Глава 11.

Сан-Хуан, провинция на западе Аргентины. Четыре года спустя.       Лето. Жаркое лето накрыло западную часть Аргентины. Днём температура превышает +25°. Обычно в это время все предпочитают отдыхать в «Литтл Серфмейд Резорт». Где, по отзывам туристов, волны для сёрфинга находятся в нескольких шагах от курорта. Начинающие и профессиональные серфингисты зачастую покоряют эти волны. Некоторые специально приезжают ради них. В летний сезон этих волн достаточно.       Лилиан прикрыла глаза от яркого солнца краями своей шляпой с широкими полями. Вздохнула. Светило припекало так сильно, что хотелось вернуться обраться в прохладу каменных стен дома. Белая рубашка прикрывала плечи, чтобы те не сгорели. Под низом светло-голубой топ из дышащей ткани. Длинные брюки свободного кроя с ремнём такого же цвета, что и топ. На ногах босоножки с закрытым носком и на маленьком каблуке.       За четыре года проживания в Аргентине, Лилиан так до конца и не привыкла к климату. Здесь было жарче, чем в Японии, а зимой редко когда температура воздуха понижалась ниже 6-8°. Поэтому и зимы тут довольно тёплые.       - Мам, хочу пить. – маленький мальчик подёргал её за подол брюк. Опустив взгляд вниз, девушка опустилась, присаживаясь на корточки перед ним. Ласково улыбнулась, поправив на светло-коричневых волосах детскую панамку. Так же пригладила воротник его белой рубашки, которую он успел уже где-то замазать в песке. А синие брюки, того же кроя, что у матери, болтались от потоков тёплого ветерка. Испачканные тапочки свидетельствуют об очень активном ребёночке.       - Да, пойдём. Поищем напитки. – привстав, она схватила маленькую ладошку и потянула сына за собой вдоль набережной.       Её взгляд постоянно направлялся в сторону моря. Она его полюбила всем сердцем за эти года. Лилиан не будет спорить, что повзрослела. Поменялись привычки, поменялся взгляд на мир. С появлением ребёнка появилось стойкое ощущение причастности к миру. Ведь теперь рядом с ней был маленький человечек, который нуждался в ней. В её заботе, в её любви. И она отдавалась ему вся – без остатка.       Когда Найл только родился, Лилиан подумала, что это самое драгоценное сокровище, которое дала ей судьба. Женщина не будет спорить, что было легко. Было трудно. В некоторых местах – невыносимо. Но она держалась. Стала зарабатывать через интернет, занимаясь продажей своих панамок, как для взрослых, так и для детей. В туристический сезон, они разлетались как горячие пирожки, а в другое время она занималась вязанием шарфов.       Продажа шла полных ходом. Мия-сан – женщина, что приютила её по просьбе Ариса – предлагала заняться официально продажами и завести своё дело. Но Лилиан отказалась. Сейчас она не видела смысла отдавать себя всю новому делу, когда на руках маленький ребёнок, что нуждается в ней. Годика через два – может быть, а пока – нет.       Мать и сын прогуливались вдоль набережной, пока Найл не заметил небольшую лавку с кричащей вывеской «Напитки от Билла». Показав матери в ту сторону, он сорвался с места. Женщина улыбнулась, последовав за сыном. Мальчик уже добежал до стойки и попытался взобраться на высокий стул, но у него не хватило сил, чтобы подтянуться. Тогда, мужчина, что сидел рядом, повернулся, одной рукой помогая пацанёнку сесть.       - Спасибо, дяденька! – радостно поблагодарил Найл неравнодушного мужчину, сверкая в его сторону своими иссини-голубыми глазами.       - Ага. – кивнул шатен, опрокидывая в себя стакан холодного лимонада.       Лилиан медленно подошла к лавке.       - Найл, не надо убегать. – весело фыркнула она, сдувая с лица упавший пепельный локон. Мужчина, что помог ребёнку забраться, вздрогнул.       - Мам, но это место было недалеко. Надо быть быстрее. Какая же ты капуша. – мальчик показал матери язык, хихикнув. За что мать дала ему шуточный, несильный подзатыльник.       - Ох, вот ведь егоза.       Лилиан села рядом с Найлом. К ним моментально подошёл продавец, который являлся владельцем этой лавки. Сделав заказ в виде молочное коктейля с клубникой и лимона со льдом, они принялись ожидать. Найл всё время, что-то щебетал, рассказывая какую-то интересную придуманную историю, а женщина сидела, внимательно слушала, улыбалась и иногда кивала, соглашаясь с выдумкой сына.       Мужчина, что сидел с боку от них, был неподвижен. Он всё никак не решался поднять глаз и взглянуть на женщину с ребёнком. Его одолела непонятная тревога, причиной которой являлся голос. Такой родной, любимый всей душой – голос. Даже спустя четыре года он не изменился. Только стал более увереннее.       Всё же решившись и собрав себя по кусочкам, он повернулся. Светло-карий взгляд сразу наткнулся на голубой. Такой чистый, такой манящий. Лилиан смотрела на него с теплотой во взгляде. Одной ладонью она поглаживала сына по голове, а второй подпирала подбородок.       Что-то внутри Ойкавы рухнуло вниз. Это было сердце. Глаза не могли поверить. Он не понимал, мираж перед ним или нет. Он зажмурился, протирая веки ладонями.       - Я реальна, Тоору. – прошептала женщина.       - Реальна. – одними губами произнёс мужчина.       Лилиан заметила его ещё на подходе к лавке. Эту спину, которая стала мощнее с возрастом, эти любимые каштановые волосы, эта фигура. Она его узнала сразу. Поэтому, подойдя, старалась сдержаться, чтобы не накинуться на возлюбленного. Она побаивалась его реакции. Прошло четыре долгих года с их последнего расставания. И девушка не была уверена в том, что парень не нашёл себе новую спутницу жизни, забыв её.       Но заметив его реакции на себя, поняла, что зря переживала. Он не забыл. И никогда не забывал о ней.       - Мам, этот мужчина – мой папа? – спросил Найл, потягивая через соломинку свой коктейль. Он не сводил с мужчины пронзительного взгляда. Для ребёнка, чей возраст приближается к четырём годам, такая проницательность была поразительной. Тоору замер. Посмотрел на мальчика. Он был похож на него внешне волосами и овалом лица. Но всё остальное не его. Перевёл взгляд на задумчивую Лилиан. Сравнил. Всё остальное было от неё.       - Ох, ты ж блин. – вздрогнул Ойкава, передёрнув плечами от неожиданных мыслей. Он и подумать не мог, что в свои двадцать один год обзаведётся ребёнком. Но осталось дождаться подтверждения от самой матери.       Беловолосая скосила взгляд на мужчину, хмыкнув. Её не особо устроила его реакция на слова сына, но что она ещё могла ожидать от волейболиста? У него сейчас будет такой ступор, что только чудо поможет им, вывести Тоору из него. А Лилиан не глупая. Найл знал в лицо отца. Она ему с детства показывала афиши, вырезки и матчи, в которых он участвовал. И постоянно с таким теплом рассказывала о нём, что мальчик хотел его увидеть. И вот, он, как и Ойкава, ждали слов беловолосой.       Улыбнувшись, девушка произнесла:       - Да, милый. Это твой папа – Ойкава Тоору, связующий волейбольной лиги Аргентины.       Всё. Сработал спусковой щелчок. Мужчина сорвался с места, подлетая к девушке. Он схватил её за талию, поднимая, кружа. Лилиан весело смеялась, хлопая того по мощным плечам, прося поставить на место. Шатен был счастлив. Настолько, счастлив, что, поставив на землю женщину, сразу впился в её губы поцелуем.       Они вспомнили друг друга. Оживили чувства, что таились внутри их душ и ждали высвобождения. Насытившись поцелуем, Тоору прислонил свой лоб к её, ладони покоились на талии, притягивая женщину к себе.       - Я так долго тебя искал. – зашептали его губы. В уголках глаз стали скапливаться слёзы. Лилиан уже во всю роняла влагу на щеки. Её нежные ладони, ласковыми движения оглаживали скулы возлюбленного, запоминая его нового, с двухдневной щетиной.       - Тш, я знаю. – тихо прошептала она, касаясь его носа губами. – Давай обсудим всё дома? – и это голубой, испытывающий взгляд, от которого таял Тоору.       - Да. – кивнул, отстраняясь.       Мальчик смотрел на родителей и улыбался.       - Мам, я же говорил, что мы встретимся с папой. – весело захихикал он. И именно в этот момент Лилиан вспомнила ту часть себя, которая просила сохранить дитя. Она не посещала девушку всё это время. Крылась, расстроилась в ней. Объединилась с её душой. И вот сейчас, когда все кусочки были собраны в одном месте: любимый сын, возлюбленный и уверенная она. Эта девчонка решила напомнить о себе, пожелав счастья.       Задорно фыркнув, Лилиан выпуталась из рук Тоору и щёлкнув того по носу, отправилась к сыну, подхватывая его на руки.       - Идём. – махнула она Ойкаве. – Познакомимся, любимый. Найл хихикнул, показав отцу язык, когда мать повернулась к тому спиной, зашагав в сторону дома. Тоору опешил, но быстро собрал себя, оплатил счёт за всех и кинулся догонять девушку. А догнав, сгрёб в охапку, обнимая.       Они ещё долгое время разговаривали по душам, оказавшись дома у Лилиан. Найл давно ушёл спать, ведь сильно устал после секции по волейболу. Ойкава оценил желание возлюбленной отправить сына в спорт, в особенности на его любимый вид, которому он посвятил большую часть своей жизни.       - Я люблю тебя, принцесса. – поцеловав тыльную часть её ладошки, прошептал Тоору.       - Неужели? – играючи пропела женщина. Мужчина приподнял на неё острый, полный страсти взгляд. – Докажешь?       - Где тут спальня? – он обошёл стол, подходя к Лилиан и поднимая её на руки. Та аккуратным пальчиком указала на лестницу на второй этаж, прикусив нижнюю губу. Ойкава облизнулся, отправившись наверх.       - Мы Найла не разбудим? – спросил он, опуская любимую на постель.       - Сном он пошёл в тебя. Так что не волнуйся. – прошептала женщина, притягивая его к себе за шею. – Он не проснётся.       И снова они растворились в тягучем, сладостном поцелуе, сквозь который Ойкава услышал слова любви и лёгкий смешок на его причёску.