Глава 3.

      Лилиан так и не вернулась на занятия до обеда. Как только прозвенел звонок на долгожданный час отдыха, Тоору сорвался с места в поисках одноклассницы. Он решил, что девушка опять на крыше, но там никого не оказалось. А больше мест её пребывания он не знал. Бегать и искать по всей школе – не видел смысла, ведь тогда он пропустит обед.       Подхватив недовольного Иваизуми под локоть, они направились в школьную столовую, чтобы перекусить перед оставшейся частью обучения. И какого же было удивление Тоору, когда, войдя в двери общепита, его взгляд наткнулся на беловолосую макушку.       Девушка стояла за стойкой, накладывая себе обед. Ойкава отметил, что ела она мало. На подносе стояла лишь небольшая чаша с карри и апельсиновый сок, рядышком кусочек молочного хлеба. Последнее его обрадовало. Ведь он тоже обожал такую еду. Подтолкнув друга в сторону стойки, они положили себе на подносы – Иваизуми – мисо-суп с говядиной, рис с рыбой, чай и кусок чёрного хлеба, Ойкава – мисо-суп со свининой, карри и кофе с молочным хлебом.       Довольные своим выбором, парни двинулись к самому дальнему столику. Тоору потянул Хаджиме как раз туда, где сидела Лилиан. Подойдя к ней, Ойкава думал, что девушка обратит внимание на него, но та даже головой не повела в их сторону, продолжая смотреть в окно задумчивым голубоватым взглядом. Хитро усмехнувшись, связующий не нашёл ничего лучше, чем привлечь к себе внимание громким стуком подноса о столешницу.       Лилиан вздрогнула, не ожидавшая такой подставы рядом с собой и глянула на парней. Тоору сидел напротив донельзя довольный произведённым впечатлением, а друг рядом с ним недовольно хлопнул себя ладонь по лбу.       - Прошу прощения за этого идиота, - учтиво произнёс он, оглядывая одноклассницу. Лилиан кивнула, указывая на место рядом. Не зря же они подошли именно сюда с подносами. Ойкава и так уже занял место. Не прогонять же ещё и его друга.       - Присаживайся… - заметив заминку в девушке, брюнет улыбнулся.       - Иваизуми Хаджиме. – подсказал он, присаживаясь рядом с другом. Лилиан кивнула. Представляться самой не было смысла. Он её знает. Ведь когда та сегодня зашла в класс довольно чётко произнесла свою фамилию, имя.       - А меня бы прогнала, - буркнул Тоору, нахмурившись. Ему не понравилось, что она оказалась так мила с Ива-чаном.       - Ты мне не нравишься, - Лилиан глянула на того недовольным взглядом и, не обращая внимания на недовольство шатена и явное насмехающееся над ним выражение лица Иваизуми, принялась поедать свою порцию карри. Иона-сан строго настрого наказала, чтобы та добротно пообедала, а не как обычно, слиняла на прогулку в парк.       - Как ты себя чувствуешь? – отозвался Ойкава, забыв про свою обиду и поглощая вторую ложку супа. Лилиан посмотрела на него недоверчивым взглядом, но всё же скупо ответила:       - Нормально. Тошнота прошла.       - Получается, ты грохнулась в голодный обморок? – Тоору отклонился на спинку диванчика, скрещивая руки на груди, - Нельзя же так, Лили-тян. Надо питаться правильно. А тебе, как растущему организму, тем-более нужно соблюдать питание. Девушка громко хлопнула концами палочек по столу, заставляя Тоору вздрогнуть и удивлённо воззриться на ту.       - Ойкава, а тебе не кажется, что тебя не должен касаться мой рацион питания? – едко ответила беловолосая, посылая в его сторону яростный взгляд.       Иваизуми хмыкнул, не собираясь останавливать тех. Это был первый раз на его практике, когда девушка, да ещё и настолько красивая, так разговаривала с любимчиком и айдолом всей школы – Ойкавой-саном. Что-то новенькое. И в добавок, такое зрелище доставляет определённое удовольствие. А видеть недовольное лицо Тоору – вдвойне.       - Но я же тебя спас, - хмыкнул капитан волейбольной команды, перегибаясь через стол в сторону девушки. Та отклонилась назад, стараясь оказаться как можно дальше от его присутвия.       - И что теперь? Мне перед тобой на колени вставать каждый раз? Или преподносить тебя к небесам как Бога?       - Достаточно было бы и простого спасибо, - насупился Тоору, возвращаясь на место. – Хотя, восхваление моего лика, стоя на коленях – тоже неплохо звучит. Он получил тычок под рёбра от Хаджиме.       - Ива-чан! Больно же!       - А нечего так неуважительно разговаривать с девушкой, - огрызнулся тот, возвращаясь к еде, которая скоро остынет. – И вообще, давайте есть. Скоро обед закончится.       Остальные молча согласились с рассудительным предложением и принялись поглощать пищу. Так, в тишине, они закончили свою трапезу. Иногда, конечно, проскальзывали едкие замечания Ойкавы и Ёсикавы в сторону друг друга, но дальше обычных препирательств не заходили.       Иваизуми Хаджиме сразу понял, что теперь их жизнь наполнится новыми стычками. Ведь Лилиан с первого взгляда невзлюбила Тоору, а тот – прицепился к ней как клещ, найдя себе новую головоломку для изучения.

***

      Когда прозвенел звонок на следующий урок, ребята уже сидели на своих местах в классе. По плану у них было занятие изучения иностранного языка – английский. Лилиан даже не вслушивалась в нудную болтовню преподавателя, который вещал о правилах говорения или написания слов на английском языке. Она с детства изучала этот язык, поэтому трудностей при его освоении не возникало. И учителя это знали. Девушка пришла к ним уже полностью наученная. Любая программа давалась ей легко. Разве что кроме групповых или парных проектов.       На протяжении второго года обучения в этой школе, Лилиан так и не завела себе друзей. Но её это не так сильно волновало. Ведь всё равно прогуляться я с ними не получится. Что ж говорить о выезде куда-то на курорт или отдых. Ей даже с классом не позволялось никуда выезжать. Отец всегда писал отказ. Где уж тут появиться друзьям, когда ты сама не чувствуешь себя готовой к общению? С таким-то родственничком. И то, что вчера, в воскресенье, ей удалось выйти на прогулку являлось ничем иным, как небольшое разрешение в три часа от отца за счёт трёх дней полного домашнего ареста.       Теперь до четверга она будет безвылазно сидеть в особняке под присмотром Геральда, что только и умеет, как облизываться на её фигуру.             Запрусь в комнате и всё.       Неожиданно ей на стол прилетела сложенная в двое бумажка. Кинув на предмет взгляд, Лилиан оглянулась в поисках отправителя. Голубой взгляд мгновенно наткнулся на светло-карий. Ойкава сидел к ней в пол-оборота и приветливо махал ладонью, указывая пальцем другой на мини-конвертик.       Девушка нахмурилась, но взяла бумажку в руки и стала разворачивать. Первое, что она смогла прочитать была запись.       От Ойкавы-сама Лилиан-тян.       Не хмурься, морщинки появятся. А старую тебя никто замуж не возьмётJ       И дурацкий смайлик на конце.       Лилиан глубоко вздохнула. Взяла ручку и перечеркала всё выше написанное. Тоору недовольно нахмурился, заметив это. Но когда девушка стала в ответ что-то писать, расслабился, ожидая с нетерпением ответа.       Вот и прилетел ему ответ в лоб, пока он считал ворон. Лилиан запустила в него свёрток, который он, благодаря своим отработанным рефлексам, смог поймать рукой.       Позади тихо прыснул Иваизуми, показав девушке большой палец вверх. Та хмыкнула, отворачиваясь. Вот ей сейчас совсем не хотелось разбираться во взаимоотношениях этих двоих или заводить с ними дружбу. Достаточно того, что этот Ойкава за таскается.       Развернув листок Тоору пробежался взглядом по написанному. Скривился. Ему не понравилось содержимое письма.       От Ойкавы-сама к Лилиан-тян.       Не хмурься, морщинки появятся. А старую тебя никто замуж не возьмётJ              От Лилиан к надоедливому дураку.       Прекращай мне надоедать. Ты ведёшь себя как идиот.       Хмыкнув, Тоору решил ответить, но тут прозвенел звонок с урока и Лилиан как ветром сдуло. Куда на пошла было не понятно, но вернулась только со звонком. А там и всё желание как –либо контактировать с этой девушкой отпало. Но только пока. Весь последний урок он внимательно наблюдал за девушкой, которая так ни разу и не повернулась в его сторону или в сторону учителя. Она слушала лекцию, это точно, но ей не было интересно всё происходящее рядом. Лилиан смотрела в окно на небо или пролетающих мимо птиц.       Тоору настолько понравилось то, что он видел перед глазами, что даже неожиданно для себя, понял насколько девушка красива. Белые волосы, натуральные, искрились под лучами солнца, напоминая зимний иней. Голубые глаза отливали глубокой синевой. Вкупе со совсем этим, бледное, вытянутое лицо смотрелось ещё лучше. Оно казалось настолько хрупким, как у фарфоровой куклы. Тронешь и оно треснет. Пойдёт большими и глубокими трещинами.       Ойкаве хотелось на это посмотреть. В тот день, когда он увидел её на смотровой площадке, явно хотевшую свести счёты с жизнью в его груди, что-то дрогнуло. Он ни разу не видел самоубийц. И не хотел их видеть. Ведь понимал, что со всем можно справиться. Выкарабкаться из любой ситуации. Но насколько же была отчаянная Лилиан в тот момент?       Тоору думал, что, если та захочет прыгнуть, он непременно её остановит. И для своего счастья этого не произошло. Девушка не рискнула. Решила остановиться. Значит не всё ещё потеряно в её жизни. И волейболист хочет докопаться до истины. Что такого происходит в её жизни, из-за чего она готова была сделать тот самый последний шаг в пропасть?       И он обязательно отыщет это. Даже если ему придётся разбить эту фарфоровую маску.