко призадумалась. - Если фотку в приложении для знакомств, - сказала она уверенно. - Тогда нужно, чтобы ракурс был немного снизу. На фоне - море и пальмы. Ты как будто бы собрался туда, но обернулся на фотографа. Ты улыбаешься, потому что ты часто улыбаешься. На тебе льняная рубашка, цветастая, и она расстёгнута. Энди прыснул. - Льняная рубашка, серьёзно? Фуко, я даже не знаю, что сказать. Расстёгнута? Чтобы было больше тела, это я понял. Кота отметаем, начинаем продавать тело. - Я не то имела в виду, - проговорила она.  - Помнишь тренд «следуй за мной»? Что-то в таком духе. - Не, - сказал он очень серьёзно. - Это тоже не то. Слишком не я. Чаще всего я не в восторге от того, что за мной следуют. Подумай ещё, а то мне становится не по себе. Как будто бы моя привязанность не так уж взаимна. И это неловко. Она не совсем поняла, что Энди имел в виду, но всё равно призадумалась. Он до сих пор оставался для неё непонятным. Уже не таким чужим, впрочем. Он целовал её - в первый раз кто-то её целовал! - а Фуко до сих пор не понимала, какой он на самом деле. Восприятие сбивалось с толку, сталкивая то, каким он был в жизни, каким ей только казался, и тем образом, который неизменно присутствовал в её снах. Как размытое и не имеющее физической оболочки воспоминание, и с Энди оно было совершенно не связано. Просто Фуко точно знала, что оно - символ идеала.  И что Энди частично под него подходит. - Тогда я бы просто сфотографировала тебя сейчас, - сказала она уверенно. Он так искренне удивился, что замер с очередным поленом в руке. - Чего?.. - Прямо сейчас, - уточнила Фуко. - Это будет самая лучшая фотография. Для... Этого Тиндера. Ты тут будешь настоящий. С гитарой рядом, у костра, который тебе нравится. С сигаретой,хотя лучше бы без неё. Ты и вне всего этого... - она поискала слово, и не была уверена, что нашла правильное. - Симпатичный. Но сейчас, в этом моменте, ты настоящий. И уже целую вечность не трогал свою чёлку. Прогресс. Он неосознанно зачесал волосы назад, ото лба к макушке, и вдруг громко расхохотался, откинув голову назад. Так искренне, и так свободно, что Фуко несмело присоединилась к его смеху. - Ах ты ж, - выдохнул Энди между приступами смеха. - К психологу вместе пойдём. Ты со своим стокгольмским синдромом - ты об этом точно думала, я знаю. И я - с обсессивно-компульсивным расстройством по поводу чёлки и прочим. Хотя нет, всё ж можно проще решить. Он ухватил Фуко за руку, подтянул к себе, близко, ещё ближе, смахнул полу куртки, чтобы прижать её к тёплому, жёсткому боку. Она чувствовала тяжёлое давление его руки на плечах. И это было почти правильно. - У тебя обсессивное расстройство? - спросила она, макушкой прильнув ему куда-то между боком и грудью. - Или как оно? - Да чего у меня только нет, - задумчиво проговорил Энди. - С такой работой, как у нас, нормальные долго не живут. Выживают только ненормальные. Естественный отбор нервно курит в сторонке.  Он тронул её волосы свободной рукой, чуть наклонился и снова потрогал. - Что? - спросила прижатая к его боку Фуко. - Ничего,  - легко отозвался Энди. - Просто подумал, холодно же. Почему ты без шапки?.. - Он перевёл взгляд на её ладони. -  И без перчаток. - Потому что, когда мы сюда пришли, было тепло, - пробормотала она и совершенно вопреки собственным желаниям, зевнула. - И нет у меня шапки. И перчаток тоже. Энди легонько встряхнул её. - Понял, - сказал он весело. - Поехали спать, красотка из Тиндера. Хватит на сегодня разговоров. И на всякий - напоминаю, я предпочту соблюдать приличия. Но дверь стулом таки подопру. Он нёс её по песку, по травяной равнине, по скрипучим ступеням. Фуко поняла, что всё это время обнимала его за шею, только когда Энди опустил её на постель и оказался слишком уж близко. Она моргнула и будто бы проснулась. Он ухмыльнулся в своей вполне знакомой уже манере, более-менее искренней. Именно с таким прищуром они с Виктором переговаривались во время готовки. Именно так он морщил лоб в ответ на колкие шутки Джуйс. Всё ещё настоящий - поняла Фуко. - Так-то надо бы в пижаму переодеться, - сказал Энди негромко. - Мне вот хотелось бы. Сам не верю что это говорю, но, может, ты меня отпустишь?.. Она разомкнула руки и неловко отползла чуть в сторону. Энди выпрямился и поглядел на неё, как Фуко показалось, с очень большой высоты. Она так хотела спать, что глаза сами собой слипались. Фуко очнулась немного, только когда он кинул в неё пижамой, которую давеча привезла Джуйс. - Действуй, - сказал он негромко. -  Я выйду пока. Чтобы тебя не смущать. Энди ушёл, и ей показалось, что вся вселенная чуть-чуть подвинулась. На секундную долю циферблата. На очерченный рубеж, за которым полыхало белое пламя. Свет вспыхнул так же ярко, как и всегда. Голоса звали её, руки тянулись к ней, и она уклонялась от них, отбивалась, как только могла. Она чувствовала себя невероятно сильной, не такой, как была на самом деле. И бежала, бежала, пока позволяло дыхание. В этот раз не было зовущих голосов - она ведь от них удрала. Не было плача в пустыне, где некому было скорбеть. Но синие искры разрядами тока не просто вились вокруг, а продирали её болью. Она буквально видела, как они таят на её предплечьях, точно кислота, разъедая кожу, мышцы и связки. Неосмотрительно поглядев вперёд, поняла, что всё было бесполезно. Белый свет взорвался и пронёсся сквозь неё, разметая тело на осколки, точно гипсовую статую. - Фуко, - проскрежетали синие искры, тлевшие на её останках. - Слышишь?.. Она проснулась так внезапно, что, чтобы почувствовать реальность, ей пришлось стиснуть простыню. Ткань в ладони была прохладной и гладкой. Энди смотрел на неё, окутанный темнотой, и хмурился недовольно. - Ты настоящий, - шепнула Фуко, всё ещё хватаясь за свой сон. - Ты настоящий, во плоти. «А он - нет», - хотела добавить она, но не стала. - Ну да, - сказал Энди негромко. - Если что, я тут рядом. И мы с подкроватным монстром договорились. Чойта он за аренду не платит?.. Фуко повернулась на спину и уставилась в потолок. Там что-то скреблось, но её это ничуть не волновало.  - Опять тебе кошмар приснился, - утвердительно сказал он. - Ну тебя и вырубило. А я как чувствовал, что Джуйс в глинтвейн что-то добавила вроде рома. Не то, чтобы я был против... Совсем страшный сон?.. Фуко кивнула. Энди только вздохнул. - Знакомая херня, - сказал он, подбирая её пижаму с края постели. - Давай-ка ты всё-таки переоденься. В пижаме, да ещё с... ебть, а кто это?.. Да не важно, но сразу станет легче. Я отвернусь и подглядывать не буду. Честное слово. Она вспомнила, что Энди обещал никогда больше не врать, и, как только он отвернулся, стянула толстовку вместе с футболкой. С наслаждением расстегнула бюстгальтер, чувствуя, как зудит сдавленная косточками кожа. Высвободилась из тесноватых в талии джинсов и скинула весь ком одежды в изножье кровати. Натянула пижаму, проверив, застёгнут ли верх на последнюю пуговку. Ничто в этот вечер не выпало за рамки приличий, и Фуко почти торжествующе вздохнула. -  Переоделась, - сказала она. - Можешь повернуться. - Ага, - отозвался Энди, и почему-то, вопреки её ожиданиям, снова присесть на край кровати и взять её за руку, просто замер на месте. Фуко проследила за его взглядом  - и натолкнулась на гладкую, матово поблескивающую поверхность телевизионного экрана. В котором, благодаря призрачному свету звёзд за окном, размытой тёмной картинкой отражался он с совершенно идиотской улыбкой на лице, большая часть комнаты, постель и она во всей красе своей пижамы с совами. А до этого без сов. Без пижамы. Без всего. Энди повернулся к ней, как мальчишка, которого застукали за воровством. - Я не смотрел, - сказал он.- В смысле, я присматривал на всякий случай, но не смотрел, куда не стоило. Просто беспокоился, всё ли... А. Это у тебя совы на пижаме. Милые. Честное слово, не смотрел на них раньше, в первый раз смотрю. Она моментально вспыхнула, и жар почти налился румянцем на её щеках, и тут Фуко одёрнула себя. Он очень серьёзно сказал, что дальше будет только правда. Воспоминания, медленно укладывавшиеся в книгу долгосрочной памяти, будто восстали призраками. Энди впервые поцеловал её. Медленно и осторожно, точно боялся спугнуть. Тот, кто безуспешно закрывал её от света во снах наверняка целовал бы иначе - но какой в этом был смысл? Но Энди был рядом, живым и настоящим, и Фуко знала, что живой человек просто неспособен конкурировать с фантазией. Но он был по-своему хорош. И близок. И, кажется, в глинтвейне и правда было что-то вроде рома. Она поманила Энди к себе, и он, на удивление, приблизился, присел-таки на край постели, придвинулся к ней. Выражение лица у него было странное - не то весёлое, не то раздосадованное. В темноте было совсем непонятно. - Мне кажется, - шепнула Фуко, утопая в подушках. - Что мне иногда снишься ты, но не совсем ты. Уже давно. Ещё до того, как мы познакомились - эти сны уже бывали. Он сощурил свои невозможно синие глаза. - О как. А так можно было?..   И какой там я, который не совсем я?.. Крутой, надеюсь?.. Фуко поглядела на него. Это была бы идеальная сцена, в которой он вполне мог просто поцеловать её - а дальше будь что будет. Она чувствовала себя шальной, свободной, в конце концов, она отлично понимала, откуда недавно у Виктора появились царапины на шее. И хотела оставить такие же, только с поправкой на верного брата. Хотела рискнуть, отдаться, и гори будущее синим пламенем. И плевать, что Энди - не совсем тот. В нём было нечто другое,и ему она могла доверять. По крайней мере, в моменте. - Не важно, - шепнула она, подаваясь к нему чуть ближе. - Совсем не важно? - негромко поинтересовался он, впрочем, ни к кому конкретно не обращаясь. - Вот оно как?.. Фуко почувствовала, как проседает под тяжестью его тела матрас, как он упирается ладонью в подушки рядом с её головой. Она взглядом натолкнулась на синеву его глаз и быстро зажмурилась. Энди теплом фыркнул ей в висок. Коротко коснулся губами её лба - и откатился на самый край постели, совершенно её освобождая. Фуко приоткрыла глаза. Моргнула. Повернула голову и уставилась на него. - Доброй ночи, - сказал он весело. - Постараюсь тебе не сниться, но ничего обещать не стану. Запомни подробности - мне жутко интересно, насколько я по твоему мнению крут. Утром расскажешь.